Дети в картинах: Дети в живописи — Лучшие картины художников

Детские картины, идеи детских картин, картины детей в интерьере

   Ребенок приходит в наш мир и, прежде всего, в руках родителей открыть ему все многообразие этого удивительного, красочного мироздания. Познание мира у маленького человека начинается уже с колыбели, с того самого момента, когда он начинает осмысленно и с интересом рассматривать картинки или игрушки над своей кроваткой. В более старшем возрасте есть много способов познакомить ребенка с культурным наследием и вырастить из него образованного в эстетическом плане человека. Можно ходить в картинные галереи, рассказывать о жизни художников, читать добрые сказки, рассматривать к ним иллюстрации и все же начало начал — это атмосфера детской комнаты, в которой засыпает и просыпается малыш.
   Превратите его комнату с самого раннего младенчества в изумительный волшебный мир сказки. Сказки приходят в жизнь ребенка с колыбели, рисуя в его воображении детские картины из волшебных лесов, замков, стран. Сказочные герои живут в фантазиях ребенка  и являются его постоянными спутниками. Впоследствии они становятся примером к подражанию, с ними маленький человек ведет мысленный разговор, рассказывает им свои тайны. Поддержите своего малыша в этом незнакомом ему мире, подарите ему знакомство и общение с добрыми, милыми, симпатичными героями русских и зарубежных сказок, былин и мультфильмов посредством живописных картин, сделайте его самого героем сказочных сюжетов. Осознание того, что «я в картине» будет очень полезным для юного создания.

   Визуальное восприятие окружающего мира — это первое, что умеет ваш малыш, а потому картины для детей, которыми можно наполнить комнату ребенка привнесут в его только начинающуюся жизнь много позитивных эмоций, а также станут первым шагом к развитию творческой личности. Сказки обогащают детский мир, а картины живописи с иллюстрациями к сказочным сюжетам создадут атмосферу доброты, уюта и защищенности. Красочные, «живые» детские картины в интерьере станут хорошим дополнением к общей атмосфере любви и заботы, которой вы готовы окружить своего ребенка с младенчества.

Идеи детских картин

   Детский мир — это самый благоприятный период для развития творческого воображения и талантов вашего ребенка, а впоследствии и к развитию интереса к культурным ценностям и вкуса к жизни. Не упустите момент. Детская душа открыта, чиста и непосредственна, а потому способна вместить все лучшее, доброе, светлое, искреннее, что есть в изобразительном искусстве.  Идеи детских картин безграничны. Вы сможете заглянуть  в Галерею образов на нашем сайте, где найдете самые интересные и оригинальные антуражи, которые приведут любого ребенка в восторг. Красивые и немного романтичные сюжеты, которые дают детям первые представления о добре и зле, о счастье и радости и которые едины для всех народов мира.
   Также можно обратиться к творчеству художников-иллюстраторов или художников-анималистов, которые писали свои картины к сюжетам русских народных сказок. Одним из ярких их представителей является Виктор Васнецов, создавший прекрасные детские картины со сказочным сюжетом.

Нельзя не отметить в этой связи творчество нашего с вами современника, талантливого художника Вячеслава Назарука, который многие годы своей творческой жизни отдал мультипликации. Картины Назарука В. М. к сказочным сюжетам подарили нам образы изумительного кота Леопольда, Мамонтенка, Крошки Енота, Кота в сапогах, Элли из Изумрудного города, а также многочисленные иллюстрации к сказкам Пушкина и Бажова.
   Все эти и многие другие сюжеты можно положить в основу создания ярких и красочных картин для детей. А если проявить фантазию и творческое воображение, то можно самого ребенка сделать героем живописных полотен. Например, можно сделать ремейк картины В.Васнецова «Иван Царевич на сером волке», заменив в картине изначальные образы на лица ваших детей. Или нарисовать вашего малыша, летящим на ковре-самолете. В этой картине можно заменить фон, сделать его более ярким, сочным и красочным, чем сделал его Васнецов, добавить сказочных мультипликационных героев, в окружении которых будет изображен ваш ребенок.

   Если вы собираетесь сделать подарок подростку, то самым оригинальным подарком станет картина в стиле фэнтези. Пусть юная женщина или юноша предстанут в  амплуа прекрасной эльфийской принцессы, фэнтезийного воина, закованного в латы.   Такие картины будут интересны именно в  этом возрасте, когда сказка обретает несколько иной смысл и форму.

Картины детей в интерьере

   Оскар Уайльд однажды высказал интересную фразу, смысл которой сводится к тому, что лучший способ вырастить хороших детей — это сделать их счастливыми. Подарите им счастье быть в центре внимания и стать героями изысканных произведений искусства. С юного возраста приобщите их к Прекрасному.
   Что может быть красивее и трогательнее, чем картины детей в интерьере собственного дома. Детский портрет — это возможность запечатлеть вашего стремительно растущего ребенка в различные периоды его жизни. Ценность такого портрета будет расти из года в год. Вы сами с удовольствием и упоением будите наслаждаться его изображением. И чем больше будет проходить лет, тем эти эмоции будут сильнее.
   Вариации портретов могут быть самые разнообразные — от картин фэнтези до изумительных и утонченных детских образов таких художников, как О. Кипренский и его «Портрет девочки в маковом венке с гвоздикой», Фердинанд Георг Вальдмюллер и его детские картины: «Девочка с розами», «Граф Дмитрий Апраксин в детском возрасте» и многие другие. Чтобы увидеть, как великолепно смотрятся картины детей в интерьере, обратитесь в Галерею детских образов на сайте АртФото. Здесь собраны лучшие детские образы, на основе которых мы можем создать для вас картины с фотографий ваших детей. Художественная студия АртФото обязуется выполнить для вас красочные картины класса люкс в рекордно короткие сроки, чтобы мальчик или девочка с вашей подачи обрели настоящий живописный шедевр, а вместе с  ним и счастливую улыбку.

 

                                                                              Елена Отмахова

11 иностранных картин с детьми, которые стоит знать

1.

Рафаэль — «Мадонна в кресле» (ок. 1514 г.)  

Образ Мадонны повлиял на то, как художники изображали матерей и детей на протяжении многих веков и по сей день. Это портрет матери с ребёнком на руках. Красивая женщина держит малыша, она любуется им, горделиво показывает или, как в данном случае, обнимает, словно желая защитить от всего мира. Изображения детей будут частью материнского или семейного портрета ещё много сотен лет.

2.

Г. Метсю — «Больной ребёнок» (ок. 1660 г.)

Жанровая живопись, то есть изображение бытовых сцен, была очень популярна в Голландии XVII в. Однако Габриель Метсю привносит в изображение матери, осматривающей заболевшего ребенка, второй, религиозный контекст.

На стене в комнате висит картина: если приглядеться, то видно, что это «Распятие». Поза ослабевшего больного напоминает некоторым искусствоведам положение, в котором часто изображали тело Христа на руках у оплакивающей его Марии.

И всё же на полотне Метсю тема божественной материнской любви и боли не является главной.

В центре внимания и художника, и зрителя – человеческая боль, тревога обычной женщины за своего земного ребёнка.

3. М.-Э.-Л. Виже-Лебрен — «Портрет Марии-Антуанетты с детьми» (1787 г.)

Мари-Элизабет-Луиза Виже-Лебрен была настолько талантлива, что стала любимой портретисткой Марии-Антуанетты и написала десятки её портретов. Почти все – очень нежные и личные.

Однако в 1785 году Виже-Лебрен получила заказ на изображение королевы как респектабельной женщины и прекрасной матери с детьми–наследниками династии. От первых эскизов до завершения работы прошло два года. И хотя картина задумывалась как официальный семейный портрет, Виже-Лебрен даже сюда привносит лирические нотки.

Королева держит на коленях младшего сына, дочка льнёт к матери, а наследник престола придерживает занавес над пустой колыбелью – это намёк на смерть младенца-принцессы, скончавшейся во время работы над картиной.

Парадный портрет превратился в изображение семьи, совсем недавно пережившей потерю малыша.

4. Ж.-Б. С. Шарден — «Мальчик с волчком» (1738 г.)

Обычай времени требовал, чтобы детей изображали маленькими взрослыми, во взрослой одежде и даже в парике. На первый взгляд, Жан-Батист Симеон Шарден следовал традиции. На столе перед мальчиком чернильница и стопки книг. Судя по всему, он должен бы корпеть над уроками. Но вместо этого он сдвинул всё на край стола и запускает маленький волчок. Это один из первых в европейской живописи портретов ребёнка, занятого самым настоящим детским делом – игрой.

5

. Т. Гейнсборо — «Портрет мальчика в голубом» (1770 г.)

Английские портреты XVIII в. – одни из самых знаменитых, а эта поэтичная картина-загадка – самая популярная во всем английском изобразительном искусстве.

Личность модели долгое время была окутана тайной. Никто точно не знает, кто этот мальчик и почему художник написал его портрет. Сегодня считается, что это сын богатого торговца скобяными товарами, которого Гейнсборо решил изобразить в костюме аристократа.

6. Дж. Рейнолдс — «Леди Кэролайн Скотт в виде «Зимы»» (1776-1777 гг.)

Джошуа Рейнолдс легко ладил с детьми как в жизни, так и в живописи. И это хорошо видно по портрету леди Кэролайн Монтегю-Скотт, дочери третьего герцога Баклу. Юная герцогиня греет руки в муфте, от мороза у неё разрумянились щёки. Рейнолдс пишет портрет девочки-аристократки, но показывает её не как наследницу голубых кровей, а как простого весёлого ребёнка. Если не прочитать подпись, ни за что не угадаешь, что смотришь на портрет герцогини.

7. Кл. Моне — «Прогулка. Камилла Моне с сыном Жаном (Женщина с зонтиком)» (1875 г.)

Клод Моне стремился передать движение воздуха, солнечный свет – это были новые идеи в живописи середины XIX в. Их появление совпало с нововведениями в медицине: врачи стали рекомендовать пациентам проводить больше времени на свежем воздухе, среди растений или даже на морском побережье.

В результате горожане начали уезжать на лето на природу, а у художников появился дополнительный повод работать на пленэре, то есть на воздухе. Моне оставил несколько изображений своей жены Камиллы и детей в саду или на прогулке в полях, но это – самое известное.

8. М. Кэссетт — «Маленькая девочка в голубом кресле» (1878 г.)

Американка Мэри Кэссетт была прекрасно образованной женщиной: она жила в нескольких европейских странах, получила отличное образование, свободно владела тремя языками. Можно с уверенностью утверждать, что она знала каноны живописи и понимала, что делает, когда отказалась следовать утвердившимся правилам изображения детей маленькими «прелестными ангелочками» или аристократами.

Девочку нарядили (бант в волосах подходит к клетчатой накидке, пряжки на новых туфельках блестят) и посадили позировать. Но ей это всё не нравится. Ребенок не скрывает скуки, не смотрит на художника. Девочка скорчила недовольную гримасу и сползла по креслу, не обращая внимания на задравшееся платье и смятую накидку.  Это совершенно новый образ детства в живописи, отчасти – вызов образу маленькой безупречной кокетки, который с ранних лет навязывали девочкам.

9. Э. Дега — «Отдыхающая танцовщица» (1879 г.)

Эдгар Дега более известен изображениями изящных балерин на сцене или на репетиции. Однако на этой картине пастелью и гуашью художник нарисовал девочку, измученную балетной муштрой. Она ловит момент между упражнениями, чтобы передохнуть. Известно, что

модели живописца едва исполнилось 14 лет.

10. А. Росси — «Игра» (1888 г.)

Жанровая живопись была в моде в Англии эпохи королевы Виктории. Разбогатевшие буржуа с удовольствием покупали картины, на которых изображалась их обыденная жизнь, слегка приукрашенная кистью художника. В этих полотнах не было лжи, зато было внимание к деталям, фактуре вещей. Художники не идеализировали жизнь, но старались показать её ярко.

В этом жанре работали сотни живописцев, в том числе весьма популярный в своё время Александр Росси. Сюжет его картины «Игра» довольно прост. Мы видим домашнюю забаву, мальчик играет с собакой, прячется от неё за стулом и большой куклой. Фигуры игроков полны жизни, движения, очевидно, что оба получают от игры удовольствие. При этом художник уделяет столько же внимания обивке стен, зеркалу, столикам и вазам, сколько своим героям – собаке и ребёнку.

11.

П. Пикассо — «Девочка на шаре» (1905 г.)

Во время загрузки произошла ошибка.

Одна из самых знаменитых картин Пабло Пикассо была написана в непростой период его жизни. Художник недавно приехал в Париж и поселился в бедном, богемном квартале города. Он часто ходил смотреть представления цирка и написал несколько картин, героями которых стали акробаты.

Мы видим, как девочка пытается удержать равновесие на шаре, но, кажется, вот-вот соскользнёт. Вся её лёгкая фигура полна движения. Сидящий на кубе атлет, напротив, передаёт ощущение стабильности и равновесия. Игра этих контрастов и тёплых розовых тонов и создаёт очарование картины.

Кроме того, Пикассо переносит действие из парижского цирка в бродячую труппу. Героев окружает пустынная равнина, хорошо видна белая лошадь. Это бродячие артисты, каких он видел у себя на родине, в Испании.

Читайте также: 14 русских картин с детьми, которые надо знать.

Презентация «Дети в изобразительном искусстве

Слайды и текст этой онлайн презентации

Слайд 1

Картины художников 19 века
«Дети в изобразительном искусстве»

Слайд 2

В. Перов «Птицелов» 1870

Слайд 3

Осенью 1870 года, гуляя по лесу со своим другом, Василий Перов увидел старика, лежащего на земле, который потихоньку свистел в дудочку, заманивая птичку, а рядом с ним мальчишка. На Руси птиц часто ловили в это время, чтобы зимой они услаждали слух своим пением, а на Благовещение пичужек выпускали на свободу. Возвратившись домой, Перов принялся за написание «Птицелова». Он вспоминал, как будучи маленьким мальчиком, вот также испытывал душевный трепет, сидя в засаде и ожидая, когда, наконец-то, в западню попадет доверчивая птаха. Так хотелось зимой слушать эти незамысловатые трели. Картина Птицелов получилась душевной и бесхитростной. Последние сумеречные осенние денечки, ветер, налетая порывами, срывает уцелевшие на ветках побуревшие листочки. Но сквозь многолетние уже обнаженные стволы пробивается утреннее солнышко, озаряя своими золотистыми лучами маленькую полянку и птицеловов.

Слайд 4

В. Перов «Тройка» 1866

Слайд 5

Картина Тройка. ярко отражает те жуткие времена, когда труд детей считался обыденным явлением. Холод и голод вынуждал этих детей работать за гроши, чтобы прокормить себя и семью. Картина Перова Тройка была задумана художником, чтобы раскрыть людям глаза на реальную действительность, помогающую сострадать и искоренять человеческое бездушие.

Слайд 6

К. Маковский «Дети бегущие от грозы» 1872

Слайд 7

Художник Константин Маковский часто прибегал к написанию сюжетных картин о крестьянах и нелегкой сельской жизни того времени. . Очередная его блестяще написанная работа Дети бегущие от грозы, картина создана в 1872 году в Санкт Петербурге. Главные герои полотна конечно это дети, в образе которых художник талантливо постарался передать характеры спасающихся от ненастья детишек, с неповторимым детским обаянием и невинностью. Какие могут быть впечатления о картине? Впечатления можно сказать самые теплые и добрые, художник очень выразительно и с чувственным лиризмом передал, как само состояние пейзажа, так и характеры детей.

Слайд 8

В. Маковский «Свидание» 1883

Слайд 9

Крепостное право уже в прошлом, но для обычного русского человека ничего не меняется. Картина Маковского Свидание — написана в 1883 году, и является ярким примером русской живописи. Как большинство других работ художника, она посвящена нелегкой жизни крестьян времен той эпохи. Крестьянам все так же приходится работать на помещиков за копейки, а своих сыновей они отдают на обучение в городские мастерские. Но, попав в чужую семью, детям живется крайне трудно. Оторванные от семьи, и все так же нищие – они едва перебиваются со дня на день, работают до изнеможения, и постоянно недоедают. Именно эти аспекты жизни и описывает Маковский.

Слайд 10

Н. Кошелёв «Утро в деревне»

Слайд 11

Николай Кошелёв также в своём творчестве отображает жизнь крестьянских детей. На картине «Утро в деревне» художник нарисовал группу детей летом. Он передал неповторимое детское обаяние. Впечатления от картины самые тёплые и добрые.

Слайд 12

Художники 19 века в своих работах рассказали нам о тяжёлой жизни детей бедняков. Они раскрывают глаза на реальную действительность того времени. Картины художников душевные и бесхитростные, заставляющие нас сострадать детям и восхищаться их обаянием.

Слайд 13

Конец!
Выполнил работу Афанасьев Константин 3 «В» класс

Выставку «Картины великих художников глазами детей» открыли в Новосибирске | ДОСУГ

В конце июля в Новосибирске открылась детская выставка «Картины великих художников глазами детей 2019». Ее организаторами и идейными вдохновителями стали учредитель галереи «Фактор» Ирина Кузнецова и генеральный директор сети частных детских садов «Город для детей» Елена Таран. Их объединила идея культурного развития детей, поддержки творческого начала у юных дарований.

По мнению организаторов, творческое развитие ребенка позволяет воспитать уверенного в себе человека, а это – залог успеха в будущем. Елена и Ирина считают, что детей необходимо поддерживать в любых начинаниях, ведь только в таком случае можно точно понять, что нравится ребенку, что у него получается лучше всего, чем ему стоит заниматься в будущем, возможно, в профессиональном плане.

Ирина Кузнецова и Елена Таран с членом союза художников России Владимиром Авдеевым. Фото: предоставлено Ириной Кузнецовой

Организаторы очень серьезно подошли к проекту, ведь работа с детьми требует много терпения, любви и, если речь идёт об изобразительному искусстве, то, конечно, профессионализма и мастерства. Педагоги детских садов обучались у профессионалов в сфере живописи, прошли трёхмесячные курсы, прежде чем рисовать вместе с детьми.

В мероприятии поучаствовали 80 детей от 1,5 до 5 лет. Прежде чем начать творить, каждому малышу показывали большое количество полотен известных художников мира и рассказывали их историю. Ребенок мог выбрать картину, которая понравилась ему больше всего, и нарисовать ее под чутким руководством – с каждым участником педагоги работали индивидуально, доводя до возможного идеала все детали художественного произведения.

Родители юных творцов с интересом рассматривают шедевры своих детей. Фото: предоставлено Ириной Кузнецовой

«Самое главное, что могут дать родители на стартовом этапе развития своего малыша — это признание его творческого потенциала, — считает учредитель галереи «Фактор» Ирина Кузнецова. — Все дети верят в сказку, и она у них выражается через творческое проявление. Очень здорово, когда родители поддерживают любую творческую форму самореализации ребёнка. Это позволяет ему стать уверенным в себе и получить признание их важных идей и интересов, а уверенный в себе ребёнок — это успешное будущее».

Малышам было волнительно, но в то же время очень приятно демонстрировать родителям свои рисунки. На открытие выставки, кроме официальной части, были организованы также развлечения для юных художников, игры с аниматорами, интересные представления, так что скучать им точно не пришлось. 

По словам генерального директора сети частных детских садов «Город для детей» Елены Таран, этот проект объединил всех — друзей, партнеров, родителей, педагогов, воспитателей и детей. люди, которые неравнодушны, которым интересна тема детского изобразительного творчества.

