Наталья водянова интервью – «Тяжело, когда ты как умная собака — все понимаешь, но сказать не можешь» — Skyeng Magazine

«Тяжело, когда ты как умная собака — все понимаешь, но сказать не можешь» — Skyeng Magazine

Когда Наталья Водянова переехала из Нижнего Новгорода в Париж, она почти не знала английский. Теперь она — всемирно известная супермодель, которая говорит на двух иностранных языках. Ведущая ютуб-канала Skyeng Таня Старикова поговорила с Натальей о том, как ей удалось совершить такой качественный рывок, какие языки знают ее дети и почему без английского сегодня никуда.

— Наталья, расскажите, что вас привело в Москву на этот раз.

— Здесь проходит седьмой международный форум «Каждый ребенок достоин семьи» фонда помощи детям «Обнаженные сердца». На этой площадке специалисты и эксперты со всего мира могут обменяться опытом, поговорить о последних разработках в системе работы с детьми, которые растут с особенностями развития.

Одна из главных наших проблем — это то, что профессиональное сообщество специалистов по детскому развитию в России, в основном, не владеет английским языком. Это серьезный барьер для получения самых последних знаний о современных программах помощи, основанных на доказательствах. И через форум мы как раз даем к ним доступ всем желающим.

Отдельная проблема — терминология. Поэтому перед форумом мы специально готовим переводчиков для того, чтобы они умели правильно говорить об особенностях развития. О том, что ребенок — не аутист, а «с аутизмом», не даун, а «с синдромом Дауна». Получается, человека мы оставляем в покое и уважаем, а работаем именно с его особенностями. Терминология для нас очень важна. Мы верим: как корабль назовешь, так он и поплывет.

— А как правильно называть особенных детей в данном контексте?

— Дети с особенностями развития — children with special needs.

— Сколько языков вы знаете?

— Я говорю на двух с половиной. На русском, английском. И довольно неплохо на французском, сейчас просто поправляю форму.

— А когда вы переехали из Нижнего Новгорода в Париж, вы уже знали язык? На каком уровне? 

— Очень-очень плохо. Это даже нельзя назвать базовым языком. Низкий уровень, знание каких-то совсем маленьких фраз, которые любой человек сразу схватит, если проведет в иностранной среде хотя бы пять дней:

«How are you?» («Как ты?»), «I’m fine» («Я в порядке»), «What do you do?» («Что делаешь?»), «I’m a model» («Я модель»).

— И как вы справлялись с этим языковым барьером? Потому что, очевидно, он в таком случае должен был быть.

— Вы знаете, было очень тяжело. Я думаю, это сравнимо с тем же аутизмом. Потому что никто тебя не понимает. И в итоге ты просто чувствуешь себя как загнанный зверек: столько всего внутри, столько всего хочешь сказать, но не можешь. Даже не знаешь, как. Это смесь отчаяния, паники и такой… безвыходности, что ли.

Помогало то, что меня окружали очень приятные люди, которые понимали мою ситуацию и не в первый раз с ней сталкивались. Они меня уважали, поддерживали, много разговаривали со мной, чтобы мой уровень повышался как можно скорее.

— То есть, получается, вы учили иностранный язык, непосредственно погружаясь в языковую среду?

— Абсолютно. Я не взяла ни одного урока английского языка, кроме тех, что были еще в Нижнем Новгороде. Мне повезло, что одна из лучших подруг моей бабушки — преподаватель, профессор в инъязе (Нижегородском государственном лингвистическом университете — Прим.ред.). Она со мной занималась.

— Был ли у вас какой-нибудь акцент, с которым вы боролись? Или вы сказали: «Я русская модель, и у меня акцент, ничего страшного»?

— Вы знаете, у меня до сих пор акцент, он не очень навязчивый. И вообще люди говорят, что акцент — это здорово, это так индивидуально! И даже сексуально.

— На каком языке вы разговариваете дома?

— С детьми я говорю по-русски. Они мне отвечают так: трое старших по-английски, двое младших — по-французски. С мужем мы говорим по-английски, он с детьми — по-французски. Очень все запутанно.

Во время интервью

— А как вы думаете, детям, которые растут сразу в нескольких языках, сложнее или, наоборот, легче размышлять на всех языках одновременно?

— Я не думаю, что им сложнее. Для ребенка все, с чем он рождается, — данность. Ребенок не реагирует на это понятиями «мне сложно» или «мне просто». Каждый воспринимает язык в своем ритме. Некоторые дети начинают раньше говорить, а другие — раньше ходить. Очень часто те, кто начинает раньше говорить, позже ходят, чем их сверстники. И наоборот: если ребенок физически развит, язык немного отстает. Бывает, когда семья двуязычная или трехъязычная, ребенок начинает позже говорить. 

Например, Лукас (старший сын Натальи Водяновой — Прим. ред) у меня начал очень поздно говорить. Мне тогда было 20 лет, я была очень неопытная, и мне показалось, что я его путаю своим русским языком. Поэтому я перестала с ним говорить [на родном языке], мы полностью перешли на английский. Сейчас он, в принципе, объясняется по-русски, но очень косо. Он единственный мой сын [с подобной историей], больше я такой ошибки не делала.

А вот Максим знает три языка. Он вообще блестяще говорит и по-французски, и по-русски, по-английски чуть хуже, но все понимает. К нему речь пришла в 10 месяцев, это очень-очень рано.

— А как вы думаете, какие перспективы, судя по вашему личному опыту, открывает сейчас знание английского языка? 

— Я уже говорила о том, что это возможность серьезного профессионального роста, повышения квалификации. Если нет языка — нужно ждать, когда переведут исследования, книги. В нашей сфере (помощи детям с особенностями развития — Прим.ред.) до сих пор почему-то выпускают русскоязычные книги с методиками, которые уже запрещены, их никто с 60-х годов не использует. Такие вещи происходят, к сожалению. Поэтому язык — это очень важно.

— А попадали ли вы в какие-нибудь забавные ситуации, когда вы знали язык не очень хорошо, но уже должны были на нем работать? 

— Я до сих пор попадаю в забавные ситуации с языками. Французский — это такой язык, где стоит чуть-чуть изменить ударение или не вставить важный предлог — и полностью меняется смысл. И ты, например, просишь клубничную воду, а тебе дают стакан молока.

Когда я приходила на кастинги в самом начале своей карьеры, я не говорила на иностранном языке. Но при этом мне нужно было как-то показать себя и выделиться из всех красавиц, которые тоже боролись за эту работу. Я чего только не делала. Просто вела себя, как обезьянка, на пальцах показывала, откуда я, старалась отвечать на вопросы. Тяжело, когда ты как умная собака — все понимаешь, но сказать не можешь.

— Но, получается, эти ситуации достаточно легко преодолеть, судя по тому, что сейчас у вас прекрасный английский и вся жизнь связана с языками?

— Вы знаете, я думаю, что погрузиться в языковую среду — это самое лучшее, что можно сделать. Но часто я вижу, что у нас люди окружают себя русскоговорящими друзьями даже за границей. И при этом ждут, что язык к ним откуда-то сам придет. Нет волшебной палочки.

Наталья с супругом Антуаном Арно

Я помню, что я специально выбирала дружить с иностранцами, общаться с иностранцами, хотя, конечно, проще быть со своими. И, наоборот, ограничивала себя в общении с русскоязычными, чтобы улучшать свой английский. И даже мужа, видите, так выбрала. Нужен французский — пожалуйста, нужен английский — пожалуйста!

(Смеется.)

— Что бы вы пожелали тем, кто сейчас изучает иностранные языки?

— Не стесняться своего ломаного языка. Не важно, какой язык вам нравится. Просто общайтесь как можно больше. Улыбайтесь людям — порой это самое лучший первый шаг к общению. Люди очень открытые. И вообще языки — это огромное богатство. Главное — не стесняться делать ошибки.


Чтобы начать учить язык прямо сейчас и перестать бояться собственных ошибок, попробуйте онлайн-занятия в школе английского языка Skyeng. Преподаватель уже на первом уроке побеседует с вами по-английски, определит ваш языковой уровень и посоветует эффективный план обучения. 

Записаться на бесплатный урок

Интервью с Натальей Водяновой также можно посмотреть на ютуб-канале школы:

magazine.skyeng.ru

«Со мной лучше говорить прямо»

Все хорошо: дети очаровательны и, к счастью, здоровы, а отношения с принцем, увы, подошли к цивилизованному завершению. Но главное – Водяновой не скучно. Человеку, который с детства зарабатывал деньги и ухаживал за сестрой-инвалидом, вряд ли вообще может быть скучно. На это не остается времени, нужно работать. И головокружительная карьера модели, и обложки самых знаменитых журналов – это просто работа. Кстати, безумно тяжелая, но Наталье ли привыкать к трудностям? А с 2004 года ее работа – еще и благотворительный фонд «Обнаженные сердца».

Наталья Водянова (Natalia Vodyanova)

Уже почти 10 лет Наталья Водянова собирает деньги на строительство детских площадок в России. Не потому что богатым и знаменитым положено заниматься благотворительностью. А потому что точно – по себе – знает, как часто детям в России не хватает возможности побыть счастливыми. Да, не хватать может и денег, и медикаментов, и много чего еще. Но отличная детская площадка с горками и качелями, которые раньше приходилось видеть только в кино, едва ли не важнее. Ведь здесь на полчаса можно забыть и про деньги, и про лекарства – просто играть и быть счастливым. А разве не это – главное, что нужно любому ребенку? За исключением, конечно, родительской любви. Поэтому кроме детских площадок Наталья занимается теперь еще и программой «Каждый ребенок достоин семьи», цель которой – изменить отношение к детям с особенностями развития. Сделать так, чтобы их не оставляли в детских домах как безнадежных.

читайте такжеКарла Бруни: «Для любви мой статус был испытанием»

Наталья Водянова снова и снова организует благотворительные вечера и балы. И снова и снова объясняет их гостям, что так быть не должно – чтобы детям негде было играть. А потом едет в Россию и открывает новую детскую площадку. Или Центр поддержки семьи, как в своем родном Нижнем Новгороде. Теперь это ее работа – помогать детям быть счастливыми. И Наталья, как всегда, работает, не жалея себя. По-другому она не умеет, да по-другому бы вообще ничего и не вышло. Потому что, чтобы стать принцессой, сначала нужно стать хорошей Золушкой, а это тоже не так-то просто.

читайте досье

Наши дети: любить или наказывать

Мы разговариваем в по-утреннему пустоватом баре большого столичного отеля. В моем распоряжении 40 минут: пресс-агент уже объяснила, что у Натальи всего один день между двумя рейсами, множество встреч, пресс-конференция… Но сидящая передо мной девушка абсолютно никуда не спешит. Она говорит через паузы, словно размышляя вслух и помогая себе в этом тонкими руками, дотошно подбирает слова, чтобы ответить как можно точнее и искреннее. Чашка чая, ложечка в розетке с вишневым вареньем, ни капли макияжа, ни намека на гламур. Собственно, и в Москве она в этот раз по делам, далеким от светской и модной жизни.

Форум об аутизме

В 2011 году Фонд Натальи Водяновой «Обнаженные сердца», тогда уже построивший десятки детских игровых площадок по всей России, начал работу в новом направлении: помощь семьям, которые воспитывают детей с особенностями развития.

14–17 октября в Москве состоится уже второй международный форум, посвященный аутизму, «Каждый ребенок достоин семьи». Подробности см. на сайте Фонда nakedheart.org

Наталья Водянова (Natalia Vodyanova) Psychologies:  

Почему сегодня вы решили рассказать о болезни вашей сестры?

Наталья Водянова:  

Я ее никогда и не скрывала. Но Оксане всего год назад поставили иной, чем при рождении, диагноз – аутизм. Для моей семьи это было большим открытием, ведь аутизм и ДЦП – это разные состояния. Оба не лечатся полностью, но в работе с аутизмом есть другой подход, и это дает нам другие надежды. Сейчас Оксана занимается в Центре поддержки, который наш Фонд «Обнаженные сердца» открыл в Нижнем Новгороде. И мы уже видим прогресс: интеллектуально она точно может больше, чем мы могли надеяться.

Моя сестра

Вы старше Оксаны на 6 лет. Когда вы осознали, что она – другая?

Н. В.:  

Мне трудно вспомнить определенный момент… Оксана родилась, когда я только пошла в школу. И мама, которую доктора уговаривали оставить сестру в роддоме, сразу мне сказала, что Оксана никогда не будет такой же девочкой, как я. Но сильнее я все это ощутила, когда она уже подросла. Мама все время работала, а я следила за Оксаной. Мы всегда гуляли с коляской, а люди говорили: «Ну что же такая большая девочка, а еще не ходит…» Дети дразнили, смеялись над нами. Конечно, было обидно. К тому же двор был маленький, а Оксана вела себя не очень адекватно: плакала ни с того ни с сего, тревожила соседей. Или могла кричать, просто потому что ей так нравилось…

Если бы вам встретился кто-то из тех соседей сегодня, что бы вы им сказали?

«Нам важно уметь не пропустить то прекрасное, что судьба дает человеку через испытания»

Н. В.:  

Ничего, ну или – как дела? (Она смеется.) У меня нет какой-то особенной злости – дразнились все-таки дети, а дети в своей непосредственности могут быть очень жестоки. Возможно, они и сами сейчас понимают, что мне было нелегко. Но людям и сегодня нужно объяснять, что значит подобный диагноз, как к нему относиться. Если рождается ребенок с аутизмом, ДЦП или синдромом Дауна, это не значит, что его родители – какие-нибудь алкоголики или наркоманы. Это может случиться в любой семье. И это надо знать. И думать о том, как дать ребенку шанс прожить интересную жизнь.

читайте такжеАутисты обладают сверхспособностями?

Что тогда вам помогло справиться?

Н. В.:  

Я очень любила Оксану, для меня это был самый близкий человек. Да, нам было трудно. Но я думаю – странно сказать, – некоторым моим подругам в каком-то смысле везло меньше, чем мне. Например, для кого-то главной проблемой было: «Купите мне то или это…» Я не понимала! Оксана научила меня… стилю жизни. Это предельная честность в отношениях, это чистая любовь, которая будет до конца. Это богатство. Нам важно уметь не пропустить то прекрасное, что судьба дает через испытания.

Если бы у вас была такая возможность, что вы сказали бы себе, маленькой девочке, из дня сегодняшнего?

Н. В. 

Все будет хорошо! (Она улыбается.) Так просто.

Мое решение

Как вы решились создать фонд помощи детям?

Н. В.:  

В 2004 году, когда захватили школу в Беслане, я была в Москве. И все эти дни провела у телевизора. Жестокость меня потрясла. Я просто не могла понять! А когда я не могу понять, мне нужно что-то сделать. Так, видимо, у меня работает мышление, чтобы справляться с тем, что меня потрясает, с чем я не могу жить. Я словно ощутила огромный толчок. Я думала: что я могу и что хочу дать детям, которые пережили эту трагедию? Что я могу сделать для них? В первый раз после того, как я уехала из России, это заставило меня вернуться в детство, к той маленькой девочке, которой я была. И постараться понять, как бы я помогла ей. Я, конечно, не сравниваю свои детские переживания с тем, что случилось в Беслане, но это дало мне направление. Боль и беспомощность, которые я тогда ощущала, стали стимулом. Тогда я еще не понимала, что создам фонд, не знала, чем он будет заниматься. Я просто знала, что дети должны играть: мир для ребенка начинает строиться с игры. А противоположность игры – это война.

Сегодня Россия не воюет, но вы все же считаете, что государству нужно помогать заботиться о детях с особенностями развития?

Н. В.:  

Я не берусь рассуждать о политике. Просто я считаю, что только у заинтересованных людей – у тех, кого коснулась эта проблема и кто понимает, как тяжело с ней жить, достаточно мотивации, чтобы заниматься этой частью общества – людьми с ограниченными возможностями. Хотя такой ребенок может родиться в любой семье. У друзей. У близких. Наша задача – донести эту мысль. Сегодня 70% таких детей в нашей стране родители отдают в детские дома. И это нездорово ни для всего общества, ни для кого из нас в отдельности. Детских домов вообще не должно существовать – в принципе! Но тогда этим детям нужна поддержка – и родителей, и государства, и благотворительных организаций.

Мой характер

Девочка из российской провинции, затем супермодель с мировой известностью, – перемены заставили вас взглянуть на себя по-другому?

Н. В.:  

Я, в принципе, всегда себя уважала. (Она улыбается.)

Вам приходилось о чем-то жалеть?

Н. В.:  Знаете, иногда загораешься, тратишь много времени на какие-то не очень интересные вещи… А потом думаешь: ну зачем тебе это нужно было? (Смеется.)

Например, что?

Н. В.:  

Ну, скажем, вести конкурс «Евровидение». Нет, наверное, зачем-то это было нужно… Ведь все наши поступки делают нас личностью, которой мы являемся.

Что лучше о вас знать, чтобы с вами общаться?

Н. В.:  

Со мной обязательно надо говорить прямо и начистоту. Я, как и все мы, не могу читать чужие мысли! Если, например, человек на что-то обижается, но не говорит, – я терпеть этого не могу, ни на работе, ни в отношениях. Да, я – Наталья Водянова, и, наверное, это что-то значит, – но не для тех, кто рядом со мной.

«Дети должны играть, с этого начинает строиться их мир. А противоположность игры – это война»

Что вас удивляет в людях?

Н. В.:  

Способность быть великодушными. Готовность вкладывать себя в то, чтобы изменить мир. Кому-то помочь, кого-то поддержать. Лично – это самое главное. Нет, деньги – это тоже очень важно, но если человек отдает и свое время… Меня это очень обнадеживает и вдохновляет. Я встречаюсь со многими такими людьми.

Мои ресурсы

Сегодня вам 31 год – какой жизненный урок вы считаете для себя самым ценным?

Н. В.:  

Вы знаете, я безумно люблю жизнь. И если сегодня она закончится, я хочу знать, что сделала все, что возможно. Хотя… Был такой промежуток времени, когда мне не хватало этого чувства. Когда ушел смысл – и это оказалось самым ужасным. В детстве у меня было абсолютно четкое видение цели – выжить. Потом я уехала в Париж, началась совсем другая жизнь, и несколько лет я ею наслаждалась. А потом возник вопрос – а что дальше? Наверное, только после создания фонда у меня опять появилось это четкое видение цели, ответ на самый главный вопрос – зачем это все.

И как же сегодня звучит ответ?

Н. В.:  

Я знаю, что такое тяжело работать. Но если раньше я это делала, чтобы выжить, то сейчас у меня есть путь, понимание того, зачем живешь каждый день. Я стараюсь использовать все ресурсы – включая и мой успех, – чтобы помочь другим девочкам, мальчикам, их родителям. Просто помочь понять… Я каждый день чувствую ответственность за то, что взяла на себя. Но это очень позитивное чувство. То, что я делаю сейчас, приносит столько энергии, столько внутренней отдачи…

Что вас побуждает двигаться по жизни вперед?

Н. В.:  

Наверное, мое прошлое. Мое знание. Иногда люди стараются забыть, скрывают, не возвращаются к прошлому. Но тогда в их жизни теряется связь – связь с собой, своим путем, своей сутью. С нами ничего не происходит случайно. Любой опыт может стать инструментом, чтобы изменить мир вокруг себя. Зная, ты можешь делать выбор осознанно. Со своим опытом мы сильнее.

Мое будущее

Какой вам видится ваша жизнь лет через 20?

Н. В.:  

Скорее всего, связанной с фондом. Понимаете, моя мама была абсолютно одна, когда столкнулась с болезнью Оксаны. Теперь информации больше, многие мамы таких детей – уже другие. Но я знаю, что где-то есть и такие, какой была моя.

У вас самой растут трое детей. Чего вы им больше всего пожелали бы?

Н. В.:  

Здоровья. И реализовать себя. Найти свое дело, которое будет их так же увлекать, как мое увлекает меня.

А чего для них не хотели бы?

Н. В.:  

Мне кажется, самое страшное – это безразличие. Жизнь такая богатая, в ней так много всего, чего мы не видим! И столько всего еще можно для себя открывать!

Вам бы хотелось, чтобы люди помнили о вас через много лет? И помнили – за что?

Н. В.:  Не знаю… Надо подумать… Наверное, я хотела бы, чтобы кто-то сказал: Наталья Водянова вдохновила меня и показала мне, что я могу. Неважно, кто я, но я – могу.

www.psychologies.ru

Наталья Водянова дала откровенное интервью и рассказала о бедности, мужьях и многом другом

Наталья Водянова

28 февраля Наталья Водянова отпраздновала 35-летний юбилей, а перед днем рождения российская супермодель дала интервью британской газете The Guardian, в котором рассказала о бедности, благотворительности, вечеринках и многом другом.

О бедности

Бедность заставляет чувствовать себя униженным. Вы думаете, что с вами что-то не так, особенно в детстве. Вы видите других детей, которые счастливы, и думаете, что это просто потрясающе. Вы мечтаете о том, чтобы быть не самим собой, а кем-то другим. Возможно, из-за этого я стала моделью.

О детстве

В моей школе в Нижнем Новгороде мальчики меня просто ненавидели. Я была очень худой, потому что иногда у нас дома просто нечего было есть. Они звали меня палкой. К тому же они винили меня в болезни моей сестры (у младшей сестры Натальи Оксаны диганостирован церебральный паралич и аутизм, — прим. ред.) и называли грязной.

Об интуиции

У меня есть животное чутье, которое помогает мне принимать решения, основываясь на интуиции. Я приехала в Париж в 17 лет, но сменила агентство практически сразу. Во вторую ночь агент отправил меня в клуб с несколькими мужчинами. Ничего не случилось, но я была юной девушкой и мне нравились молодые парни, а те мужчины были в возрасте (в мире функционирует огромное количество недобросовестных модельных агентств, занимающихся эскорт-услугами. Наталья в Париже попала в такое агентство с недобросовестной репутацией, — прим. ред.). Через день или два мне позвонили из агентства Viva и предложили работать у них. Я сразу согласилась.


Наталья Водянова

О сестре

Сестра с особенностями развития научила меня любви и терпению. В детстве для Оксаны веселье означало раскидать коробки по кухне и навести беспорядок. Она сидела на верху кучи мусора, коробок, еды и смеялась: «Ха!». Для семьи, в которой было очень мало продуктов, — это было катастрофой.

О ночной жизни

Я никогда не была ангелом. Могла не спать все выходные, если мы с другом хотели веселиться в ночных клубах. Три года подряд я каждые выходные проводила на танцполе, мне кажется, поэтому у меня сохранилась модельная фигура.


Наталья Водянова

О рождении детей

Однажды я сказала, что рождение детей улучшает состояние кожи. И у меня пять детей. Не пытайтесь повторить в домашних условиях.

О благотворительности

К 2004 году я была уже очень успешной моделью, но не понимала, какая польза от этого. Осада Беслана заставила меня понять, что я могу сделать что-то хорошее: могу построить игровую площадку для детей, которые пострадали во время трагедии. Игра — это прекрасный способ отвлечь детей от жестокой реальности и помочь им быстрее оправиться (фонд Натальи Водяновой «Обнаженные сердца» собрал 39 миллионов евро для семей с детьми с ограниченными возможностями и построил в России 177 детских площадок, — прим.ред.).


Наталья Водянова

О мужьях

Самое больше различие между Англией и Францией — это форма правления, монархия и республика, которые отразились на моем браке. Мой первый муж Джастин Портман не работал, но он был ходячей энциклопедией и очень творческим человеком с большим количеством свободного времени. Мой второй муж, Антуан Арно — трудоголик. Плюсы в первом браке — это то, что у супруга больше времени на отпуск.


Антуан Арно и Наталья Водянова

О критике сына

2-летнему Максиму нравится, когда я с распущенными волосами. Когда собираю волосы, он говорит: «Мамочка, ты такая некрасивая».

О деньгах

Говорят, что за деньги счастья не купишь, но об этом знают только богатые. Когда ты беден, то нет времени думать о будущем, и главное — это найти, что поесть… Когда вы богаты, то постоянно думаете о будущем, но сфокусироваться на своей цели не так непросто. Я была бедной и богатой и могу сказать, что за деньги действительно не купить счастье.


Наталья Водянова

www.spletnik.ru

Наталья Водянова о своей ролевой модели, воспитании детей и отношении к домогательствам

Наталья Водянова

Журнал Porter взял большое интервью у Натальи Водяновой и посвятил ей фотосессию в белых и серебристых тонах. В откровенной беседе с изданием 36-летняя российская супермодель сравнила детство своих детей с собственным, ответила на злободневные вопросы о движении #MeToo и не только.

О семье:
Я не расслабляюсь в выходные: с пятью детьми это сделать сложнее, чем в будний день, но у нас фантастический хаос. Мы получаем огромное удовольствие во всех мелочах, будь то игра на пианино, танцы детей, игры с кошкой, прогулки на улице, поход за мороженым и блинчиками. Мы не строим слишком много планов, а просто наслаждаемся.


Наталья Водянова

О воспитании детей:
Когда они были маленькими, иногда говорили: «Мне не нравится моя кровать. Я не хочу спать в своей кровати, а хочу спать с вами”. Я отвечала им: «Это такая привилегия – иметь свою собственную кровать. Я делила кровать с сестрой в течение 10 лет и мечтала о своей комнате, о собственной кровати и личной жизни». Дети слушают с любопытством, но не понимают. Они все еще жалуются, но оставляют попытки залезть в мою кровать.

Об источнике вдохновения и ролевой модели:
Моя бабушка – моя икона. Она всегда не забывала о себе, хотя была самым щедрым человеком. Она так много дала своей семье и людям вокруг. Постоянно была занята, но в то же время помнила о своей красной помаде и всегда выглядела потрясающе. А ее дом был безупречно чистым – это было ее представление о том, кто она и кем хочет быть. Я определенно хочу быть такой же.

О работе моделью:
Я люблю эту работу, потому что она дает мне возможность отдохнуть от повседневных проблем, с которыми сталкиваюсь в благотворительной деятельности. Работа моделью становится приятной терапией.

О движении #MeToo и домогательствах в своей жизни:
По сравнению с тем, что я слышу и читаю, я действительно была хорошо защищена. Но время пришло. Люди не могут злоупотреблять своей властью. Хочу, чтобы модная индустрия была для всех такой, какой ее знаю я. Пути назад нет, нужно идти вперед, и будущее светлое. На мой взгляд, единственная проблема заключается в том, как все это повлияет на творчество, на свободу самовыражения, работу с изображением и видео, на моду.

Фотографиями поделился блогер Tanushka28.

www.spletnik.ru

Правила жизни. Наталья Водянова | Блогер Solt на сайте SPLETNIK.RU 23 июня 2015

У меня практически нет времени на жизнь как таковую. Скорее, серия встреч, интервью и событий — но редко жизнь.

Мой дом там, где мои дети. Сейчас это Париж.

Когда мне было семнадцать, я уехала из Нижнего Новгорода в Париж. Там я жила год, и это был особенный год в моей жизни — год моего становления как модели. Я жила на 100 долларов в неделю, что для такого города, как Париж, конечно, мало. Около 50 долларов стоил недельный проездной на метро, 25 я тратила на еду — макароны и курицу, — а еще 25 откладывала. Когда потом я приехала в Нижний и привезла маме 200 долларов, она плакала навзрыд.

Курица прекрасно готовится в микроволновке. Я ее посыпала перцем-солью и полностью засовывала в микроволновку. Моей соседкой по квартире была модель, бразильянка. Она ела одни йогурты. Мы вообще не общались, потому что были с разных планет. Когда она видела эту курицу, она начинала меня ненавидеть.

Когда я жила в Нижнем Новгороде и продавала фрукты, тогда я работала по-настоящему. Сейчас это просто цветочки.

Не надо мне завидовать. То, что для меня счастье, для кого-то будет абсолютным кошмаром. Кажется, если бы кто-то вошел в мое тело на один день, он сразу сказал бы: ну на фиг.

Не думаю, что в России что-то колоссально изменилось за те 15 лет, что я здесь не живу. Что-то меняется, но глобальных изменений очень мало. Для той категории семей, из которой я вышла, изменилось немногое.

Жизнь в России мешала бы сейчас моей работе. Здесь я больше отвлекалась бы на индивидуальные истории, для меня это скорее проявление слабости. Помощь становится эффективнее, когда превращается в систему. Детей, которым мы помогаем — детей с особенностями развития, — нужно «вести» постоянно.

Почему мы назвали дочку Невой? Мы решили назвать ее в честь реки. Ну а какая еще река? Ока, что ли?

Если я ударю себя молотком по пальцу, я выругаюсь по-английски. Молотком по пальцу — это все-таки будет «фак». Русский язык — для чего-то хорошего.

Я бы очень хотела пообедать с Хиллари Клинтон. Она напоминает мне мою бабушку.

Я получила премию журнала Glamour «Женщина года» в прошлом году в Карнеги-холл. Это такая очень престижная премия, которую вручают за общественную работу. Полученную награду и свою речь я посвятила своей маме, которая в первый раз прилетела в Нью-Йорк. И вот, представляете, входит Хиллари Клинтон и садится в кресло впереди моей мамы, а прямо за ней сидит Анна Винтур. В этот момент у меня — может быть, первый раз в жизни — происходит абсолютное смещение миров. А потом, когда все закончилось и мы стали выходить, Хиллари подошла, пожала мне руку, обняла мою маму и сказала ей: «Вы такая сильная женщина, я вами восхищаюсь».

Я не знаю, когда наступает старость. Мне сложно ответить на этот вопрос, так как я вижу очень близких мне женщин, которым за семьдесят и которые живут полноценной жизнью. Я иногда даже думаю о том, что хочу побыть кем-то из них хотя бы один день. Просто попробовать, каково это. Но только один день, потому что мне нравится быть собой.

Наверное, самое первое мое воспоминание — это как двоюродная сестра держит меня у зеркала, а я смотрю в зеркало, и вдруг приходит понимание, что вот там — это я.

Я в школе даже пионером не побывала, а то, что тогда еще и форму отменили, для меня было настоящей трагедией. Я до сих пор считаю, что форма — это очень важно. Для меня это было трагедией потому, что только в тот момент я поняла, что моя семья бедная. А до этого я была абсолютно как все.

Я не слежу за политической жизнью России и не имею права что-то на этот счет говорить. Чтобы рассуждать, нужно в это углубиться. Но я уверена: если я начну углубляться, то буду знать еще меньше.

Я всегда с иронией относилась к своей внешности. Не то чтобы я не считаю себя красивой. Лет с пятнадцати я начала понимать, что во мне что-то есть — просто по реакции людей вокруг. Я шла по улице и буквально чувствовала такие толчки — пуф! Это были взгляды людей. Не только мужчин, но и женщин.

Да, я целовалась с женщинами. Я вообще восхищаюсь женской красотой и считаю, что женское тело гораздо красивее мужского. Это мое личное мнение. Например, я могу оказаться в полном ступоре от красивой груди.

Есть вещи, которые меня пугают в мужчинах. Особенно на лице — когда ты видишь обрюзглость и чувствуешь за этим неуважительное отношение к себе и своему организму. Это отвратительно, и это многое говорит о человеке. Мне это говорит о том, что, скорее всего, такое отношение распространяется и дальше — на то, что является этому человеку таким же родным, как и его тело, например жену и дом.

Был ли у меня мужчина на одну ночь? Да, таких ночей в моей жизни было две, и первая закончилась очень смешно, потому что закончилась, не совсем начавшись. Мы поужинали с молодым человеком. Сразу было понятно, как все будет, но, в принципе, было интересно. Мы пошли к нему. Он оказался горячим мужчиной, и вдруг я очутилась на четвереньках, и он страстно ударяет меня по попе. От неожиданности я вскрикнула, а он говорит: «Вот что тебе нужно!» Я на него смотрю, и вдруг мне становится ужасно смешно. А потом встаю и говорю: «Нет, это точно не то, что мне нужно». У меня было платье, которое очень легко снималось и очень легко одевалось обратно. Я надела его и ушла.

Вчера под моим постом в «инстаграме» какая-то женщина написала, что вблизи я страшна. Я ей пообещала, что не буду к ней приближаться.

Последний раз я плакала от радости. Я просто гуляла с Максимом (младший сын Водяновой. — Esquire) в парке. Была хорошая погода, пели птицы, он смеялся, а я ему пела песенку Красной шапочки. Если долго-долго-долго, если долго по дорожке… топать, ехать и бежать.

Меня сложно удивить чем-то. Я чувствую, что осталась тем же человеком, каким была 20 лет назад. Во многом благодаря тому, что меня сложно удивить.

Думаю, зависть всегда приносит один убыток. Щедрость — это лучшая инвестиция.

Я с юмором размышляю о том, что, если смерть произойдет сейчас, со мной будет то же, что и с Мэрилин Монро. Она не успела состариться и всем надоесть, оставшись с нами навсегда. Думаю, то же самое случилось бы с моей благотворительной деятельностью: она продолжилась бы сама по себе, и это главное.

Однажды мне сказали: у тебя ничего не получится, потому что у тебя брови домиком.

(с)Esquire.

www.spletnik.ru

«Я веду постоянную войну со своими детьми»

Наталья Водянова украсила обложку британского журнала «Porter»: в интервью изданию супермодель поделилась своими взглядами на воспитание детей, рассказала, как она поддерживает отношения с экс-супругом, британским лордом Джастином Портманом и поведала, почему до сих пор не пошла к алтарю со своим нынешним избранником – миллионером и наследником модной империи Антуаном Арно.

В беседе с журналистами глянца Наталья призналась, что постоянно воюет со своими детьми. Причем война идет по поводу… еды. Наталья борется с лишним весом своих наследников (их у нее пятеро – 16-летний Лукас, 10-летняя Нева, 9-летний Виктор от Джастина Портмана и трехлетний Максим и годовалый Роман от Антуана Арно). Супермодель рассказала, что когда ее старшему сыну Лукасу стукнуло 10, она посадила его на строгую диету.

Наталья с 17 лет сидит на диете, и старается привить привычки здорового питания и своим детям.Фото: GLOBAL LOOK PRESS

— Он наел щеки! – рассказала Наталья. – И тогда я сказала ему: «Ты не можешь просто так продолжать есть и наблюдать, как у тебя растет живот». Я становлюсь очень строгой, когда дело касается всей той дряни, которую они едят. Я постоянно говорю им, что они великолепные и красивые, но умоляю тщательно следить за тем, чем они питаются, потому что эти пищевые привычки останутся с ними на всю жизнь. И важно приучить их делать здоровый выбор с самого начала.

Наталья работает моделью с 17 лет, так что ей не привыкать ограничивать себя в еде. Она постоянно сидит на диете и позволяет себе есть все, что захочется, только один день в неделю.

— Когда я переехала во Францию, я каждое утро ела на завтрак булочку с шоколадом, — рассказывает манекенщица. – Так что в итоге я поняла, что больше не могу на них смотреть. Теперь я ем такую булку только раз в неделю по субботам, и то делюсь половинкой со своей дочкой. Это наш ритуал.

Модель не только следит за питанием детей, но и приучает их к спорту.Фото: GLOBAL LOOK PRESS

Наталья затронула и тему своего развода – русская модель разошлась со своим британским мужем, лордом Джастином Портманом в 2009 году после девяти лет брака.

— Я была матерью-наседкой, а он мало интересовался жизнью детей, — говорит Наталья. – Джастин обожал их, но он не из тех отцов, которые искупают ребенка или проследят за тем, чтобы все погуляли. В конце концов он перевесил все обязанности на меня, и это изолировало его от нас, потому что в семье нужно переживать все эти прекрасные моменты вместе.

Манекенщица считает, что ее бывший муж Джастин Портман не помогал ей воспитывать детей.Фото: GLOBAL LOOK PRESS

Наталья не уточняет, помогает ли ее новый избранник Антуан Арно в воспитании детей, и только признается, что он никогда не хотел строить семейную жизнь с манекенщицей.

— Антуан точно не мечтал о том, что матерью его детей станет модель, — говорит она. – Так что мы были очень удивлены, когда у нас все получилось.

Несмотря на то, что у них уже есть двое общих детей, Наталья и Анутан не спешат к алтарю.

Модель родила Антуану Арно двоих сыновей.Фото: GLOBAL LOOK PRESS

— Я и так чувствую, что мы женаты, — уверяет Водянова. – А если все так хорошо – зачем что-то менять? Штамп в паспорте точно не сделает наши отношения лучше.

www.kp.ru

Наталья Водянова: «Известность не приносит ничего хорошего!»

Наталья Водянова: добрый ангел в моде

Наталья Водянова – самая известная русская модель в мире, о которой сам Том Форд говорит не иначе как о «самой красивой женщине в мире».

Водянова воспитывает троих детей, занимается благотворительностью в рамках своего фонда «Обнаженные сердца» и не жалуется на отсутствие выгодных модельных контрактов: в свои 29 лет, в «пенсионном» для модели возрасте, Наталья Водянова по-прежнему участвует в показах и рекламирует известные дизайнерские бренды.

В чем секрет ее успеха и волшебной силы, которая позволяет Водяновой быть первой во всем?

Как ты можешь описать Москву?

Это город контрастов. Здесь есть и спокойная культура с древними традициями, и взрывы эмоций, сумасшествие, искусство. Молодые люди гордятся, что живут в Москве, и стараются быть индивидуальными. Я действительно вдохновляюсь Москвой и люблю бывать здесь.

Что бы ты изменила в Москве?

Определенно, мне не нравится, как власти относятся к старым зданиям, постоянно перестраивая их. Думаю, это часть западного менталитета – страсть к переменам, а не к постоянству.

А как насчет московской моды?

Здесь часто можно встретить женщин в джинсах, на каблукахи в короткой шубе – выглядит забавно!

Что для тебя значит твоя благотворительная деятельность на родине?

Все эти акции моего фонда невероятно важны для меня и занимают 50% моего времени. Я думаю, что все делаю правильно, потому что считаю, что каждое маленькое действие позволяет нам изменить что-то к лучшему. Каждая детская площадка, которую мы строим в России вместе с фондом «Обнаженные сердца», – это настоящая победа, которая не оставляет меня равнодушной.

Наталья Водянова: история Золушки на подиуме

Расскажи о своем детстве.

Я родилась в Нижнем Новгороде в бедной семье, и, к сожалению, мои родители развелись, когда я была очень маленькой. Моя мама осталась одна с тремя детьми, и это было по-настоящему нелегко, но она много работала и всегда была с нами. Моя мама – невероятная женщина. Она никогда не пила, не курила и посвятила всю свою жизнь детям. За это я ее действительно уважаю.

Для тебя самой семья на первом месте?

Я думаю, что защищать свою семью и отдавать все семье – это очень важно. Наверно, это даже самое важное дело в жизни.

Твоя модельная карьера была стремительной?

Да, в этом мне повезло. В 17 лет я оказалась в Париже, и моя карьера быстро взлетела вверх – я работала с огромным количеством дизайнеров. Если честно, мое агентство сначала не верило в то, что я смогу ходить по подиуму, – я была недостаточно высокой и худой для этого. Но после рождения сына Лукаса в 19 лет я неожиданно резко сбросила вес. В тот год я открыла сразу несколько показов и подписала много контрактов.

Как модельный бизнес повлиял на твой стиль в одежде?

Моя профессия сформировала и мой стиль. Я не боялась моды до того, как стала работать в этом бизнесе, и сейчас вдохновляюсь одеждой, которую представляю на подиумах, и людьми, с которыми встречаюсь.

Ты довольна своей внешностью?

В общем, да, но я бы хотела иметь густые волосы. Мои волосы очень тонкие, и я до слез завидую, когда вижу девушку с роскошной копной кудрявых волос.

Наталья Водянова: шопинг и стиль

Что тебя больше всего раздражает в модном бизнесе?

Наверное, это странный дисбаланс в том, как люди относятся к моде: они либо принимают ее слишком серьезно, либо, наоборот, полностью игнорируют. Конечно, одежда характеризует нас, но не должна занимать всю нашу жизнь.

У тебя есть модные слабости?

Да, это украшения. Я люблю покупать их и оставлять на потом. Если честно, я даже не очень люблю носить их, но я просто знаю, что они у меня есть.

Твое правило шопинга – это качество или количество?

Я люблю быстрый и качественный шопинг. Обычно я не хожу по магазинам, потому что мои приятели вроде Рикардо Тиши из Givenchy очень добры ко мне… Но если я иду в магазин, то я за 5 минут нахожу то, что мне нравится, 10 минут меряю это – и готово!

Что тебе нравится носить сейчас?

Шелковые комбинезоныв горох, длинные юбки, кожаные брюки и, конечно, мои любимые оксфорды. Каблуки я тоже люблю, но их оставляю только для специальных событий.

Как ты относишься к эко-трендам в моде?

Сейчас я стараюсь покупать вещи, которые останутся в моем гардеробе надолго. И в особенности это касается детской одежды. Я понимаю, что мы все должны уважать природу, и поэтому я не хочу покупать что-то без надобности. Это не только помогает окружающей среде, но и экономит деньги.

Благодаря своей головокружительной карьере ты стала одной из самых известных моделей в мире. Эта известность помогает тебе в жизни?

Только в рамках своего фонда «Обнаженные сердца». В моей обычной жизни моя известность не приносит мне ничего хорошего, скорей наоборот – слишком много внимания, отсутствие личной жизни…

Автор: Ирина Щапова, специально для WomanJournal.ru

Фото: Fanpop.com, Splashnews.com

www.wmj.ru

Разное

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *