Наркоз вред: в какие мифы о наркозе до сих пор верят пациенты

в какие мифы о наркозе до сих пор верят пациенты

Как вообще работают наркоз и анестезия? И разве это не одно и то же?

Нет, это разные вещи. Наркоз — состояние, в которое пациента вводят врачи. Его цель в том, чтобы больной потерял сознание, то есть погрузился в сон, а следовательно, у него расслабились скелетные мышцы и произошло обезболивание.

Анестезия — это элемент наркоза, когда пациент теряет чувствительность к боли. Причем процесс может отличаться в зависимости от того, какие компоненты используются. Например, опиатные анальгетики — всем известный морфин — взаимодействуют с соответствующими рецепторами в организме и блокируют ответную болевую реакцию. А местные анестетики, например, лидокаин, обратимо блокируют проводимость нерва, рядом с которым и вводятся.

Какие виды наркоза бывают?

Один из самых распространенных — внутривенная анестезия. Обычно ее используют для кратковременных операций (не более получаса). Пациенту внутривенно вводится ряд веществ, например, гипнотики (заставляют уснуть). Они могут сочетаться с обезболивающими, часто для этого используют наркотические анальгетики, которые, с одной стороны, обезболивают человека, с другой — усиливают седативный эффект.

При длительных операциях, как правило, делают эндотрахеальный наркоз. Для этого используются газообразные анестетики, которые вводятся в организм человека через специальную трубку. Препарат через легкие попадает в кровь, а из нее — в центральную нервную систему, тем самым вызывая сон. Один из самых старых и распространенных до сих пор газовых анестетиков — закись азота (веселящий газ). Она, как правило, подается в аппарат из специальных баллонов. Преимущество этого вида анестезии — ее полная управляемость и относительная безопасность, человек полностью расслаблен, поэтому хирург может выполнять любые по сложности манипуляции.

Современные газовые анестетики представляют собой летучие жидкости. В наркозном аппарате их заливают в испаритель — специальное устройство, которое дозированно выдает препарат пациенту. Этим процессом управляет анестезиолог. Врачи также могут использовать комбинации этих двух видов в зависимости от операции.

Не всегда при хирургическом вмешательстве пациенту требуется наркоз — при малых операциях можно обойтись местной анестезией. Обычно это зависит от особенностей анатомии человека, наличия у него непереносимости анальгетиков, объема операции, зоны тела, где она будет проводиться, и пожеланий хирурга. Но желание пациента также всегда должно согласовываться со специалистом. Перед каждой операцией анестезиолог обязан не просто спросить согласие на анестезию, но также и рассказать об ее особенностях и потенциальных осложнениях.

То есть для разных видов операций есть свои стандарты обезболивания?

Да. Например, для урологических, проктологических и гинекологических хирургических манипуляций, а также для операций на нижних конечностях используется спинальная анестезия — когда местный анестетик вводится в спинномозговой канал.

по теме

Эпидемия

Эпидемии. Откуда они берутся, что на них влияет и когда мы их победим?

Альтернативой спинальной анестезии может стать эпидуральная, когда в эпидуральное пространство, расположенное в позвоночнике, через специальный катетер вводится местный анестетик. В зависимости от вида операции (грудная, брюшная полость) анестезиолог определяет место его введения. При этом врач может ввести в эпидуральное пространство не только местный анестетик, но и опиоидные обезболивающие, усиливающие действие. Иногда эпидуральный катетер может оставаться на время, чтобы через него проводить обезболивание по требованию пациента (так называемая продленная эпидуральная анестезия).

Более сложные и серьезные вмешательства всегда связаны с длительной подготовкой со стороны анестезиолога — установкой центрального венозного катетера, проведением инфузионной терапии, коррекцией показателей свертывания крови и других важных параметров. Также важно учитывать, экстренная это операция или плановая. 

А можно поподробнее про разницу между спинальным и эпидуральным обезболиванием?

Во время спинальной анестезии препарат вводится на уровне поясницы в субарахноидальное пространство (в полость между мягкой и паутинной мозговыми оболочками спинного мозга, заполненную спинномозговой жидкостью). Обычно все ограничивается парой уколов. Таким образом обезболиваются мягкие ткани над местом инъекции и непосредственно введение препарата под твердую мозговую оболочку. Такая анестезия действует от двух до шести часов, и технически ее проще провести.

При эпидуральной анестезии препарат вводится в пространство между твердой оболочкой спинного мозга и надкостницей позвонков, содержащее соединительную ткань и венозные сплетения. Оно расположено ближе к коже по сравнению со спинальным. Анестезия делается на любом уровне позвоночного столба. Она считается технически более сложной манипуляцией.

Я читал, что из-за эпидуральной анестезии может развиться паралич.

Это распространенный страх, но анестезиологи уверяют, что сегодня это практически исключено. Такое осложнение могло возникнуть уже после операции из-за неправильного ухода за катетером, вследствие чего у пациента появлялся гнойный эпидурит, который вызывал неврологическую симптоматику с потерей функции нижних конечностей. Или из-за неправильных действий анестезиолога, когда пункция эпидурального пространства происходит на высоких уровнях (есть риск непреднамеренного повреждения спинного мозга). Но в большинстве случаев эпидуральная анестезия не грозит ничем кроме головной боли в течение нескольких дней после операции.

А всем можно анестезию?

В ситуациях угрозы жизни, когда человеку необходима операция, врачи практически всегда применяют анестезию. Например, если на кушетке окажется пострадавший в ДТП, которому незамедлительно нужно хирургическое вмешательство, риск провести его с анестезией при любых показаниях здоровья будет меньше, чем риск отказа от него.

Если пациент пришел на плановую операцию, то анестезиолог обязан после сбора анамнеза подобрать подходящий вид анестезии с учетом здоровья пациента. Врачи при этом руководствуются правилом: объем и риск анестезии не должен превышать рисков со стороны хирурга. Возраст больного не может быть противопоказанием. Специалисты учитывают все тяжелые хронические заболевания, осложняющие состояние здоровья, и аллергические реакции на компоненты анестезии.

Есть ли разница между старыми и новыми препаратами?

Да есть: в их расходе, эффективности и безопасности использования. Однако для пациентов она незаметна; чтобы оценить разницу, надо быть анестезиологом.

Как подготовиться к наркозу и как пережить выход из него?

Подготовка зависит непосредственно от вида обезболивания и оперативного вмешательства. Что и как лучше сделать, расскажет врач перед операцией. Просто настройтесь на доверительные отношения с лечащими врачами, так будет гораздо спокойнее.

Каждый пациент переносит выход из наркоза индивидуально, не всем бывает плохо, но многие чувствуют тошноту и сонливость, мышечную дрожь. Все зависит от особенностей организма и препаратов, которые вводились во время операции. После пробуждения важно прислушиваться к своему организму и при любых отклонениях сообщать врачам.

по теме

Лечение

Откуда берутся психические расстройства и как их лечить? Интервью с врачом

Могут ли быть длительные последствия наркоза?

После эпидуральной анестезии могут быть головные боли, зуд, тошнота и рвота, обычно это длится не более недели. После внутривенной анестезии могут появляться галлюцинации (ненадолго), но это проходит само по себе без вмешательства врачей. При ингаляционной анестезии единственное изученное осложнение — снижение фертильности и увеличение частоты выкидышей у женщин.

Влияет ли анестезия на память и продолжительность жизни?

После операции пациенты порой не могут вспомнить, как проходила подготовка. Но в отдаленной перспективе анестезия на память никак не влияет. Хотя были научные публикации, в которых отмечалось, что у некоторых людей наркоз может оказывать неблагоприятное воздействие на так называемую мгновенную память.

Про наркоз любят шутить, что он отнимает три года жизни у больного и отдает их анестезиологу. Но это не больше, чем страшилка. Последствия наркоза не могут сократить продолжительность жизни, повлиять на нее могут только последствия операции.

В медицинской практике не существует такого наркоза, который больной не смог бы перенести. Не выйти из наркоза и умереть невозможно, это миф, уверяют врачи, если все было сделано правильно.

Можно ли проснуться во время операции?

Такой случай бывает один на тысячу. Проснуться можно только на кушетке у низкоквалифицированного анестезиолога. Причем риски при этом небольшие: никакого вреда здоровью, кроме нервного стресса, это не принесет. Многие анестезиологи предпочитают будить пациента на завершающем этапе операции, когда хирурги накладывают последние швы. При этом боли пациент не чувствует (если параллельно вводились обезболивающие), но в себя приходит быстрее.

«Би-би-си» рассказывает историю женщины, которая проснулась во время наркоза, но из-за того, что ее тело было парализовано, она не смогла сообщить об этом врачам. Она настолько сильно испугалась, что уже 10 лет, прошедших с момента операции, видит кошмарные сны об этом каждую ночь. Издание указывает, что проснуться на операционном столе во время наркоза могут порядка 5 % людей по всему миру. Guardian со ссылкой на экспертов также отмечает, что пробуждение во время операции происходит крайне редко.

При этом издание The Guardian пишет, что в состоянии осознанности во время наркоза находится один человек из тысячи. Кроме того, уровень смертности от общего наркоза снизился за последние 30 лет: от одного погибшего на 20 тысяч пациентов — до одного или двух погибших на 200 тысяч человек.

Как понять, хороший ли анестезиолог?

В России на каждые сто тысяч человек приходится чуть больше 20 анестезиологов, следует из отчета Всемирной федерации обществ анестезиологов (WFSA). Определить, сколько среди них хороших специалистов, сложно.

Универсального вопроса, который можно задать анестезиологу, чтобы понять, насколько он квалифицирован, нет. Можно задать несколько вопросов, которые вас волнуют, и посмотреть, что на них ответит ваш врач. Понять, хороший ли специалист вам попался, к сожалению, удастся только после операции. Доверять отзывам в интернете не стоит, большинство пациентов не запоминают имени своего анестезиолога и видят его всего три раза в жизни.

12 вопросов о лечении в наркозе


Ребята, вы лучшая команда стоматологов в Москве! Сыну 2 года , на 2 зубах был кариес, который молниеносно портил все вокруг. К кому бежать, куда и как лечить, когда ребёнок даже зубки не даётся чистить, с истериками и скандалами. Выбрала клинику на Гарибальди 15 (сама я из Перово, другой конец Москвы) по отзывам в интернете, хотя на некоторых Сайтах нещадно занижают и обесценивают труд сотрудников дентал фентези, возможно из-за высокой стоимости или конкуренты. Приехали на осмотр, ребёнок был спокоен, даже разрешил посмотреть что там у него во рту, через неделю 07.09.21 мы уже были записаны на наркоз 2 часа. Очень переживала, как пройдёт все. Выбрали самого лучшего из лучших стоматологов, Крылова Константина Владимировича, профессионал своего дела! Спасибо вам за ваш труд, чуткий подход к каждому маленькому пациенту и родителям, советы и терпение. Зубки у ребёнка, а их лечили аж 6 штук за раз! 4, не отличить от абсолютно здоровых, ни следа пломб, сделано идеально, на двух зубиках — поставили коронки, теперь этим зубкам никакой кариес не страшен). Все рассказал, подсказал, чем лучше чистить и как ухаживать в дальнейшем и это все с улыбкой и отличным настроением! Успехов вам в вашей нужной и важной работе! Анастезиолог-реаниматолог была Клебанова Наталия Геннадьевна, человек -само спокойствие, глядя на неё чувствуешь, что ребёнок в надежных руках. Очень милая, добрая женщина, которая даже своим разговором, объяснениями, внушает уверенность, что будет сделано все самым лучшим образом, такая прям мамочка для запуганных и перепуганных родителей своих чад. Колоссальный опыт работы, четкость, внимательность, забота-это все Наталия Геннадьевна! Низкий вам поклон. Страшно было жутко, в ожидании пока пройдёт 2 часа наркоза и снова услышишь голос своего малыша, и тут дентал фентези не оставил наедине со своими страхами и переживаниями. Координатор лечения -Геля, вы Молодец с большой буквы! Проводила в операционную, показала, что все под контролем и ход работы, по просьбе Супруга, а он был очень далеко от нас в этот момент, прислала фото с места события, потому что самой мне было страшно даже зайти, находила время забежать, рассказать что и как, поддержать. Чувствуется, что о вас думают и сопереживают. Это реально круто, и спасибо женщине, что прибирала в зале ожидания. Вот я понимаю обучают координаторов, как поддержать, как общаться, но эта женщина, видя волнение мое, очень тепло отзывалась обо всем коллективе стоматологии На ул Гарибальди 15, видно было что она любит место, где работает и гордится им. Даже сотрудник прибирающий за клиентами поддерживает, ободряет. Спасибо ей за внимательность, все очень чистенько, все что нужно в наличии и водичка и чай/кофе и прочее. Поддержала беседу и была очень милой и доброжелательной. Жаль в тот момент, не спросила имени, так бы адресно сказала спасибо за человечность и тёплые слова! Это какой нужно иметь подход к работе, к своим сотрудникам, что все, с кем я успела пообщаться уважают, ценят и гордятся своей работой в данной клинике! Берегите себя, Вы Лучшие! Рада, что нашла вас и в дальнейшем будем только у вас лечить самое драгоценное, что у нас есть -своих детишек!

Ответ Дентал Фэнтези:

Огромное спасибо, Татьяна! Получая такие отклики мы понимаем, что всё не зря! Спасибо за высокую оценку нашей работы! Желаем самого крепкого здоровья и прекрасного настроения!

Наркозы | Центр Эндохирургичеких технологий

В современном обществе почти каждому человеку рано или поздно приходится столкнуться с наркозом и испытать на себе, что это такое. Неведомое всегда вызывает беспокойство. Выяснить достоверную информацию о наркозе из научно-популярной литературы очень сложно. От того, что показывают в кино и описывают в художественных книгах, некоторых впечатлительных людей просто пугает. Подавляющее количество фильмов, где затрагивается медицинская тематика, профессионал смотреть просто не может. Ясно, что нужно заинтересовать зрителей, но такое просто нельзя снимать. Наркоз для человека не связанного с медициной – это большая таинственная область со своими слухами и домыслами.

У специалистов наркоз называют анестезиологическим пособием, потому что, это очень обширное понятие. Работа анестезиолога это не только сделать внутривенный укол или наложить на лицо маску (как представляют большинство обывателей). Основная задача анестезиолога защитить пациента от операционного стресса в целом и боль это только одна из его составляющих. Анестезиолог должен не только сделать так, чтобы вам не было больно и страшно, но и поддержать ваш организм во время и после операции, подстраховать вас от всяких случайностей. Это защитник, а не агрессор. Смысл анестезиологической помощи в том, чтобы уменьшить риск операции, а не увеличить его, минимализировать влияние операции на организм, а не усугублять его. То есть операция с наркозом должна быть безопаснее и безвреднее, чем операция без наркоза. Прогресс хирургии за последние полтора века обеспечен в основном прогрессом анестезиологии и интенсивной терапии. Многие операции в «доанестезиологическую» эпоху были просто невыполнимы, на другие можно было решиться только по жизненным показаниям, потому что сама операция представляла собой серьезную угрозу.

А что сегодня? Чего стоит бояться, чего нет? Каковы реальные риски, которым подвергает себя человек, решившийся на операцию. Как их минимализировать, не будучи специалистом. Как нужно вести себя, чтобы все было хорошо.

Чтобы принять правильное решение в любой ситуации, главное-информация, знание. Панический ужас, основанный на мифах и слухах, такой же плохой советчик, как наивная беззаботность.

Сначала разберемся в терминологии.

Анестезия. В дословном переводе — состояние бесчувственности. Очень широкое понятие, которое необходимо детализировать.

Местная анестезия. Проводится путем введения местного анестетика, вещества блокирующего проведение болевого импульса по нервному волокну, непосредственно в зону операции. Анестетик наносится либо в виде аппликации на слизистую или кожу, либо, чаще, путем инфильтрации, т. е. шприцевого введения в ткани. Создается как бы подушка из местного анестетика, в пределах которой и оперирует хирург.

Проводниковая, регионарная анестезия. Местный анестетик вводится около нервного ствола. Происходит временное «выключение» нервного проводника, обратимое обезболивание и обездвиживание в зоне его «ответственности». Блокируются либо нервные сплетения, либо нервные корешки, отходящие от спинного мозга. В последнем случае это либо спинальная, либо эпидуральная (перидуральная) анестезия. При спинальной анестезии анестетик вводится под оболочку, которая, как мешок, покрывает спинной мозг (твердая мозговая оболочка, dura mater). Спинной мозг внутри нее плавает в спинномозговой жидкости, ликворе. С этой жидкостью и смешивается анестетик. При эпидуральной анестезии твердая мозговая оболочка не прокалывается, анестетик вводится в так называемое эпидуральное пространство, заполненное клетчаткой, через которое проходят нервные корешки. Следует особо подчеркнуть, что ни игла, ни анестетик не вводится в сам спинной мозг или нервные сплетения, а около них. Чаще всего эти виды анестезии проводятся в поясничном отделе позвоночника, куда спинной мозг не спускается.

Общая анестезия или наркоз. Это состояние глубокого сна, когда человек ничего не чувствует, в том числе боль. В зависимости от того, каким путем вводятся средства для наркоза, выделяется внутривенная анестезия и ингаляционная( анестетик вдыхается). Часто пути введения анестетиков комбинируются. Если анестетик вдыхается через маску при самостоятельном дыхании пациента-это масочный наркоз. Для обеспечения проходимости дыхательных путей и их защиты в дыхательное горло(трахею) может вводиться специальная трубка — это интубационный или эндотрахеальный наркоз. С той же целью может использоваться так называемая ларингеальная маска, тоже трубка, но с надувной маской на конце, которая охватывает гортань. Во время наркоза кроме средств, вызывающих сон и обезболивание, часто применяются миорелаксанты-препараты, вызывающие расслабление скелетных мышц. Это позволяет обеспечить хирургам удобные условия для работы, не вводя чрезмерных количеств анестетиков.

Внутривенная седация. При этом виде анестезиологического пособия вводится снотворный препарат в таких дозах, чтобы не вызвать наркоз, а только успокоение, дремотное, психологически комфортное состояние, иногда поверхностный сон. При этом сама по себе седация не вызывает обезболивания. Ее задача убрать страх, тревогу. Как правило она сочетается с местной или регионарной анестезией. В ходе операции пациент доступен контакту, у него самостоятельное адекватное дыхание, он может глотать, кашлять, выполнять инструкции врача. Он заторможен, но ведет себя вполне адекватно. Операция ему кажется короче, иногда полностью стирается из памяти. В целом, это похоже на состояние между сном и бодрствованием, которое все мы испытываем, когда ночью засыпаем.

Как уже говорилось, анестезиологическое пособие должно не увеличивать риск операции, а снижать его. Каков же риск самой анестезии? Любое действие в нашей жизни сопряжено с каким-то риском. Важна его степень. За последние 25 лет риск для жизни при проведении наркоза снизился более чем в 10 раз. Сейчас он статистически, по разным оценкам, 1/100 000-200 000. Для наглядности — риск в течении года попасть под колеса поезда выше, риск погибнуть в автокатастрофе несоизмеримо выше. При этом 1/200 000 это, средние величины. Риск повышается при выполнении экстренных операций, при выполнении травматичных операций ( кардиохирургия, нейрохирургия, онкология, пересадка органов и т.д.), при выраженной сопутствующей патологии и в пожилом возрасте. В плановой, малотравматичной хирургии, не сопряженной с массивной кровопотерей и травмой жизненно важных органов, риск ниже. То есть о нем можно просто не думать. Опасности, подстерегающие нас в повседневной жизни, значительно больше. Все вроде бы замечательно. Но есть одно «но». Значительное снижение риска наркоза произошло не само по себе, оно обусловлено целенаправленным внедрением в анестезиологию стандартов безопасности, современной техники и анестетиков. Эти стандарты включают в себя: постоянное присутствие в операционной анестезиолога с достаточным уровнем квалификации, постоянный мониторинг целого ряда показателей: артериального давления, электрокардиограммы, частоты сердечных сокращений, насыщения крови кислородом, концетрации вдыхаемого кислорода и газообразных анестетиков, концентрации углекислого газа в выдыхаемой смеси, температуры тела и т.д. Кроме того, наркозно-дыхательный аппарат должен отслеживать объем вдыхаемой смеси, минутный объем вентиляции, давление в дыхательных путях, герметичность дыхательного контура и сигнализировать о возникающих отклонениях.

Нельзя нарушать определенные правила, просто нельзя и все. Эксперименты тут недопустимы. Экспериментировать нужно на мышах. К людям должны применяться проверенные методики. Всякая аналогия хромает, но сравнение с авиацией в данном случае будет уместно. Самолет является самым безопасным видом транспорта, но только в том случае, если это хороший самолет хорошей авиакомпании с грамотным пилотом в кабине. В авиации разработана целая система мер безопасности. Соблюдать их дорого и хлопотно, зато самолеты в этом случае не падают. Наркоз не является естественным, физиологичным состоянием человека. Поэтому он потенциально опасен. Но точно так же для человека не является естественным состояние полета. Тем не менее, мы все каждый год летаем, часто по многу раз. Одним словом, если это возможно, выберите себе клинику, где не жалеют средств на анестезиологию и безопасность, и забудьте о риске. Думайте о более приятных вещах.

Панический, ни на чем не основанный страх перед наркозом иногда приводит к тому, что люди принимают неправильные, даже трагические решения. Отказываются от необходимых операций, диагностических процедур. Изводя себя беспочвенной тревогой, не замечают настоящих угроз. Тот, кто шарахается от теней, рискует упасть в канаву.

Выбор вида анестезии. Нельзя сказать в общем, какой вид анестезии лучше, какой хуже. Выбор метода анестезии зависит от характера, объема, длительности операции, исходного состояния здоровья пациента, его анатомических, физиологических и характерологических особенностей. Анестезиолог должен подобрать метод анестезии, оптимальный именно для вас в данной конкретной ситуации. Осведомленность анестезиолога во всех нюансах этого выбора объективно на несколько порядков выше вашей. Поэтому естественно довериться в этом выборе ему. Но он обязан обосновать этот выбор, подробно и в доступной форме объяснить преимущества и недостатки того или иного вида анестезии, сообщить вам о возможных осложнениях. Если клиника позиционирует себя, как хирургическая, в ней должна быть обеспечена возможность проведения всех основных современных методов анестезии. Ведь любая местная анестезия или «маленький наркозик» всегда могут перейти в «большой». Должна быть обеспечена возможность маневра, гибкой тактики. От этого зависит ваша безопасность. Если вам упорно предлагают какой-то один вид анестезии, например местную анестезию с седацией, это может настораживать — не исключено, что в этой клинике просто экономят на анестезии. Часто можно предложить несколько альтернативных вариантов обезболивания, тогда выбор остается за вами. Например, абсолютным противопоказанием для проведения эпидуральной или спинальной анестезии является нежелание пациента. Вас не могут заставить их выбрать, но могут постараться объяснить их преимущества.

Особенно хочется остановиться на некоторых устойчивых стереотипах, касающихся выбора анестезии. Местная инфильтрационная анестезия несомненно является самой безопасной, но только в определенных пределах, только при выполнении небольших операций. Как и все препараты, местные анестетики безобидны только в определенной дозе. При превышении ее они становятся грозными ядами, возникают такие осложнения, как нарушения сердечного ритма, значительное снижения артериального давления, судороги с нарушением дыхания, кома. Если выполняется обширная операция, то перед хирургом встает альтернатива: или снизить концетрацию местного анестетика (тогда пациенту будет просто больно), или превысить максимально допустимую дозу местного анестетика. То есть либо неполноценная анестезия, либо недопустимый риск. Кроме того, во многих областях хирургии проведение полноценной местной анестезии просто невыполнимо. Собственно поэтому и пришлось в свое время разрабытывать методы общей анестезии. Токсическое действие местных анестетиков может проявиться и без превышения дозы, при случайном введении анестетика не в ткани, а в сосуд. Тогда концетрация местного анестетика в крови резко возрастает со всеми вытекающими последствиями. Развившееся тяжелое состояние иногда неверно интерпретируется врачом как «анафилактический шок». Истинный анафилактический шок, то есть бурная аллергическая реакция, конечно, встречается, но вовсе не так часто, как в нашей медицинской статистике. «Золотым стандартом» при выполнении небольших хирургических операций во всем мире становится местная анестезия с умеренной внутривенной седацией, которую проводит анестезиолог. Пациент при этом не в состоянии наркоза, он дремлет, адекватен, может отвечать на вопросы. Такой подход позволяет, с одной стороны, сделать операцию комфортной для пациента, уменьшить тревогу, страх, с другой стороны, присутствие анестезиолога на операции значительно уменьшает риск всевозможных непредвиденных обстоятельств. Такой метод анестезии часто практикуется в амбулаторной хирургии.

При больших, длительных операциях разумной альтернативы наркозу или проводниковой анестезии нет. Выбор между общей анестезией с самостоятельным дыханием (обычно в обиходе называемой внутривенной анестезией) и интубационным наркозом тоже не так прост. Людей страшит интубационная трубка, искуственная вентиляция легких. Внутривенный наркоз представляется безобиднее. «Ну там, введут чего -нибудь в вену, я посплю, и все». Между тем, во время внутривенного наркоза с самостоятельным дыханием и интубационного наркоза вводятся практически одни и теже препараты. Все они в той или иной степени угнетают самостоятельное дыхание. Поэтому наркоз без интубации и искуственной вентиляции легких возможен только при непродолжительных операциях и при свободном, неограниченном доступе анестезиолога к дыхательным путям пациента, чтобы он всегда мог помочь пациенту дышать. «Маленький» внутривенный наркоз может в любой момент перейти в интубационный, все для этого должно быть готово. Понятно, когда хирурги работают в области лица и головы, доступ этот ограничен. Заранее введенная интубационная трубка (или установленная ларингеальная маска) как раз и призвана обеспечить безопасность пациента, полную управляемость ситуации. В данном случае риск интубационного наркоза ниже, чем внутривенного или с применением лицевой маски. Интубационный наркоз позволят гарантированно обеспечить адекватную вентиляцию пациента, кроме того гораздо проще обеспечить стабильное артериальное давление на нужном уровне. Если анестезиолог рекомендует интубационный наркоз, он заботится прежде всего о Вашей безопасности. Зачастую интубационный наркоз позволяет ввести пациенту даже меньше анестетиков, чем это было бы сделано в той же ситуации при внутривенном наркозе. Введение интубационной трубки или установку ларингеальной маски вы не почувствуете, вы уже будете в наркозе. Их уберут, как только вы начнете просыпаться, скорее всего вы не вспомните этого момента. После больших травматичных операций в других областях хирургии наркоз иногда намеренно продлевают после окончания операции и продолжают искуственную вентиляцию легких. Это связано с тяжелым состоянием пациента и необходимостью временного протезирования его дыхательной функции. Иногда после интубационной трубки пациент какое- то время чувствует в горле дискомфорт, першение. Все эти симптомы проходят через несколько часов, редко через сутки.

Перидуральная и спинальная анестезия чаще применяются при операциях ниже реберной дуги, хотя и в грудной хирургии они нашли свое место. Риск при проведении этих методов анестезии сопоставим с риском при наркозе. Осложнения очень редки, но крайне неприятны для пациентов-это различные неврологические нарушения в зоне анестезии. Главное в их профилактике-опытные руки анестезиолога и использование наборов для анестезии и анестетиков только самого высокого качества. У этих методов есть определенные преимущества в некоторых областях хирургии, например в акушерстве. Перидуральная анестезия может быть продолжена и после операции. При травматичных операциях это позволяет эффективно решать проблему послеоперационного обезболивания, быстрой активизации пациента, что очень важно для достижения окончательного хорошего результата лечения.

О вреде наркоза. Современные анестетики малотоксичны. Они, конечно, не могут быть совершенно безразличны для организма, как и все медикаменты, но прямого повреждающего действия на печень, почки, мозг и другие органы не оказывают. Изменения, происходящие под их воздействием в органах, незначительны и быстрообратимы. Это позволило расширить показания для наркоза. Такие процедуры, как гастроскопия, колоноскопия в развитых странах теперь не принято проводить без участия анестезиолога. Появилась возможность оперировать очень пожилых пациентов, пациентов с серьезной сопутствующей патологией. На самом деле, теперь некорректен вопрос: перенесет ли пациент наркоз? Правильнее спросить: перенесет ли пациент операцию? Наркоз не бьет кувалдой по организму, не травит его. Хорошая вечеринка, скорее всего, принесет вашему организму больший ущерб, чем наркоз. Кстати, этиловый спирт в свое время пытались использовать в качестве анестетика, вводя его в вену. Он ведь и усыпляет, и обезболивает, это всем известно. В принципе, этанол — это анестетик. Но оказалось, что он слишком токсичен и плохо управляем.

Все, что сказано выше, относится к современным анестетикам. В нашей стране ситуация с обеспечением ими лечебных учреждений довольно пестрая. Зачастую анестезиологам приходится работать с тем, что есть в наличии. Отсюда всякие доморощенные » коктейли» и неудовлетворенность пациентов наркозом.

Несмотря на свою низкую токсичность, современные анестетики безопасны только в руках хорошо обученного специалиста, оснащенного соответствующей аппаратурой. Дело в том, что все они, в той или иной степени, вызывают угнетение самостоятельного дыхания, влияют на гемодинамику, то есть на артериальное давление, тонус сосудов, производительность сердца. Для того и нужен анестезиолог, чтобы применить анестетики вам во благо, а не во вред. Жутким примером ненадлежащего применения средств для наркоза является нелепая смерть Майкла Джексона. Он умер от дипривана (он же пропофол). Препарат этот сейчас является одним из базовых в анестезиологии. Он прекрасно себя зарекомендовал, является одним из самых безопасных и комфортных для пациентов. Но его нельзя применять дома, без постоянного наблюдения анестезиолога и соответствующего мониторинга. Когда я узнал о причине гибели Джексона, я был ошарашен. Как!!! В Штатах!!! Врач!!! Ввел или позволил ввести пациенту пропофол и куда- то ушел!!! Для меня объяснение этой нелепицы только одно: видимо это был «карманный» прикормленный врач, который за деньги мог позволить пациенту делать все, что угодно. Даже если вы очень богаты, никогда не поступайте так. Природа равнодушна к денежным знакам, и очень жестока к тем, кто с ней не считается.

Чего обычно боятся пациенты. Одни боятся не уснуть, другие не проснуться. По порядку. Проблема восстановления сознания во время наркоза сейчас широко обсуждается как в профессиональном кругу, так и в околопрофессиональном. Она действительно есть. Ежегодно в мире проводятся миллионы наркозов. Есть сообщения о том, что пациенты просыпались во время наркоза, некоторые из них даже чувствовали боль. В США посыпались иски. Создана ассоциация людей, перенесших эту серьезную психотравму. Понятно, что некоторые люди просто пытаются заработать, журналисты раздувают тему в погоне за сенсацией. В общем, ажиотаж как всегда гипертрофирован. Но проблема-то есть. Когда и почему такое может случиться? Подавляющее большинство таких случаев зарегистрировано в акушерской практике, кардиохирургии и при очень тяжелой травме. Во всех этих ситуациях анестезиолог выбирает из двух зол меньшее. В акушерстве при проведении наркоза он вынужден думать о том, чтобы не навредить ребенку, не усыпить вместе с мамой и его. Поэтому он стремится ввести анестетиков поменьше. Такая дилемма явилась одной из причин, почему в акушерстве стараются проводить не наркоз, а спинальную или эпидуральную анестезию. При травме состояние пациента бывает настолько тяжелым, что ему нельзя вводить много средств для наркоза, все они снижают давление. Врач пытается спасти пациенту жизнь, и заведомо идет на риск его пробуждения. Такой приоритет естественен и психологически понятен. В кардиохирургии такие ситуации тоже не редки. Чтобы анестезиолог все-таки мог пройти между Сциллой и Харибдой, сейчас все шире внедряются специальные мониторы глубины наркоза. Что касается плановой малотравматичной хирургии, то здесь ситуация гораздо проще. Действия анестезиолога здесь не лимитированы тяжелым состоянием пациента. Имея современные анестетики и аппаратуру можно гарантировать пациенту, что он не проснется во время операции.

Можно ли не проснуться после наркоза? Действие анестетиков прекращается само по себе. Организм их успешно разрушает и выводит. Иногда, после длительных, травматичных оперативных вмешательств, или при очень значительном нарушении функции печени или почек, это происходит не быстро, но все равно происходит. Не проснуться после наркоза нельзя. Трагические случаи комы после операции и наркоза связаны не с прямым действием анестетиков на мозг. Это всегда результат катастрофы. Как правило, кома является следствием нарушения доставки в мозг кислорода. Или дыхание страдает, или кровообращение, или то и другое вместе. Причины могут быть разными. Объективные причины — это кровопотеря, тяжелая инфекция, фатальное поражение сердца или сосудов и т. д. Но это все не про плановую, малотравматичную хирургию. В малотравматичной хирургии оперируются относительно здоровые люди и операции не столь агрессивны. Здесь главное исключить субъективный фактор, ошибку, несчастный случай. Для этого есть правила безопасности, которые должны выполняться неукоснительно.

Наиболее частые осложнения наркоза:

Тошнота, рвота после наркоза. Это бывает. Современная анестезиология обладает серьезным арсеналом средств для профилактики этих осложнений. Частота их несравненно ниже, чем лет 10 назад, но, тем не менее, проблема эта полностью не решена. Вероятность того, что вам придется это испытать, низка, но не равна нулю.

Озноб. Это тоже бывает. Пациент во время операции неподвижен, если она достаточно длительная, он просто охлаждается. С этим борются, но, как и тошноту, озноб не удается исключить в 100 процентах случаев.

Что Вам нужно сделать, чтобы минимализироваать риск наркоза.

Во-первых, если возможно, вам нужно выбрать клинику, где думают о вашей безопасности. Во-вторых, вам нужно заранее и продуктивно пообщаться с анестезиологом. Вы оба заинтересованы в одном и том же: в том, чтобы ваша операция прошла для вас безопасно, безвредно и с максимальным для вас комфортом. Анестезиолог обязательно расспросит вас о вашем здоровье, о хронических заболеваниях, предшествующих операциях. Если вы до этого где- то лечились или обследовались, захватите с собой выписки из истории болезни или данные обследования. Ничего не скрывайте. Вся информация, сообщенная вами — конфиденциальна. Если Вы чем-то больны, не нужно бояться, что ваша операция не состоится из-за ваших болезней. Обсудите это с анестезиологом. Возможно, вам придется пройти дополнительное обследование, консультацию соответствующего специалиста, предварительный курс лечения. Вам откажут, только если операция для вас действительно опасна. В таком случае пытаться прооперироваться во что бы то ни стало не нужно. Вы подвергнете себя серьезному риску. Это уже не мифическая страшилка о «вреде» наркоза, это реальная угроза.

Анестезиолог расскажет вам о предстоящей анестезии, о том что вы почувствуете, о возможных осложнениях.

Задавайте анестезиологу вопросы. Обо всем, что вас страшит, непонятно, все что угодно. Вы должны прийти к вашей операции с ясным пониманием, что вам предстоит. Не стыдитесь самых «глупых» вопросов. Вы не специалист. Вы имеете право знать, что с вами будет. Умный анестезиолог рад любым вашим вопросам. Ему это поможет найти с вами контакт, успокоить вас, познакомиться с вами, как с личностью. Это важно. Лучше поступать в операционную, когда там не чужие люди.

Анестезиолог даст Вам инструкции, как вести себя до и после операции. Эти инструкции не рекомендательны, они обязательны. Эта небольшая статья носит ознакомительный характер. Вы можете задать мне вопросы на нашем сайте. В любом случае, только личное общение с Вашим анестезиологом может дать Вам исчерпывающую информацию о Вашей анестезии.

Для записи на консультацию: e-mail: [email protected], тел.: +7 (391) 297-52-52, 298-91-27

Как они работают и стоит ли их бояться — Wonderzine

Правда ли, что можно проснуться во время наркоза или не проснуться после?

Проснуться во время операции теоретически можно, если неправильно рассчитана дозировка, неверно подобран анестетик или сам организм чрезмерно быстро перерабатывает введённые препараты. Но на практике такое встречается крайне редко. Обычно врач хорошо отслеживает ситуацию и знает, когда необходима «добавка» препарата, чтобы сон пациента оставался спокойным.

Риск не проснуться после проведённой под наркозом операции тоже существует, но эксперты обращают внимание, что вероятность летального исхода высока только в экстренной и нейрохирургии. Правда, и в этих ситуациях смерть чаще наступает не из-за наркоза, а по причине тяжёлого состояния — острой травмы или опасной для жизни болезни. В случае плановых операций вероятность не выжить по вине анестезии близка к нулю. В целом, если соблюдается техника и обеспечен необходимый контроль, наркоз не представляет угрозы для здоровья и тем более жизни.

Что такое седация


и зачем она нужна

Седация — это внутривенное введение ненаркотических снотворных препаратов, вызывающих поверхностный сон. Её применяют при разных видах эндоскопии, при колоноскопии, но чаще всего в кабинете стоматолога. Когда человек дремлет, с ним возможен лёгкий контакт: жизненно важные рефлексы и функции организма сохраняются и пациент реагирует на просьбы врача, например повернуть голову или «прикусить бумажку». Седация сопровождается местной анестезией, чтобы обезболить саму зону работы. 

По словам анестезиолога Юрия Тимонина, пропофол не вызывает побочных эффектов, а само вещество обладает кратковременным действием и быстро выводится из организма. Большой плюс седации в том, что она позволяет увеличить время лечения до 3,5–4 часов, причём без стресса для пациента, с лёгким пробуждением и отсутствием неприятных последствий после него. Врачи советуют этот метод при артериальной гипертензии и стенокардии, а также тем, кто боится стоматологов до потери сознания.

Безопасна ли стоматологическая анестезия во время беременности?

Имплантолог Михаил Попов подчёркивает, что местное обезболивание не только не угрожает здоровью плода, но и рекомендуется при лечении зубов, особенно во втором и начале третьего триместра беременности. Анестетик всасывается в кровь в ничтожных количествах и не проникает через плаценту, поэтому на ход беременности и состояние плода не повлияет. Юрий Тимонин добавляет, что местная анестезия позволяет на 1–1,5 часа «отключить» достаточно большой участок челюсти, связанный с блокированным нервом. Причём вреда от неё всегда меньше, чем от источника инфекции во рту.

Женщинам стоит предупреждать зубного о беременности перед началом лечения: эта информация позволит сделать выбор в пользу препаратов без адреналина, которые лучше всего подходят для будущих мам. Отложить решение несрочных стоматологических проблем стоит на 35–40 неделях беременности — но в случае необходимости срочного лечения, например при воспалительных процессах и гнойниках, местную анестезию делают в течение всего срока беременности. Что касается седации, этот способ противопоказан беременным женщинам: воздействие препаратов для неё на плод до конца не изучено.

Методы общей анестезии, основанные на закиси азота (веселящем газе), против методов общей анестезии без закиси азота

Вопрос обзора

Мы проанализировали доказательства о вредном влиянии закиси азота на людей, которым проводится общая анестезия (наркоз).

Актуальность

Закись азота является анестезирующим газом, который более 160 лет используется для индукции анестезии и поддержания наркоза на протяжении всей операции. Он также известен как «веселящий газ». Это бесцветный негорючий газ с приятным, слегка сладковатым запахом и вкусом. Его дешевизна и низкая токсичность сделали закись азота на сегодняшний день наиболее часто используемым средством для общей анестезии (наркоза). Однако, некоторые исследования показали, что добавление оксида азота может привести к пагубным последствиям. Это побудило многих анестезиологов задаться вопросом о его дальнейшем рутинном использовании в различных операционных условиях.

Мы хотели выяснить, действительно ли использование закиси азота для общей анестезии было лучше или хуже, нежели его неиспользование.

Характеристика исследований

Мы изучили доказательства, имеющиеся к 17 октября 2014 года. Мы включили 35 испытаний с общим числом 13,872 взрослых участников, которые были рандомизированы в группы, получающие закись азота или не получающие закись азота. Испытания охватывали различные ситуации во время общей анестезии.

Основные результаты

Мы обнаружили, что общая анестезия с закисью азота повышала риск ателектаза легких (т.е. неспособность легких полностью расправиться). Когда мы ограничили результаты только результатами из исследований самого высокого качества, мы обнаружили, что закись азота может потенциально увеличить риск развития пневмонии, тяжелой тошноты и рвоты. Однако, закись азота не оказывала никакого влияния на выживаемость пациентов, частоту инфаркта миокарда, инсульта, раневой инфекции, возникновения тромбов в венах, продолжительности пребывания в стационаре, или длительности пребывания в отделении интенсивной терапии.

Качество доказательств

Доказательства, связанные с выживанием участников, были среднего качества, так как у нас не было достаточно данных. Доказательства, связанные с некоторыми вредными эффектами: неспособность легких полностью расправиться и сердечные приступы, были высокого качества, в то время как для других вредных эффектов, таких как инсульт и возникновение тромбов в венах, доказательства были среднего качества. Для других исходов, таких как пневмония, тяжелая тошнота и рвота, и раневая инфекция, доказательства были низкого качества. Доказательства, связанные с длительным пребыванием в больнице, были среднего качества.

Выводы авторов

Отказ от закиси азота может быть разумным для участников с уже существующей недостаточной функцией легких или с высоким риском послеоперационной тошноты и рвоты.

Лечение и операции под общим наркозом в Калининграде

Общий наркоз и обезболивание – в чем разница?

Некоторые операции в области стоматологии, оториноларингологии (ЛОР), офтальмологии и гинекологии, могут проводиться под местным обезболиванием, но многие из них можно проводить только под общим наркозом.

Для тех, кого смущает обилие формулировок, относящихся к лечению без боли (общий наркоз, анестезия, обезболивание), поясним: существует лишь два основных способа убрать боль:
Первый — с помощью специальных препаратов убирается чувствительность в определённом месте тела, но человек остаётся в сознании (т.н. местный наркоз). Однако, наркозом в прямом смысле это не является. По сути, это местное обезболивание.

Второй — с помощью других препаратов сознание искусственно отключается. Только второй способ можно называть наркозом.


Лечение под общим наркозом — комфортно и безопасно

Важнейшей составляющей лечения под общим наркозом является обеспечение предельной безопасности пациента, на чем и сосредоточена работа всего персонала клиники. Мы помогаем нашим пациентам строго соблюдать рекомендации анестезиолога не только до, но и после лечения под наркозом. Прежде чем получить лицензию на использования наркоза во время лечения, нам пришлось пройти строгий государственный контроль. Для этого мы оснастили наши кабинеты передовым наркозным и реанимационным оборудованием.

Лечение зубов и их удаление под наркозом проводится врачом-стоматологом, работающим в паре с опытным анестезиологом, который несет полную ответственность за качество используемой анестезии. То же касается и других операций, которые проводятся в нашем медицинском центре. Длительность наркоза для организма определяется врачом-анестезиологом на консультации.

Преимущества общей анестезии:

Безболезненность

Во время работы врач имеет дело со спящим пациентом, а глубина сна варьируется в зависимости от болезненности процедуры. По окончании лечения болевые ощущения снижены, и парестезия (чувство онемения кожи) отсутствует. А после удаления зубов существенно снижается риск развития воспалительных процессов (альвеолитов) и других осложнений.

 

Безопасность

При проведении лечения под общим наркозом врач анестезиолог контролирует не только глубину сна, но и дыхание и работу сердца пациента.

 

Отсутствие неприятных ощущений

Общее обезболивание в стоматологии позволяет добиться полного отсутствия не только болевой, но и тактильной чувствительности, то есть при лечении зубов под наркозом пациент не ощущает вибрации, давления, сжатия и т.д.

 

Отсутствует эмоциональное напряжение

Так как для многих людей, а особенно детей страх зубных врачей все еще является актуальным, то лечение зубов под наркозом представляется оптимальным способом решения данной проблемы. Пациент все время проводит во сне, следовательно, он не чувствует боли, не слышит шум бормашины, не ощущает запахов, не видит медицинских инструментов и т.д.

 

Повышение качества самого лечения

Во время наркоза используются препараты, снижающие образование слюны, что повышает качество постановки пломб.

 

Экономия времени и денег

Общая анестезия при операции позволяет врачу вылечить или удалить все больные зубы за один сеанс. Это уменьшает и время, и стоимость лечения, конечно при отсутствии противопоказаний.

Наносит ли лечение под наркозом вред организму в целом?

Прошло полтора века, а мы по-прежнему инстинктивно боимся наркоза и считаем, что он вреден. Так ли это? И почему, например, стоматологи сегодня предлагают лечить зубы под общим наркозом? Выбирая клинику, мы в числе прочих критериев держим в голове и такой — «чтобы не было больно». Со времен Н. И. Пирогова анестезиология претерпела множество кардинальных изменений. Теперь врач из всех видов наркоза может предложить лучший, подходящий именно вам, подобрать индивидуальную программу для каждого пациента и дать, так называемый, «волнообразный наркоз» (болезненные операции выполняются врачом, когда пациент крепко спит, а косметические работы над зубом, когда просто дремлет).

Современные препараты в тысячу(!) раз сильнее морфия, поэтому дозировка их очень мала. Они не угнетают дыхания, быстро выводятся из организма (через полчаса можно своим ходом отправиться домой) и не вызывают осложнений.

Цены на общий наркоз

Цены на общую анестезию в нашем центре при выполнении операций и лечении зубов, вы можете узнать в разделе «Цены» нашего сайта.

 

Операция на глаза с наркозом — нужно или нет| ЦКО «Мединвест»

Медикаментозный сон, по-другому наркоз — это искусственно вызванное состояние торможения центральной нервной системы, при котором возникает сон, потеря сознания и памяти, расслабление скелетных мышц, снижение или полное отключение рефлексов. Происходит блокировка нервных окончаний. В наркоз погружают для того, чтобы организм избежал болевого стресса. В случае, если операция безболезненная — наркоз не применяют. 

Однако для некоторых операций требуется лишь местная анестезия. Для каких, мы опишем ниже. Местная анестезия позволяет остановить боль в определенном участке на один-два часа. 

Операции с анестезией: 

       1. Для операций по лазерной коррекции зрения наркоз не требуется. При такой операции он даже вреден. 

Операция длится 10-15 минут, где-то половина всего времени тратится на замораживание области глаза специальными каплями. В начале операции, попросят посмотреть на «зеленый огонек» 25 секунд перед оперируемым глазом. В эти секунды идет формирование «линзочки»-лентикулы в толщине роговицы. Первые 20 секунд он виден четко, следующие 10 секунд менее. Все это время вы должны продолжать смотреть на зеленый свет. Далее 1,5-2 минуты работает врач. Операция проходит под местной анестезией, в этот момент вы слышите хирурга, также можете говорить. Все неприятные ощущения проходят спустя несколько часов и в тот же день пациента отпускают домой.  

Какой вред от лазерной операции под наркозом?

Если пациент будет под наркозом, правильной концентрации не будет. Лазерная коррекция зрения всегда происходит с участием пациента. Если человек будет в медикаментозном сне, центровка не настроится. У глаз с астигматизмом необходимы разметки для их вращения. Все эти показатели влияют на точность операции.  

Во время операций LASIK или ФРК пациент смотрит на мигающий огонек — лазер работает 50-80 секунд. В этот момент осуществляется правильное позиционирование, так как вы смотрите в определенную точку. А если вы в медикаментозном сне, хирургу вручную придется центровать по анатомическим ориентирам, которые могут не совпать с вашими. При операции SMILE центровка происходит один раз, а во время LASIK хирург делает фиксацию за все время работы лазера.

       2. Операция при глаукоме, катаракте и других заболеваниях

Хрусталик не имеет нервных окончаний, поэтому операция проходит за 10-15 минут. В операции применяются глазные капли, которые замораживают поверхность глаза, тем самым, позволяя хирургу проводить операцию. В это время пациент находится под анестезией и может слышать хирурга, говорить, а также выполнять несложные команды врача. Эта операция также безболезненна. 

Необходимость наркоза

Пациентам делается операция с наркозом из-за следующих причин: 

  1. для операций, требующих сквозной пересадки роговицы или операции на стекловидном теле и сетчатке. Хирургу для них требуется контроль над артериальным давлением. 

Хирург лазером формирует роговичный лоскут, отделяет поврежденный элемент роговицы. На его место имплантируется специальный материал для восстановления роговицы. В это время артериальное давление должно быть под контролем. Затем шовным материалом материал присоединяют к роговице. 

Также на операции у пациентов с диабетом требуется снижение давления. Если будет низкое давление снижается кровоточивость сосудов. 

  1. Наркоз необходим в операциях, в которых подразумевают возникновение боли, вызванной в ходе операции — исправления косоглазия или отслойки сетчатки. При этих операциях, хирург воздействует на глазные мышцы и пациент без наркоза будет ощущать дискомфорт.

  2. Медикаментозный сон необходим людям, которые нуждаются в поддержании жизненных функций.

  3. Операции проводятся под наркозом у детей и пожилым людям с повреждением мозга.

  4. Также наркоз предлагается для пациентов, у которых будет долгая операция и если есть проблемы с позвоночником — для расслабления мышц. 

В наркозе нет необходимости, если делается лазерная коррекция. Не берите информацию с сомнительных сайтов. Не верьте сведениям, что операция по коррекции зрения проходит болезненно! Наркоз сильно воздействует на организм. Интересующие вопросы задайте вашему врачу. Доверьтесь хирургу и всё пройдет удачно. 

Анестезиологические риски и оценка — Сделано для этого момента

Риски анестезии

Хирургия и анестезия сегодня безопаснее, чем когда-либо прежде, благодаря постоянным достижениям в науке. Но это не означает, что риск нулевой. На самом деле операция и анестезия по своей природе опасны, и, как и в случае с любыми лекарствами или процедурами, всегда есть шанс, что что-то пойдет не так. Некоторые пациенты с большей вероятностью столкнутся с проблемами или осложнениями и, возможно, даже смертью, чем другие, из-за своего возраста, состояния здоровья или типа операции, которую им проводят.Если вы планируете операцию, есть способы снизить риск, включая встречу с врачом-анестезиологом.

Если вы планируете операцию, есть способы снизить риск, включая встречу с врачом-анестезиологом.

Почему мне следует встретиться с врачом-анестезиологом?

Врач-анестезиолог — это врач, специализирующийся на анестезии, обезболивании и медицине интенсивной терапии.Этот медицинский эксперт отвечает за планирование вашей анестезиологической помощи, введение анестезии и наблюдение за вами во время операции. Чтобы сделать это эффективно, врач-анестезиолог проведет оценку здоровья перед операцией, чтобы узнать о любых медицинских состояниях, которые у вас могут быть, о принимаемых вами лекарствах, других ваших привычках в отношении здоровья и вашем прошлом опыте применения анестезии. Наличие всей этой информации поможет врачу-анестезиологу обезопасить вас. Например, врач-анестезиолог может:

  • Выбирайте одни лекарства по сравнению с другими, которые будут для вас более безопасными.
  • Внимательно следите за конкретными побочными эффектами или осложнениями, которые могут быть более вероятными для вас, и разработайте план действий в случае их возникновения.
  • Посоветует вам, как снизить риск перед операцией, сделав такие вещи, как прекращение приема определенных лекарств, отказ от курения или похудание, если ваша операция не срочна.

Какие факторы делают анестезию более рискованной?

Риск анестезии может быть выше, если у вас есть или когда-либо было одно из следующих состояний:

  • Аллергия на анестезию или побочные реакции на анестезию в анамнезе
  • Диабет
  • Болезнь сердца (стенокардия, порок клапана, сердечная недостаточность или перенесенный инфаркт)
  • Высокое кровяное давление
  • Проблемы с почками
  • Заболевания легких (астма и хроническая обструктивная болезнь легких, или ХОБЛ)
  • Ожирение
  • Обструктивное апноэ сна
  • Ход
  • Судороги или другие неврологические расстройства

Курение или употребление двух или более алкогольных напитков в день также увеличивает ваш риск.

Какие некоторые из рисков анестезии?

Под общей анестезией вы теряете сознание. Этот тип анестезии, хотя и очень безопасен, чаще всего вызывает побочные эффекты и несет в себе риски. Большинство побочных эффектов являются незначительными и временными, такими как тошнота, рвота, озноб, спутанность сознания в течение нескольких дней и боль в горле, вызванная дыхательной трубкой.

Однако, хотя и редко, но есть и более серьезные риски, о которых следует знать:

  • Послеоперационный делирий или когнитивная дисфункция — Состояние, называемое послеоперационной когнитивной дисфункцией, может привести к долговременной памяти и проблемам с обучением у некоторых пациентов.Это чаще встречается у пожилых людей, потому что стареющий мозг не так легко восстанавливается после наркоза. Помимо пожилых людей, большему риску подвержены люди, страдающие такими заболеваниями, как сердечные заболевания (особенно застойная сердечная недостаточность), болезнь Паркинсона или болезнь Альцгеймера, или люди, перенесшие ранее инсульт. Важно сообщить врачу-анестезиологу, если у вас есть какое-либо из этих состояний.
  • Злокачественная гипертермия — Некоторые люди наследуют эту серьезную, потенциально смертельную реакцию на анестезию, которая может возникнуть во время операции, вызывая быстрое повышение температуры и сокращение мышц.Если у вас или у кого-либо из членов семьи когда-либо был тепловой удар или злокачественная гипертермия во время предыдущей операции, обязательно сообщите об этом врачу-анестезиологу.
  • Проблемы с дыханием во время и после операции — Анестезия может быть более опасной для пациентов с обструктивным апноэ во сне, состоянием, при котором они перестают дышать во время сна. У пациентов с этим состоянием анестезия может вызвать закрытие горла во время операции и затруднить возвращение в сознание и сделать вдох после операции.

Есть ли у риски, связанные с другими видами анестезии?

Самым безопасным типом анестезии является местная анестезия, инъекция лекарства, которая обезболивает небольшой участок тела, на котором проводится процедура. В редких случаях пациент будет испытывать боль или зуд в месте введения лекарства.

Регионарная анестезия, которая вызывает онемение большей части тела, например, ниже пояса, также безопаснее, чем общая анестезия, но сопряжена с некоторыми рисками.Иногда пациенты испытывают головные боли после регионарной анестезии. В редких случаях инъекция может вызвать коллапс легкого, если игла введена в область груди. Повреждение нервов от регионарной анестезии также является редким осложнением.

Врачи-анестезиологи — это самые высококвалифицированные медицинские эксперты в области анестезиологической помощи, обезболивания и реанимации, образование и подготовка которых могут означать разницу между жизнью и смертью.

Исцеление тела, но вредит мозгу?

С момента появления хирургической анестезии в 1840-х до конца 1990-х преобладала точка зрения, что мозг остался невредимым в результате нападения хирургического вмешательства и фармакологической комы, которую мы называем общей анестезией. С тех пор литература наводнена исследованиями, предполагающими, что это не всегда так, и что иногда, пытаясь исцелить тело, мы можем нанести вред мозгу. Однако вопрос о том, когда, почему и как это происходит, является предметом серьезных споров.Эти дебаты скорее заканчиваются, чем прекращаются, и вряд ли будут разрешены в ближайшее время. В духе разжигания, если не решения, дискуссии, раздел о неврологии в анестезиологии и периоперационной медицине в этом выпуске журнала Anesthesia & Analgesia собирает воедино коллекцию, состоящую из оригинальных работ, обзоров, резюме встречи и мнения. которые говорят о различных аспектах этого предмета. Здесь есть что-то для всех, кто интересуется этой темой, и даже для тех, кому может быть просто любопытно, но прежде чем вы погрузитесь в конкретные рукописи, мы подумали, что было бы полезно поместить их в контекст текущих тем / гипотез о неблагоприятных периоперационных действиях. когнитивные результаты.

Первая тема связана с характером хирургического вмешательства или медикаментозной дисфункции мозга, а также с тем, насколько это важно с клинической точки зрения. У мозга, несмотря на всю его сложность, есть очень много способов выйти из строя. За исключением инсульта и судорог, которые обычно возникают в результате серьезных физиологических или патологических событий, периоперационная дисфункция головного мозга проявляется в основном в виде аномалий в познании / мышлении. Послеоперационная когнитивная дисфункция (ПОКД), легкая, но, возможно, продолжительная когнитивная туманность, которая «диагностируется» только с помощью нейрокогнитивного тестирования, вероятно, наиболее знакома анестезиологам.В течение первой недели после операции у 30–50% пациентов наблюдается ПОКЛ без разницы по возрасту, а через 3 месяца после операции — примерно у 10–15%, но на данный момент проблема ограничивается пожилыми людьми. (1,2) Нет единого мнения о причине и, следовательно, о том, может ли анестезиолог предотвратить или смягчить ее. В самом деле, поскольку это не клинический диагноз и критерии, используемые для его определения, неоднородны, ведутся споры о том, существует ли он вообще как уникальный объект. Evered et al. (3) в этом выпуске журнала предполагают, что ПОКР на самом деле, возможно, не является новым или отдельным субъектом, поскольку частота случаев у пожилых пациентов аналогична после процедур очень разной инвазивности / сложности (коронарное шунтирование, плановое протезирование тазобедренного сустава и ишемическая ангиография).Следовательно, они предполагают, что хирургический опыт просто разоблачает компромисс мозга, который уже присутствовал до операции.

Делирий, с другой стороны, является частым и четко выраженным клиническим синдромом. Согласно обзору в этом выпуске журнала Рудольфом и Маркантонио (4) и Хьюзом и Пандхарипанде (5) делирий встречается у 50–80% пожилых хирургических пациентов, критерии и инструменты для его диагностики согласованы, и предвещает плохие краткосрочные и долгосрочные результаты. Важно отметить, что существуют доказательства того, что выбор лекарств, глубина анестезии и лечение боли могут влиять на риск делирия.(4–7) Тем не менее, анестезиологи были в некоторой степени невнимательны к делирию, возможно, потому, что это ошибочно считалось преходящим и неважным состоянием. Нет ничего более далекого от истины, и обзоры Рудольфа и Маркантонио (4) и Хьюза и Пандхарипанде (5) ясно показывают, что существуют возможности для улучшения когнитивных результатов для пациентов с риском делирия с, казалось бы, небольшими изменениями в ведении пациентов.

Познавательные последствия хирургических и анестезиологических мероприятий у маленьких детей являются самыми загадочными.Это связано с тем, что в отличие от пожилых людей, у которых сначала были выявлены когнитивные синдромы (делирий и ПОКЗ) и проведены исследования на животных, изучающие потенциальные механизмы, в вопросе о том, являются ли седативные и анестезирующие средства нейротоксичными для детей младшего возраста, наблюдается обратная последовательность. Эта тревожная история началась с работы с животными, и, поскольку результаты эпидемиологических исследований, изучающих связь между анестезией и хирургическим вмешательством в раннем детстве и неспособностью к обучению в более позднем возрасте, немногочисленны и противоречат друг другу (8,9), неясно, существует ли клиническая корреляция.По сути, у пожилых людей мы начали с жертвы (делирий, POCD) и ищем оружие, тогда как у детей мы начали с оружия (нейродегенерация у животных, вызванная обезболивающими / седативными препаратами) и ищем жертву (клиническая проблема ).

Другая важная тема связана с предполагаемыми причинами неблагоприятных когнитивных исходов. Есть три основных теории: лекарства, хирургия и пациент. Доказательства того, что наши препараты ответственны за нейротоксичность, наиболее убедительны.Основным и постоянным признаком патологии в развивающемся головном мозге животных после воздействия ряда обычных седативных и анестезирующих средств является потеря как клеток, так и синапсов. (10–12) Это было убедительно продемонстрировано на моделях клеточных культур, грызунах и приматах, даже когда системная физиология хорошо контролируется, подразумевая, что это прямое воздействие лекарств. У животных, получавших седативные / анестезирующие препараты в неонатальном периоде, также были выявлены проблемы с обучением и социальным дефицитом во взрослом возрасте.(10,13) Таким образом, нейродегенерация, вызванная анестезией, является преобладающей теорией, вызывающей обеспокоенность по поводу общей анестезии у маленьких детей. Однако даже это не стремительно; воздействие седативных / анестезирующих препаратов после пика синаптогенеза увеличивает количество синапсов (14), а в in vitro работает с использованием человеческих нейроноподобных клеток и опубликовано в этом выпуске журнала, Lin et al. бросить вызов идее о том, что летучие агенты повреждают нейроны у людей. (15) Также существуют серьезные разногласия относительно способности лекарств вызывать долгосрочные изменения в старом мозге.В зрелом мозге нейроапоптоз, вызванный анестезией, по-видимому, является незначительным явлением, но наблюдается накопление нейротоксических белков амилоида β и фосфорилированного тау-белка, которые участвуют в патогенезе болезни Альцгеймера (16,17). Сообщалось о когнитивных нарушениях у старых животных после воздействия некоторых распространенных анестетиков. (18) Однако, как хорошо резюмировал Экенхофф в своем отчете о втором международном семинаре по периоперационной нейротоксичности в этом выпуске журнала, все еще существуют серьезные разногласия по поводу того, способствуют ли анестетики развитию ПОКД и деменции.(19) Напротив, как здесь рассмотрено Рудольфом и Маркантонио (4) и Хьюзом и Падхарипанде, (5) достаточно убедительные доказательства того, что как специфические седативные средства, так и глубина анестезии могут способствовать делирию.

Хирургическая теория причинно-следственной связи предполагает воспаление. Эта идея явно более привлекательна для анестезиологов, чем признание того, что наши лекарства вредны. Более того, существует множество доказательств того, что при других обстоятельствах воспаление может отрицательно повлиять на когнитивные функции (рассмотрим легкую когнитивную непрозрачность, которую часто испытывают во время вирусного заболевания) и в конечном итоге привести к нейродегенерации.(20) Однако до сих пор связь между хирургическим вмешательством и последующей когнитивной дисфункцией была продемонстрирована экспериментально в основном на молодых животных и в краткосрочной перспективе, а клиническая история является косвенной. Гипотеза воспаления также не исключает анестезирующие агенты как потенциальную причину когнитивной дисфункции, поскольку недавние исследования показывают, что некоторые из этих агентов вызывают нейровоспалительные изменения в головном мозге. (21) Таким образом, еще неизвестно, объясняет ли воспаление когнитивные дисфункции, возникающие в периоперационном периоде, но это жизнеспособная гипотеза, заслуживающая дальнейшего изучения.

Возможно, самая интригующая из недавних теорий о причине периоперационной когнитивной дисфункции у пожилых хирургических пациентов заключается в том, что это их «вина» и не имеет ничего общего с хирургами или нами. В этом аргументе есть некоторая убедительность: даже после одной и той же операции делирий и стойкое ПОКП чаще встречаются у пожилых, чем у молодых пациентов. И дело не только в возрасте. Это иллюстрируется рукописями в этом выпуске журнала Leung et al. (22) и Jankowski et al.(23), показывающие, соответственно, что предоперационная слабость и когнитивные нарушения являются независимыми факторами риска развития послеоперационного делирия. Аналогичным образом, в отчете Evered et al. (3), который показывает схожую частоту ПОКЛ у пожилых пациентов после процедур с очень разной инвазивностью, указывает не на хирургические и анестезиологические детали, а на внутренние характеристики пациента. Это могло иметь серьезные последствия. Если большая часть когнитивной дисфункции, наблюдаемой после операции у пожилых людей, является просто разоблачением ранее существовавшей проблемы, такой как легкое когнитивное нарушение, которым страдает примерно 1 из 5 пожилых людей, живущих в сообществе, (24) наша терминология должна измениться.POCD может быть неправильным, потому что условие не может быть ни «после», ни «оперативным». «Связанная с болезнью когнитивная дисфункция» может быть более точным описанием. Что еще более важно, наш фокус логически сместился бы на заблаговременное выявление тех, кто подвергается риску. Это суть провокационной статьи Силберта с соавторами «Открытый разум». (25) в этом выпуске. По сути, они предлагают нам использовать центры тестирования перед госпитализацией для проверки пациентов на легкие когнитивные нарушения или слабоумие так же, как мы делаем это для сердечно-сосудистых заболеваний в группах риска.Один из подходов — добавить когнитивную оценку к рутинной предоперационной оценке пожилых людей, курс, который имеет смысл, учитывая частоту и серьезность периоперационных когнитивных нарушений у пожилых людей, но не является надежным. (26) Другой может заключаться в том, чтобы взять на себя инициативу. об использовании биомаркеров для более точной и надежной диагностики когнитивных нарушений (27) с целью принятия более обоснованных клинических управленческих решений в периоперационном периоде. Независимо от того, что кто-то думает об этих конкретных идеях, нельзя оспаривать общую концепцию, согласно которой пожилые люди должны подробно рассматривать функциональное состояние мозга как до, так и после операции.

Как показывают статьи в сборнике номера журнала за этот месяц, за последние 10–15 лет произошла заметная трансформация в том, как мы рассматриваем реакцию мозга на принуждение, вызванное хирургическим вмешательством, седативными препаратами и общей анестезией. Призрак когнитивной дисфункции после хирургического вмешательства на нецентральной нервной системе тревожит пациентов, их семьи и анестезиологов, но он также является сильным мотиватором для того, чтобы учиться больше и делать лучше, чтобы наша работа по исцелению тела не вредит мозгу.Пожалуйста, прочтите, наслаждайтесь и вдохновляйтесь статьями из коллекции этого месяца, чтобы сделать именно это.

Скрытые опасности недомогания

Два с половиной года назад Сьюзен Бейкер провела три часа под общим наркозом, когда хирурги сращивали несколько позвонков в ее позвоночнике. Все прошло гладко, и первые шесть часов после операции Бейкер, тогда 81-летний профессор Школы общественного здравоохранения Блумберга Джонса Хопкинса, поправлялась. В ту ночь, однако, ей показались галлюцинации, когда по больнице к ее палате бушевал пожар.Окаменевшая, она неоднократно звонила в медпункт, умоляя о помощи. На следующий день она вернулась к своему обычному состоянию. «Это был самый ужасающий опыт, который у меня когда-либо был», — говорит она.

Кошмар наяву Бейкера был симптомом послеоперационного делирия, состояния серьезной дезориентации и потери памяти, которая иногда возникает после наркоза. Помимо галлюцинаций, пациенты с делирием могут забыть, почему они находятся в больнице, с трудом отвечать на вопросы и говорить бессмысленными предложениями.Такое недоумение — гораздо более серьезное, чем временный умственный туман, который можно ожидать после любой серьезной операции, требующей общей анестезии, — обычно проходит через день или два.

Хотя врачи знали о возможности такой путаницы, по крайней мере, с 1980-х годов, они решили, основываясь на имеющихся в то время доказательствах, что лекарства, используемые для обезболивания пациента, вряд ли могут быть ответственны. Вместо этого, пришли они к выводу, заболевание чаще возникало из-за стресса от операции, которая, в свою очередь, могла выявить основной дефект мозга или ранние стадии деменции.Однако исследования, проведенные за последние четыре года, поставили под сомнение это предположение и предполагают, что достаточно высокая доза анестезии действительно может повысить риск делирия после операции. Недавние исследования также показывают, что это состояние может быть более пагубным, чем предполагалось ранее: даже если замешательство исчезнет, ​​внимание и память могут ослабнуть на месяцы, а в некоторых случаях и годы.

Слишком глубоко
Анестезия бывает трех основных типов. Местная анестезия, самая мягкая форма, просто обезболивает очень небольшой участок, например, единственный зуб.Регионарная анестезия снижает чувствительность большой части тела путем введения в позвоночник лекарств, которые блокируют нервные сигналы, поступающие в мозг. Часто пациенты, получающие регионарную анестезию, также принимают относительно небольшую дозу сильнодействующего седативного препарата, такого как пропофол, — не достаточно, чтобы подвергнуть их воздействию, но достаточно, чтобы изменить мозговую активность таким образом, чтобы человек стал менее осведомленным и отзывчивым.

Общая анестезия основана на коктейле из лекарств, который полностью теряет сознание пациентов, не дает им двигаться и блокирует любые воспоминания об операции.Хотя анестетики существуют с 1846 года, остается много вопросов относительно того, как именно они действуют. На сегодняшний день самые убедительные доказательства показывают, что препараты эффективны отчасти потому, что они связываются с несколькими различными белками на поверхности нейронов, которые необходимы для регулирования сна, внимания, обучения и памяти, и выводят их из строя. Кроме того, кажется, что прерывание обычной активности нейронов может нарушить связь между удаленными областями мозга, что каким-то образом вызывает бессознательное состояние.

Когда впервые был обнаружен послеоперационный делирий, исследователи задались вопросом, заслуживают ли вины одни анестетики, но не другие. Тем не менее, исследования, сравнивающие конкретные препараты и частоту делирия у пациентов после операции, всегда были скудными и неубедительными. «Пациентам не применялся какой-либо конкретный анестетик», — говорит Родерик Г. Эккенхофф, профессор анестезиологии Пенсильванского университета. Но «мы пока не можем сказать, что есть обезболивающее, которое пациенты не должны получать.”

Одна из причин, по которой ученые изо всех сил пытались сказать, виноваты ли седативные препараты, заключалась в том, что их трудно отделить от других серьезных стрессовых ситуаций в больницах, таких как сама операция. Действительно, многие вещи, которые делают госпитализацию такой неприятной — плохой сон, ограничение движений и режим приема лекарств — также могут вызывать замешательство, забывчивость и даже заблуждения.

Несмотря на эти трудности, исследователи обнаружили два других фактора, которые увеличивали вероятность того, что пациент резко запутается после операции: возраст старше 70 лет и ранее существовавшие психические расстройства, такие как регулярное забвение назначений или тяжелое слабоумие.Делирий также чаще встречается после серьезных операций, которые могут длиться не менее нескольких часов и требуют от пациентов оставаться в больнице на одну ночь или дольше. Согласно одному исследованию, среди пациентов старше 60 лет около 50 процентов становятся серьезно дезориентированными после операции по шунтированию сердца или замены клапана, но то же самое верно только для 15 процентов или около того пациентов того же возраста, которым была проведена плановая операция на тазобедренном суставе — a более короткая и менее рискованная процедура.

Исследования, проведенные за последние несколько лет, возродили анестезию как потенциального виновника делирия: вместо того, чтобы сосредоточиться на типе анестетика, ученые теперь озабочены объемом общей анестезии.Исследователи подозревают, что чем больше человек получает анестезию и, следовательно, чем глубже человек теряет сознание, тем выше риск делирия. В одном исследовании, например, Фредерик Э. Сибер из Медицинской школы Университета Джона Хопкинса и его коллеги дали 57 пожилым пациентам, перенесшим операцию на бедре, достаточно пропофола для достижения регионарной анестезии, а еще 57 пациентам — достаточно пропофола, чтобы вызвать общую анестезию. У одиннадцати пациентов, находящихся под легким наркозом, после операции начался делирий, по сравнению с 23 пациентами, находившимися под общим наркозом.

Связанное исследование предлагает ключ к разгадке того, почему предыдущие исследования не выявили разницы в частоте делирия между пациентами, получавшими общую и региональную анестезию. Сибер отслеживал 15 пациентов в возрасте 65 лет и старше, которым были сделаны операции по восстановлению переломов бедра. Команда провела региональную анестезию, состоящую из пропофола и анестетика, который повредил нервы спинного мозга. Основываясь на стандартной практике, команда контролировала артериальное давление и частоту сердечных сокращений в качестве показателя глубины анестезии, чтобы определить подходящую дозу.Между тем компьютер, который команда не могла видеть, также определил глубину анестезии на основе более прямого, но менее часто используемого измерения: электрической активности в мозгу пациентов, измеренной с помощью электродов, прикрепленных ко лбу. Чем меньше электрических импульсов проходит через их мозг, тем глубже анестезия. У 87% пациентов мозговая активность снизилась до уровня, достаточного для того, чтобы его можно было рассматривать как общую анестезию, по крайней мере, во время части операции.

«Я был ошеломлен», — говорит Зибер.Из-за этого исследования и аналогичных результатов он подозревает, что пациенты, получающие региональную анестезию, часто получают столько седативных препаратов, что они фактически находятся в состоянии общей анестезии.

Длительные эффекты
Глубокая анестезия также связана с более тонкими, но более длительными когнитивными проблемами. В исследовании 2013 года врачи больницы Гонконга наблюдали за мозговой активностью 462 пациентов, перенесших серьезную операцию, поддерживая электрическую активность на максимально высоком уровне, но при этом применяя общую анестезию.Еще у 459 пациентов, получавших общий наркоз, врачи контролировали только артериальное давление и частоту сердечных сокращений. Пациенты получали пропофол или один из нескольких анестезирующих газов. На следующее утро после операции 16 процентов пациентов, получавших легкую анестезию, проявили замешательство, по сравнению с 24 процентами в группе обычного лечения. Аналогичным образом, 15 процентов пациентов, получавших типичную анестезию, имели послеоперационные психические расстройства, которые длились не менее трех месяцев — например, они плохо справлялись с тестами на запоминание слов, — но только 10 процентов из группы легкой анестезии испытывали такие трудности.

В некоторых случаях эти умственные отсталости сохраняются дольше нескольких месяцев. Джейн Сачински, доцент медицины Медицинской школы Массачусетского университета, и ее коллеги отслеживали умственные способности пациентов 60 лет и старше в районе Бостона на срок до одного года после сердечного шунтирования или операции на клапане. Основываясь на тестах памяти и внимания, в которых пациенты повторяли фразы и называли предметы повседневного обихода, те, у кого не развился какой-либо делирий, обычно восстанавливали свои дооперационные умственные способности в течение месяца, тогда как пациентам с послеоперационным делирием требовалось от шести месяцев до целого года, чтобы выздороветь.Пациенты, чей умственный туман длился более трех дней после операции, все еще не восстановили полную проницательность через год после операции.

Хотя исследователи по-прежнему не уверены в том, как анестетики могут вызвать состояние послеоперационного делирия, у них есть некоторые идеи. Препаратам может быть легче подавлять нейроны у пожилых людей, потому что белки, которые, как считается, нацелены анестетиками на поверхность нейронов, с возрастом становятся менее распространенными. Некоторые эксперты предположили, что у пожилых пациентов мозгу также может быть труднее изменить связи между различными областями, которые могут нарушиться во время анестезии.

Предварительная защита
Поскольку исследователи продолжают искать более точные ответы о послеоперационном делирии, клиницисты принимают ряд стратегий для минимизации риска. Врачи в больнице Джона Хопкинса и других больницах теперь постоянно разговаривают с пожилыми пациентами во время регионарной анестезии, чтобы убедиться, что они могут откликнуться на свое имя. Сибер считает, что эта практика может быть по крайней мере таким же эффективным измерителем глубины анестезии, как и активность мозга, и может быть лучше, чем измерения артериального давления и частоты сердечных сокращений.

Другие меры предосторожности включают в себя обеспечение достаточного количества жидкости и питания для пациентов перед операцией, что, вероятно, улучшает приток крови к мозгу. После операции эксперты рекомендуют ориентировать пациентов на пребывание в больнице, побуждая родственников и друзей навещать их, поднимая их и вставая с постели в течение дня, поощряя крепкий ночной сон и прекращая прием любых лекарств, которые могут еще больше повлиять на мозговую деятельность. Хотя остается неясным, как именно эти вмешательства помогают, физическая и умственная деятельность стимулирует связь между нервными клетками, что может восстановить жизненно важные связи между областями мозга.

Со своей стороны, Сьюзен Бейкер всегда старалась быть как можно более активной и проводить время с близкими после различных операций в ее жизни только потому, что это казалось хорошим способом ускорить выздоровление. Но когда ей пришлось пройти еще одну процедуру после приступа бреда, она приняла несколько дополнительных мер предосторожности — например, попросила сына остаться в ее больничной палате на эту ночь. А перед операцией она сделала особую просьбу: максимально облегчить анестезию.

Безопасность анестезии для младенцев и детей ясельного возраста: часто задаваемые вопросы для родителей

Каждый раз, когда ребенок подвергается хирургической процедуре, требующей анестезии или седативных средств, у родителей возникают вопросы о возможных рисках, особенно когда этот ребенок является младенцем или малышом. Стремясь помочь семьям подготовиться, Американская академия педиатрии (AAP) отвечает на часто задаваемые вопросы о безопасности анестезии.

В: Безопасна ли анестезия для моего ребенка?

A: Анестезия и седация безопаснее, чем когда-либо.Детские анестезиологи позволили миллионам детей — даже самым больным — перенести операции, которые спасли жизнь, и процедуры, улучшающие жизнь. Как и любое лекарство, анестетики сопряжены с риском для каждого человека — молодого и пожилого. Ученые и врачи продолжают изучать безопасность и побочные эффекты всех лекарств, которые используются у младенцев и детей.

В: Когда младенцы или дети раннего возраста нуждаются в операции, влияет ли анестезия на их развивающийся мозг?

A: Ученые исследовали влияние анестетиков на развивающийся мозг животных более 20 лет.В то время как животные, которым была назначена длительная или повторяющаяся анестезия, могут иметь проблемы с обучением и поведением в более позднем возрасте, не было обнаружено, что одноразовый тщательно введенный анестетик может быть связан с этими проблемами у детей.

Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) и Международное общество исследований анестезии (IARS) начали инициативу под названием SmartTots (Стратегии снижения нейротоксичности детей, связанной с анестезией) для координации и финансирования исследований, направленных на проведение хирургических операций, анестезии и седации. безопаснее для младенцев и детей младше 4 лет — период значительного развития мозга.Это исследование поможет определить, представляют ли какие-либо конкретные обезболивающие или седативные препараты опасность для маленьких детей, разработать наиболее безопасные режимы анестезии и седативных средств и потенциально способствовать разработке новых обезболивающих и седативных препаратов.

За последние несколько десятилетий детские анестезиологи прошли долгий путь в обеспечении безопасности маленьких детей, находящихся под общей анестезией. Нам предстоит еще многое понять о рисках, и в настоящее время продолжаются интенсивные исследования всех аспектов безопасности общей анестезии.

Q: Что мне делать, если моему ребенку требуется операция?

A: Родители должны обсудить все риски и преимущества хирургической операции или процедуры их ребенка со специалистами-педиатрами.

  • Спросите о сроках. Если ожидание операции не связано с риском (т. Е. Не опасным для жизни или неотложным), подумайте о том, чтобы отложить ее до тех пор, пока вашему ребенку не исполнится 3 года — исследования показывают, что влияние анестезии на мозг уменьшается с возрастом. .

  • Поговорите со своим анестезиологом . Если ваша больница позволяет вам принимать участие в выборе анестезиолога, обратитесь к тому, кто чаще всего работает с детьми. Детские анестезиологи обучены использовать наименее вредные лекарства, чтобы избежать проблем и подбирать количество анестетиков, вводимых ребенку, в зависимости от его возраста, веса, пола, принимаемых других лекарств или конкретных заболеваний.

  • Признайте, что современные анестетики и / или седативные средства необходимы младенцам и детям, которым требуется хирургическое вмешательство или другие болезненные и стрессовые процедуры.

В: Как детский анестезиолог будет обеспечивать безопасность моего ребенка?

A: Специально обученные детские анестезиологи тщательно назначат лекарства, чтобы помочь вашему ребенку заснуть и оставаться в безопасности и комфортно. Дети реагируют на анестезию иначе, чем взрослые. Детский анестезиолог будет контролировать частоту сердечных сокращений, артериальное давление, уровень дыхания и кислорода вашего ребенка и при необходимости корректировать лекарства. Он или она сделает все необходимое, чтобы жизненно важные показатели вашего ребенка оставались стабильными и не болели.

Q: Есть ли какие-либо альтернативы общей анестезии при хирургическом вмешательстве?

A: У маленьких детей самый безопасный способ проведения большинства операций — это под общим наркозом. Лекарства, используемые для седации , имеют те же побочные эффекты, что и общие анестетики, и различаются в зависимости от возраста, веса, уровня развития ребенка, истории болезни, физического осмотра и типа выполняемого теста. Например, легкая седация не всегда подходит или не возможна для младенцев и детей младшего возраста.

Q: Какие лекарства, используемые для седации или анестезии, безопаснее других?

A: Было показано, что все лекарства, используемые для седации или анестезии, влияют на нормальное развитие мозга у животных при повторном или длительном применении. Некоторые типы анестетиков, такие как опиоиды, клонидин и дексмедетомидин, могут не иметь таких же когнитивных эффектов у животных. Хотя эти альтернативные анестетики многообещающи, они подходят не для всех пациентов или процедур.К счастью, исследователи упорно работают над поиском новых лекарств.

Q: Моему двухлетнему ребенку требуется МРТ. Можно ли это сделать без анестезии?

A: Большинство детей младшего возраста не могут оставаться на месте во время МРТ и нуждаются в общей анестезии, чтобы расслабиться или уснуть во время процедуры. При определении того, понадобится ли ребенку общая анестезия, учитывается несколько факторов, в том числе:

  • Возраст и уровень развития ребенка. Младенцы и дети дошкольного возраста обычно не понимают, зачем им МРТ.

  • Продолжительность процедуры — может составлять 1-2 часа.

  • Ожидаемый дискомфорт во время процедуры — это довольно шумно, ребенок помещается в узкую трубу и должен оставаться неподвижным.

В: У моего новорожденного кишечная непроходимость, и ее врачи говорят, что ей нужна операция. Не повредит ли анестезия ее мозгу?

A: Эта операция считается неотложной. Ожидание может привести к еще большему количеству осложнений и может угрожать жизни вашего ребенка.Детские анестезиологи обучены обеспечивать вашему ребенку наиболее безопасную и эффективную анестезию. Маленьким детям редко делают операцию, если нет серьезной медицинской проблемы, которая не может ждать.

Q: Моему годовалому ребенку нужны ушные вкладыши при повторных инфекциях уха. Должен ли я подождать, пока он станет старше, чтобы это сделать?

A: Следуйте советам вашего детского отоларинголога (ЛОР). Хронические ушные инфекции могут вызвать проблемы со слухом и речью, поэтому важно лечить их должным образом.Эти процедуры короткие и требуют очень небольшого воздействия анестезии. Однократный короткий наркоз не связан с какими-либо проблемами развития. См. Задержки речи у детей ясельного возраста: Информация для родителей для получения дополнительной информации .

Q: У моей 18-месячной девочки большой порез на лице, и детский хирург хочет зашить его в операционной. Безопаснее ли получить небольшую седацию в отделении неотложной помощи или анестезию в операционной?

A: Сложный порез на лице требует много времени, чтобы его хорошо исправить, и вашему ребенку нужно будет оставаться неподвижным.Общая анестезия в операционной — лучший и безопасный вариант, чем попытки успокоить ребенка в отделении неотложной помощи. См. Порезы, царапины и удаление рубцов: Часто задаваемые вопросы для родителей для получения дополнительной информации.

Не было доказано, что седативные препараты безопаснее других. Доказано, что все лекарства, которые используются в отделении неотложной помощи для успокоения ребенка, приводят к проблемам с памятью и обучением у животных.

Есть еще вопросы?

Если у вас есть другие вопросы, обратитесь в местную детскую больницу и попросите поговорить с детским анестезиологом.

Дополнительная информация и ресурсы:

Информация, содержащаяся на этом веб-сайте, не должна использоваться вместо медицинской помощи и рекомендаций вашего педиатра. Ваш педиатр может порекомендовать лечение по-разному, исходя из индивидуальных фактов и обстоятельств.

Часто задаваемые вопросы об анестезии: опасности, побочные эффекты, факты

Что такое анестезия?

Анестезия — это лекарство, которое не дает пациентам почувствовать боль или резко снижает боль во время операции или родов.

Являются ли врачи анестезиологами?

Да. Анестезиологи — это высококвалифицированные врачи, специализирующиеся в этой конкретной области. Они получают такое же образование, как и другие врачи. Их обучение включает четыре года резидентуры по анестезиологии, а также дополнительную стажировку по определенным специальностям.

Какие бывают виды анестезии?

Всего четыре типа:

  • Общая анестезия , применяемая при крупных операциях, вызывает потерю сознания или усыпляет и лишает возможности двигаться.
  • Sedation , часто используемый для малоинвазивной хирургии, блокирует боль и вызывает сонливость, но не усыпляет.
  • Регионарная анестезия, , такая как эпидуральная анестезия или блокада нерва, вызывает онемение значительной части тела, пока вы не спите. Врачи часто используют местную анестезию с седацией или общую анестезию.
  • Местная анестезия обезболивает лишь небольшую часть тела при незначительных процедурах, таких как наложение швов или удаление родинки.

Как врачи делают анестезию?

Анестезирующие препараты можно вводить в виде инъекций, ингаляций, лосьона для местного применения, спрея, глазных капель или кожных пластырей.

Как проводится общая анестезия?

Взрослым и детям старшего возраста общая анестезия вводится внутривенно.

Маленькие дети могут вдыхать анестезию через маску или трубку, получая внутривенное введение после потери сознания.

Сколько времени нужно, чтобы подействовала анестезия?

Общая анестезия обычно усыпляет менее чем за 30 секунд.

Могу ли я решить, какой наркоз мне нужен?

Это зависит от типа операции, но это обсуждение между вами, хирургом и анестезиологом. Чтобы принять наилучшее решение, ваши врачи захотят узнать ваш номер:

  • История болезни, включая любые реакции на предыдущую анестезию
  • Текущие лекарства или лекарства, отпускаемые без рецепта
  • Известные аллергии

Насколько опасен общий наркоз?

Улучшенная технология мониторинга и улучшенные анестетики делают общую анестезию безопасной для здоровых пациентов.

У вас будет повышенный риск хирургического вмешательства и анестезии, если у вас есть серьезные проблемы со здоровьем, такие как проблемы с сердцем или почками. Ваш хирург и бригада анестезиологов тщательно изучат историю болезни и проведут физический осмотр перед операцией, чтобы оценить ваш риск.

Почему я не должен есть перед операцией?

Если вы съедите перед операцией, содержимое желудка может попасть в легкие, пока вы находитесь под наркозом. Это называется аспирацией — когда ваше тело дышит рвотой.Эта ситуация может быть опасной для жизни.

Каковы побочные эффекты анестезии?

После анестезии вы можете испытать:

  • Тошнота или рвота
  • Боль в горле
  • Шероховатость

Как общая анестезия влияет на мой мозг и тело?

Общая анестезия не дает вашему телу двигаться, пока вы без сознания. Тем не менее, ваше тело может немного двигаться. Поскольку даже небольшие движения могут быть опасны для некоторых операций, в этих случаях вам также понадобится расслабляющий мышцы.

Могу ли я получить аллергическую реакцию на анестезию?

Иногда у людей возникает аллергическая реакция на обезболивающие. Симптомы аналогичны любой другой аллергической реакции. Если вы испытывали реакцию раньше, сообщите об этом анестезиологу.

Вы перестаете дышать во время наркоза?

Нет. После того, как вы потеряете сознание, ваш анестезиолог вставит дыхательную трубку вам в рот и нос, чтобы убедиться, что вы поддерживаете нормальное дыхание во время процедуры.

Анестезиолог остается со мной все время, пока я без сознания?

Да. Ваш анестезиолог руководит анестезиологической бригадой, состоящей из врачей-анестезиологов и медсестер. Член анестезиологической бригады будет оставаться рядом с вами, чтобы следить за вашими жизненно важными показателями и дыханием на протяжении всей операции. Это также гарантирует, что вы постоянно получаете правильную дозу анестезии. Анестезиолог будет часто проверять вас во время вашего лечения.

Как долго длится анестезия?

Сроки варьируются:

  • Внутривенное введение обезболивающих на срок до 8 часов
  • Блокада нерва может помочь справиться с болью в течение 12-24 часов
  • Спинальные блокады могут облегчить боль на 24-48 часов
  • Эпидуральная анестезия — самая продолжительная, облегчающая боль до 4-5 дней

Сколько времени нужно, чтобы оправиться от анестезии?

Это зависит от типа перенесенной операции и вашей индивидуальной ситуации.

Что делать, если я чувствую боль после прекращения действия анестезии?

Ваш анестезиолог может помочь облегчить боль после того, как пройдет первоначальная анестезия.

Вредят ли анестетики развивающемуся мозгу человека? Комплексный анализ исследований на животных и людях

https://doi.org/10.1016/j.ntt.2016.10.008Получить права и контент

Основные моменты

443 лабораторных исследования и 32 исследования на людях изучали влияние анестетиков на развитие.

Дефицит увеличивается с увеличением времени воздействия как у животных, так и у людей.

В большинстве исследований на животных изучались модели, эквивалентные недоношенному человеческому мозгу.

В целом, невозможно определить безопасный возраст, после которого анестезия не действует.

Abstract

Было обнаружено, что анестетики, позволяющие проводить хирургические процедуры и стрессовые вмешательства, вызывают структурные аномалии головного мозга и функциональные нарушения у неполовозрелых животных, вызывая серьезные опасения среди врачей, родителей и государственных регулирующих органов относительно безопасного использования этих препаратов у молодых дети.Остаются критически важные вопросы, такие как точный возраст, в котором развивающийся мозг наиболее уязвим к воздействию анестетиков, существует ли конкретный возраст, за пределами которого анестетики не оказывают длительного воздействия на мозг, и есть ли какая-либо конкретная продолжительность воздействия существует, что не приводит к пагубным последствиям. Соответственно, в настоящем анализе делается попытка поместить растущее количество исследований на животных, которые, как мы определили, включают более 440 лабораторных исследований на сегодняшний день, в трансляционный контекст путем интеграции доклинических данных о структуре и функции мозга с клиническими результатами, полученными в результате нейрокогнитивных исследований человека. , которые в настоящее время превышают 30 исследований.Наш анализ не показал четкого порога продолжительности воздействия, ниже которого не возникало структурных повреждений или последующих когнитивных нарушений. Данные о животных не позволили четко определить конкретный возраст, после которого воздействие анестетика не вызывало каких-либо структурных или функциональных отклонений. Было обнаружено несколько потенциальных стратегий смягчения последствий, однако не было выявлено ни одного общего анестетика, который постоянно обладал бы нейродегенеративными свойствами и мог бы быть рекомендован по сравнению с другими анестетиками. Поэтому крайне важно расширить усилия по разработке более безопасных методов анестезии и стратегий смягчения последствий даже до того, как будут однозначно подтверждены долговременные изменения в развитии мозга у миллионов маленьких детей, ежегодно проходящих анестезию.

Ключевые слова

Анестезия

Новорожденный

Младенец

Апоптоз

Нейродегенерация

Когнитивные нарушения

Рекомендуемые статьи Цитирующие статьи (0)

Inc. Полный текст

© 2016 Else.

Рекомендуемые статьи

Ссылки на статьи

Общая анестезия — MotherToBaby

В этом листе рассказывается о воздействии общей анестезии во время беременности и грудного вскармливания.Эта информация не должна заменять медицинскую помощь и советы вашего лечащего врача.

Что такое общая анестезия?

Общая анестезия используется для медицинских процедур, требующих «усыпления». Он включает в себя использование лекарства (либо путем вдыхания газов через маску, либо внутривенно (IV)), которое вызывает потерю сознания и неспособность чувствовать боль. Часто для общей анестезии используется комбинация вдыхаемых газов и внутривенных лекарств.

Ингаляционная анестезия может включать галотан, энфлуран, изофлуран и закись азота. Некоторые часто используемые внутривенные препараты включают фентанил, пропофол и кетамин. Общая анестезия проводится опытными поставщиками медицинских услуг, и пациент находится под тщательным наблюдением на протяжении всей процедуры. По оценкам, примерно 1 из 50 (2%) женщин требуется операция во время беременности. Существуют различные виды анестезии, которые можно использовать во время операции или во время родов. Эти варианты следует обсудить с вашим лечащим врачом.

Может ли воздействие общей анестезии затруднить мне беременность?

Исследования не проводились, чтобы выяснить, может ли общая анестезия затруднить беременность женщине.

Может ли воздействие общей анестезии после операции вызвать выкидыш?

Выкидыш может произойти при любой беременности. Обзор пяти исследований показывает, что может наблюдаться небольшое увеличение количества выкидышей у женщин, перенесших операцию в первой половине беременности.Неясно, связано ли это с анестезией или реакцией организма на операцию на пораженном органе, болезнью матери или другой причиной.

Может ли общая анестезия в первом триместре увеличить вероятность врожденных дефектов?

В начале каждой беременности вероятность рождения ребенка с врожденным дефектом составляет 3-5%. Это называется ее фоновым риском. Было проведено как минимум пять исследований, в которых изучается риск врожденных дефектов у женщин, перенесших операцию и анестезию в первом и начале второго триместра беременности.Исследования не показали повышенного риска врожденных дефектов.

Может ли воздействие общей анестезии во втором или третьем триместре вызвать другие осложнения беременности?

Некоторые исследования выявили вероятность преждевременных родов (роды до 37 недель беременности) после хирургической процедуры на более поздних сроках беременности. Другие исследования не показали повышенного риска осложнений беременности, включая преждевременные роды.

Подвергается ли воздействию общей анестезии при беременности вызывает долгосрочные проблемы в поведении или обучение ребенка ?

Единичная относительно короткая процедура под общим наркозом вряд ли окажет негативное влияние на поведение или обучение.Некоторые исследования на маленьких детях показали, что длительные хирургические процедуры могут повлиять на мозг. Однако неясно, связаны ли эти результаты с анестезией, состоянием, при котором ребенку потребовалась операция, или другими факторами. Беременным женщинам, нуждающимся в хирургическом вмешательстве, особенно при угрожающих жизни состояниях, не следует отговаривать от использования общей анестезии. Поговорите со своим лечащим врачом о преимуществах, рисках и подходящем времени операции или процедур, требующих общей анестезии.

Я работаю в офисе под общей анестезией. Повлияет ли это на ребенка?

Различные рабочие настройки могут привести к разной экспозиции. У MotherToBaby есть информационные бюллетени, в которых говорится о возможных воздействиях на рабочем месте. Для получения дополнительной информации о работе ветеринаром или ветеринарным техником во время беременности, пожалуйста, ознакомьтесь с информационным бюллетенем по адресу https://mothertobaby.org/fact-sheets/vet-vettech/pdf/. У MotherToBaby также есть информационный бюллетень с общими советами по безопасной работе во время беременности, который можно найти по адресу https: // mothertobaby.org / факт-бюллетени / репродуктивные опасности-рабочее место / pdf /. Для получения дополнительной информации о ваших конкретных рисках свяжитесь со специалистом MotherToBaby по адресу https://mothertobaby.org/contact-expert/.

Могу ли я продолжать кормить грудью после воздействия общей анестезии?

Большинство обезболивающих быстро выводятся из организма. Хотя существует не так много исследований, посвященных кормлению грудью после процедуры, большинство экспертов предполагают, что грудное вскармливание можно возобновить, как только мать оправится от анестезии и почувствует себя достаточно хорошо, чтобы кормить грудью.Обязательно поговорите со своим врачом по всем вопросам, связанным с грудным вскармливанием.

Если мужчина подвергается общей анестезии, может ли это повлиять на его фертильность (способность забеременеть) или увеличить вероятность врожденных дефектов?

Нет исследований, изучающих возможные риски для беременности при анестезии отца. В целом, отцы вряд ли увеличат риск беременности. Для получения дополнительной информации см. Информационный бюллетень MotherToBaby «Отцовские воздействия» по адресу: https: // mothertobaby.org / фактологические бюллетени / отцовские-разоблачения-беременность / pdf /.

Щелкните здесь, чтобы получить ссылки.

OTIS / MotherToBaby признает, что не все люди идентифицируют себя как «мужчины» или «женщины».

Разное

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Семейный блог Ирины Поляковой Semyablog.ru® 2019. При использовании материалов сайта укажите, пожалуйста, прямую ссылку на источник.Карта сайта