По мнению Елены, поддержка — это вообще лучшее, что может дать взрослый человек маленькому, своему ребёнку, самое дорогое — ощущать её всегда, при любом начинания и в абсолютно любом новом деле.

Маленьких участников праздника ждали интересные игры и другие развлечения. Фото: предоставлено Ириной Кузнецовой

«Я думаю, что детки видят это, чувствуют, может быть, еще не понимают, но, по крайней мере они знают, что вокруг них создана такая атмосфера, в которой они могут все: раскрывать свой потенциал бесконечно и получать признание, одобрение и, самое главное, поддержку в том, что они делают, любого их действия, любого проявления, потому что это значимо, это ценно, – отметила Елена Таран. – Мы можем быть уверены, в том, что каждый ребенок будет идти по жизни смело. Понимая, что все возможно, любые идеи можно реализовать, что это не просто картина, которая будет лежать в альбомчике или висеть на стене. Мы продолжим проводить такие проекты, потому что ради этого стоит жить и двигаться вперед, прикладывать усилия, потому что чувства и ощущения, которые мы испытали во время подготовки — это был просто полет творчества, фантазии и идей, притягивались люди, которые хотели быть с нами, приходили сами и хотели помочь, участвовали в организации, и у нас получилось. И это только начало!».

Смотрите также:

Картины про детей маслом на холсте

Выбираете подарок для пары, которая ждет пополнение или уже познала радость материнства? Размышляете над декором детской собственного ребенка? Тогда вы оказались на нужной странице. Здесь представлены картины с изображением детей, которые наполняют наши жизни смыслом.

Если среди представленных работ, вы не нашли нужную, то просто снимите галочку с позиции «В наличии». Перед вами откроются сюжеты, доступные под заказ. Уверены, так вы найдете полотно, способное привнести в интерьер вашего дома ярких красок.

Детскую тему в живописи сложно назвать универсальной. Она с трудом вольется в дизайн комнаты холостяка или бизнесвумен, занимающей высокий пост в компании. Несмотря на это тема находит своих почитателей по всей планете. Чем ценители изобразительного искусства объясняют свой выбор?

 Хорошее настроение. Очаровательные малыши, написанные насыщенными живыми масляными красками, вызывают восторг и восхищение. При взгляде на них на лице невольно появляется искренняя улыбка — настроение улучшается, мир вокруг рисуется в теплых оттенках. Рисуя младенцев и дошколят, художники обычно используют светлые цвета. С их помощью они передают радость и счастье, которые исходят от маленьких непосед. Белые, песочные, салатовые и голубые тона меняют атмосферу в квартире. Они визуально расширяют пространство, привнося в него еще больше тепла и света. Уровень эндорфинов — гормонов удовольствия — растет, делая окружающих приветливее и добрее. Приятный для глаз сюжет. Резвящиеся на песке дети — повод вспомнить себя маленьким. Те эмоции и впечатления, когда все «прелести» взрослой жизни казались далекими и нереальными. Быть может среди разнообразия сюжетов вы встретите тот, который полностью повторит сцены вашего детства, всколыхнет в памяти приятные мгновения и заставит сердце биться чаще. Потребность мечтать. Непосредственность, дополненная бурной фантазией, отличает детей от взрослых. Эти юные дарования умеют удивляться, воображать и жить мечтами. Этого не хватает родителям, живущих в рамках долженствования. Масляная живопись с детской темой снимает запреты и ограничения — мечтать разрешается. Милые личики, пухлые щечки и невинный взгляд возвращают в мир фантазий, где слово «нельзя» не существует.

Предлагаемые полотна актуальны для декора детских комнат, владельцам которых не исполнилось и полугода. Они аутентично дополняют пространство, выделенное для несмышленых дошколят и младших школьников. Достаточно подобрать подходящую рамку и определить достойное место для этюда, чтобы помещение заискрилось теплом масляных красок.

Как ходить с детьми в музей

Многие родители хотят, чтобы их дети понимали и любили изобразительное искусство. Но часто музеи, в которых нельзя бегать, кричать и трогать предметы, воспринимаются детьми как не самое дружелюбное место — оттуда хочется поскорее уйти. С чего начать и какие приемы взять на вооружение?

 Чтобы ребенку было понятно, что такое музеи и зачем туда ходить, проведите дома подготовительную работу: покажите ему художественные альбомы и расскажите о том, что вас самих привлекает в живописи, архитектуре или музыке. Есть несколько книг, которые я часто советую родителям: «Как говорить с детьми об искусстве» и «Пойми, почему это шедевр» Франсуазы Барб-Галль. Они рассчитаны на детей от пяти до 13 лет, и для каждого возраста в них много интересных фактов, неожиданных интерпретаций и нестандартных ответов на вопросы, которые часто ставят взрослых в тупик.

Другая хорошая книга — «Почему в искусстве так много голых людей?» Сьюзи Ходж. В ней автор объясняет, почему нельзя шуметь в музее, почему на картинах все плоское, зачем картинам нужны рамы, как отличить хорошее искусство от плохого и многое другое. Все ответы — состоятельные и доступные детям, а замечательные юмористические иллюстрации превращают чтение в интересную игру.

Для малышей до пяти лет есть несколько красочных раскрасок-путеводителей от издательства Clever: «Музеи Москвы», «Музейные лабиринты» и «Музеи и парки». Вооружившись карандашами и фломастерами, дети смогут дорисовать картины Пикассо и Моне, раскрасить «Девочку с персиками», а потом создать свою картину на специально отведенном для этого развороте. Если рисовать надоело, то можно заняться поиском клада монет, снарядить в поход Илью Муромца или помочь мишкам вернуться в их любимый сосновый бор. Так дети отлично проведут время и узнают много интересных вещей, а в музее будут чувствовать себя в знакомой обстановке.

 Планируя посещение, узнайте больше об экспозиции и коллекциях музея и потратьте несколько минут на то, чтобы узнать, где расположены выбранные вами произведения. Ребенок будет чувствовать себя спокойнее, если вы уверенно ведете его по залам, и меньше устанет в процессе поиска той или иной картины или экспоната.

 Не стремитесь охватить всю экспозицию, начните с малого. Выберите заранее несколько произведений, которые вы хотите показать. Узнайте об их авторах, о времени, в котором они жили, о важнейших событиях, которые тогда происходили, и о том, как они повлияли на этих художников вообще и на конкретные произведения в частности. Подключайте ребенка к вашей исследовательской работе — так ему будет гораздо интереснее познакомиться с картиной вживую.

Перова «Спящие дети. Описание картины В. Г. Перова «Спящие дети Картина перова спящие дети описание


Василий Перов «Спящие дети». 1870. Холст, масло. 53х61. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Нет задачи для художника сложнее, чем писать детей. Автор выбрал самую подходящую ситуацию — глубокий сон. Это позволило мастеру выполнить работу с необыкновенной тщательностью, скрупулезностью и необыкновенною любовью.

Солнечный свет, просочившийся сквозь щели стен старого сарая, освещает двух спящих на соломе детей. В этой обычной на первый взгляд ситуации, автор сумел найти множество нюансов и тонкостей, вызывающих у зрителя множество самых положительных эмоций. Сложный ракурс, игра света и тени, подмеченные детали — все наполняет работу трогательной нежностью.

Детские ножки, непривычные к обуви, простенькие бусики на шейке девочки, плохонькая одежонка, рогожка, укрывающая мальчика — эти детали расскажут гораздо больше о героях, чем десятки страниц текста.

Нельзя не заметить той нежности, с какой сам автор относится к своим героям. Он откровенно любуется детьми, уделяя самое пристальное внимание малейшим деталям, свету, фактуре. Картина получила восторженные отзывы критиков, была по достоинству оценена русскими любителями живописи, а также стала украшением зарубежных выставок русского искусства.
источник:Арт Энциклопедия>Геннадий Занегин

Василий Григорьевич Перов (21 декабря 1833 (2 января 1834) — 29 мая (10 июня) 1882) — русский живописец, один из членов-учредителей Товарищества передвижных художественных выставок.

Василий Григорьевич Перов был незаконнорождённым сыном губернского прокурора барона Георгия (Григория) Карловича Криденера и уроженки Тобольска А. И. Ивановой.
Дата рождения точно неизвестна: 21-23 декабря 1833 (2 или 4 января 1834) года. Несмотря на то, что вскоре после рождения мальчика его родители обвенчались, Василий не имел прав на фамилию и титул отца. В официальных документах долгое время указывалась фамилия «Васильев», данная по имени крёстного отца. Фамилия «Перов» возникла как прозвище, данное мальчику его учителем грамоты, заштатным дьячком, который этим прозвищем отметил своего ученика за усердие и умелое владение пером для письма.

Через несколько лет после рождения Василия его отец был уволен с казённой службы, и семья переехала в Архангельск, затем в родовое имение Криденеров.
Некоторое время Василий Перов жил в Самарской губернии — в имениях братьев, сыновей от первого брака отца. Здесь Василий переболел оспой, и последствие болезни — слабое зрение — осталось у него на всю жизнь.
Интерес к живописи возник у мальчика, когда он наблюдал за работой приглашённого отцом художника. В 1843-1846 годах Василий проходил обучение в арзамасском уездном училище, живя у учителя Фаворского. В это время он продолжал самостоятельные занятия рисованием. Мать желала отдать сына в Нижегородскую гимназию, однако отец получил новое место службы — в селе Пияшное (Пиявочное) — и Василий был отдан учиться в арзамасскую художественную школу А. В. Ступина, где учился (с перерывами) в 1846-1849 годах.
Раньше, чем другим ученикам, Ступин разрешил писать Перову масляными красками, отмечая: «Васенька не пропадёт — у него талант, из него выйдет художник». Школу он не закончил, как свидетельствуют некоторые источники, из-за конфликта с одним из учеников.

Приехав к родителям в Пияшное, Василий Перов приступил к созданию композиции «Распятие» (местонахождение неизвестно), которая писалась весь Великий пост и была окончена на Страстной неделе. Картина была помещена в церкви находившегося рядом села Никольское. В этот период Перов написал ряд портретов и жанровых картин: «Нищий, просящий милостыню», «Деревенская тройка», «Народное гуляние в семик»

Василий Перов «Спящие дети»

Василий Перов «Спящие дети». 1870. Холст, масло. 53х61. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Нет задачи для художника сложнее, чем писать детей. Автор выбрал самую подходящую ситуацию — глубокий сон. Это позволило мастеру выполнить работу с необыкновенной тщательностью, скрупулезностью и необыкновенною любовью.

Солнечный свет, просочившийся сквозь щели стен старого сарая, освещает двух спящих на соломе детей. В этой обычной на первый взгляд ситуации, автор сумел найти множество нюансов и тонкостей, вызывающих у зрителя множество самых положительных эмоций. Сложный ракурс, игра света и тени, подмеченные детали — все наполняет работу трогательной нежностью.

Детские ножки, непривычные к обуви, простенькие бусики на шейке девочки, плохонькая одежонка, рогожка, укрывающая мальчика — эти детали расскажут гораздо больше о героях, чем десятки страниц текста.

Нельзя не заметить той нежности, с какой сам автор относится к своим героям. Он откровенно любуется детьми, уделяя самое пристальное внимание малейшим деталям, свету, фактуре. Картина получила восторженные отзывы критиков, была по достоинству оценена русскими любителями живописи, а также стала украшением зарубежных выставок русского искусства.
источник:Арт Энциклопедия>Геннадий Занегин

Василий Григорьевич Перов (21 декабря 1833 (2 января 1834) — 29 мая (10 июня) 1882) — русский живописец, один из членов-учредителей Товарищества передвижных художественных выставок.

Василий Григорьевич Перов был незаконнорождённым сыном губернского прокурора барона Георгия (Григория) Карловича Криденера и уроженки Тобольска А. И. Ивановой.
Дата рождения точно неизвестна: 21-23 декабря 1833 (2 или 4 января 1834) года. Несмотря на то, что вскоре после рождения мальчика его родители обвенчались, Василий не имел прав на фамилию и титул отца. В официальных документах долгое время указывалась фамилия «Васильев», данная по имени крёстного отца. Фамилия «Перов» возникла как прозвище, данное мальчику его учителем грамоты, заштатным дьячком, который этим прозвищем отметил своего ученика за усердие и умелое владение пером для письма.

Через несколько лет после рождения Василия его отец был уволен с казённой службы, и семья переехала в Архангельск, затем в родовое имение Криденеров.
Некоторое время Василий Перов жил в Самарской губернии — в имениях братьев, сыновей от первого брака отца. Здесь Василий переболел оспой, и последствие болезни — слабое зрение — осталось у него на всю жизнь.
Интерес к живописи возник у мальчика, когда он наблюдал за работой приглашённого отцом художника. В 1843-1846 годах Василий проходил обучение в арзамасском уездном училище, живя у учителя Фаворского. В это время он продолжал самостоятельные занятия рисованием. Мать желала отдать сына в Нижегородскую гимназию, однако отец получил новое место службы — в селе Пияшное (Пиявочное) — и Василий был отдан учиться в арзамасскую художественную школу А. В. Ступина, где учился (с перерывами) в 1846-1849 годах.
Раньше, чем другим ученикам, Ступин разрешил писать Перову масляными красками, отмечая: «Васенька не пропадёт — у него талант, из него выйдет художник». Школу он не закончил, как свидетельствуют некоторые источники, из-за конфликта с одним из учеников.

Приехав к родителям в Пияшное, Василий Перов приступил к созданию композиции «Распятие» (местонахождение неизвестно), которая писалась весь Великий пост и была окончена на Страстной неделе. Картина была помещена в церкви находившегося рядом села Никольское. В этот период Перов написал ряд портретов и жанровых картин: «Нищий, просящий милостыню», «Деревенская тройка», «Народное гуляние в семик»

Картина «Спящие дети» была написана Василием Григорьевичем Перовым в далёком 1870 году. Данное полотно входит в число лучших работ автора и высоко оценивается во всём мире не только профессиональными критиками, но и простыми ценителями искусства.

Картина написана довольно просто, без лишних изысков. Исходя из стиля написания, её относят к реализму, столь любимому Перовым. С первого же взгляда картина переносит зрителя в типичную для того времени сельскую жизнь. Сюжет очень незатейлив и прост, что придаёт картине особый шарм.

На холсте не изображены величественные особы или грандиозные баталии. Наоборот, главными действующими лицами являются обыкновенные босоногие ребятишки, которые спят на соломе в каком-то старом сарае.

Если внимательно посмотреть, с какой тщательностью и бережливостью прорисованы все детали, становится понятным, насколько автор любит то, что рисует, и даже человек, не слишком сведущий в живописи, невольно начинает симпатизировать несчастным героям картины.

Мягкий косой свет, который падает сверху из окна, по большей части освещает девочку. Мальчик же практически весь остаётся в тени. Перов прекрасно воспроизводит очень сложные ракурсы очертаний детей. Можно заметить, как автор любуется запрокинутой головкой девочки. В умелом построении композиции и грамотном использовании светотеней проявляется весь талант художника.

Эта картина является прекрасным образцом русской школы реализма и может служить пособием для изучения и овладения техникой данного направления живописи.

Помимо описания картины В. Г. Перова «Спящие дети», на нашем сайте собрано множество и других описаний картин различных художников , которые можно использовать как при подготовке к написанию сочинения по картине, так и просто для более полного ознакомления с творчеством прославленных мастеров прошлого.

.

Плетение из бисера

Плетение из бисера – это не только способ занять свободное время ребенка продуктивной деятельностью, но и возможность изготовить своими руками интересные украшения и сувениры.
1833/34-1882

«В Московской школе живописи… все жило Перовым, дышало им, носило отпечаток его мыслей, слов, деяний» ,- писал о замечательном русском художнике Василии Григорьевиче Перове один из его учеников, Михаил Васильевич Нестеров. Перов — это целая эпоха в русской живописи.

Когда молодой художник Перов впервые задумался над тем, каким будет его искусство, в художественной среде считали: «Крик, смех, стон, страдания — явления, недоступные для живописи». Но Перов стремился показать именно страдания одних и жестокость других. Каждая его картина — крик боли и протеста.

Например, его знаменитая «Тройка». Сколько сумел сказать этим небольшим полотном художник! Сюжет прост. Трое ребят-подростков тянут в гору на санях бочку с водой. Темно, холодно, кажется бесконечной обледенелая дорога, из мрака выступают измученные лица детей. На другой картине — «Спящие дети» — художник изобразил двух маленьких нищих, заснувших в каком-то сарае.

Темы своих полотен Перов находил в обыденной жизни. Он передавал то, что видел в жизни: «Проповедь в селе», «Чаепитие в Мытищах», «Сельский крестный ход на пасхе», «Монастырская трапеза». И сколько сочувствия и сострадания в его произведениях, посвященных простым людям: «Проводы покойника», «Приезд гувернантки в купеческий дом», «Гитарист-бобыль», «Старики-родители на могиле сына»!

Есть у Перова и картины, посвященные русской природе, охоте. Неизвестно, велика ли добыча главного героя «Охотников на привале», но рассказывает он о ней очень выразительно. С таким же мягким юмором написаны «Птицелов», «Рыболов», «Ботаник» и др.

Перов был выдающимся портретистом. О чем-то мучительно задумался Ф. М. Достоевский, пытливо и проницательно смотрит А. Н. Островский, горькая дума во взгляде старого крестьянина — «Фомушки-сыча»…

Много сделал Перов, воспитывая молодежь в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Всю жизнь ему приходилось биться с нуждой, бороться за новое искусство.

 

Возможно, будет полезно почитать:

 

9 советов для невероятных детских фотографий на вашем iPhone

Вы хотите делать невероятные фотографии детей на свой iPhone? Создание невероятных детских фотографий может показаться трудным. Но вы можете делать сногсшибательных фотографий детей! Читайте дальше, чтобы узнать 9 советов по прекрасной детской фотографии.

1. Сочувствуйте своему объекту для получения максимально естественных фотографий

Вот один из самых важных советов по детской фотографии, который я могу дать:

Когда фотографируете детей, сопереживайте им.

Перед тем, как начать съемку, вы должны быть в состоянии поставить себя на место объекта съемки.

Вспомните, каково было быть ребенком. Смех. Гримасничайте. Попробуйте направить своего внутреннего ребенка хотя бы на несколько минут.

Только после этого следует включать камеру.

Почему это так важно?

Дети молодые и беззаботные. Они смеются, играют и бегают. Во многих отношениях дети живут в собственном маленьком мире.

А у вас, как у фотографа, есть возможность запечатлеть что-то прекрасное. Вы можете показать детей такими, какие они есть на самом деле.

Например, посмотрите фото ниже. Сочувствуя своему объекту, я смог запечатлеть что-то естественное и красивое. Выражение ее лица кажется искренне детским… потому что это так.

Но вы не сможете этого сделать, если не сочувствуете своему предмету. В противном случае вы в конечном итоге заставите объект съемки чувствовать себя некомфортно.Их позы станут статичными и скучными. Ваши фотографии пострадают.

Плюс, если вы не можете сопереживать своему предмету, вы не поймете его. Вы не свяжетесь с ними. Вы даже потеряете способность видеть прекрасные моменты, которые стоит запечатлеть.

Однако, если вы сочувствуете своему предмету, у вас будет связь. Вы сможете делать естественные, аутентичные и красивые фотографии.

2. Выбирайте изящную одежду для красивых детских изображений

Выбор одежды для объекта съемки может быть одной из самых сложных частей детской фотографии.

Конечно, все сводится к предпочтениям фотографа. Но вот несколько рекомендаций по одежде, которые улучшат фотографии вашего ребенка.

Сначала выберите нежные цвета. Избегайте неоново-желтого, яркого красного и ярко-розового. Вместо этого выбирайте одежду сдержанно: например, небесно-голубой или осенний апельсин.

Эти цвета дополнят ваш объект, не подавляя его.

На фотографии выше мой объект был выполнен в нежных кремовых тонах.Они хорошо сочетаются с цветами фона. Кремовые цвета не доминируют в оправе. Вместо этого они становятся его частью.

Есть исключения из правила «тонких цветов». Если вы снимаете при ярком солнечном свете, более яркие цвета могут работать лучше.

На снимке ниже свет был очень ярким и резким, а более смелая одежда добавляла этому кадру.

Однако в целом лучше придерживаться более тонких цветов. Потому что чем ярче ваши цвета, тем больше они отвлекают от объекта.Если вы фотографируете ребенка в ярко-красном топе, фотография не о ребенке. Дело в одежде.

Для получения самых красивых изображений выбирайте более утонченную одежду. Таким образом, вы сможете делать фотографии, которые подчеркнут ваш объект, а не его одежду!

3. Научитесь читать по свету, чтобы получить самые невероятные детские фотографии

Вот мой любимый метод получения потрясающих фотографий детей:

Научитесь читать по свету.

То есть наблюдать за светом.Смотрите, как он меняется в зависимости от погоды и времени. Посмотрите, как температура света меняется от холодной (в пасмурную погоду) к теплой (в солнечную погоду). Научитесь предсказывать, как изменится свет.

Чем лучше вы понимаете свет, тем лучше будут ваши фотографии.

Например, я люблю выходить на съемку за час до заката. Это когда свет теплый и золотой. Я стреляю с того момента, как выхожу на улицу, пока не станет совсем темно. 

А знаете, в какое время я больше всего люблю снимать? Это момент, когда солнце цепляется за край горизонта.Это момент, когда солнца почти нет. Я всегда жду этого момента. Свет становится красивым красным. И это делает невероятные фотографии.

Я сделал фото ниже, когда солнце зашло за горизонт.

Почему я вам это говорю?

Я говорю вам это, потому что это красивое красное свечение длится всего несколько мгновений. И если вы не умеете читать свет — если вы не знаете, что произойдет, — вы упустите этот момент! И вы пропустите все фотографии, которые могли бы сделать.

Так научитесь читать свет.

Потому что чем больше вы читаете свет, тем лучше будут ваши фотографии.

4. Используйте оконный свет для создания драматических портретов

Вы хотите использовать свет для создания драматических изображений детей?

Один из способов сделать потрясающие снимки — использовать оконный свет.

Как вы это делаете?

Во-первых, обратите внимание: можно делать снимки, используя оконный свет, в большинстве условий наружного освещения.Однако разные типы естественного света приведут к разным фотографиям. Вы узнаете об этом чуть позже.

Чтобы получить эффектные портреты, поставьте объект съемки возле окна. Убедитесь, что они не слишком близко к стеклу — вы хотите, чтобы свет постепенно угасал, прежде чем достигнет их лица.

Это особенно хорошо работает, когда свет не падает прямо через окно.

Например, если солнце находится высоко в небе (например,г., в полдень), вы получите великолепный эффект. А если небо облачно, у вас получится тонкий, более мрачный снимок. 

А что, если солнце светит прямо в окно?

Попробуйте расположить объект так, чтобы он попадал на солнечный свет. В идеале солнце падает на часть лица. Тогда остальная часть их лица будет окутана тенью. Вот как я разместил свою тему ниже.

Это создаст потрясающий драматический портрет!

Убедитесь, что вы делаете несколько снимков при оконном свете! Вы получите действительно впечатляющую детскую фотографию.

5. Используйте правило третей для создания убедительных композиций

Когда вы фотографируете детей, легко сделать снимок. Но как сделать фотографии, ошеломляющие зрителя? Как сделать фотографии, которые привлекают внимание зрителя?

Начать можно с правила третей.

Какое правило третей?

Вот это (в упрощенном виде): поместите объект на треть пути в кадр. И также поместите свой горизонт на треть пути в кадр.

Другими словами, вы должны разместить основные элементы вашей фотографии по линиям сетки, показанным ниже:

Если вы сделаете это, ваши изображения будут намного мощнее. Обратите внимание, как голова моего объекта расположена там, где пересекаются две линии сетки (ниже).

Один из способов лучше понять правило третей — включить сетку камеры. Нажмите Настройки , затем Камера , затем выберите Сетка .

Теперь перейдите в приложение «Камера».Посмотреть на экране. Вы видите линии сетки?

Эти линии сетки помогут вам скомпоновать ваши изображения.

Когда вы действительно снимаете, думайте о правиле третей. Подумайте, как вы можете расположить ребенка по сетке правила третей.

Попробуйте совместить верхнюю линию сетки с головой ребенка. Или вы можете убедиться, что верхняя линия сетки проходит через глаза ребенка. И пусть линия горизонта проходит по нижней линии сетки.

На фотографии выше я расположил горизонт по нижней линии сетки.Это создает приятную композицию.

Следуя правилу третей, ваши композиции сразу улучшатся.

6. Упростите фон для детской фотографии, который появляется

Вот еще одно важное правило композиции:

Упростите фон.

Этот шаг легко пропустить. Когда вы снимаете, вы так сосредотачиваетесь на захвате объекта.

Но фон тоже имеет значение. На самом деле, хорошая фотография — это не просто хороший передний план или хороший задний план.Речь идет о создании красивого изображения в целом.

И в этом вам поможет упрощение фона. 

Как упростить фон?

Во-первых, убедитесь, что в нем нет отвлекающих предметов. Избегайте всех уличных знаков и автомобилей. По сути, вы хотите убедиться, что со страницы всплывает только одно: ребенок!

Во-вторых, убедитесь, что нет отвлекающих цветов. Вы хотите, чтобы цвет фона дополнял ребенка.Например, изображать ребенка перед ярко-красной пожарной машиной — плохая идея. Красный украдет сцену, и ребенок пропадет.

Фон может показаться неважным. Но об этом нельзя забывать! Вы всегда должны проверять фон, прежде чем нажимать кнопку спуска затвора.

7. Фотографируйте несколько детей, взаимодействующих друг с другом для получения уникальных изображений.

Одна из самых прекрасных вещей в детях — это мир, в котором они живут.

Потому что дети живут в собственном мире.

В некотором смысле дети живут отдельно от общества. Они не беспокоятся о работе и финансах. Они еще не потеряли свое воображение.

Как запечатлеть детей в их собственном маленьком мире?

Сфотографируйте их общение с другими детьми.

Сфотографировав вместе нескольких детей, вы можете изобразить этот маленький мир. Зрителю будет казаться, что он смотрит через окно в детство.

Посмотрите на фото ниже. Разве не кажется, что ты вглядываешься в жизнь ребенка?

Итак, в следующий раз, когда вы будете делать фотосессию, попросите вашего объекта привести друга! Тогда сделай шаг назад. Пусть взаимодействуют. Пусть играют. Пусть делают то, что делают дети.

Таким образом, вы сможете делать мощные и уникальные изображения.

8. Покажите движение для живых образов детей

Хотите создавать по-настоящему динамичные детские фотографии? Хотите создавать фотографии, полные жизни и энергии?

Если да, то вы должны включить движение в свои изображения.

К счастью, когда дело касается детей, показать движение несложно! Попросите испытуемого прыгать вверх и вниз. Попросите их побегать по полю.

Попробуйте надеть на объект длинную струящуюся одежду. Таким образом, когда они двигаются, одежда развевается позади них. Это добавит снимку прекрасного ощущения динамизма.

Для фотографий с движением лучше всего подойдет режим серийной съемки.

Что такое пакетный режим?

Режим серийной съемки — это функция камеры iPhone, которая позволяет делать более десяти фотографий в секунду.Вы можете активировать режим серийной съемки, удерживая кнопку спуска затвора. Ваш iPhone будет делать фотографии, пока вы не уберете палец с кнопки.

Режим серийной съемки отлично подходит для съемки движущихся детей.

Как только объект начнет двигаться, нажмите и удерживайте кнопку спуска затвора. Не отпускай, пока движение не остановится.

Я почти гарантирую, что у вас будет невероятный снимок!

Если вы хотите создавать изображения, полные жизни, обязательно изображайте движение.Это поднимет ваши фотографии детей на новый уровень.

9. Уменьшитесь, чтобы добиться успеха в детской фотографии

Хотите узнать еще один совет по композиции? Вы хотите делать яркие детские портреты прямо в лицо?

Если это так, попробуйте снизить уровень заряда. Тогда сделай свое фото.

Когда я говорю «опуститься», я имею в виду на самом деле «низкий». Например, вы можете присесть так, чтобы оказаться намного ниже линии обзора объекта. Или вы можете лечь на землю и выстрелить в объект.

Вы также можете использовать природные элементы (холмы, лестницы или окна), чтобы поместить объект над собой. Вот как мне удалось сделать это фото (ниже).

Если вы опуститесь низко, вы сделаете снимок, на котором ваш объект смотрит на вас сверху вниз, и этот угол может дать отличные снимки.

На фото ниже я старался приблизиться к земле. Благодаря этому мой объект выглядел выше и мощнее.

Появляется ребенок.Угол дает им ощущение силы.

Мне нравится этот трюк с композицией, и я призываю вас попробовать его. Вы получите прекрасные изображения — изображения, которые кажутся яркими и яркими.

5 причин, по которым вам следует избегать сообщений о своем ребенке в социальных сетях

Многие родители публикуют в социальных сетях истории, фотографии и видео своих детей, потому что они гордятся своими семьями и хотят оставаться на связи с родственниками и друзьями.Социальные сети также полезны, чтобы получить совет и почувствовать себя менее одиноким, поскольку воспитание детей может быть сложной задачей! Как родители, мы понимаем желание поделиться своим опытом воспитания ребенка.

Но насколько обмен мнениями — это слишком много, и может ли публикация в социальных сетях подвергнуть детей опасности? В этой статье рассматриваются пять не столь очевидных способов, которыми обмен информацией о вашем ребенке в социальных сетях может потенциально навредить вашему ребенку, а также вопросы, которые вы должны задать себе, прежде чем нажимать «опубликовать».”

Загрузите приложение Jellies

Распаковки нет. Без рекламы. Просто хорошие, качественные ролики для детей.

Публикация в социальных сетях может нарушить конфиденциальность вашего ребенка

Хотя маленькие дети могут не задумываться о том, что их родители рассказывают о них в социальных сетях, это может измениться по мере их взросления.Согласно Common Sense Media, примерно в 5 лет у детей начинает развиваться ощущение себя как личности и того, как их воспринимает остальной мир. Их конфиденциальность становится более серьезной проблемой. Они могут начать стесняться содержания, которое родители публикуют о них в социальных сетях, особенно когда речь идет об анекдотах из раннего детства, забавных фотографиях и обновлениях о проблемах в развитии и поведении.

Распространение неправильного контента в социальных сетях также может заставить детей почувствовать, что они не владеют собственными телами или ценностями.На самом деле у детей нет возможности не соглашаться с тем, что их родители публикуют в социальных сетях фотографии, сделанные во время купания, и другие деликатные фотографии. Они также не имеют права голоса в тех политических или социальных сообщениях, которые навязывают им родители. Например, как некоторые дети будут относиться к табличкам с изображением президентских выборов 2016 года, которые они несут, или к футболкам с лозунгами, которые они носят, когда они, будучи взрослыми, вспомнят эти фотографии? Как они будут относиться к тому, что их родители будут использовать в качестве политических заявлений на страницах Facebook?

Ваши сообщения в социальных сетях могут быть использованы для издевательств

Вам также следует позаботиться о том, как другие могут отреагировать на материалы, которые вы рассказываете о своем ребенке в социальных сетях.Независимо от того, волнует ли ваш ребенок старые фотографии и рассказы о них в социальных сетях, другие могут использовать эту информацию, чтобы высмеивать, оскорблять и даже запугивать вашего ребенка, когда он или она вырастет. Что должно помешать сверстнику поделиться фотографией, которую ваш ребенок смущает в своих сетях? Что, если эта акция приживется? Не нужно много времени, чтобы фотография из семейной шутки превратилась в пищу для сплетен для всей старшей школы.

Возможность запугивания не ограничивается людьми, которых вы знаете.Чтобы почувствовать безжалостные личности анонимных людей в Интернете, просто взгляните на ленты комментариев детских видео на YouTube. Что подумает и почувствует ваш ребенок, если увидит, что ваша аудитория в социальных сетях плохо отреагирует на ваше обновление?

Сообщения в социальных сетях могут повлиять на будущее вашего ребенка

Сложно, если не невозможно, контролировать информацию после того, как она размещена в Интернете.Вы не можете запретить кому-либо сделать снимок экрана вашего сообщения и распространить его за пределами вашей досягаемости. Ваши удаленные сообщения, хотя, по всей видимости, исчезли из вашего профиля в социальных сетях, могут по-прежнему храниться на веб-сайтах архивов Интернета и на самих серверах социальных сетей. Помня об этом, вы должны подумать, как ваши фотографии и рассказы могут повлиять на вашего ребенка, когда он станет намного старше, даже взрослым.

Реальность такова, что данные, которыми поделились родители, могут быть раскрыты поисковыми алгоритмами Google на долгие годы.И мы не знаем, каковы могут быть цели наших детей, когда они станут старше.

— Стейси Стейнберг, заместитель директора Центра по делам детей и семьи Юридического колледжа Левина при Университете Флориды.

Родители должны подумать о том, как потенциальные работодатели могут отреагировать на обнаружение определенных чувствительных моментов детства в социальных сетях. Им также следует задаться вопросом, как их сообщения могут повлиять на их ребенка, если он или она когда-либо решит баллотироваться на государственные должности или жить более общественной жизнью.

Совместное использование подвергает вашего ребенка риску цифрового похищения

Цифровое похищение людей — это разновидность кражи личных данных. Это происходит, когда кто-то фотографирует ребенка из социальных сетей и перенаправляет их под новые имена и личности, часто называя ребенка своим. В последние годы было множество примеров этого, в том числе инцидент 2015 года, когда незнакомец сфотографировал 18-месячного мальчика со страницы мамы-блогера в Facebook и разместил его в своем профиле в Facebook, действуя так, как будто он был ее сыном. .

Фотографии вашего ребенка также могут быть похищены для детских ролевых игр. Если вы не знакомы с ролевыми играми с детьми, поищите #BabyRP, #AdoptionRP и #KidRP в социальных сетях. Детские ролевые игроки создают учетные записи на сайтах социальных сетей, чтобы публиковать украденные фотографии вместе с подписями, которые содержат ложные сведения о ребенке на фотографиях. Иногда незнакомец выдает себя за ребенка, отвечая на комментарии как ребенок или с точки зрения ребенка. Эти комментарии могут вызывать беспокойство, но не все они злонамеренны.Учетные записи для детских ролевых игр, похоже, создаются людьми, которые хотят быть родителями или детьми. Однако они являются еще одним примером того, как вы можете легко потерять контроль над личностью своего ребенка, когда публикуете информацию о нем в Интернете.

Ваши сообщения в социальных сетях могут привлечь опасных людей

Фотографии и видео детей, которыми их родители поделились в социальных сетях, иногда появляются на тревожных веб-сайтах и ​​форумах, некоторые из которых посвящены детской порнографии.В одном случае мать из Нэшвилла пыталась установить личность незнакомца, который поделился фотографией ее дочери. Она перешла по фотографии на страницу, принадлежащую мужчине из Китая. На этой странице она обнаружила свое фото, а также множество других фотографий маленьких девочек.

Это не такая уж редкость, как вы думаете. По данным австралийского комиссара по электронной безопасности детей, на одном сайте было размещено не менее 45 миллионов изображений, половина из которых были фотографиями детей, взятыми из учетных записей социальных сетей.Фотографии были повседневными семейными делами, но сопровождались неуместными комментариями.

Легко забыть, что сообщения в социальных сетях также могут содержать небольшие индикаторы, которые могут помочь людям определить, где ребенок живет, играет и ходит в школу. Сообщения с такой информацией, как теги местоположения и ориентиры, дают незнакомым людям, а также известным злоумышленникам возможность определить местонахождение ребенка и других членов семьи. Это особенно опасно для семей, которые пытаются разрешить споры об опеке и избежать ситуаций домашнего насилия.

Что делать, если вы рассказываете о своем ребенке в социальных сетях

Желание рассказать о своей семье в социальных сетях — это понятно. Если вы все же решили поделиться, спросите своих детей, что им удобно, и примите некоторые меры предосторожности. Обратите особое внимание на настройки конфиденциальности на своих страницах в социальных сетях. Тщательно выбирайте фотографии и ставьте водяные знаки на те, которые публикуете публично.Попросите друзей и семью воздержаться от размещения фотографий или видео с вашим ребенком. И начните вовлекать своего ребенка в решение, чем уместно поделиться с другими. Эти разговоры могут помочь предотвратить плохие чувства в будущем и полезны для подготовки вашего ребенка к жизни в эпоху цифровых технологий.

Есть ли у вас собственные правила публикации сообщений о своих детях в социальных сетях? Нам интересно узнать, как ваша семья справляется с этой деликатной ситуацией. Свяжитесь с нами в Twitter @jelliesapp, чтобы поделиться своими лучшими практиками.Щелкните здесь, чтобы загрузить приложение Jellies.

Отправка фотографий ваших детей

Текстовое содержание для родителей

Вы «даритель»?

Для многих детей онлайн-жизнь начинается еще до рождения, когда их возбужденные родители публикуют ультразвуковые изображения в социальных сетях. В исследовательском отчете говорится, что 42% родителей делятся фотографиями своих детей в Интернете, причем половина этих родителей публикует фотографии не реже одного раза в месяц (Ofcom, 2017).Для родительских блоггеров частота публикации фотографий, вероятно, будет выше.

Интернет может предоставить фантастические инструменты, чтобы поделиться особыми моментами раннего детства вашего ребенка с семьей и друзьями. А онлайн-форумы для родителей, сети и блоги часто предоставляют ценную поддержку и утешение во время взлетов и падений родителей.

Но прежде чем поделиться, подумайте, кто именно может видеть фотографии и комментарии с изображением вашего ребенка, и как этот след в Интернете может повлиять на вашего ребенка.

Что следует учитывать?
  • Кто смотрит? Когда вы в последний раз проверяли настройки конфиденциальности? В большинстве социальных сетей по умолчанию любой другой пользователь службы может получить доступ к вашим изображениям, которые также могут отображаться в результатах поиска в Интернете. Помните, что любой, кто видит фотографию, также может загрузить ее или сделать снимок экрана, а затем поделиться ею.
  • Чем еще вы делитесь? Вы можете делиться чем-то большим, чем то, что написано в сообщении.По умолчанию многие камеры, телефоны и приложения помечают сообщения и фотографии «метаданными», которые могут включать сведения о местоположении и другую идентифицирующую информацию. Это потенциально опасно для любого ребенка, но представляет особый риск для уязвимых детей, таких как те, которые были приняты на воспитание или усыновлены и могут быть разысканы в Интернете членами их биологической семьи.
  • Право собственности Согласно условиям большинства социальных сетей, когда вы делитесь фотографией, вы предоставляете сети лицензию на использование и воспроизведение вашего изображения, а также предоставляете ей право лицензировать его для использования третьими сторонами.Его можно было использовать в коммерческих целях, на что специально указала датская компания Koppie Koppie, которая продавала кружки с изображениями маленьких детей, которые можно бесплатно скачивать. Еще одно онлайн-мероприятие, которое огорчило родителей и опекунов, — это игра «Детские ролевые игры», в которую играют некоторые пользователи Instagram, которые публикуют фотографии других детей и создают на их основе вымышленные личности.
  • Их цифровая татуировка Каждое общедоступное изображение или комментарий с изображением вашего ребенка вносит свой вклад в общественное изображение, которое может следовать за ними в будущем.Может ли их детство в сети повлиять на то, как они думают о себе, о вас или о том, как их видят другие? Может ли это стать проблемой, если они ищут работу, отношения или даже избрание на государственную должность?

Право вашего ребенка на неприкосновенность частной жизни Психолог Арик Сигман выразил обеспокоенность по поводу воздействия на детей размываемых границ между частным и публичным в Интернете: «Отчасти способ, которым ребенок формирует свою личность, связан с обладанием личной информацией о себе, которая остается частной.”

Родительские блогеры

Если вы создали блог, чтобы поделиться своим родительским опытом с более широкой аудиторией, вы, вероятно, уже много думали о таких вопросах, как конфиденциальность вашего ребенка, управление его цифровым следом, право собственности и авторские права, а также коммерциализация.

Стратегии, принятые некоторыми успешными блоггерами, включают: анонимность своей личности и личности своего ребенка; вовлекать их детей в создаваемый вами материал и публиковать только те материалы, которые им нравятся; и тщательно отслеживая присутствие своего ребенка в Интернете, например, проверяя его имя в сервисах поискового агрегатора или настраивая оповещение Google для его имени.

Безопасно ли размещать фотографии моего ребенка в Интернете?

Обмен фотографиями наших детей с друзьями и семьей является одним из самых популярных способов использования социальных сетей и стал повседневным способом оставаться на связи. Но стоит знать факты, прежде чем публиковать фотографии или позволять другим людям размещать фотографии ваших детей.

Во-первых, размещение фотографий ваших детей создает цифровой след — своего рода электронный бумажный след, — который формирует их личность в мире, в который они не хотели войти.Когда-нибудь ваши дошкольники вырастут и, возможно, не захотят, чтобы их друзья могли найти в Интернете документацию о их пеленках! Во-вторых, как только вы разместите фотографию в Интернете, вы потеряете над ней контроль. Кто-то может легко скопировать фотографию, пометить ее, сохранить или иным образом использовать — а вы, возможно, никогда не узнаете. Наконец, все, что вы публикуете, содержит информацию, ценную для рекламодателей и сборщиков данных; размещение фотографии ребенка идентифицирует вас как человека, который, например, может интересоваться детскими товарами.

По крайней мере, вы можете свести к минимуму последствия с помощью следующих мер предосторожности:

  • Использовать настройки конфиденциальности.
  • Ограничьте аудиторию сообщения (например, только семьей).
  • Создайте закрытую группу только по приглашению в социальной сети, например Facebook.
  • Выключите GPS на телефоне.
  • Рассмотрите возможность использования прозвища для ваших детей.
  • Подумайте об использовании сайтов обмена фотографиями, таких как Google Photos и Flickr, которые требуют от пользователей входа в систему для просмотра изображений (в отличие от социальных сетей, где их могут видеть все ваши подписчики).
  • Не включайте друзей вашего ребенка в фотографии, которые вы публикуете.
  • Не включайте никакую личную информацию, такую ​​как домашний адрес, вывески, школу вашего ребенка.
  • Будьте осторожны, если вы разделяете опеку. Бывшим может быть эмоционально сложно увидеть фотографии своего ребенка, когда они не включены.
  • Будьте готовы к любым отзывам; не все будут одинаково рассматривать фотографию, и онлайн-комментарии могут привести к недопониманию.

Как сохранить конфиденциальность при публикации фотографий ваших детей в Интернете

Хотя многие люди не против публиковать фотографии своих детей в Интернете, фотограф Марцин Левандовски против того, чтобы показывать лицо своего ребенка в социальных сетях.Но это не значит, что он вообще не хочет делиться фотографиями. Если вы чувствуете то же самое, возможно, вас заинтересует его предложения о других способах обмена фотографиями без раскрытия личности ребенка:

Желание сохранить конфиденциальность вашего ребенка не должно ограничивать ваши творческие возможности. Напротив, у вас есть целый мир возможностей для работы.

В качестве бонуса, когда вы сосредотачиваетесь на чем-то другом, а не на глазах ребенка, вам может быть намного легче и намного веселее фотографировать детей.Вы можете поиграть со своим воображением и придумать более интересные способы поделиться жизнью своей семьи.

Детские ножки и пальчики особенно милы. Из них получаются замечательные предметы, и они тоже очень быстро меняются. Поместите их с большими взрослыми ступнями или чем-нибудь еще для масштабирования.

Детская одежда — тоже отличный предмет, особенно если они одеты во что-то смешное или в костюмах.

Хотя вы, возможно, пытаетесь избегать фотографирования лиц, не обязательно избегать фотографирования головы ребенка.Используйте свое творчество. Найдите что-нибудь, чтобы скрыть лицо — ветку, шляпу, маску. Или попробуйте снять силуэт.

Найдите творческие способы маскировки лица.

Еще одна вещь, которую вы можете попробовать, — это включить расстояние в ваши изображения. Издалека лица становятся неузнаваемыми.

Фотографировать детей, не показывая их лиц, не обязательно должно вызывать стресс или неинтересно. Это должно воодушевить вашу творческую сторону и побудить вас пробовать что-то новое.

Нет правильного представления о том, как использовать социальные сети, когда речь идет о ваших детях.Многие родители любят делиться фотографиями со своими друзьями и семьей и откладывают свои заботы для других дел. Для некоторых позиция против показа лица ребенка в социальных сетях основана на том факте, что Facebook и другие платформы социальных сетей могут использовать ваш контент так, как им нравится. Но Левандовски говорит, что его главная причина в том, что он не хочет использовать лицо сына в качестве трофея. Он ограничивает свое присутствие до минимума, пока его сын не станет достаточно взрослым, чтобы сам решать, чем поделиться в Интернете.

Что вы думаете по этому поводу?

На фотографиях изображены дети-мигранты, спящие на циновках.

Номаан Мерчант, Джонатан Лемир и Джош Боак. | Associated Press

Дети в U.Под стражей на границе С. был замечен спящим на циновках с фольгированными одеялами

Кадры были опубликованы Службой таможенного и пограничного контроля США, поскольку СМИ были лишены доступа к пограничным объектам.

Кадровое видео, США СЕГОДНЯ

ВАШИНГТОН. Администрация президента Джо Байдена в течение нескольких недель пыталась не дать публике увидеть изображения, подобные тем, которые появились в понедельник, на которых изображены дети-иммигранты, находящиеся под стражей в США на границе, спящих на циновках под фольгированными одеялами, разделенных на группы. пластиковыми перегородками.

Должностные лица администрации упорно отказываются назвать содержание под стражей более 15000 детей в США или условия, в которых они живут, кризисом. Но они заглушили большинство попыток посторонних решить самим.

Должностные лица запретили юристам некоммерческих организаций, осуществляющим надзор, входить в палатку пограничного патруля, где содержатся тысячи детей и подростков. А федеральные агентства отклонили или проигнорировали десятки запросов СМИ о доступе к местам содержания под стражей.Такой доступ несколько раз предоставляла администрация бывшего президента Дональда Трампа, чей ограничительный иммиграционный подход Байден пообещал отменить.

Новый президент сталкивается с растущей критикой за кажущуюся секретность на границе, в том числе со стороны коллег-демократов.

Советник Байдена по национальной безопасности Джейк Салливан заявил в понедельник, что «администрация привержена прозрачности, чтобы средства массовой информации имели возможность освещать все аспекты того, что происходит на границе.

Пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки добавила, что Белый дом работает с представителями внутренней безопасности и Министерством здравоохранения и социальных служб над «окончательной доработкой деталей» и что она надеется получить новую информацию в «ближайшие дни».

House принимает законопроект об иммиграции, республиканцы говорят, что это пограничный кризис 2021 года

House принимает закон об иммиграции, поскольку иммигранты, прибывающие в Америку в 2021 году, снова увеличиваются, а Алехандро Майоркас говорит, что южная граница закрыта.

Staff Video, США СЕГОДНЯ

Axios в понедельник впервые опубликовала серию фотографий, сделанных в крупнейшем центре задержания пограничного патруля, большом палаточном лагере в городе Донна в Южном Техасе.Фотографии были опубликованы конгрессменом Генри Куэльяром, демократом из Техаса из приграничного города Ларедо.

Куэльяр сказал, что опубликовал фотографии отчасти потому, что администрация отказала СМИ в доступе к палатке Донны. Он сказал, что также хотел привлечь внимание к экстремальным проблемам, с которыми пограничники сталкиваются при наблюдении за таким количеством детей, иногда в течение недели или дольше, несмотря на трехдневный лимит пограничного патруля на задержание несовершеннолетних.

«Мы должны заботиться об этих детях, как о наших собственных детях», — сказал Куэльяр.

Томас Саенс, президент Мексиканско-американского фонда правовой защиты и образования, сказал, что США должны разрешить доступ средств массовой информации к пограничным объектам, уважая при этом конфиденциальность иммигрантов, содержащихся внутри. Он отметил риск разглашения без разрешения изображений детей, которые уже пережили травму.

«Мы должны знать об этих условиях», — сказал Саенс. «Люди должны видеть их, чтобы они могли оценить бесчеловечность и, надеюсь, приступить к более гуманной политике».

Наплыв мигрантов на границе

Белый дом гордился своей методичной политикой в ​​течение первых 50 с лишним дней, но помощники Западного крыла в частном порядке признают, что их застали врасплох наплыв мигрантов на границе и вызвавший фурор в СМИ.

Депутаты-республиканцы в основном не обсуждали законопроект администрации о помощи от COVID на 1,9 триллиона долларов. Хотя никто из них не голосовал за пакет, их оппозиция была приглушенной, и вместо этого они сосредоточились на вопросах культурной войны, таких как дебаты о расовых стереотипах в некоторых книгах доктора Сьюза, а не на законопроекте, который пользовался широкой популярностью среди избирателей Республиканской партии.

Но Республиканская партия ухватилась за пограничную ситуацию обеими руками, возродив проблему, которая сыграла ключевую роль в продвижении Трампа на вершину республиканской позиции в 2016 году.В 2018 году администрация Трампа задержала сотни детей во многих из тех же учреждений, которые используются сейчас, после разлучения их с родителями. В следующем году сотни семей и детей, задержанных на одной из пограничных станций в Западном Техасе, провели дни без достаточной еды, воды и мыла.

Байден сохранил в силе порядок общественного здравоохранения эпохи Трампа и изгнал тысячи взрослых и семей иммигрантов, но он отказался высылать детей иммигрантов без родителей после того, как в январе федеральный апелляционный суд разрешил ему это сделать.Он также предпринял шаги, чтобы ускорить воссоединение сотен разлученных семей иммигрантов.

«То, что сделал Трамп, было ужасно, — сказал Куэльяр. «Эти фотографии показывают вам, что даже с нашими лучшими намерениями, и администрация Байдена имеет самые лучшие намерения, это все еще очень сложно».

Куэльяр сказал, что Белому дому необходимо больше работать с Мексикой и Центральной Америкой, чтобы люди не покидали свои родные страны. Белый дом заявил в понедельник, что ключевые официальные лица на этой неделе отправятся в Мексику и Гватемалу.

Иммиграционный закон Джо Байдена: как считать иммигрантов без документов?

В иммиграционном законопроекте Белого дома упоминается 11 миллионов человек без документов, проживающих в Соединенных Штатах, но как рассчитать эти цифры?

США СЕГОДНЯ

В доступе СМИ и адвокатам отказано

Сенатор Крис Мерфи, демократ из Коннектикута, посетивший на прошлой неделе учреждение в Эль-Пасо, штат Техас, сказал NPR: «Мы хотим убедиться, что пресса имеет доступ к информации. привлекать к ответственности администрацию.”

Ассошиэйтед Пресс запросило доступ к приграничным объектам более чем на месяц. 4 февраля репортеры впервые обратились в Службу здравоохранения и социального обеспечения с просьбой разрешить вход в повторно открывшийся в Карризо-Спрингс, штат Техас, центр для содержания сотен подростков. И они не менее семи раз обращались к сотрудникам службы внутренней безопасности с просьбой предоставить доступ к объектам пограничного патруля, но без ответа. AP также обратилось к Псаки с просьбой открыть приграничные объекты.

Пограничные агентства при Трампе разрешили ограниченные туры для СМИ по объектам внутренней безопасности и здравоохранения и социальных служб.Некоторые из этих посещений выявили тревожные условия внутри, в том числе задержание большого числа детей в возрасте 5 лет, разлученных со своими родителями.

При Байдене агентства также отказали в полном доступе юристам некоммерческих организаций, которые осуществляют надзор за учреждениями, в которых содержатся дети. Эти контрольные посещения происходят по решению федерального суда.

Когда в этом месяце адвокаты посетили пункт пограничного патрулирования в Донне, где сейчас содержатся тысячи детей, агенты отказались впустить их внутрь, а Министерство юстиции заявило, что они не имеют права на доступ.Адвокатов заставили опросить детей на улице. В Минюсте от комментариев отказались.

Что показывают фотографии учреждения в Донне

На недавно опубликованных фотографиях, опубликованных в офисе Куэльяра, показаны группы детей, скопившихся внутри перегородок. Некоторые смотрят телевизор, а другие лежат на ковриках, некоторые бок о бок. Показано, что дети в хирургических масках, но находятся близко друг к другу.

Помещение «Донна» состоит из больших соединенных между собой палаток.На фотографиях над головой, сделанных AP, показаны закрытые открытые площадки, куда могут пойти дети. Но адвокаты, опрашивавшие детей, задержанных в Донне, говорят, что некоторые могут целыми днями не выходить на улицу.

Администрация спешит освободить больше места, чтобы вывести примерно 5000 детей из мест содержания под стражей пограничным патрулем в учреждения здравоохранения и социального обеспечения, которые лучше подходят для молодежи. Он также попытался ускорить освобождение детей, находящихся под опекой HHS, родителям и другим спонсорам в США.S. Но пограничники продолжают задерживать гораздо больше детей ежедневно, чем выпускает HHS, даже несмотря на то, что более 40% молодых людей в системе имеют родителей или законных опекунов, которые могли бы их забрать.

Тем временем администрация видит, что ее пункты неотложной помощи для детей-иммигрантов приближаются к вместимости почти так же быстро, как и открываются. Конференц-центр в центре Далласа принимает 1500 подростков менее чем через неделю после открытия и, как ожидается, в понедельник примет еще 500 подростков, по данным HHS.Его текущая вместимость составляет 2300 человек.

Лемир сообщил из Нью-Йорка, а Торговец сообщил из Хьюстона.

Границы | Роль элементов книги в передаче детьми младшего возраста информации из книжек с картинками в реальные контексты

На книжной полке устройства для предварительного чтения можно найти сборники рассказов, которые переносят детей в волшебные миры с фантастическими персонажами, в далекие страны с уникальными животными и обычаями, или держать их поближе к дому, рассказывая им о задних дворовых хулиганах или походах к дантисту.Наряду с этим можно найти фактические книги о космосе, подводных существах или доисторических динозаврах. Эти книги могут отличаться друг от друга по ряду характеристик, включая жанр, наличие фантастических элементов, живописный реализм и использование фактического языка. Ожидается, что дети узнают факты, концепции или ценности и будут применять их в реальной жизни. Имеющиеся данные о том, могут ли дети учиться и передавать новый контент из книжек с картинками, говорят о том, что важно учитывать как аспекты, по которым книги различаются, так и развивающие способности детей.В этом обзоре мы суммируем существующие данные о влиянии книжных элементов на обучение и передачу детей младшего возраста и выделяем три развивающие способности, которые могут влиять на то, будет ли на обучение детей влиять наличие или отсутствие этих книжных элементов.

Большинство прошлых исследований книжек с картинками было сосредоточено на характере взаимодействия между взрослыми и детьми при обмене книгами (например, Fletcher and Reese, 2005). Это обширное исследование демонстрирует, что различные особенности книжки с картинками формируют взаимодействия, происходящие между диадами; например, пояснительные тексты приводят к большему обучению матери во время чтения, чем повествовательные тексты (Pellegrini et al., 1990), менее конкретным языком (Nyhout and O’Neill, 2014) и большей материнской обратной связью (Moschovaki and Meadows, 2005), тогда как высококачественные иллюстрации приводят к тому, что рисунки чаще маркируются детьми (Potter and Haynes, 2000). Матери с большей вероятностью будут указывать и маркировать буквы для своих маленьких детей при взаимодействии с простой книгой, чем с книгой с манипулятивными функциями, и дети также чаще всего озвучивают буквы и изображения в простой книге (Chiong and DeLoache, 2012). Таким образом, некоторые аспекты книги могут изменить то, на чем сосредоточены и родители, и дети.В последнее время влияние книжных статей непосредственно на обучение детей с помощью печатных книжек с картинками также привлекает все большее внимание в исследованиях развития. Два недавних обзора содержали целевые обзоры функций, которые поддерживают изучение словарного запаса (Wasik et al., 2016) и обучение с помощью вымышленных СМИ в более широком смысле (Hopkins and Weisberg, 2017). Эти обзоры показывают, что дети избирательны в своем обучении и что свойства средств массовой информации могут влиять на обучение детей. В текущем обзоре мы уделяем особое внимание обучению по книжкам с картинками с целью обрисовать, как три ключевых фактора развития (символическое развитие, аналогичные рассуждения и рассуждения о фантазии) могут влиять на обучение маленьких детей и переход из книг, которые различаются по разным параметрам. .Мы сосредоточимся на областях обучения, в которых большая часть исследований характеристик книжек с картинками до сих пор проводилась с предварительными читателями: изучение слов и букв, научные концепции, решения проблем и мораль.

Одна из целей образовательных взаимодействий по обмену книгами — помочь детям накопить обобщаемые знания, которые они могут выучить, и перенести их за пределы сборников рассказов в повседневные ситуации. Под , изучающим , мы понимаем способность ребенка распознавать или цитировать информацию, представленную в книге.Под передачей мы понимаем способность, выходящую за рамки такого обучения: способность применять вновь полученную информацию к новым образцам или контекстам. Под книгами с картинками мы понимаем книги, предназначенные для предварительного чтения, которые содержат изображения, а также могут содержать текст. Сначала мы представляем три фактора развития, которые могут препятствовать обучению и передаче из книжек с картинками. Они были выбраны из-за их важности для поддержки передачи информации в разных контекстах, что является предметом исследований, которые мы рассматриваем здесь.Затем мы представляем краткое изложение исследований, в которых изучается, как особенности книжек с картинками влияют на обучение детей и их передачу в различных областях образования, либо подкрепляя, либо работая против представленных процессов развития. В заключение мы приводим идеи для новых исследований и способы, с помощью которых родители и педагоги могут помочь детям в обучении и передаче знаний из книжек с картинками.

Факторы развития, влияющие на обучение детей по книжкам с картинками

Способность детей передавать знания из книжек с картинками в реальный мир может быть ограничена развитием их символического понимания, рассуждений по аналогии и их понимания фантазии и реальности.Хотя мы обсуждаем их отдельно, эти области развития взаимосвязаны. Как мы увидим, эти факторы развития можно использовать для объяснения экспериментальных данных об обучении детей и передачи их из книжек с картинками, а также для определения областей для будущих исследований.

Символическое развитие

Одна особая проблема, с которой дети могут столкнуться при изучении и применении реальной информации из книжек с картинками, — это проблема символического озарения (DeLoache, 1991). То есть детям необходимо уметь гибко мыслить о книгах как о самих себе, а также как о символических источниках информации о мире.Например, при чтении информационной книги о новых животных, таких как южноамериканская икры, дети должны понимать, что они читают книгу со страницами, которые можно переворачивать, и картинками, рассказывающими историю о двухмерных кавалерах. Им также необходимо понимать, что икры на странице предназначены для обозначения животных в реальном мире, которые имеют то же имя («морские свинки») и особенности. Понимание того, что картинка в книге — это объект, представляющий другую сущность, является символической задачей.Это может быть непростой задачей для детей, тем более что рисунки в детской книге могут варьироваться в зависимости от характера их отношения к референту, то есть от того, представляет ли рисунок реальный конкретный (например, кот) или абстрактный (например, буквы и цифры). ) сущности или воображаемые сущности (например, говорящие кошки, говорящие горшки, единороги; Ganea and Canfield, 2015). Помимо базового понимания того, что картинки являются символическими и обозначают их референт, дети должны будут выяснить, какова природа референта.

Маленькие дети часто борются с задачами, требующими символического мышления. Например, двухлетние дети изо всех сил пытаются использовать информацию из видео и изображений комнаты, чтобы помочь им найти объект, спрятанный в реальной версии комнаты (Troseth and DeLoache, 1998). Несмотря на то, что эти малыши могут легко указывать и маркировать соответствующие объекты на картинках и в комнате, они не передают информацию от одного к другому. Предположительно, это потому, что они думают о картине и комнате как об отдельном объекте и не делают связи, что скрытый объект на картинке также представляет собой объект в натуральную величину, прячущийся за подушкой в ​​комнате в натуральную величину.Кроме того, изображения в книгах «беднее» по сравнению с информацией, представленной в реальной жизни, потому что они обеспечивают только одну визуальную перспективу, не имеют признаков глубины, таких как параллакс движения и меняющиеся тени, и могут иметь низкое разрешение. Симкок и ДеЛоуч (2006) утверждают, что различия в восприятии между изображениями в книжках с картинками и объектами в реальном мире представляют собой препятствие для способности детей использовать книжки с картинками символически, как источник информации о мире. Эта проблема не является специфической для использования детьми младшего возраста информации из книжек с картинками, но также и из других символических средств массовой информации, таких как видео (Anderson and Pempek, 2005; Barr, 2013).Есть некоторые свидетельства того, что трудности с переносом схожи для разных носителей (книги и видео; Brito et al., 2012), хотя есть также свидетельства различий в переносе, специфичных для среды (книги и сенсорные экраны; Strouse and Ganea, 2017). . В оставшейся части этого обзора мы сосредоточимся конкретно на факторах, влияющих на переход детей младшего возраста из книжек с картинками.

Различные свойства книжек с картинками могут по-разному влиять на способность детей воспринимать информацию символически.Например, изображения, которые более четко представляют объекты, которые они изображают, могут помочь детям распознать связь между книжными изображениями и реальным миром (Ganea et al., 2008; Ganea and Canfield, 2015). Таким образом, нереалистичные изображения, такие как карикатуры, фантастические декорации и изображения животных с человеческими характеристиками, могут представлять особые проблемы для детей и будут рассмотрены ниже. Тактильные особенности могут создавать аналогичную проблему, поскольку они могут выделять книгу как объект, а не как символ с информацией, которую необходимо передать о реальном мире.Эти взаимодействия между символическим пониманием и особенностями книги будут рассмотрены в различных областях обучения ниже.

Рассуждения по аналогии

Для успешной передачи сложной информации и концепций детям может потребоваться нечто большее, чем символическое понимание. Чтобы перенести основную информацию, такую ​​как имя нового животного из книжки с картинками, детям необходимо активировать изображение животного в книге и запомнить детали его внешнего вида, чтобы правильно нанести этикетку на реальное животное.Чтобы передать более сложные концепции, такие как способность животных (в целом) использовать цветной камуфляж, чтобы спрятаться от хищников, дети также должны распознавать абстрактные особенности изображенного примера и применять их к новым экземплярам. Передача концептуальной информации из одной области в другую — в данном случае из книжки с картинками в реальный мир — требует от детей распознавания абстрактной структуры отношений между двумя областями (Gentner, 1989).

Способность детей рассуждать по аналогии в некоторой степени зависит от сложности задачи и имеющихся у них знаний об отношениях, используемых в аналогии (Goswami, 1991).Когда у них есть опыт работы в какой-либо области, дети в возрасте 1-2 лет могут использовать глубокие, а не поверхностные особенности для решения аналогичных задач (например, Brown, 1990; Chen et al., 1997). Однако, когда знание предметной области ограничено, дети без предварительных концептуальных знаний могут полагаться на особенности поверхностного уровня, которые помогают им искать общие черты в аналогичных случаях (Brown, 1989). Одно из преимуществ книжек с картинками как образовательных ресурсов заключается в том, что они могут предоставить детям доступ к контенту, который они не увидят в повседневной жизни.Однако именно эта особенность книжек с картинками может сделать аналогичный перенос особенно трудным. Например, если понимание детьми цветного камуфляжа связано с конкретными иллюстрациями в книжке с картинками (например, лягушка) и особенностями поверхности этого примера (например, зеленоватым оттенком), они, скорее всего, не смогут передать эту концепцию другим животным или контекстам.

Как и в случае с символическими рассуждениями, различные особенности книжек с картинками могут по-разному влиять на способность детей аналогично передавать концептуальную информацию в книгах.Например, учитывая, что перцептивное сходство между контекстами передачи облегчает аналогичные рассуждения (Crisafi and Brown, 1986; Brown, 1989), передача детьми нового содержания из книг с фантастическими контекстами и персонажами должна быть затронута в большей степени, чем передача из книг с реалистичными контекстами и персонажами. (Richert et al., 2009). Если мы ожидаем, что дети будут изучать и переносить новый контент из книжек с картинками в контекст реального мира, детям будет легче использовать истории, которые по структуре поверхности более похожи на реальный мир.Взаимодействие между функциями книги и аналогичными рассуждениями будет рассмотрено ниже.

Рассуждения о фантазии и реальности

Дети также сталкиваются с проблемой определения того, какую информацию из книжек с картинками следует передавать. Антропоморфизм или животные с атрибутами, характерными для людей, могут быть особенно запутанными, когда некоторая информация предназначена для обобщения, а другая информация предназначена только для истины в мире рассказов. Например, если кавалеристы в рассказе говорят и носят одежду, дети должны отделить эту антропоморфизацию кавалеров от фактической информации, препятствовать передаче нереалистичных атрибутов и выборочно передавать только представленную фактическую информацию.Обучение детей по книжкам с картинками должно быть избирательным, поскольку они должны отделять вымышленную информацию от того, что может быть правдой в действительности, что обычно называют «дилеммой читателя» (Potts et al., 1989; Gerrig and Prentice, 1991 ).

Процесс отделения реальных знаний от вымышленной или ложной информации, встречающейся в контексте рассказа, может быть особенно трудным в раннем детстве, потому что дети в возрасте от 3 до 8 только начинают различать фантазии и реальность (Woolley and Cox, 2007). ).Согласно Woolley and Ghossainy (2013) маленькие дети являются «наивными скептиками», когда дело доходит до оценки реального статуса вымышленной информации. Вместо того, чтобы чрезмерно включать фантастическую информацию в свои представления о реальном мире, дети ошибаются, отвергая представленную фактическую информацию. Например, дети в возрасте от 4 до 8 лет чаще заявляли, что невероятное событие невозможно, чем принимали невозможное событие как возможное (Shtulman and Carey, 2007). Склонность к скептицизму может препятствовать передаче образовательной информации, поскольку дети, как правило, не передают детали, которые, в их сомнении, «реальны».”

Способность точно различать реальность и фантазию также может быть связана с репрезентативным развитием детей. Корриво и Харрис (2015) обнаружили, что дети в возрасте от 3 до 4 лет точно различают исторических и фантастических персонажей в повествованиях в то же время, когда они начинают выполнять задания на ложные убеждения и ложные знаки, предполагая, что понимание репрезентации (как ментального, так и символического) ) может лежать в основе способности отличать фантазию от реальности. Книжки с картинками, как с точки зрения прозы, так и с точки зрения иллюстраций, могут быть созданы для представления реальности или для представления вымышленных.Корриво и Харрис (2015) утверждают, что детям может быть трудно решить, какую из двух функций может выполнять конкретная история. Таким образом, способность детей отделять фантазии от реальности может зависеть как от их понимания того, что история означает что-то , так и от их способности судить, что это за что-то (реальность или притворство). Кроме того, собственный опыт детей и базовые знания могут влиять на аспекты историй, которые они считают реалистичными, а не фантастическими (Corriveau et al., 2015).

Книги с нереалистичным содержанием, такие как невозможные события или антропоморфные изображения животных, могут стать проблемой для детей при определении того, какие аспекты книги относятся к реальному миру, а какие принадлежат только книге. Поэтому мы снова ожидаем, что книги с реалистичным содержанием будут в большей степени способствовать передаче знаний, особенно при изучении концептуальной информации, такой как научные факты и концепции. Хотя эти особенности книги взаимодействуют с двумя другими факторами развития, о которых говорилось выше, — символическим развитием и аналогическими рассуждениями, — мы также ожидаем, что развивающаяся способность рассуждать о том, что реально, а что фантастическое, ограничивает или делает возможным обучение и передачу.

В следующих разделах дается обзор того, как отдельные аспекты книжек с картинками (такие как жанр, реализм и наличие манипулятивных функций) взаимодействуют с тремя факторами развития, которые мы предложили, чтобы повлиять на переход детей из книжек с картинками. Мы решили не представлять этот обзор как систематический или окончательный, поскольку исследования во многих областях находятся на начальной стадии (см. Таблицу 1). Скорее, мы представляем информацию о том, как выявленные нами факторы развития влияют на наше понимание обучения детей с помощью различных книжных статей и областей для дальнейшего рассмотрения при исследовании книжек с картинками.Мы ориентируемся преимущественно на предварительных читателей, которые слушают, как взрослый читает, пока они просматривают изображения книги.

Таблица 1 . Краткое изложение влияния функций книги на обучение и передачу в каждой области обучения.

Области обучения

Конкретные особенности книжек с картинками, такие как конкретное содержание, которое они включают, или способ его представления могут влиять на склонность детей к обучению и переносить образовательный контент в реальные ситуации.Ниже мы рассмотрим исследования, в которых изучаются некоторые из этих функций, сгруппированные по областям, в которых представлен образовательный контент. Мы выбрали эту организацию, потому что определенные функции могут иметь большее влияние в одних областях обучения, чем в других. Например, визуальные особенности могут быть важны при изучении словарного запаса, когда дети могут быть довольно успешными в передаче на основе сопоставления перцептивных характеристик объектов. Однако контекстная информация может быть более важной в областях науки, где передача часто происходит на концептуальном уровне.Выбранные нами домены — это в первую очередь те области, в которых изучается влияние функций книжки с картинками на передачу информации, представленной в книгах. В каждом разделе мы обращаемся к особенностям книги, которые были изучены в этой области, с учетом трех факторов нашего развития. В будущем необходимо изучить, как особенности книги влияют на передачу в других областях, таких как математика и искусство, а также как дополнительные функции книги влияют на передачу.

Обучение словам и буквам

Книжки с картинками открывают детям богатый язык.Например, книжки с картинками содержат большее разнообразие слов (Montag et al., 2015) и большее количество редких грамматических конструкций (Cameron-Faulkner and Noble, 2013), чем речь, ориентированная на детей. Кроме того, при чтении лица, осуществляющие уход, используют большее количество и более разнообразный набор слов, чем при других занятиях (Hoff-Ginsberg, 1991). Поэтому неудивительно, что совместное чтение было связано с множеством более поздних языковых результатов, включая рост словарного запаса и ранние навыки грамотности, такие как знание букв (e.г., Bus et al., 1995). Здесь нас интересуют определенные особенности книг, которые могут поддерживать процесс изучения языка по книжкам с картинками в менее продолжительном масштабе — слова и буквы, заученные в ходе индивидуальных занятий по чтению. Мы ожидаем, что символическое понимание играет особенно важную роль в этой области, поскольку перенос нового слова в новый контекст во многом зависит от распознавания помеченного предмета в книге как представляющего объекты в реальном мире, к которым этот ярлык также применяется (Прейсслер и Кэри, 2004 г .; Ганеа и др., 2008, 2009). Таким образом, особенности книг, которые делают связь между изображенными объектами и реальными референтами более ясными или легкими для различения, должны поддерживать перенос, тогда как особенности книг, которые затрудняют распознавание этих ссылок, могут затруднять перенос. Особенности книги, наиболее изученные в этой области, включают изобразительный реализм, манипулятивные особенности и фантастические контексты.

Живописный реализм

Книжки с картинками различаются по степени отражения реальности в картинках: от фотографий до иллюстраций и карикатурных штриховых рисунков.Изображение, которое является очень знаковым или визуально очень похоже на его референт, может подчеркивать связь между изображением книги с картинками и реальными экземплярами. Таким образом, мы можем предсказать, что фотографии будут самым полезным средством передачи детьми знаний из книг в реальность.

Новорожденные младенцы воспринимают размерный характер изображения и отличает его от реальных предметов. Если им представлен сложный объект и его фотография, они явно предпочтут реальный объект (Slater et al., 1984).Однако, когда им представлены одни фотографии, 9-месячные дети взаимодействуют с ними так же, как они взаимодействуют с реальным объектом, который они представляют, — ударяя, потирая и хватая фотографии (Pierroutsakos and DeLoache, 2003). Их поведение предполагает, что они еще не осознали символическую функцию изображений.

Когда младенцы достигают середины второго года жизни, они начинают обращаться с изображениями референциально, указывая и маркируя изображенные объекты (DeLoache et al., 1998). Исследования также показывают, что на втором году жизни дети понимают репрезентативный статус изображений (Preissler, Carey, 2004; Ganea et al., 2009). Тем не менее, в этом возрасте на передачу детьми новых слов из книжек с картинками референт из реального мира может повлиять изобразительный реализм. Ganea et al. (2008) показали 15- и 18-месячные книжки с картинками, в которых представлены как знакомые, так и новые объекты в виде фотографий, реалистичных цветных рисунков, которые очень похожи на фотографии, или цветных мультфильмов, которые были менее подробными и более искаженными по внешнему виду.После того, как исследователь прочитал книгу (назвал имена изображенных объектов), дети обоих возрастов смогли распознать помеченный объект, который они видели в книге, независимо от типа изображения. Однако дети, которые читали книгу мультфильмов, не делали обобщения на изображение нового экземпляра, отличного по цвету. Восемнадцатимесячные дети перенесли этикетку на референт в реальном слове во всех трех условиях, а пятнадцатимесячные сделали это только в условиях фотографии и рисунка.Взятые вместе, эти результаты позволяют предположить, что перевод с фотографий был для детей самым легким, а с мультфильмов — самым трудным. С возрастом у детей лучше получается переходить от несходных по восприятию изображений к реальным объектам, хотя есть свидетельства того, что иконичность изображений продолжает играть роль в некоторых задачах передачи изображений даже в трехлетнем возрасте (Callaghan, 2000; Mareovich and Peralta, 2015). Влияние значимости на обучение маленьких детей по книжкам с картинками также было обнаружено с помощью других мер, таких как имитация (Simcock and DeLoache, 2006).Таким образом, в раннем возрасте, когда дети впервые начинают мыслить символически, их понимание того, что картинки обозначают реальные объекты, взаимодействует с типом изображений в книгах.

Манипулятивные функции

Термин «манипулятивные функции» использовался для обозначения функций, которые «предназначены для улучшения физического взаимодействия детей с книгой», таких как откидывающаяся откидная створка, царапина и обнюхивание и другие трехмерные дополнения. ons (Таре и др., 2010, с. 396). Эти особенности могут быть интересными для детей, но исследования показывают, что они не могут быть оптимальными для обучения.Одна из причин, по которой они могут быть неоптимальными для обучения, заключается в том, что они могут отвлекать внимание от связей между книгой и реальным миром. Для маленьких детей, которые все еще учатся использовать картинки в книгах в качестве «обозначения» реальных объектов, это может отвлекать от понимания, необходимого для передачи усвоенной информации.

Используя книги, предназначенные для обучения детей названиям животных, Tare et al. (2010) протестировали помогающее или препятствующее влияние манипулятивных функций на обучение и передачу имен животных у детей в возрасте от 18 до 22 месяцев.Детям была прочитана книга исследователя с изображением 9 животных либо с помощью коммерчески представленной книги-манипулятора (с клапанами и язычками), либо отсканированной копии книги (без элементов управления). Во время теста дети, которые видели копию книги без каких-либо манипуляций, правильно обобщили новое имя животного на новые картинки и копию животного. Дети, которые читали книгу с манипулятивными особенностями, не преуспели. В другом исследовании исследователи сравнили заучивание 30–36-месячными буквами из учебника алфавита с ручками, откидными створками и текстурой с книгой без этих функций (Chiong and DeLoache, 2012).Дети выучили больше букв из простого алфавита, чем из манипулятивного. Авторы утверждали, что значимость манипулятивных функций может сделать их больше похожими на сами объекты, а не на символы, обозначающие другие объекты, чем на их двумерные аналоги. Таким образом, затруднения детей с переносом этикеток с книг, предназначенных для манипуляций, могут возникать из-за того, что они не могут «увидеть прошлое», чтобы понять, что содержание является репрезентативным, значимым и применимым в других контекстах.

Другая возможность состоит в том, что умственные усилия детей связаны с взаимодействием с особенностями, а не с содержанием. Например, если потянуть за вкладку в алфавитном справочнике, чтобы грузовик двинулся с места, это не поможет подчеркнуть соответствие между буквой Т и первым звуком в слове «грузовик». Есть и другие свидетельства того, что функции, требующие дополнительных умственных усилий, например наличие нескольких больших изображений на каждой странице, могут привести к когнитивной перегрузке, нарушая обучение (Flack and Horst, 2017).Флэк и Хорст (2017) читают книги для детей от 3 до 5 лет с одной или двумя иллюстрациями обычного размера на каждом развороте или одним большим изображением на разворот. Новые объекты на картинках при чтении были помечены новыми словами. Во время теста детей просили идентифицировать референт этикеток, указывая на правильные объекты на странице книги. Дети добивались большего успеха, когда видели одну иллюстрацию, независимо от размера, что указывает на то, что две иллюстрации могли привести к когнитивной перегрузке. Исследователи не оценивали передачу обучения.В последующем исследовании жест рукой, который указывал детям на правильную иллюстрацию, способствовал обучению по книге с двумя картинками на разворот. В свете этих эффектов когнитивной перегрузки на обучение детей необходимы дополнительные исследования, чтобы определить, являются ли манипуляторы особенно разрушительными для символического понимания, приводят ли они к когнитивной перегрузке или и того, и другого.

Исследования показывают, что не все манипулятивные функции вредны для обучения детей. Исследователи мультимедиа утверждали, что дополнительные функции книги, которые привлекают детей к учебному содержанию книг (называемые «внимательными», Labbo and Kuhn, 2000), могут способствовать обучению.Недавний метаанализ исследований электронных книг с такими значительными улучшениями, как анимированные картинки, музыка и звуковые эффекты, способствовал изучению словарного запаса детей дошкольного и младшего школьного возраста (Takacs et al., 2015). Хотя нам не известно о подобных результатах с манипулятивными функциями печатных книг, одно исследование предполагает, что манипуляторы, предназначенные для привлечения внимания к учебному содержанию, в данном случае форме букв, не отвлекали трехлетних детей от изучения названий букв ( Chiong и DeLoache, 2012).

Для обучения как по словам, так и по буквам, манипулятивные функции, традиционно встречающиеся в печатных книгах, по-видимому, не способствуют обучению и передаче, а в случаях, когда функции не имеют отношения к учебному содержанию книги, могут даже мешать ему. Манипуляторы с центральным содержанием, которые выделяют образовательный контент, такие как выделение визуальной формы буквы — решающий компонент для переноса названия буквы в новые экземпляры буквы — могут обещать облегчить символическое понимание и, следовательно, передачу.Исследования в этой области станут особенно важными, поскольку функции, доступные в цифровых книгах, продолжают расширяться.

Фантастические контексты

В фантастических и реалистичных книжках с картинками дети могут встретить новый и необычный словарный запас. Однако мы можем предсказать, что реалистичные контексты рассказов дают детям больше подсказок, которые они могут использовать, чтобы сопоставить сюжетные изображения и контексты с ситуациями реального мира. Сходство между контекстами обучения и передачи может обеспечить поддержку символического понимания — признания сходства между символом и его референтом — а также для передачи по аналогии.В недавнем исследовании дошкольников с низким доходом было исследовано влияние фантастического или реалистичного содержания на усвоение детьми слов (Weisberg et al., 2015). Детям был подарен набор реалистичных или фантастических коммерческих книжек с картинками и игрушек. Исследователи измерили восприимчивость понимания детьми слов, представленных в книгах и игрушках, и попросили их рассказать все, что они знали о проверяемом слове (например, «Что такое сорняки?»). В обоих условиях дети показали одинаковые успехи в идентификации тестируемых объектов.Однако дети в фантастическом состоянии могли предоставить больше информации об объектах, когда им давали открытые подсказки. Это исследование предполагает, что дети узнали больше о целевых объектах в фантастических контекстах. Однако важно отметить, что это исследование не оценивало какой-либо тип переноса в реальный мир, и не делалось различия между фантастической и реалистичной информацией в объяснениях, данных детьми. Каким образом фантазия может влиять на способность детей переносить ярлыки на новые образцы или референты из реального мира, еще предстоит исследовать.Рассмотрение факторов развития, которые мы здесь определили — символическое понимание, аналогичный перенос и рассуждения о фантазии и реальности — может привести к предсказанию, что детям будет труднее переносить ярлыки с фантастических, чем реалистичных книг, на референтные книги.

Резюме: иллюстрированные книги и обучение слов и букв

Книжки с картинками — богатый источник нового языка. Поскольку младенцы и малыши только учатся использовать картинки символически для обозначения других объектов, функции, которые поддерживают это понимание, а не отвлекают от него, являются наиболее полезными.Если цель состоит в том, чтобы научить детей новым словам или буквам, оказывается, что книги с реалистичными изображениями лучше всего, особенно для самых маленьких. Если выбраны книги с манипулятивными функциями, они должны привлекать внимание к учебному содержанию, а не отвлекать от него. Необходимы дополнительные исследования, чтобы определить влияние реалистичного и фантастического контекстов на передачу детьми новых слов, которые они выучили, в другие контексты, а также на то, как эти контексты взаимодействуют с развивающимися способностями детей различать фантазию и реальность.В будущих исследованиях можно будет рассмотреть не только разнообразие расположения изображений на странице (Flack and Horst, 2017), но также тип фона, на котором отображаются изображения, и тип расположения объектов (отображается ли объект с объектами из той же категории. или другая категория). Проницательный анализ структуры детских книг для детей 0 и 3 лет был предоставлен Kummerling-Meibauer and Meibauer (2011), и в будущих исследованиях он может использоваться в качестве руководства для экспериментальной проверки того, какие типы книжных структур наиболее благоприятны для слов детей младшего возраста. и буквенное обучение.

Изучение биологических фактов и концепций

Изучение детьми других животных, не относящихся к человеку, было в центре внимания большинства исследований детской биологии, изучающих книжки с картинками. Дети естественно интересуются животными с раннего возраста (DeLoache et al., 2011), и животные широко представлены в книгах, предназначенных для маленьких детей (Marriott, 2002). Таким образом, эта область обучения включает в себя наибольший объем исследований влияния характеристик книги с картинками на передачу. В подгруппе исследований изучались биологические концепции, применимые как к людям, так и к животным, не относящимся к человеку, включая питание (Gripshover and Markman, 2013) и адаптацию путем естественного отбора (Kelemen et al., 2014). Другой, рассматриваемый здесь, был посвящен обучению детей новой биологической причинно-следственной связи (Walker et al., 2014).

Как и в случае изучения соответствия между словами и буквами и их референтами, символическое понимание также может играть важную роль в изучении и передаче биологических фактов и концепций. Однако для передачи концептуального знания требуется нечто большее, чем просто символическое сопоставление изображения с реальным референтом; он часто включает более сложные рассуждения о сходстве между ситуациями и выбор правильных деталей для передачи.Следовательно, рассуждения по аналогии и различение между фантазией и реальностью должны играть гораздо более важную роль в усвоении детьми биологической информации из книжек с картинками, чем при обучении слов и букв. Особенности книги, которые были изучены в этой области, включают манипулятивные особенности, фантастические контексты, антропоморфизм и жанр.

Манипулятивные функции

Опасения по поводу использования манипулятивных функций в изучении биологии отражают озабоченность в отношении обучения словам.Когда дети учатся символически связывать книжки с картинками и реальный мир, отвлекающие элементы в книгах могут нарушить эту связь. В одном исследовании с участием детей в возрасте от 27 до 39 месяцев детям читали либо всплывающую книгу, либо книгу с реалистичными изображениями, либо книгу с рисунками (Tare et al., 2010, исследование 2). Во время обмена книгами экспериментатор рассказал ребенку четыре факта о диетических предпочтениях животных, изображенных в книгах (например, цыплята любят есть червей). Дети, которые читали всплывающую книгу, узнали из нее меньше фактов, чем дети, которые читали книги без всплывающих окон.Это исследование не оценивало перенос этих фактов в новый контекст, но демонстрирует, что особенности, которые отвлекают или затемняют базовое соответствие между изображениями и их референтом, действуют на снижение обучения в биологической области, как в случае обучения слов и букв.

Фантастические контексты

Хотя фэнтези может быть очень любимым и увлекательным жанром, что нарушения реальности, присущие этому жанру, означают для обучения и передачи детей? Фантастические книги могут сильно различаться, смешивая персонажей, обстановку и события, которые различаются по своей реалистичности.Книги с фантастическими аспектами могут быть особенно хорошим выбором для маленьких детей, потому что они могут вовлечь детей в образное мышление. Воображаемая игра может способствовать лучшему причинному рассуждению (Walker and Gopnik, 2013), лучшему дедуктивному мышлению (Dias and Harris, 1988), а также повышению сочувствия и понимания других (Mar and Oatley, 2008). Паркер и Леппер (1992) предполагают, что фэнтезийные контексты также могут быть очень образовательными, поскольку они привлекают и мотивируют детей (см. Также Hopkins and Weisberg, 2017).Однако в фантастических контекстах детям может быть труднее увидеть связи между книгами и реальностью, будь то символические или аналогичные. В фантастических контекстах детям также может быть труднее определить, какая информация в книгах является реальной и должна быть передана.

В исследовании причинного обучения детей по реалистичным и фантастическим книжкам с картинками Walker et al. (2014) представили 3-, 4- и 5-летним детям одну из двух художественных книжек и проверили их обобщение вымышленной целевой биологической причинно-следственной связи: цветы мака вызывают икоту, когда их нюхают.Целевые отношения были сформулированы либо в реалистичном мире (например, мальчик залезает на дерево), либо в фантастическом мире (например, мальчик разговаривает с деревом). В обеих книгах мальчик нюхает цветок мака и начинает икать. Затем детей попросили оценить, «могут ли события в истории действительно произойти» или «не могут действительно произойти, и они просто притворяются». Затем экспериментатор сказал детям, что раньше она нюхала цветок мака, и спросила, думают ли они, что у нее икота или нет.Когда мир вымышленных историй был более реалистичным, дети с большей вероятностью оценивали целевое отношение как нечто, что «действительно могло произойти», и предсказывали, что экспериментатор икнул от самого запаха цветка. Тенденция к передаче целевой информации из более фантастического мира уменьшалась с возрастом, поскольку у детей формировалась способность различать фантазии и реальность. Это исследование показывает, что когда детей просят передать информацию из рассказа в предполагаемую реальную ситуацию (реальный человек нюхает цветок мака), они полагаются на контекстную информацию, представленную в рассказе, чтобы решить, следует ли передавать эту информацию или нет. .В случае фантастической истории контекст мира истории и реального мира были менее похожи, чем в случае реалистической истории, что уменьшало вероятность передачи по аналогии. Кроме того, как отмечалось ранее, когда дети не уверены в фантастическом статусе информации, они, как правило, настроены скептически и проявляют осторожность при определении того, что является реальным. Фантастические контексты могут указывать детям, что информация в рассказе не имеет отношения к их ситуации, и, таким образом, уменьшать их склонность применять информацию в реалистичных контекстах.

Антропоморфизм

Проведя анализ 1064 современных книжек с картинками, Марриотт (2002) пришел к выводу, что книжки с картинками обычно представляют животный мир и его естественную среду неточным и вводящим в заблуждение образом, включая тенденцию к антропоморфизму. Предоставление животным среды обитания и черт, которые реалистичны для человека, может быть особенно трудным видом фантазии для детей, чтобы распознать, поскольку эти черты могут комфортно соответствовать их собственному личному опыту в мире.Например, может показаться правдоподобным, что животные плачут, когда грустят, или спят с одеялом, потому что это часть повседневной жизни детей. Последние данные показывают, что детям бывает сложно отличить антропоморфные характеристики, изображенные в рассказах, от настоящих характеристик животных. Эта борьба может повлиять на информацию, которую дети передают из рассказов в реальный мир.

В одном исследовании Ganea et al. (2014) создали два типа книжек с картинками о новых животных: один с фактическим языком, а другой с антропоморфным языком.Оба типа книг содержали реалистичные изображения и предоставляли факты о каждом целевом животном. В обоих типах книг дети от 3 до 5 лет, которые читали книги исследователем, узнали целевые факты, представленные в книжках с картинками. Однако важно то, что дети, которые слышали антропоморфные истории о новых животных, чаще приписывали антропоморфные характеристики (например, чувство гордости, наличие друзей) реальным животным на фотографиях, чем те, кто слышал истории без антропоморфного языка.Таким образом, дети иногда неправильно переносили антропоморфные признаки на реальных животных.

Во втором исследовании Ganea et al. (2014) исследовали влияние антропоморфных образов на усвоение детьми фактов и их склонность к антропоморфизации. Они представили новой группе детей 3–5 лет книги о новых животных, содержащие либо фактический, либо антропоморфный язык. В данном случае оба типа книг включали антропоморфные иллюстрации (например, животные, которые едят за обеденным столом).Дети в полном антропоморфном состоянии (антропоморфные образы + язык) правильно ответили на меньшее количество фактических вопросов, чем дети в условии только антропоморфных образов (с фактическим языком). Дети в полном антропоморфном состоянии также приписывали более антропоморфные характеристики реальным животным. Эти данные показывают, что антропоморфный язык может сбивать с толку детей.

Используя сборники рассказов с более тонкими формами антропоморфизма, Geerdts et al.(2015) исследовали влияние антропоморфизма на знания детей в возрасте от 3 до 6 лет о маскировке. В своих антропоморфных книгах животные изображались с человеческими лицами и позами, но в их естественной среде обитания. Дети читают книжку с картинками на фактическом или антропоморфном языке в сочетании с реалистичными или более тонкими антропоморфными картинками. В целом передача была низкой — только группа мальчиков, ознакомившихся с книгой с антропоморфными картинками, передала информацию о маскировке в реалистичные ситуации во время теста, и не было никаких различий в состоянии психологических свойств, которые дети приписывали животным.В исследовании участвовало только 12 детей на одно заболевание, поэтому можно сделать ограниченные выводы об отсутствии эффектов состояния. В будущих исследованиях необходимо будет выяснить, влияет ли стиль антропоморфных изображений на то, что дети узнают и передают из рассказов.

Другое недавнее исследование предлагает понимание того, как антропоморфные изображения влияют на биологическое мышление и обучение детей. Waxman et al. (2014) рассказали пятилетним детям новый факт либо о собаках, либо о людях (т. Е., «У собак / людей есть андро внутри»). Затем они читают детям несколько страниц из антропоморфной книги (Медведи Беренштейна) или реалистической книги (статья из энциклопедии животных). После реалистической книги дети рассуждали, что у медведей есть андро, независимо от того, говорили им это о людях или собаках. После антропоморфной книги дети рассуждали, что у медведей есть андро, только если им рассказали правду о людях. Это исследование предполагает, что антропоморфные изображения могут заставить детей думать об этих животных как о более похожих на людей, и даже очень краткое знакомство с изображениями животных в книжках с картинками (антропоморфными или реалистичными) может повлиять на то, как они рассуждают о животных. как имеющие человеческие черты.

Антропоцентрические предубеждения детей могут также влиять на формат книг, в которых они встречаются с новыми животными. Мы знаем, что дети из сельских сообществ, которые, вероятно, имели больший опыт общения с природой, менее склонны придерживаться антропоцентрической точки зрения, чем городские дети (Waxman and Medin, 2007), возможно, потому, что у них больше непосредственного опыта, который позволяет им точно идентифицировать антропоморфные изображения как фантастические. С другой стороны, городские дети, не имеющие непосредственного опыта общения с различными животными, могут вместо этого получить антропоморфные рассуждения, подкрепленные другими источниками, такими как изображения в средствах массовой информации (например,г., иллюстрированные книжки) и беседы (Herrmann et al., 2010). Эти различные антропоцентрические предубеждения могут повлиять на то, в какой степени дети передают информацию, с которой они сталкиваются в фантастической книге о животных, при этом сельские дети реже передают антропоморфную информацию, а городские дети — в большей степени. Антропоморфные изображения животных в книжках с картинками могут, в свою очередь, усилить склонность детей рассматривать животных как человекоподобных, особенно для детей, которые имеют ограниченный непосредственный опыт общения с другими видами.По мере того, как исследователи работают над отслеживанием потенциально положительных ролей, которые могут играть антропоморфные персонажи, родители и учителя могут работать, чтобы развеять биологические заблуждения, обсуждая со своими детьми, какие характеристики реальны, а какие нет (McCrindle and Odendaal, 1994; Marriott, 2002; Гебхард и др., 2003). Таким образом, поддержка различения детских фантазий и реальности посредством обсуждения может помочь детям, которые еще не полностью развили эту способность, должным образом изучать и применять информацию из книг в реальном мире.

Жанр

Дети могут также использовать жанр книги как подсказку, чтобы определить, следует ли переносить информацию в новый контекст или применима только к сказочным мирам. Детские книги можно разделить на художественные (как правило, повествовательные) и научно-популярные (информационные, как правило, не повествовательные) жанры. Информационные тексты — это реалистичные научно-популярные книги, предназначенные для передачи информации о естественном и социальном мирах (Duke, 2000). Информационные книги играют важную роль в классных комнатах; представьте, что вы изучаете органическую химию или алгебру без учебника! Несмотря на их преобладание в классах продвинутого уровня, информационные тексты редко встречаются в классах младшего и начального возраста (Pressley et al., 1996; Герцог, 2000). Хотя продажи в жанре информационных книг выросли в последние годы, продажи детской художественной литературы остаются примерно в четыре раза выше (Milliot, 2015). Традиционное отсутствие информационных книг в контексте раннего детства может быть результатом широко распространенного предположения, что повествование является более эффективным жанром для вовлечения детей (Донован и Смолкин, 2001; Дюк и др., 2003; Манцикопулос и Патрик, 2011). Однако недавнее исследование показало, что дошкольники на самом деле предпочитают информационные книги художественным, а учителя считают, что их содержание больше подходит для реальной жизни (Kotaman and Tekin, 2017).

Отличительной чертой информационных книг является то, что они содержат более общий язык, чем повествовательные книги (Gelman et al., 2012). Лабораторные исследования показали, что трех- и четырехлетние дети чувствительны к языковым различиям и расширяют свойства до более крупных категорий, когда слышат родовой язык (Cimpian and Markman, 2008). Из-за различий в стилях языка, используемого в книгах, мы можем ожидать, что дети будут более охотно передавать информацию из информационных книг. Например, повествовательная книга о кавалере может содержать утверждение: «Дэйв, икра ест фрукты», а в информационной книге может быть сказано: «Кэви едят фрукты.«Основываясь на выводах Симпьяна и Маркмана (2008), мы можем предсказать, что общий характер второго утверждения может действовать как сигнал о том, что все кавалеры едят фрукты, а не конкретная икра по имени Дэйв. Однако может случиться так, что детское обобщение устойчиво к различиям в жанровой и языковой специфике, когда тип контента применяется на уровне категории (например, о диете). Когда матери делятся книжками с картинками с детьми, они предоставляют как общий, так и конкретный язык, предлагая естественные факты о животных, предполагая, что обобщающие факты не всегда содержатся в общем языке (Nyhout and O’Neill, 2014).

Ни одно исследование не рассматривало изучение биологической информации на основе неописательной информации в сравнении с повествовательной художественной литературой; однако в одном исследовании сравнивались две книги, в которых некоторые из языков различались по специфике. Трех- и четырехлетним детям была прочитана одна из двух повествовательных книжек с картинками, предназначенных для обучения концепции цветного камуфляжа (Ganea et al., 2011). Фактическая книга содержала комбинацию общих утверждений о лягушках, перемежающихся рассказом о конкретной птице и лягушке, которые назывались «птица» и «лягушка».В преднамеренной книге лягушка была названа «Сэмми», а общие утверждения о лягушках были заменены конкретными утверждениями о Сэмми. В преднамеренную книгу также входили утверждения, антропоморфизирующие намерения животных, например, «Сэмми обманул птицу». Трех- и четырехлетние дети успешно переносили информацию о маскировке в новые ситуации, представленные с помощью фотографий лягушек и других животных, независимо от того, какую книгу они читали. Четырехлетних детей также переводили живым животным в резервуары.Исследование показывает, что дети могут передавать биологическую информацию из книг в реальный мир, когда используются оба типа языка. Потребуются дальнейшие исследования, чтобы установить, дает ли общий язык, используемый в книгах, сигнал детям о переводе, как можно было ожидать от других исследований, и влияют ли другие жанровые особенности книги на обучение детей.

Резюме: иллюстрированные книги и изучение биологии

Различия в характеристиках книг, по-видимому, существенно влияют на способность детей извлекать и передавать биологическую информацию в реальный мир.Фантастические контексты, используемые в рассказах, могут указывать детям, что информация, представленная в книгах, не может быть перенесена в контекст реального мира. Поскольку дети склонны ошибаться в сторону осторожности, рассуждая о том, какие события действительно могут произойти, дети могут не применять точную биологическую информацию, представленную в фантастических историях, считая ее нереальной. Напротив, антропоморфные детали в рассказах, по-видимому, подталкивают детей к рассуждениям в противоположном направлении — заставляя детей рассуждать о животных как сходных с людьми и потенциально мотивируя их принимать неточную биологическую информацию о животных.Это может быть опосредовано опытом; дети, не имеющие большого опыта общения с животными, могут использовать свой личный (человеческий) опыт, чтобы помочь им понять, что является реалистичным. Взрослые могут помочь развеять неправильные представления о животных, поговорив с детьми о характеристиках, изображенных в рассказах. В любом случае реалистичные книги могут с большей готовностью поддерживать аналогичный перенос, изображая контексты, аналогичные реальному миру, и характеристики, подходящие для передачи.

Наконец, книжный жанр может поддерживать передачу за счет использования стилистических особенностей, таких как язык и тип изображения.Необходимы дополнительные исследования, чтобы определить, в какой степени специфика используемого языка или других связанных с жанром особенностей способствует получению детьми биологической информации из книжек с картинками. Контексты, которые более явно напоминают реальность, могут поддерживать как символическое понимание, необходимое для обучения при передаче в раннем детстве биологических фактов из книг (например, цыплята едят червей), так и аналогичные рассуждения, необходимые для более позднего усвоения научных концепций (например, маскировка).

Физика

Задача изучения физических концепций во многом схожа с задачей изучения биологических концепций. Во-первых, информация может потребовать концептуальной абстракции помимо выстраивания элементов поверхности — например, как естественный отбор, так и центробежная сила применяются в ситуациях, которые сильно различаются по контексту. Таким образом, функции книги с картинками, основанные на визуальном сходстве (например, изобразительный реализм), могут быть менее важны для поддержки передачи, чем функции, поддерживающие понимание аналогичных контекстов.Однако необходимые несоответствия между фантастическими деталями в рассказах и контекстами реального мира могут затруднить распознавание детьми сходства между контекстами, тем самым нарушая аналогичный перенос. Во-вторых, реалистичная и нереалистичная информация как о биологии, так и о физике часто смешивается в детских рассказах, что особенно затрудняет различие между фантазией и реальностью. Например, в «Волшебный школьный автобус» и «Путешествие по электрическому полю» детям рассказывают об электричестве через повествование, в котором школьный автобус сжимается до размера электрона, что нарушает определенные законы физики и намеревается учить других.Необходимые несоответствия между фантастическими деталями в рассказах и контекстами реального мира могут затруднить распознавание детьми сходства между контекстами, тем самым нарушая аналогичный перенос. Однако, несмотря на их сходство, есть основания ожидать, что дети будут по-разному относиться к информации о биологии и физике. Собел и Вайсберг (2014) обнаружили, что у четырехлетних детей, создавших рассказ, больше шансов включить события, связанные с физическими нарушениями (например, прохождение сквозь стену), чем с биологическими (например.g., старение в обратном направлении), указывая на то, что дети находили в своих рассказах нарушающие реальность физические события и контексты более приемлемыми, чем нарушающие реальность биологические события.

Два недавних исследования показывают, что книги кажутся хорошими инструментами для обучения детей переносимым понятиям физики. Ganea et al. (2017) обнаружили, что шестилетние и семилетние дети с неправильными представлениями о балансе показали лучшее понимание баланса при выполнении реальной задачи, независимо от того, читали ли они реалистичную или фантастическую книгу о балансировке качелей.У большинства детей это улучшение сохранялось при последующем посещении после 1-недельной задержки. В другом исследовании дети 4 и 5 лет одинаково хорошо усваивали и передавали информацию о гравитации и падающих объектах из информационной или повествовательной книжки с картинками, которую им читал исследователь (Venkadasalam and Ganea, 2017). Судя по имеющимся немногочисленным свидетельствам, перенос концепций физической науки, похоже, нелегко прервать манипуляциями с фантастическим контекстом или жанром, как в других областях, хотя необходимы дополнительные исследования с использованием более широкого круга концепций.Кроме того, в обоих рассмотренных здесь исследованиях участвовали дети, которые изучали точную физическую информацию из книг. Дальнейшие исследования фантастических контекстов должны выяснить, способны ли дети отличать точную физическую информацию от нарушений реальности (например, уменьшение размеров автобусов) и надлежащим образом применять реальную, но не фантастическую информацию к ситуациям реального мира.

Решение проблем

Решение проблем происходит, когда кто-то хочет достичь цели, но решающий проблему не видит очевидного решения (Mayer and Wittrock, 1996).Лицо, решающее проблемы, использует свои собственные знания и навыки для разработки решения. Когда решенная проблема отличается от проблем, с которыми ранее сталкивались, это включает в себя процесс передачи. Как и в случае со всеми проблемами передачи, решатель проблем должен распознавать сходство между тем, что было изучено изначально, и новым контекстом — в данном случае — схожие черты проблем. Ребенок также должен распознать решение в рассказе как представление решения проблемы, которое потенциально имеет отношение к событиям, выходящим за рамки книжного контекста.Символические рассуждения могут помочь детям осознать, что информация является символической и передаваемой, а навыки рассуждения по аналогии могут помочь детям определить потенциально релевантные контексты для передачи. Таким образом, мы можем ожидать, что навыки детей в этих областях будут особенно важны при переносе решений проблем из рассказов в реальный мир.

Интересной особенностью передачи «проблема-решение» является то, что он часто может происходить после значительной задержки. Ребенок может столкнуться с реальной проблемой только через несколько дней, недель или даже месяцев после прочтения рассказа.Ребенок должен вспомнить и распознать абстрактное сходство между проблемой рассказа и проблемой, с которой он сталкивается, которая выходит за рамки поверхностных черт двух проблем. Например, герой рассказа может извлечь застрявший в балке мяч с помощью метлы. Позже ребенок может использовать аналогичную стратегию, чтобы подобрать мяч, застрявший в дереве, с помощью хоккейной клюшки.

Как мы более подробно обсудим ниже, способность детей различать фантазии и реальность также может влиять на то, как они понимают решения проблем.Решения проблем, представленные в фантастических рассказах, могут иметь отношение к реальному миру, и дети с лучшим пониманием возможностей могут лучше применять решения из фантазий в реальном мире. Дети, которые скептически относятся к фантастическим событиям, вряд ли перенесут решения из этих историй.

Живописный реализм

При решении задач, которые можно решить с некоторой опорой на визуальное сходство, изобразительный реализм может повлиять на передачу детей младшего возраста.Книги, в которых есть изображения, которые больше похожи на реальные объекты, например фотографии, помогают детям выровнять книжные объекты с их реальными референтами и передать навыки, которые они узнали из книги. Simcock и DeLoache (2006) показали 18-, 24- и 30-месячным детям книжку с картинками, в которой изображено, как шар, банка и палка собираются в погремушку. После некоторой задержки им выдали реальные версии объектов и попросили проверить, собирают ли они из частей погремушку. Дети всех возрастов собирали погремушку, когда читали книгу с цветными фотографиями предметов.Дети двух старших возрастных групп перенесли решение из рисунков цветными линиями, и только дети старшей группы перенесли решение из книги с карандашными рисунками. Это исследование показывает, что изобразительный реализм картинок в книге повлиял на то, как дети передали сборку погремушек, и что эта функция книги взаимодействует с развитием. Когда используются реалистичные фотографии, даже 13-месячные дети могут использовать информацию, представленную в книге с картинками, чтобы делать индуктивные выводы о неочевидных свойствах реальных объектов и пытаться выявить эти свойства посредством определенных действий, описанных в книге (Keates et al. al., 2014; см. также Khu et al., 2014 для исследования с использованием той же задачи).

Фантастические контексты

Simcock и DeLoache (2006) задача требовала передачи решения, в котором контексты обучения и передачи были хорошо визуально согласованы. Однако, как и в случае передачи научных концепций, передача решений проблем часто требует учета глубинных особенностей, а не характеристик на уровне поверхности. Это требует умения рассуждать по аналогии. Есть также важные различия между передачей научных концепций и решениями проблем.В случае биологии и физики детям ставят задачу отделить реалистичную информацию от нереальной и передать только то, что применимо к реальному миру. В случае биологии детям это часто бывает трудно, поскольку они не умеют различать эти два понятия и склонны ошибаться, отвергая все, что может показаться нереальным. Однако для тех, кто умеет правильно различать, отсутствие реализма может выступать в качестве полезной подсказки о том, что конкретная информация не должна передаваться.

Однако при решении проблем способность различать реалистичную и нереалистичную информацию может быть менее важной, поскольку решения фантастических проблем часто применимы к реальным ситуациям, если рассматриваются глубокие особенности. Даже дети, которые могут должным образом различать фантастические образы, могут испытывать трудности с оптимальным применением решений проблем, потому что их скептицизм в отношении применения фантастической информации может привести их к отклонению решений, представленных в фантастических контекстах, даже если решение проблемы применимо к проблемам реального мира.

В одном исследовании детям от 3 до 6 лет были прочитаны две истории о «социальном взаимодействии» (присоединение к группе друзей и рассмотрение точки зрения другого) и две истории о «физическом решении» (упаковка и складывание) с участием либо людей, либо фантастических персонажей ( Richert et al., 2009). Дети охотнее переносили решения реальных социальных и физических проблем из рассказа с реальными персонажами, чем из рассказа с фантастическими персонажами.

Точно так же Ричерт и Смит (2011) сравнили способность 3–5-летних детей передавать решения для новых типов проблем, представленных в полноформатных коммерческих книжках с картинками, когда их читает исследователь.Детям была предложена проблема точки зрения, в которой персонаж мог спрятаться от человека, стоя позади него, и задача тянуть, в которой решение состояло в том, чтобы прикрепить присоску, прикрепленную к веревке, к веревке. переместить объект. Опять же, дети с большей вероятностью перенесли решение в реальный мир, когда проблемы были представлены в реалистичной версии книжки с картинками, чем в фантастической.

Подобно образцу, наблюдаемому в биологической области, фантастические контексты, по-видимому, затрудняют перенос решений проблем в реальные ситуации для детей.В задачах решения проблем детям необходимо определить аналогичные сходства между проблемой, представленной в книге, и проблемой, с которой сталкиваются в лаборатории. Навыки различения между фантазией и реальностью могут помочь детям понять, что решения проблем в фантастических контекстах могут применяться к проблемам реального мира. В поддержку этой интерпретации Richert и Schlesinger (2016) обнаружили, что дети от 3 до 6 лет с лучшим пониманием различий между фантазией и реальностью лучше учились и переносили решения проблем из видеоисторий, когда присутствовали фантастические элементы. и имеет отношение к представляемому решению.Случайные фантастические элементы, казалось, отвлекали детей и мешали передаче. Необходимы дополнительные исследования, чтобы определить другие особенности книг, которые влияют на передачу детьми стратегий решения проблем.

Моральное обучение

Многие популярные детские персонажи сталкивались с хулиганами, лгали или видели плохие сны. Взрослые могут выбирать эти книги в надежде, что они научат детей информации, которую они могут использовать в своей повседневной жизни. Однако взрослые не должны предполагать, что предварительные читатели легко извлекают моральные послания, задуманные авторами.Даже в третьем классе детям трудно определить моральные темы устных историй, когда их просят подробно описать их (Narvaez et al., 1998). Эти исследователи сообщают, что дети часто выбирают ответы, которые имеют поверхностные характеристики, общие с рассказом, а не соответствующие тематические ответы.

Как и в случае с научным обучением и решением проблем, дети не могут полагаться на поверхностные особенности для извлечения моральных тем. Таким образом, мы можем ожидать, что аналогичные рассуждения и различие между фантазией и реальностью сыграют важную роль в изучении моральных посланий.Как и в случае с решением проблем, хотя мораль, представленная в нереалистичном контексте, может быть применима к ситуациям реального мира, даже дети, способные различать фантазии и реальность, могут не переносить моральные уроки.

Помимо проблем, обсуждаемых в других областях, изучение тематических сообщений из книг может быть еще более сложной задачей, потому что дети должны научиться связывать воедино отношения и события, которые происходят в нескольких сюжетных событиях. По данным van den Broek et al.(2005), эта способность возникает в конце последовательности развития: во-первых, маленькие дети, слышащие истории, начинают с установления связей между физическими событиями, которые происходят близко друг к другу в рассказе. Затем они переходят к установлению связей между более далекими и абстрактными событиями, после чего события группируются по темам. Как только дети научатся устанавливать эти связи, они могут использовать их, чтобы извлечь из рассказа мораль или урок, а эта способность требует аналогичных рассуждений. Эта последовательность развития постепенно разворачивается на протяжении всего раннего детства, что, возможно, делает передачу моральных посланий в реальный мир одной из самых сложных областей для обучения по книжкам с картинками.В результате мы могли бы ожидать, что передача морали будет легче нарушена книжными особенностями, но, к сожалению, в этой области мало исследований.

Ларсен и др. (2017) проверили, подходят ли персонажи-животные с человеческими характеристиками для обучения переносимой морали лучше, чем персонажи-люди, используя книги, предназначенные для поощрения обмена. Детям в возрасте от четырех до шести лет читали либо коммерческую книжку с картинками об антропоморфизированном еноте, который узнает, что обмен помогает ей чувствовать себя хорошо, либо версию книги, в которой персонажи-еноты были заменены людьми.И до, и после чтения детям были даны наклейки и возможность поделиться некоторыми наклейками с другим ребенком, у которого не было бы возможности получить их. Дети, которые читали историю с человеческими персонажами, делились значительно большим количеством наклеек после того, как поделился книгой, чем до этого. Те, кто читал книгу об антропоморфизированном еноте, делились значительно меньшим количеством наклеек после, чем до публикации книги. Интересен вывод о том, что дети, которые считали антропоморфизированных животных более похожими на людей (в задаче категоризации с использованием стимулов, не связанных с основными книжками с картинками в исследовании), были теми, кто с наибольшей вероятностью поделился своими впечатлениями, услышав рассказ об антропоморфизированном животном, что предполагает отсутствие отождествления с персонажами могло способствовать отсутствию передачи моральной темы.Кроме того, воспринимаемое сходство с персонажами рассказа может повысить вероятность того, что ребенок поймет смысл рассказа и применит его в своей жизни. Истории создаются с намерением что-то сообщить, и для взрослых коммуникативное намерение, лежащее в основе рассказа, может быть простым, однако детям может потребоваться дополнительная поддержка, чтобы они могли определить предполагаемое сообщение рассказа.

Есть дополнительные свидетельства того, что человеческие персонажи могут помогать детям определять и извлекать сюжетные темы.Другое исследование, которое не включало задачу передачи, показало, что дети 4–5 лет с большей вероятностью опознают тему рассказа, который они читают (спрашивают разрешения присоединиться к игре), если в нем фигурируют человеческие персонажи, чем если бы они читалась та же история с персонажами-кроликами (Kotaman, Balci, 2017). Дети, которым была прочитана человеческая история, также показали лучшие результаты по общему пониманию истории.

Доступные исследования показывают, что персонажи, которые похожи или воспринимаются как похожие на ребенка, могут способствовать извлечению морали из рассказа и их переносу в реальные ситуации.Как и в других областях, передача моральных тем зависит от способности детей видеть сходство между ситуацией в книгах и ситуациями реального мира. Реалистичные персонажи могут быть одним из способов поддержать эту связь. Кроме того, персонажи и контексты, которые сильно отличаются от контекстов реального мира, могут побудить детей задаться вопросом, какая информация в рассказах реалистична и должна быть передана.

Заключительные комментарии

Взрослые и дети регулярно занимаются совместным чтением с разными целями.В этом обзоре мы сосредоточились на использовании книг для обучения детей передаваемой информации о словах, буквах, науке, решениях проблем и уроках морали. Этот обзор выявил несколько важных тем.

Во-первых, обучение детей по данной книжке с картинками, по-видимому, является результатом взаимодействия между отдельными элементами книги, типом информации, которую необходимо усвоить, и ограничениями на развитие детей в указанных нами областях. Как мы видели, некоторые особенности (например,g., фэнтези) может быть более разрушительным в одних областях (например, решение проблем и уроки морали), чем в других (например, изучение слов и физики). Детский возраст и, следовательно, стадия развития также влияют на то, чему и учатся ли они. Например, изобразительный реализм и манипулятивные особенности могут быть особенно разрушительными для детей младшего возраста при изучении слов и букв, когда передача может происходить на основе выравнивания таких поверхностных элементов, как форма и цвет. В этой области развитие символического понимания может помочь в тех случаях, когда несоответствие между картинками и реальностью или отвлекающие особенности мешают переносу между книжным и реальным контекстами.Такое же взаимодействие между особенностями книги и развитием может быть не так важно в таких областях, как решение проблем и нравственность, где детям необходимо понимать и передавать более глубокие черты в разных ситуациях, а не полагаться на особенности поверхностного уровня. В качестве другого примера, фантастические контексты могут быть более вредными для ребенка, который еще не понял, как надежно отделить возможное от невозможного, потому что он / она вряд ли точно выберет передаваемую информацию из фантастических историй.Однако, когда дети лучше усваивают это различие, фантастические истории могут не представлять такого большого препятствия для обучения в тех областях, где фантазия служит хорошим сигналом для отсутствия возможности переноса.

Во-вторых, мы еще многого не знаем о том, какие функции поддерживают обучение по книгам. Каждая функция была протестирована всего несколько раз в небольшом количестве контекстов. В то время как некоторые особенности, такие как реалистичное изображение животных, могут быть оптимальными для обучения биологии, обратное может быть верным для поощрения сочувствия к животным и природе.Например, дети часто используют антропоморфные рассуждения, чтобы объяснить, почему деревья и другие элементы природы должны быть защищены (Gebhard et al., 2003). Различные модели воздействия антропомориев на обучение детей также могут проявляться в разном возрасте (Geerdts, 2016; Severson and Lemm, 2016). В таблице 1 показаны обсуждаемые области и особенности книги, что позволяет идентифицировать области, которые не были изучены.

И, наконец, самая полезная вещь, которую взрослые могут сделать, чтобы помочь детям учиться, даже больше, чем выбор качественных книг, — это разговаривать с ними во время чтения.Взрослые, читающие книги с манипулятивными функциями, будь то традиционные или электронные, могут поддерживать детей, уделяя меньше внимания практическим функциям и возвращая внимание к разговорам, связанным с содержанием. Когда дело доходит до выбора информации для передачи, взрослые могут использовать общий язык, чтобы сообщить детям, что конкретная информация верна в разных контекстах (Gelman et al., 2012). В более общем плане эффективные методы поддержки детей в переносе концептуальной информации из одного контекста рассказа в другой — это обсуждение с детьми основной структуры рассказа (Brown et al., 1986), попросите их научить этому кого-нибудь (Crisafi and Brown, 1986) или попросите их объяснить (Walker and Lombrozo, 2017). Другие методы диалогового чтения, такие как задавание детям вопросов, помощь им в извлечении тем и их помощь в пересказе истории посредством повторных чтений, также могут способствовать переносу. Родители и учителя могут использовать наш обзор, чтобы выбрать потенциально образовательные книги, но совместное чтение и общение могут сделать любой сеанс чтения книг познавательным и приятным.

Взносы авторов

Все авторы разработали структуру и содержание рукописи. Г.С. и А.Н. составили рукопись. Все авторы предоставили правки и отзывы.

Финансирование

Это исследование было поддержано грантом Insight Grant от Совета социальных и гуманитарных исследований правительства Канады и премией раннего исследователя от Министерства исследований и инноваций Онтарио для PG.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Андерсон Д. Р. и Пемпек Т. А. (2005). Телевидение и очень маленькие дети. Am. Behav. Sci. 48, 505–522. DOI: 10.1177 / 0002764204271506

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Барр Р. (2013). Ограничения памяти при обучении младенцев с помощью книжек с картинками, телевизора и сенсорных экранов. Child Dev. Перспектива. 7, 205–210. DOI: 10.1111 / cdep.12041

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брито, Н., Барр, Р., Макинтайр, П., и Симкок, Г. (2012). Долгосрочная передача обучения по книгам и видео в раннем детстве. J. Exp. Детская психол. 111, 108–119. DOI: 10.1016 / j.jecp.2011.08.004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Браун, А. Л. (1989). «Аналогичное обучение и перенос: что развивается», в Сходство и рассуждение по аналогии , ред. С. Восниаду и А. Ортони (Кембридж: издательство Кембриджского университета), 369–412.

Google Scholar

Браун, А.Л. (1990). Принципы предметной области влияют на обучение и передачу знаний у детей. Cogn. Sci. 14, 107–133.

Google Scholar

Браун А. Л., Кейн М. Дж. И Эчолс К. Х. (1986). Ментальные модели маленьких детей определяют перенос по аналогии между проблемами с общей структурой целей. Cogn. Dev. 1, 103–121. DOI: 10.1016 / S0885-2014 (86) 80014-4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Автобус А.Г., Ван Эйзендорн М.Х. и Пеллегрини А.Д. (1995). Совместное чтение книг способствует успеху в обучении чтению: метаанализ передачи грамотности от поколения к поколению. Rev. Educ. Res. 65, 1–21. DOI: 10.3102 / 00346543065001001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Каллаган, Т. К. (2000). Факторы, влияющие на использование детьми графических символов на третьем курсе: язык, сходство и иконичность. Cogn. Dev. 15, 185–214. DOI: 10.1016 / S0885-2014 (00) 00026-5

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кэмерон-Фолкнер, Т., и Нобл, К. (2013). Сравнение текста книги и детской речи. Первый язык. 33, 268–279. DOI: 10.1177 / 0142723713487613

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Чен, З., Санчес, Р. П., и Кэмпбелл, Т. (1997). Из-за пределов их досягаемости: рудименты решения аналогичных задач у 10- и 13-месячных детей. Dev. Psychol. 33, 790–801. DOI: 10.1037 / 0012-1649.33.5.790

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Chiong, C., и ДеЛоач, Дж. С. (2012). Изучение азбуки: какие книжки с картинками облегчают обучение маленьких детей? J. Грамотность в раннем детстве 13, 225–241. DOI: 10.1177 / 1468798411430091

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Корриво, К. Х., и Харрис, П. Л. (2015). Осознание детьми того, что некоторые истории правдивы: ссылки на понимание верований и знаков. Cogn. Dev. 34, 76–87. DOI: 10.1016 / j.cogdev.2014.12.005

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Корриво, К.Х., Чен, Э. Э., и Харрис, П. Л. (2015). Суждения детей религиозного и нерелигиозного происхождения о фактах и ​​вымыслах. Cogn. Sci. 39, 353–382. DOI: 10.1111 / винтики.12138

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Крисафи, М.А., и Браун, А.Л. (1986). Перенос по аналогии у очень маленьких детей: сочетание двух отдельно изученных решений для достижения цели. Child Dev. 57, 953–968. DOI: 10.2307 / 1130371

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

ДеЛоаш, Дж.С., Пикард М. Б., Лобуэ В. (2011). «Как маленькие дети думают о животных», в Как животные влияют на нас: изучение влияния взаимодействия человека и животного на развитие ребенка и здоровье человека , ред. П. Маккардл, С. МакКьюн, Дж. А. Гриффин и В. Махолмс ( Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация), 85–99.

ДеЛоаш, Дж. С., Пьерроутсакос, С. Л., Утталь, Д. Х., Розенгрен, К. С., и Готтлиб, А. (1998). Понимание природы картинок. Psychol.Sci. 9, 205–210. DOI: 10.1111 / 1467-9280.00039

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Диас, М. Г., и Харрис, П. Л. (1988). Влияние выдуманной игры на дедуктивное мышление. Brit. J. Dev. Psychol. 6, 207–221. DOI: 10.1111 / j.2044-835X.1988.tb01095.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Донован, К. А., Смолкин, Л. Б. (2001). Жанр и другие факторы, влияющие на выбор книг учителями для преподавания естественных наук. Читать.Res. Q. 36, 412–440. DOI: 10.1598 / RRQ.36.4.4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Герцог, Н. К. (2000). 3,6 минуты в день: дефицит информационных текстов в первом классе. Читать. Res. Q. 35, 202–224. DOI: 10.1598 / RRQ.35.2.1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дюк, Н. К., Беннет-Армистед, В. С., и Робертс, Э. (2003). «Преодоление разрыва между обучением чтению и чтением, чтобы учиться», в Грамотность и маленькие дети: исследовательская практика , ред.М. Барон и Л. М. Морроу (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс), 226–242.

Google Scholar

Флэк, З. М., и Хорст, Дж. С. (2017). Две стороны каждой истории: дети лучше учат слова по одной странице сборника рассказов. Infant Child Dev. DOI: 10.1002 / icd.2047. [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Флетчер К. и Риз Э. (2005). Чтение книжек с картинками с маленькими детьми: концептуальные основы. Dev.Ред. 25, 64–103. DOI: 10.1016 / j.dr.2004.08.009

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ганея П. А., Аллен М. Л., Батлер Л., Кэри С. и ДеЛоач Дж. С. (2009). Референтное понимание картинками малышей. J. Exp. Детская психол. 104, 283–295. DOI: 10.1016 / j.jecp.2009.05.008

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ганеа П. А. и Кэнфилд К. (2015). «Учимся по книжкам с картинками: от младенчества до первых школьных дней», в «Учимся по книжкам с картинками: перспективы развития детей и исследования грамотности» , ред.Куммерлинг-Мейбауэр, Дж. Мейбауэр, К. Нахтигаллер и К. Рольфинг (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Рутледж), 33–50.

Ганеа П. А., Кэнфилд К. Ф., Симонс-Гафари К. и Чжоу Т. (2014). Говорят ли кавалеры? Влияние антропоморфных книжек с картинками на знания детей о животных. Фронт. Psychol. 5: 283. DOI: 10.3389 / fpsyg.2014.00283

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ганеа П. А., Ма Л. и ДеЛоаш Дж. С. (2011). Обучение детей младшего возраста и передача биологической информации из книжек с картинками реальным животным. Child Dev. 82, 1421–1433. DOI: 10.1111 / j.1467-8624.2011.01612.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ганея П. А., Пикард М. Б. и ДеЛоач Дж. С. (2008). Переход между книжками с картинками и реальным миром совсем маленькими детьми. J. Cogn. Dev. 9, 46–66. DOI: 10.1080 / 15248370701836592

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ганеа П. А., Уокер К. М. и Симонс-Гарафи К. (2017, апрель). Взвешивание доказательств, способствующих пересмотру убеждений, с помощью сборников рассказов. Документ, представленный Обществом исследований в области развития детей . Остин, Техас.

Google Scholar

Гебхард, У., Неверс, П., Бильманн-Махеча, Э. (2003). «Морализующие деревья: антропоморфизм и идентичность в отношениях детей с природой», в «Идентичность и естественная среда: психологическое значение природы» , ред. С. Клейтон и С. Опотов (Кембридж: MIT Press) 91–112.

Google Scholar

Гердтс, М.С.(2016). (Не) Настоящие животные: антропоморфизм и раннее знание животных. Child Dev. Перспектива. 10, 10–14. DOI: 10.1111 / cdep.12153

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гердтс, М. С., Ван де Валле, Г. А., Лобуэ, В. (2015). Ежедневное воздействие на животных и биологические концепции детей. J. Exp. Детская психол. 130, 132–146. DOI: 10.1016 / j.jecp.2014.10.001

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гельман, С.А., Уэр, Э. А., Манчак, Э. М., и Грэм, С. А. (2013). Чувствительность детей к знаниям, выраженная в педагогическом и непедагогическом контекстах. Dev. Psychol. 49, 491–504. DOI: 10.1037 / a0027901

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гентнер Д. (1989). «Механизмы обучения по аналогии», в Сходство и рассуждение по аналогии, , ред. С. Восниаду и А. Ортони (Кембридж: Издательство Кембриджского университета), 199–241.

Герриг Р.и Прентис Д. (1991). Представление вымышленной информации. Psychol. Sci . 2, 336–340. DOI: 10.1111 / j.1467-9280.1991.tb00162.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Госвами, У. (1991). Рассуждения по аналогии: что развивается? Обзор исследований и теории. Child Dev. 62, 1–22. DOI: 10.2307 / 1130701

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Грипсховер, С. Дж., И Маркман, Э. М. (2013). Обучение детей младшего возраста теории питания: концептуальные изменения и потенциал увеличения потребления овощей. Psychol. Sci. 24, 1541–1553. DOI: 10.1177 / 0956797612474827

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Херрманн П., Ваксман С. Р. и Медин Д. Л. (2010). Антропоцентризм — не первый шаг в детских рассуждениях о мире природы. Proc. Natl. Акад. Sci. США 107, 9979–9984. DOI: 10.1073 / pnas.1004440107

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хопкинс, Э. Дж., И Вайсберг, Д. С. (2017). Дилемма самых маленьких читателей: обзор обучения детей по художественным источникам. Dev. Ред. 43, 48–70. DOI: 10.1016 / j.dr.2016.11.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Китс Дж., Грэм С. и Ганея П. А. (2014). Младенцы передают неочевидные свойства изображений объектам реального мира. J. Exp. Детская психол. 125, 35–47. DOI: 10.1016 / j.jecp.2014.02.003

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Келемен Д., Эммонс Н. А., Сестон Скиллачи Р. и Ганея П. А. (2014). Маленьких детей можно научить основам естественного отбора с помощью сборника рассказов с картинками. Psychol. Sci. 25, 893–902. DOI: 10.1177 / 0956797613516009

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Котаман, Х., Бальчи, А. (2017). Влияние типа сборника рассказов на понимание сборника рассказов детсадовцами. Early Child Dev. Уход 187, 1771–1781. DOI: 10.1080 / 03004430.2016.1188297

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Котаман, Х., Текин, А. К. (2017). Информационные и художественные книги: книжные предпочтения маленьких детей и точки зрения учителей. Early Child Dev. Уход 187, 600–614. DOI: 10.1080 / 03004430.2016.1236092

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Куммерлинг-Мейбауэр, Б., Мейбауэр, Дж. (2011). К когнитивной теории книжек с картинками. Внутр. Res. Ребенок. Лит . 6, 142–160. DOI: 10.3366 / ircl.2013.0095

CrossRef Полный текст

Лаббо, Л. Д., и Кун, М. Р. (2000). Плетение цепочек аффектов и познания: понимание маленьких детей говорящих книг на компакт-дисках. J. Literacy Res. 32, 187–210. DOI: 10.1080 / 10862960009548073

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ларсен, Э. Н., Ли, К., и Ганеа, П. А. (2017). Сборники рассказов с антропоморфизированными персонажами животных не способствуют просоциальному поведению маленьких детей. Dev. Sci. DOI: 10.1111 / desc.12590. [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Манцикопулос П. и Патрик Х. (2011). Чтение книжек с картинками и изучение естественных наук: привлечение маленьких детей к информационному тексту. Теория Прак. 50, 269–276. DOI: 10.1080 / 00405841.2011.607372

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мар, Р. А., Оатли, К. (2008). Функция художественной литературы — абстракция и симуляция социального опыта. Перспектива. Psychol. Sci. 3, 173–192. DOI: 10.1111 / j.1745-6924.2008.00073.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мареович, Ф., Перальта, О. (2015). Раннее референциальное понимание: изучение слов через картинки с разным уровнем значимости. Psykhe 24, 1–11. DOI: 10.7764 / psykhe.24.1.661

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Марриотт, С. (2002). Красный цвет в зубах и когтях? Образы природы в современных книжках с картинками. Детский литератор. Educ. 33, 175–183. DOI: 10.1023 / A: 1019677931406

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Майер Р. Э. и Виттрок М. С. (1996). «Перенос решения проблем», в справочнике по педагогической психологии , ред. Д. К. Берлинер и Р.К. Калфи (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Рутледж), 47–62.

Google Scholar

МакКриндл, К. М. и Одендаал, Дж. С. (1994). Животные в книгах для детей дошкольного возраста. Anthrozoös 7, 135–146. DOI: 10.2752 / 089279394787001998

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Миллиот, Дж. (2015). 20 лет книготорговли на Amazon.com. Publishers Weekly , 262, 4–5.

Монтэг, Дж. Л., Джонс, М. Н., и Смит, Л. Б. (2015). Слова, которые дети слышат в книжках с картинками, и статистические данные по изучению языка. Psychol. Sci. 26, 1489–1496. DOI: 10.1177 / 0956797615594361

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Moschovaki, E., and Meadows, S. (2005). Спонтанное участие детей младшего возраста во время чтения книг в классе: различия по разным типам книг. Early Childhood Res. Практик. 7, 1–17. Доступно в Интернете по адресу: http://ecrp.uiuc.edu/v7n1/moschovaki.html

Google Scholar

Нарваез, Д., Бентли, Дж., Глисон, Т., и Сэмюэлс, Дж. (1998). Понимание нравственной темы третьеклассниками, пятиклассниками и студентами колледжей. Читать. Psychol. 19, 217–241. DOI: 10.1080 / 02702719801

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Найхаут, А., О’Нил, Д. К. (2014). Сборники рассказов предназначены не только для развлечения: повествовательные и не повествовательные книжки с картинками способствуют одинаковому общему языку во время обмена книгами между матерью и малышом. Фронт. Psychol. 5: 325. DOI: 10,3389 / fpsyg.2014.00325

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пеллегрини, А. Д., Перлмуттер, Дж. К., Галда, Л., и Броуди, Г. Х. (1990). Совместное чтение детей Black Head Start и их матерей. Child Dev. 61, 443–453. DOI: 10.2307 / 1131106

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пьерроутсакос, С. Л., и ДеЛоаш, Дж. С. (2003). Ручное исследование младенцами изобразительных объектов разной степени реализма. Младенчество 4, 141–156.DOI: 10.1207 / S15327078IN0401_7

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Поттс, Г. Р., Сент-Джон, М. Ф., и Кирсон, Д. (1989). Включение новой информации в существующие мировые знания. Cogn. Психол . 21, 303–333. DOI: 10.1016 / 0010-0285 (89)

-X

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Прейсслер, М.А., и Кэри, С. (2004). Работают ли и картинки, и слова как символы для 18- и 24-месячных детей? J. Cogn. Dev. 5, 185–212.DOI: 10.1207 / s15327647jcd0502_2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Прессли М., Рэнкин Дж. И Йокои Л. (1996). Обзор педагогической практики учителей начальных классов, признанных эффективными в повышении грамотности. Элемент. Sch. J. 96, 363–384. DOI: 10.1086 / 461834

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рихерт Р. А., Шлезингер М. А. (2016). Роль разграничения фантазии и реальности в обучении дошкольников по учебному видео. Infant Child Dev. 26, 1–17. DOI: 10.1002 / icd.2009

CrossRef Полный текст

Ричерт Р. А., Шобер А. Б., Хоффман Р. Э. и Тейлор М. (2009). Учимся у фантастических и реальных персонажей в дошкольном и детском саду. J. Cogn. Dev. 10, 41–66. DOI: 10.1080 / 15248370

6594

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Северсон, Р. Л., Лемм, К. М. (2016). Дети тоже видят человека: адаптация меры антропоморфизма индивидуальных различий для выборки детей. J. Cogn. Dev. 17, 122–141. DOI: 10.1080 / 15248372.2014.989445

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Штульман А., Кэри С. (2007). Невероятно или невозможно? Как дети рассуждают о возможности чрезвычайных событий. Child Dev. 78, 1015–1032. DOI: 10.1111 / j.1467-8624.2007.01047.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Симкок, Дж., И ДеЛоуч, Дж. (2006). Получите картину? Влияние культовой символики на реконструкцию малышей из книжек с картинками. Dev. Psychol. 42, 1352–1357. DOI: 10.1037 / 0012-1649.42.6.1352

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Слейтер А., Морисон В. и Роуз Д. (1984). Восприятие новорожденными сходства и различия двух- и трехмерных стимулов. Brit. J. Dev. Psychol. 2, 287–294. DOI: 10.1111 / j.2044-835X.1984.tb00936.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Собель, Д. М., Вайсберг, Д. С. (2014).Расскажите мне историю: как развивающиеся у детей знания в предметной области влияют на построение их рассказов. J. Cogn. Dev. 15, 465–478. DOI: 10.1080 / 15248372.2012.736111

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Страус, Г. А., и Ганеа, П. А. (2017). Обучение и перенос слов малышей из электронных и печатных книг. J. Exp. Детская психол. 156, 129–142. DOI: 10.1016 / j.jecp.2016.12.001

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Такач, З.К., Сварт, Э. К., и Бус, А. Г. (2015). Преимущества и недостатки мультимедийных и интерактивных функций в усовершенствованных сборниках рассказов и метаанализе. Rev. Educ. Res. 85, 698–739. DOI: 10.3102 / 0034654314566989

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Таре, М., Чионг, К., Ганеа, П., и ДеЛоаш, Дж. (2010). Лучше меньше, да лучше: как манипулятивные функции влияют на обучение детей по книжкам с картинками. J. Appl. Dev. Psychol. 31, 395–400.DOI: 10.1016 / j.appdev.2010.06.005

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Troseth, G. L., и DeLoache, J. S. (1998). Средство может скрыть сообщение: понимание видео маленькими детьми. Child Dev. 69, 950–965. DOI: 10.1111 / j.1467-8624.1998.tb06153.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

van den Broek, P., Kendeou, P., Kremer, K., Lynch, J., Butler, J., White, M. J., et al. (2005). «Оценка понимания прочитанного у маленьких детей», в Детское понимание прочитанного и оценка , ред.Шталь и С. Пэрис (Махва, Нью-Джерси: Эрлбаум), 107–130.

Google Scholar

Venkadasalam, P. V., and Ganea, P. A. (2017, апрель). «Дошкольники могут узнать о гравитации из повествовательных информационных книг», — говорится в плакате , представленном в Обществе исследований в области развития детей (Остин, Техас).

Google Scholar

Уокер, К. М., Гопник, А. (2013). «Причинность и воображение», в Оксфордский справочник по развитию воображения , изд М.Тейлор (Оксфорд: издательство Оксфордского университета), 342–358.

Google Scholar

Уокер К. М., Гопник А. и Ганеа П. А. (2014). Учимся учиться по рассказам: развивающаяся у детей чувствительность к причинной структуре вымышленных миров. Child Dev. 86, 310–318. DOI: 10.1111 / cdev.12287

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Васик, Б. А., Хиндман, А. Х., Снелл, Э. К. (2016). Чтение книг и развитие словарного запаса: систематический обзор. Early Childhood Res. Q. 37, 39–57. DOI: 10.1016 / j.ecresq.2016.04.003

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ваксман, С. Р., Херрманн, П., Вудринг, Дж., И Медин, Д. Л. (2014). Люди (на самом деле) — животные: чтение книжек с картинками влияет на то, как пятилетние городские дети строят отношения между людьми и животными. Фронт. Psychol. 5: 172. DOI: 10.3389 / fpsyg.2014.00172

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ваксман, С.и Медин Д. (2007). Опыт и культурные модели имеют значение: жесткие ограничения на детский антропоцентризм. Хум. Dev. 50, 23–30. DOI: 10.1159 / 000097681

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вайсберг, Д. С.

Разное

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *