Салтыков щедрин семья дети – Михаил Салтыков-Щедрин – биография, фото, личная жизнь, сказки, книги

Михаил Салтыков-Щедрин – биография, фото, личная жизнь, сказки, книги

Биография

Михаил Салтыков-Щедрин – известный русский писатель, журналист, редактор, государственный чиновник. Его произведения входят в обязательную школьную программу. Сказки писателя не зря именуются так – в них не только карикатурное высмеивание и гротеск, тем самым автор подчеркивает, что человек является вершителем собственной судьбы.

Детство и юность

Гений русской литературы родом из дворянской семьи. Отец Евграф Васильевич был на четверть века старше супруги Ольги Михайловны. Дочь московского купца вышла замуж в 15 лет и уехала за мужем в деревню Спас-Угол, которая тогда располагалась в Тверской губернии. Там 15 января 1826 года по новому стилю родился младший из шести детей – Михаил. Всего в семье Салтыковых (Щедрин – часть последовавшего со временем псевдонима) росли три сына и три дочери.

Родители Михаила Салтыкова-ЩедринаРодители Михаила Салтыкова-Щедрина

По описаниям исследователей биографии писателя, мать, со временем превратившаяся из веселой девушки во властную хозяйку поместья, делила детей на любимчиков и постылых. Маленький Миша был окружен любовью, но и ему иногда попадало розгами. Дома постоянно стоял крик и плач. Как писал Владимир Оболенский в мемуарах о семье Салтыкова-Щедрина, в беседах писатель описывал детство в мрачных красках, однажды произнес, что ненавидит «эту ужасную женщину», ведя речь о матери.

Салтыков знал французский и немецкий языки, получил блестящее начальное домашнее образование, позволившее поступить в Московский дворянский институт. Оттуда мальчик, проявивший недюжинное прилежание, попал на полное государственное обеспечение в привилегированный Царскосельский лицей, в котором образование приравнивалось к университетскому, а выпускникам присваивались чины согласно Табели о рангах.

Михаил Салтыков-Щедрин в детствеМихаил Салтыков-Щедрин в детстве

Оба учебных заведения славились тем, что выпускали элиту русского общества. Среди выпускников — Александр Пушкин, князь Михаил Оболенский, Вильгельм Кюхельбекер, Антон Дельвиг, Иван Пущин. Однако, в отличие от них, Салтыков из чудного умного мальчика превратился в неопрятного, сквернословящего, часто сидящего в карцере парнишку, у которого так и не появилось близких друзей. Неспроста Михаила однокашники прозвали «Сумрачным лицеистом».

Атмосфера в стенах лицея способствовала творчеству, и Михаил в подражание предшественникам начал писать стихи вольнодумского содержания. Такое поведение не осталось незамеченным: выпускник лицея Михаил Салтыков получил чин коллежского секретаря, хотя за успехи в учебе ему светил ранг повыше — титулярного советника.

Михаил Салтыков-Щедрин в молодостиМихаил Салтыков-Щедрин в молодости

По окончании лицея Михаил устроился служить в канцелярию военного ведомства и продолжил сочинять. Кроме этого, увлекся произведениями французских социалистов. Темы, поднятые революционерами, нашли отражение в первых повестях «Запутанное дело» и «Противоречия».

Вот только с источником публикации начинающий писатель не угадал. Журнал «Отечественные записки» в то время находился под негласной политической цензурой, считался идейно вредным.

Дом Михаила Салтыкова-Щедрина в ВяткеДом Михаила Салтыкова-Щедрина в Вятке

По решению надзорной комиссии Салтыкова отправили в ссылку в Вятку, в канцелярию при губернаторе. В ссылке, помимо служебных дел, Михаил изучал историю страны, переводил сочинения европейских классиков, много ездил и общался с народом. Салтыков чуть было не остался насовсем прозябать в провинции, пусть и дослужившись до советника губернского правления: в 1855-м на императорский трон был коронован Александр II, и о рядовом ссыльном попросту забыли.

На помощь пришел Петр Ланской, представитель знатного дворянского рода, второй муж Натальи Пушкиной. При содействии его брата, министра внутренних дел, Михаила вернули в Петербург и дали место чиновника особых поручений в этом ведомстве.

Литература

Михаил Евграфович считается одним из самых ярких сатириков русской литературы, виртуозно владеющий эзоповым языком, романы и рассказы которого не утратили злободневности. Для историков произведения Салтыкова-Щедрина – это источник познания нравов и обычаев, распространенных в Российской империи 19 века. Перу писателя принадлежат такие термины, как «головотяпство», «мягкотелый» и «благоглупость».

Портрет Михаила Салтыкова-ЩедринаПортрет Михаила Салтыкова-Щедрина

По возвращении из ссылки Салтыков переработал опыт общения с чиновниками русской глубинки и под псевдонимом Николай Щедрин опубликовал цикл рассказов «Губернские очерки», воссоздав характерные типажи жителей России. Сочинения ждал большой успех, имя автора, впоследствии написавшего немало книг, в первую очередь будут связывать с «Очерками», исследователи творчества писателя назовут их знаковым этапом в развитии русской литературы.

В рассказах с особой теплотой описываются простые люди-работяги. Создавая образы дворян и чиновников, Михаил Евграфович вел речь не только об основах крепостного права, но и акцентировал внимание на моральной стороне представителей высшего сословия и нравственных основах государственности.

Иллюстрации к книгам Михаила Салтыкова-ЩедринаИллюстрации к книгам Михаила Салтыкова-Щедрина

Вершиной творчества русского прозаика считается «История одного города». Сатирический рассказ, полный аллегории и гротеска, современники оценили не сразу. Более того, автора поначалу обвинили в том, что он насмехается над обществом и пытается очернить исторические факты.

В главных героях-градоначальниках показана богатая палитра человеческих характеров и общественных устоев – взяточники, карьеристы, равнодушные, одержимые абсурдными целями, откровенные глупцы. Простой же народ выступает как слепо подчиняющаяся, готовая все стерпеть серая масса, которая действует решительно, только оказавшись на краю гибели.

Михаил Салтыков-ЩедринМихаил Салтыков-Щедрин

Такое малодушие и трусость Салтыков-Щедрин высмеял в «Премудром пискаре». Произведение, несмотря на то, что именуется сказкой, адресовано вовсе не детям. Философский смыл повествования о рыбе, наделенной человеческими качествами, заключен в том, что одинокое существование, замкнутое только на собственном благополучии – ничтожно.

Еще одна сказка для взрослых – «Дикий помещик», живое и веселое произведение с легким налетом цинизма, в котором простой народ-труженик открыто противопоставляется самодуру-помещику.

Михаил Салтыков-Щедрин и Николай НекрасовМихаил Салтыков-Щедрин и Николай Некрасов

Литературное творчество Салтыкова-Щедрина получило дополнительную подпитку, когда прозаик начал работать в редакции журнала «Отечественные записки». Общее руководство изданием с 1868 года принадлежало поэту и публицисту Николаю Некрасову.

По личному приглашению последнего Михаил Евграфович возглавил первый отдел, занимающийся публикацией беллетристики и переводных произведений. Основная масса собственных сочинений Салтыкова-Щедрина также вышла на страницах «Записок».

Памятник Михаилу Салтыкову-Щедрину в РязаниПамятник Михаилу Салтыкову-Щедрину в Рязани

В их числе — «Убежище Монрепо», по словам литературоведов – калька семейной жизни писателя, ставшего вице-губернатором, «Дневник провинциала в Петербурге» — книга о не переводящихся на Руси авантюристах, «Помпадуры и помпадурши», «Письма из провинции».

В 1880-м отдельной книгой опубликован эпохальный остросоциальный роман «Господа Головлевы» — повествование о семье, в которой главная цель – обогащение и праздный образ жизни, дети давно превратились в обузу для матери, в целом семья живет не по закону божьему и, не замечая того, движется к самоуничтожению.

Личная жизнь

С супругой Елизаветой Михаил Салтыков познакомился в вятской ссылке. Девушка оказалась дочерью непосредственного начальника писателя, вице-губернатора Аполлона Петровича Болтина. Чиновник делал карьеру в сфере образования, хозяйственном, военном и полицейском ведомствах. Поначалу опытный служака опасался вольнодумца Салтыкова, но со временем мужчины подружились.

Михаил Салтыков-Щедрин и его жена ЕлизаветаМихаил Салтыков-Щедрин и его жена Елизавета

В семье Лизу звали Бетси, девушка называла писателя, который был старше ее на 14 лет, Мишелем. Однако вскоре Болтина перевели по службе во Владимир, и семья уехала за ним. Салтыкову же запретили покидать пределы Вятской губернии. Но, по преданию, он дважды нарушал запрет, чтобы повидать возлюбленную.

Категорически воспротивилась браку с Елизаветой Аполлоновной мать писателя, Ольга Михайловна: мало того, что невеста слишком молода, так еще и приданое за девушкой дают не солидное. Разница в годах вызвала сомнение и у владимирского вице-губернатора. Михаил согласился подождать один год.

Дети Михаила Салтыкова-ЩедринаДети Михаила Салтыкова-Щедрина

Молодые люди поженились в июне 1856-го, мать жениха на венчание не приехала. Отношения в новой семье складывались сложно, супруги часто ссорились, сказывалась разница характеров: Михаил — прямой, вспыльчивый, в доме его боялись. Елизавета же, наоборот, мягкая и терпеливая, не обремененная знаниями наук. Салтыкову не нравились жеманство и кокетство жены, он называл идеалы супруги «не весьма требовательными».

По воспоминаниям князя Владимира Оболенского, Елизавета Аполлоновна в разговор вступала невпопад, делала замечания, не относящиеся к делу. Произносимые женщиной глупости ставили собеседника в тупик и злили Михаила Евграфовича.

Комната в доме Михаила Салтыкова-ЩедринаКомната в доме Михаила Салтыкова-Щедрина

Елизавета любила красивую жизнь и требовала соответствующего финансового содержания. В этом муж, дослужившийся до звания вице-губернатора, еще мог поспособствовать, но постоянно влезал в долги и называл приобретение собственности безалаберным поступком. Из произведений Салтыкова-Щедрина и исследований жизни писателя известно, что он играл на фортепиано, разбирался в винах и слыл знатоком ненормативной лексики.

Тем не менее, Елизавета и Михаил прожили вместе всю жизнь. Жена переписывала произведения мужа, оказалась хорошей хозяйкой, после смерти писателя грамотно распорядилась наследством, благодаря чему семья не испытывала нужду. В браке родились дочь Елизавета и сын Константин. Дети никак не проявили себя, чем огорчали знаменитого отца, безгранично их любившего. Салтыков писал:

«Несчастливы будут мои дети, никакой поэзии в сердцах, никаких радужных воспоминаний».

Смерть

Здоровье немолодого писателя, страдавшего от ревматизма, сильно подорвало закрытие «Отечественных записок» в 1884-м. В совместном решении министерства внутренних дел, юстиции и народного просвещения издание было признано распространителем вредных идей, а сотрудники редакции – членами тайного общества.

Могила Михаила Салтыкова-ЩедринаМогила Михаила Салтыкова-Щедрина

Последние месяцы жизни Салтыков-Щедрин провел в постели, гостям просил передать: «Я очень занят – умираю». Умер Михаил Евграфович в мае 1889 от осложнений, вызванных простудой. Согласно завещанию писателя похоронили рядом с могилой Ивана Тургенева на Волковском кладбище Санкт-Петербурга.

Интересные факты

  • К аристократическому боярскому роду Салтыковых, по одним данным, Михаил Евграфович не относится. По другим, его семья — потомки нетитулованной ветви рода.
  • Михаил Салтыков – Щедрин придумал слово «мягкотелость».
  • Дети в семье писателя появились спустя 17 лет брака.
  • Существует несколько версий происхождения псевдонима Щедрин. Первая: в поместье Салтыковых жило много крестьян с такой фамилией. Вторая: Щедрин – фамилия купца, участника раскольнического движения, дело которого писатель расследовал в силу служебных обязанностей. «Французская» версия: один из вариантов перевода слова «щедрый» на французский язык – libéral. Именно излишнюю либеральную болтовню изобличал писатель в своих произведениях.

Библиография

  • 1857 – «Губернские очерки»
  • 1869 – «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил»
  • 1870 – «История одного города»
  • 1872 – «Дневник провинциала в Петербурге»
  • 1879 – «Убежище Монрепо»
  • 1880 – «Господа Головлевы»
  • 1883 – «Премудрый пискарь»
  • 1884 – «Карась-идеалист»
  • 1885 – «Коняга»
  • 1886 – «Ворон-челобитник»
  • 1889 – «Пошехонская старина»

24smi.org

Сумрачный гений Салтыкова-Щедрина: чего мы не знаем из школьной программы

* Салтыков-Щедрин испытывал влечение к 12-летним девочкам

* К прикованному к постели писателю жена заходила лишь затем, чтобы сказать: «Денег давайте!»

27 января читающая Россия отметит день рождения Михаила Евграфовича САЛТЫКОВА-ЩЕДРИНА. Он родился в 1826-м — дата не круглая, 191 год, но судя по тому, что сейчас творится в стране, повод вспомнить великого сатирика есть. Тем более что суровый классик с всклоченной бородой и грозно выпученными глазами, каким мы привыкли видеть его в хрестоматии, был вполне человечным и душевным дядькой.

Из школьной программы мы знаем его по мужику, который двух генералов прокормил, дикому помещику да премудрому пескарю с карасем-идеалистом. Некоторые назовут еще «органчик» из «Истории одного города». И припомнят многочисленные, рассыпанные по Сети афоризмы. Не все из того, что ему приписывают, он действительно говорил. Но вот это стопроцентно щедринское: «Во всех странах железные дороги для передвижения служат, а у нас сверх того и для воровства». Или это: «Когда и какой бюрократ не изнывал при мысли о лишней тысяче? Когда и какой бюрократ не был убежден, что Россия есть пирог, к которому можно свободно подходить и закусывать?» Точнее не придумаешь.

 

Откуда же у дворянина Мишеньки Салтыкова (псевдоним Щедрин он взял, когда занялся литературой) столь обостренное неприятие окружающей действительности? Все очень просто. Недолюбленный в детстве ребенок затаил обиду на родную матушку, ставшую для него воплощением всего худшего, что есть в русском дворянстве. Эту обиду он выплескивал из себя всю жизнь.

******

Строго говоря, к дворянской аристократии семейство писателя имело весьма условное отношение. Прадед его по кличке Курган происходил от худородного дворянина, получившего чин по милости власти. Отношение к самозванцам было презрительно-уничижительное. Честолюбивый Курган, унаследовавший от отца фамилию Сатыков, добавил в нее буковку «л», приобщившись к древнему и знатному роду. Узнав об этом, настоящие Салтыковы направили царю гневную челобитную. «Худородного дворянина» били плетьми — Курган получил 50 плетей. Но заветную буковку ему оставить позволили.

 

******

Отец писателя, коллежский советник Евграф Васильевич Салтыков, отличался нравом мягким и незлобивым, а вот мать, Ольга Михайловна Забелина, слыла дамой суровой и властной. Замуж вышла в 15 за 40-летнего. В молодости была кровь с молоком, но потом расплылась. С супругом не ладила, детей делила на «любимчиков» и «постылых», которых держала в черном теле и постоянно била (всего у четы Салтыковых родилось девять отпрысков).

Михаил был шестым ребенком в семье. Маленького толкового Мишеньку мать поначалу обожала, но по мере взросления отношения ухудшились. В 10 лет юный Салтыков уехал из родового имения Спас-Угол Тверской губернии в Московский дворянский институт, а затем как лучший ученик — в Царскосельский лицей.

 

******

Здесь с родовой фамилией Мише пришлось помучиться. Однокашники-аристократы путали его с «настоящими» Салтыковыми, а узнав, что перед ними однофамилец, презрительно фыркали.

******

Вскоре из отличника Михаил превратился в неопрятного огрызающегося подростка. Получил прозвище Сумрачный лицеист. В отличие от обожавшего лицей Пушкина, для Салтыкова это было казенное учебное заведение, где он так и не обрел близких друзей. За грубость, сквернословие, курение, да еще писание стихов парня пороли розгами, ставили носом в угол, лишали обеда и заключали в карцер.

******

После выхода из лицея юноша хотел начать карьеру литератора, но был выслан в Вятку за повесть «Запутанное дело». В провинции к опальным относились, как к королевским бастардам, — предупредительно, понимая ситуацию так: удостоившегося высочайшего пинка могут и простить. А потому с ним надо быть поделикатнее. Салтыкова уважали и боялись. Он стал чиновником особых поручений при губернаторе, а после восшествия на престол Александра II был назначен сначала рязанским, а потом тверским вице-губернатором. Находясь на службе, Салтыков непрерывно орал на подчиненных, а на документах любил ставить вердикты: «Чушь!», «Галиматья!», «Болван!» Но начальство ничего не могло с ним поделать, так как он пользовался высочайшим покровительством.

******

От грозных окриков Салтыкова робели, но никто всерьез его не боялся. Наоборот, подчиненные ценили его за чуткость и справедливость. При распределении премий он давал больше тем, кто получал меньше жалованья, и сокращал слишком большие награды имевшим хорошие оклады. Рассказывали, что как-то во время служебной поездки вице-губернатору нужно было приготовить к утренней почте важные бумаги. Они с помощником уселись в разных комнатах работать в ночь. Вскоре Михаил Евграфович услышал похрапывание. Подложил напарнику под голову подушку и все написал сам. Утром бедолага со страху чуть не умер. А Салтыков успокаивает: «Ну, батюшка, должно быть, вы вчера очень устали, я боялся разбудить, но куда там — спите как убитый, ничего не слышите».

******

Конец чиновничьей карьере писателя положил конфликт с тульским губернатором Шидловским. Будучи управляющим городской казенной палатой, Михаил Евграфович выставил за дверь посыльного, который явился к нему от губернатора напрямую, минуя формальности. Историю можно было бы замять, но вспыльчивый Салтыков и взрывной Шидловский раздули из мухи слона. Сатирик опубликовал фельетон «Губернатор с фаршированной головой». Автора убрали в Рязань, но после стычки и с тамошним губернатором уволили.

 

******

Михаил Евграфович с детства пристрастился к картам. Во время игры был неуемен. Адвокат Владимир Танеев, брат композитора, вспоминал:

— Из кабинета доносились крики Салтыкова. Играли в игру, в которой участвуют каждый раз только трое, а четвертый сдает по очереди. Салтыков самым решительным образом не позволял сдающему сходить с места и пройтись, чтобы отдохнуть. Вдруг распахнулись двери из кабинета, и в гостиную влетел Алексей Михайлович (Унковский, постоянный партнер Салтыкова по картам. — Ред.) с видом совершенного отчаяния.

– Это уже ни на что не похоже, — завопил он, — не позволяет даже отправлять естественные надобности, — и быстро исчез в противоположную дверь.

Дамы в немом изумлении не могли сразу понять, в чем дело.

Рассказывают, что, когда в 1878-м хоронили Некрасова, в ехавшей за катафалком карете сидел Салтыков. Он предложил соседям в память об умершем сыграть в карты. Сыграли.

 

******

В Вятке молодой Салтыков начал ухаживать за дочками местного вице-губернатора. Девочкам было по 12 лет. Одной из них, Елизавете Аполлоновне Болтиной, он сделал предложение, когда той едва исполнилось 14. Брак с трудом отложили на год. Родственники Салтыкова бойкотировали венчание и свадьбу (был лишь один из братьев), так как о вице-губернаторских дочерях шла нехорошая слава. Маменька Салтыкова отказала в материальной помощи сыну, велев самому обеспечивать свою барыню. «Залетела ворона в барские хоромы», — говаривала она.

******

Жена Салтыкова всю жизнь изменяла ему, и, когда через 17 лет бездетного брака у них родились сын и дочь, Салтыков был почему-то уверен, что по крайней мере сын — его, хотя тот совершенно не был на него похож.

О благоверной сатирик отзывался так:

— У жены моей идеалы не весьма требовательные. Часть дня (большую) в магазине просидеть, потом домой с гостями прийти и чтоб дома в одной комнате много-много изюма, в другой много-много винных ягод, в третьей — много-много конфет, а в четвертой — чай и кофе. И она ходит по комнатам и всех потчует, а по временам заходит в будуар и переодевается…

Родные Елизаветы Аполлоновны за глаза называли писателя «мерзавцем». Когда он, больной, был прикован к постели, жена заходила к нему лишь затем, чтобы сказать: «Денег давайте!»

******

В романе «Господа Головлевы» сатирик беспощадно вывел всех своих родственников. Больше всего досталось «милому другу маменьке» и старшему брату Дмитрию. И вот почему. Салтыков одолжил у матери крупную сумму для покупки имения. Дохода оно не приносило, и тогда писатель заявил, что долг он не вернет. Матушка стала удерживать часть доходов с имения, находившегося в совместном владении с сыном, а при распределении наследства «забыла» о Мишеньке. Салтыков начал тяжбу со старшим братом, которому «подарил» образ Иудушки.

******

Несмотря на вечную ворчливость, Михаил Евграфович был заботливым и нежным отцом. Писал за дочку сочинения в школе, в письмах уехавшим на отдых детям смешно рассказывал о проделках оставленных на его попечение канареек.

В одном из последних писем призывал сына:

— Милый Костя, так как я каждый день могу умереть, то вот тебе мой завет: люби мать и береги ее; внушай то же и сестре. Помни, что ежели вы не сбережете ее, то вся семья распадется, потому что до совершеннолетия вашего еще очень-очень далеко. Старайся хорошо учиться и будь безусловно честен в жизни. Вот все. Любящий тебя отец. Еще: паче всего люби родную литературу и звание литератора предпочитай всякому другому.

******

Со времен службы в Вятке Салтыков страдал жестоким ревматизмом. Мышцы сковывали судороги, возникали непроизвольные подергивания — «пляска святого Витта». Были серьезные проблемы с сердцем. Врачи предполагали сифилитическое происхождение аортальной недостаточности, связывая заболевание с невоздержанностью писателя по части любовных утех в молодости. «В каждом из нас, русских, есть немного сифилиса и татарина», — любил говорить лечащий его доктор Боткин.

******

В последние перед смертью месяцы к Салтыкову-Щедрину потянулись посетители. Не в силах никого принять, Михаил Евграфович просил передать всем, что занят: умирает.

26 апреля 1889 года у него произошел «мозговой удар», он впал в кому и через два дня скончался. Ему было 63 года.

www.eg.ru

Владимирская любовь Салтыкова-Щедрина — Портал полезной информации ПРИЗЫВ

На днях исполнилось 185 лет со дня рождения известного русского писателя Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. Для нас это повод вспомнить о его связи с Владимирским краем.

Да, хотя Михаил Евграфович является уроженцем Тверской губернии, а скончался и похоронен в Петербурге, Владимир для него вовсе не был чужим. Именно с городом на Клязьме у Салтыкова-Щедрина были связаны самые лучшие воспоминания его жизни…

Почетная ссылка

Выпускник Царскосельского («пушкинского») лицея, Михаил Салтыков в 1848 году за «вольнодумство» был сослан в Вятку. Впрочем, это была необычная ссылка. Опальный столичный чиновник занял там должность советника губернского правления – пост, о котором большинство провинциалов могло только мечтать. Непосредственным начальником советника Салтыкова стал вятский вице-губернатор Аполлон Петрович Болтин. Потомок старинного дворянского рода (уступавшего, однако, Салтыковым, бывшим в родстве даже с царской фамилией), Болтин был «потомственным» вице-губернатором. Его дед Александр Степанович Болтин служил вице-губернатором в Рязани еще при Екатерине II, а отец Петр Александрович достиг на гражданской службе чина коллежского советника, равного полковнику.

Аполлон Болтин весь свой век провел на государственной службе, занимая различные должности по народному просвещению и военному ведомству, полиции и хозяйственному департаменту. Старый служака поначалу не нашел общего языка с молодым «вольнодумцем», имеющим немалые связи в Петербурге. Однако постепенно Болтин и Салтыков «притерлись» друг к другу. Михаил Евграфович стал часто бывать в доме своего шефа и познакомился с его семьей: женой Екатериной Ивановной, урожденной Юшковой, и двумя дочерьми-близнецами – Елизаветой и Анной. Прелестные, кудрявые, сероглазые девочки, которым едва исполнилось 12 лет, пленили 26-летнего коллежского асессора Михаила Салтыкова.

Тайные свидания

Несмотря на немалую разницу в возрасте, писатель всерьез увлекся Елизаветой Болтиной, которую в семье называли Бетси (она же своего «взрослого» поклонника именовала Мишелем). «То была первая свежая любовь моя, то были первые сладкие тревоги моего сердца!» – писал позже Михаил Евграфович. Мало кто верил, что столь неожиданный роман чиновника и литератора с еще совсем юной барышней получит какое-либо продолжение. Но Салтыков оказался однолюбом. Он принял решение ждать, пока его любимая подрастет, для того чтобы сделать формальное предложение руки и сердца.

История женитьбы Салтыкова-Щедрина сама по себе могла бы стать сюжетом для душещипательного любовного романа. В сентябре 1853 года Аполлона Петровича Болтина перевели вице-губернатором во Владимир. «Вице-губернатор Болтин – немолодой, но веселый, беззаботный, живой, кутила с седыми волосами, выкрашенными в хорошую белокурую краску. Семейство его состояло из жены, прелестной тридцатидвухлетней женщины, которая казалась несравненно моложе своих лет, и двух дочерей-близнецов, пятнадцатилетних девушек, которые носили уже длинные платья и держали себя как взрослые. Они были необыкновенно изящны. Никогда я не видал двух человеческих существ, более гармонировавших между собою», – так вспоминал о семействе Болтиных Владимир Танеев, старший брат известного композитора Сергея Танеева. Любопытно, что он был влюблен во вторую дочь Болтина Анну, но так и не посмел признаться в этом девушке.

Салтыков же по воле царя должен был по-прежнему оставаться в Вятке. Однако вынужденная разлука не только не охладила чувств влюбленного, а, наоборот, придала еще больший накал его страсти. С тех пор именно город Владимир на Клязьме стал для Михаила Евграфовича самым желанным во всей России. Туда он постоянно отправлял весточки, оттуда ждал писем и любых известий. Официально отлучки из Вятской губернии советнику Салтыкову были запрещены. Но существует предание, что влюбленный чиновник пару раз нарушил запрет императора Николая I, дабы повидать ненаглядную Бетси, и тайком приезжал-таки во Владимир в 1854-м и в начале 1855 года, где останавливался в доме Болтиных на Студеной горе.

Родительская воля

Вскоре кончина царя, упрямо державшего Салтыкова в ссылке, позволила Михаилу Евграфовичу получить командировку, связанную с проверкой деятельности Владимирского и Тверского ополчений в годы Крымской войны. Помогли в этом Салтыкову супруги Ланские: генерал-адъютант Петр Петрович (посланный в Вятку по делам ополчения) и его жена Наталья Николаевна -вдова великого Пушкина. Истинными целями данной поездки были свидания с матерью, проживавшей в Калязинском уезде Тверской губернии, дабы испросить ее согласие на брак с Елизаветой Болтиной, а потом и с невестой.

Мать писателя Ольга Михайловна Салтыкова, дочь московского купца Забелина (из этого же рода был известный историк Иван Забелин), наотрез отказалась благословить женитьбу сына на «бесприданнице» Болтиной. Она также полагала, что брак с девушкой, которой еще только исполнилось 15 лет, для ее почти 30-летнего сына не более чем блажь. Но Михаил Евграфович проявил свойственные ему упорство и целеустремленность.

Он отправился во Владимир, где объяснился с отцом невесты, теперь уже владимирским вице-губернатором Болтиным. Аполлон Петрович, не препятствовавший общению Бетси со своим бывшим подчиненным (для него Салтыков, сын состоятельных помещиков и потомок знатной фамилии, представлялся выгодной партией), тоже вдруг засомневался. Мол, дочь еще слишком молода. Может быть, и Михаил, и Лиза еще передумают? Как князь Болконский в «Войне и мире», Болтин взял тайм-аут на целый год. Если год спустя Салтыков не передумает и Лиза не будет против, то тогда свадьба состоится!

Долгожданная женитьба

Еще один год ожидания стал для Михаила Евграфовича настоящей пыткой. Его любовь лишь росла, и он буквально считал дни до окончания условленного срока. К тому времени он уже мог свободно приезжать во Владимир, но считал себя не вправе нарушать данного Болтину слова. Все-таки Салтыков не удержался от возможности встретить новый 1856 год в семье Болтиных – рядом с Лизой. Запомним, 155 лет назад М.Е.Салтыков-Щедрин встречал Новый год именно во Владимире, танцуя с невестой на балу в зале Дворянского собрания!

«Несколько дней наслаждается Михаил светом, покоем и тишиной старого русского города, прогуливается с Лизой около Золотых ворот и величественных древних соборов – Успенского и Дмитровского. Ослепительно сверкала залитая лучами зимнего солнца, открывавшаяся от соборов белая пойменная равнина под кручей за скрытой снежным покровом замерзшей Клязьмой. Не тяготила больше тупая неизбежность чтения служебных бумаг, не надо было поминутно раздражаться бестолковостью, нерадением и невежеством подчиненных, и Владимир, близкий к Москве, уже не казался безнадежно глухой провинцией. Да, это, наверное, были самые счастливые, самые светлые, самые безмятежные дни в многотрудной, нерадостной жизни Михаила Евграфовича Салтыкова», – так писал один из биографов писателя.

В июне того же 1856 года свершилось: 30-летний надворный советник Михаил Салтыков вступил в брак с дочерью владимирского вице-губернатора Аполлона Болтина Елизаветой, которой только исполнилось 16.

Субмарины для ВМФ

Семейство Болтиных оставалось во Владимире до 1859 года, когда Аполлон Петрович, прослужив пять с половиной лет владимирским вице-губернатором, получил должность по интендантскому ведомству военного министерства в Петербурге. Он скончался в 1871 году в возрасте 64 лет. Его вторая дочь, очаровательная Анна Болтина, так и не вышла замуж.

Брак Михаила Салтыкова и Елизаветы Болтиной оказался непростым. Супруги много раз ссорились и мирились. Свою единственную дочку они назвали Елизаветой – в честь матери. Елизавета-младшая прожила бурную жизнь, два раза вступала в брак – оба раза с иноземцами. Ее второй супруг, итальянский маркиз Да Пассано, был представителем американской фирмы «Голланд» в России и… продавал подводные лодки для нашего ВМФ!

Право же, трудно привыкнуть к мысли, что продажа субмарин стала «семейным бизнесом» дочери классика Салтыкова-Щедрина, семейный союз которых родился в далеком от морей-океанов Владимире на Клязьме.

Николай Фролов

www.prizyv.ru

Интересные факты из жизни Салтыкова-Щедрина

Михаил Салтыков-Щедрин появился на свет в многодетной семье старого, дворянского рода. Формировался юный ум в закаляющей атмосфере: деспотичная мать, ощущение одиночества, оттого что старшие дети уже покинули родное гнездо, окружение простодушных и грубых крестьян. Все это, позже найдет отголоски в творчестве писателя («Пошехонская старина», к примеру, имеет автобиографический характер).

Детство

Салтыков-Щедрин был младшим из шести детей, в семье потомственного дворянина. Мать Ольга уделяла сыну мало внимания. Но вот физические наказания применялись в семье регулярно, по самому безобидному поводу. Детство писатель вспоминать не любил.

Образование

Тем не менее, взамен строгости и равнодушия, ребенок получил хорошее домашнее образование. Миша был обучен грамоте родного языка, а также преуспел в изучении немецкого и французского. За первые десять лет его жизни, с мальчиком успели поделиться знаниями: крепостной живописец, местный священник, студент духовной академии, гувернантка и собственная старшая сестра. Люди, совершенно разные, помогали Михаилу составлять реальную картину окружавшей его жизни.

Особый интерес, проявленный им по отношению к крестьянам, народным обычаям и праздникам, позволил писателю и в дальнейшем не остаться равнодушным к жизни простых людей, формируя собственный тонкий, ироничный стиль повествования.

Умник без таланта

В десятилетнем возрасте Салтыков-Щедрин попадает в дворянский институт. По истечении двух лет, он, один из лучших учеников, поступает в Царскосельский лицей. Здесь он становится — поэтом. Творчество писателя-сатирика началось именно со стихов, которые ценили его однокурсники и были жестоко забракованы учителями. Со слов последних, стихи Щедрина не отличались содержанием и напрочь были лишены таланта. Михаил и сам вскоре понял, что призвание к поэзии у него отсутствует, а потому от дальнейшего написания стихов отказался.

Сказочник и критикан

Именно Салтыков стал широко внедрять недостатки общественного уклада в композицию сказки и сказочных персонажей. Это придавало им исключительную социальную направленность и позволяло писателю безжалостно критиковать и обличать проблемы общества.

Чиновник творческий

Работа на правительство и литературная деятельность, сперва, сочетались у писателя плохо. В 1848 году, будучи служащим военного министерства, идейно подкованный вольнодумец Щедрин пишет повесть «Запутанное дело», за что его высылают в Вятку. Здесь писателя определяют чиновником губернской канцелярии. Оказавшись карьеристом, Михаил Евграфович успешно адаптировался в новых условиях и за свою жизнь дважды успел побывать вице-губернатором двух губерний — Рязанской и Тверской.

Лизонька

Вятка не поскупилась на карьеру, а еще подарила Салтыкову любовь, с которой он прошел всю свою жизнь. Елизавета Болтина встретилась писателю, когда ей было всего 12 лет. Салтыков упорно ждал до ее шестнадцатилетия, чтобы взять в жены. Не взял он и в расчет неодобрения свадьбы своей же матерью. Дело было в том, что девушка не имела никакого приданого. Никто не понимал, что схожего у этих двух людей. Салтыков-Щедрин оказался обходительным, прекрасным мужем, а жена его слыла достаточно легкомысленной особой. Она любила приводить в дом гостей, потчевать их и частенько менять наряды.

Дети не появлялись в семье Щедрина целых 17 лет. Это расстраивало Елизавету, но благодаря правильному подходу писателя они справлялись со всеми трудностями вместе и произвели на свет мальчика Константина и дочь Елизавету, названную в честь матери.
Как любой творческий человек, Михаил Салтыков-Щедрин имел большие надежды на своих отпрысков, но не отличись особыми заслугами ни в литературе, ни в любой другой отрасли.

Любовь остыла, и несмотря на то, что жена оставалась с писателем до последних дней его жизни, Лизочка заходила в его покои лишь для того, чтобы попросить денег. Теперь, Салтыков предстал перед ней в весьма нелестном образе. Женщина именно писателю вменяла в вину свою сломанную жизнь.

Салтыков редактор

В 1856 Вятка была покинута. В 1862 Салтыков уходит в отставку. Обосновавшись в Москве, а затем в Петербурге писатель становится соредактором «Современника» в 1863 году. С большой преданностью к читателям, Салтыков-Щедрин размещал в журнале общественные хроники и письма, рецензии на книги, статьи и различные заметки. Однако, «Современник» все чаще поддавался цензуре и в итоге был закрыт, что и стало поводом возвращения писателя на службу, в 1864 году.

Второй раз, выйдя в отставку Салтыков стал публиковать свои сатирические сказки в «Отечественных записках». Писатель очень переживал, когда «записки» закрылось. Цензура и лишения, которые претерпевали стоящие печатные издания, все это влияло на здоровье писателя, но он не сдавался и публиковался до конца своей жизни в «Вестнике Европы».

В творчестве писателя соединялись гротеск и юмор. Его рассказы приобрели звание «обличительных», что стало началом целой вехи обличительной литературы.

Он не раз был обвинен в нелепости и непотребности своих произведений, с точки зрения того, что они высмеивали бюрократическую систему, в которой, однако, он сам и служил, на протяжении долгих лет.

Щедрин занимался также переводами. Отказываясь, например, от стандартной трактовки латинских фраз, писатель считал что выражение «Caveant consules» — пусть консулы будут бдительны, следует переводить как — «Не зевай».

Еще один интересный случай. Как-то, Салтыкову-Щедрину выпало помочь своей дочери в уроках и он, написал вместо нее сочинение. В итоге ребенок получил двойку и комментарий от преподавателя «Не знаете русского языка».




























vivareit.ru

Биография Салтыкова-Щедрина

Михаил Салтыков-Щедрин – русский писатель, журналист, редактор журнала «Отечественные записки», Рязанский и Тверской вице-губернатор. Салтыков-Щедрин являлся мастером острова слова и был автором многих афоризмов.

Ему удавалось создавать прекрасные работы в жанре сатиры и реализма, а также помогать читателю, анализировать свои ошибки.

В биографии Салтыкова-Щедрина есть много интересных фактов, о которых вы, вероятнее всего, не знали.

Итак, перед вами краткая биография Михаила Салтыкова-Щедрина.

Краткая биография Салтыкова-Щедрина

Михаил Евграфович Салтыков родился 15 января 1826 г. в деревне Спас-Угол, Тверской губернии. Интересно, что вторая часть его фамилии (Щедрин) является его псевдонимом.

Рос Михаил в образованной дворянской семье.

Его отец, Евграф Васильевич, работал коллежским советником. Мать, Ольга Михайловна, была дочерью богатого дворянина.

Кроме Михаила, в семье Салтыковых родилось еще 2 мальчика и 3 девочки.

Детство и юность

Несмотря на то, что будущий литератор был с малых лет окружен любовью и заботой, он не очень хорошо отзывался о своем детстве. В частности, он не любил свою мать, которая была властной и строгой женщиной.

По воспоминаниям Салтыкова-Щедрина, именно из-за нее в их семействе часто возникали скандалы.

В юном возрасте ему удалось выучить немецкий и французский языки, а также изучить разные науки.

Полученные знания пригодились ему в биографии и помогли успешно сдать экзамены в Московский дворянский институт, где он получал хорошие оценки.

После этого Михаил продолжил учебу в престижном Царском лицее, в котором училась «золотая молодежь» России.

Пожалуй, самым известным его выпускником был Александр Пушкин.

Во время учебы в лицее, Салтыков-Щедрин перестал следить за своей внешностью, начал ругаться, курить, а также часто попадал в карцер за недостойное поведение.

В результате, студент окончил лицей в чине коллежского секретаря. Интересно, что именно в данный период биографии он попробовал написать свои первые произведения.

После этого Михаил начал работать в канцелярии военного ведомства. Он продолжал заниматься писательской деятельностью и серьезно заинтересовался работами французских социалистов.

Ссылка в Вятку

Первыми повестями в биографии Салтыкова-Щедрина стали «Запутанное дело» и «Противоречия». В них он поднимал важные вопросы, идущее вразрез с политикой действующей власти.

В итоге Салтыков-Щедрин был сослан в ссылку в Вятку, где также работал в канцелярии. Там Михаил Евграфович еще больше уделял внимания изучению истории, занимался переводческой деятельностью, а также часто общался с простыми людьми.

Когда в 1855 г. на троне оказался Александр 2 (см. интересные факты об Александре 2), ему разрешили вернуться домой. На следующий год он был назначен чиновником особых поручений при Министерстве внутренних дел.

Творчество Салтыкова-Щедрина

Михаил Салтыков-Щедрин является одним из наиболее ярких представителей сатиры в русской литературе. Он обладал тонким чувством юмора и умел блестяще передавать его на бумаге.

Интересен факт, что именно им были придуманы такие выражения, как «головотяпство», «мягкотелый» и «благоглупость».

Один из самых популярных портретов писателя М.Е. Салтыкова-Щедрина

После того, как Салтыков-Щедрин возвратился из ссылки в Петербург, он опубликовал сборник рассказов «Губернские очерки» под именем Николая Щедрина.

Стоит заметить, что даже после того, как он приобрел всероссийскую популярность, многие его почитатели будут вспоминать именно это произведение.

В своих рассказах Салтыков-Щедрин изобразил множество разных героев, которые, по его мнению, являлись яркими представителями русского народа.

В 1870 г. Салтыков-Щедрин написал один из наиболее известных рассказов в своей биографии – «История одного города».

Стоит заметить, что данное произведение изначально не было оценено по достоинству, поскольку в нем присутствовала масса аллегорий и необычных сравнений.

Некоторые критики даже обвинили Михаила Евграфовича в намеренном искажении исторических фактов. В рассказе были представлены простые люди разного ума и характера, которые беспрекословно подчинялись власти.

В скором времени из-под пера Салтыкова-Щедрина вышла очень интересная и глубокая по содержанию сказка «Премудрый пискарь». В ней рассказывалось о всего боящемся пискаре, который до самой смерти прожил в страхе и одиночестве.

Затем он начал работать редактором в издании «Отечественные записки», владельцем которого был Николай Некрасов. В этом журнале, помимо своих прямых обязанностей, Михаил Салтыков-Щедрин также публиковал собственные произведения.

В журнале впервые были опубликованы наиболее выдающиеся произведения русской литературы 1840-х годов – стихотворения и повести Лермонтова, произведения Достоевского и Островского.

В 1880 г. Салтыков-Щедрин написал гениальный роман «Господа Головлевы». В нем рассказывалось о семье, которая всю сознательную жизнь думала только об увеличении своего капитала. В конечном счете это привело все семейство к духовному и моральному разложению.

Личная жизнь

В биографии писателя была только одна жена – Елизавета Болтина. Салтыков-Щедрин познакомился с ней во время ссылки. Девушка была дочерью вице-губернатора и была на 14 лет младше жениха.

Изначально отец не хотел отдавать Елизавету замуж за опального писателя, однако, пообщавшись с ним, изменил свое решение.

Интересен факт, что мать Михаила была категорически против того, чтобы он женился на Болтиной. Причиной тому был юный возраст невесты, а также маленькое приданое. В конце концов, в 1856 г. Салтыков-Щедрин все-таки женился.

Салтыков-Щедрин с женой

Вскоре между молодоженами начали происходить частые ссоры. По своей натуре Салтыков-Щедрин являлся прямым и смелым человеком. Елизавета же, наоборот, была спокойной и терпеливой девушкой. Кроме этого она не обладала острым умом.

По воспоминаниям друзей Михаила Евграфовича, Болтина любила встревать в разговор, говоря много лишних вещей, которые, к тому же, часто не относились к делу.

В такие моменты литератор просто выходил из себя. Кроме этого жена Салтыкова-Щедрина любила роскошь, что еще больше увеличивало расстояние между супругами.

Несмотря на это они прожили вместе всю жизнь. В этом браке у них родилась девочка Елизавета и мальчик Константин.

Биографы Салтыкова-Щедрина утверждают, что он неплохо разбирался в винах, играл на фортепьяно и был экспертом в вопросах, касающихся ненормативной лексики.

Смерть

В последние годы писатель серьезно страдал от ревматизма. Помимо этого, состояние его здоровья ухудшилось после того, как в 1884 г. были закрыты «Отечественные записки». Цензура посчитала издание распространителем вредных идей.

Незадолго до смерти Салтыков-Щедрин был прикован к кровати, нуждаясь в посторонней помощи и заботе. Однако он не терял оптимизма и чувства юмора.

Нередко, когда он не мог в силу слабости принять гостей, он просил передавать им: «Я очень занят – умираю».

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин умер 28 апреля 1889 г. в возрасте 63 лет. Согласно его просьбе, его похоронили рядом с могилой Ивана Тургенева на Волковском кладбище.

Если вам понравилась краткая биография Салтыкова-Щедрина – поделитесь ею в социальных сетях. Если же вам нравятся биографии известных людей вообще, и интересные истории из их жизни в частности – подписывайтесь на сайт InteresnyeFakty.org. С нами всегда интересно!

Понравился пост? Нажми любую кнопку:


Интересные факты:

interesnyefakty.org

Как Салтыков-Щедрин полюбил 12-ти летнюю девочку и прожил с ней всю жизнь

«Что такое свобода без участия в благах жизни?
Что такое развитие без ясно намеченной конечной цели?
Что такое справедливость, лишенная огня самоотверженности и любви»?

Эти слова принадлежат выпускнику Царско-Сельского лицея Михаилу Салтыкову-Щедрину.

Некоторые интересные факты о Салтыкове-Щедрине, который был наряду с Пушкиным, Пущиным и другими прославленными личностями выпускником знаменитого Царскосельского лицея.

Вундеркинд

Мало того, что Миша Салтыков-Щедрин был с детства одаренным ребенком. Ему еще и повезло с родителями. В семье была масса учителей, так что атмосфера для выявления таланта была самая благотворная. Будущий писатель обучался русской грамоте, французскому и немецкому языкам, ему рассказывали, как проходят праздники и церковные службы. Он много времени проводил с простыми людьми, крепостными, дружил с ними – и позже описал их в своих книгах. Словом, немалую роль в славном будущем писателя сыграла его семья.

Поэт и «умник»

Интересно, что Салтыков-Щедрин по прозвищу «умник» в лицее был… поэтом. На каждом курсе в то время был свой поэт. И именно таковым был и юный Михаил. Любопытно, что стихи его не нравились учителям, более того, в конечном итоге они вообще были расценены как неталантливые. Замкнись юный неудавшийся поэт в себе и забрось литературную деятельность, что-то в наших учебниках и в жизни самого прозаика было бы совсем по иному. Но будущий писатель не впал в уныние – и слава о нем, как мы видим, благополучно дожила до наших дней. Главное – не сдаваться.

Ворчание или революция?..

Как мы знаем, лучше не критиковать, не предлагая конструктивных решений. Иначе это просто слив негатива. Но есть тип критики, которая подталкивает к переменам. Салтыков-Щедрин ввел в моду социально направленные сказки, в которых он выявлял недостатки общества, стараясь привнести перемены в жизнь своих современников. Рассчитаны они были не на совместное брюзжание на лавочке – но на светлое будущее. Налетавший, казалось бы, с критикой на все и вся на самом деле «умник» Салтыков-Щедрин был романтиком и идеалистом.

Угрюмый романтик

До нашего времени дошли сведения о писателе как о романтическом человеке и замечательном муже. Свою будущую жену Лизоньку Болтину он встретил и полюбил, когда ей было всего двенадцать лет. Михаил терпеливо и верно ждал, когда девочка повзрослеет, чтобы предложить ей руку и сердце. Когда они поженились, у супругов 17 лет не было детей. Возможно, именно это расстраивало супругу – о несхожем с писателем характере девушке ходили слухи, все говорили о ней как о взбалмошной особе. Свекровь тоже не любила Лизоньку и даже не дала согласия на брак, считая, что брак с 16-летней «бесприданницей» – всего лишь блажь.

«У жены моей идеалы не весьма требовательные, – со свойственной ему иронией писал Салтыков. – Часть дня (большую) в магазине просидеть, потом домой с гостями прийти и чтоб дома в одной комнате много-много изюма, в другой много-много винных ягод, в третьей – много-много конфет, а в четвертой – чай и кофе. И она ходит по комнатам и всех потчует, а по временам заходит в будуар и переодевается…»

Но все это не мешало писателю не чаять души в жене и баловать ее. Порой говорят, что талантливые люди невыносимы в семье, иногда же талант и ум можно направить на то, чтобы любить, терпеть и очаровываться все заново. Вполне возможно, что именно такой подход и был секретом семейной жизни Михаила Салтыкова Щедрина и его супруги Елизаветы – они прожили вместе всю жизнь.

Болтинская осень

У Пушкина была Болдинская осень, а Салтыков-Щедрин встретил свою Лизоньку в доме вице-губернатора Болтина. К слову, Лизонька у концу жизни уже не была очарована писателем и хоть и осталась с ним до конца дней, но называла его исключительно «мерзавцем» и считала неудачником, сломавшим ей жизнь. В комнату к Михаилу Евграфовичу она заходила только для того, чтобы попросить денег. 

Дети

У семьи Салтыковых-Щедриных было двое детей: сын Константин и дочь, которую в честь матери звали Елизаветой. Когда маленький Косят появился на свет, Салтыков-Щедрин с присущей ему иронией писал Некрасову: «Родился сын Константин, который, очевидно, будет публицистом, ибо ревет самым наглым образом». У писателя вообще было очень трепетное отношение к детям, он возлагал на них большие надежды, идеализировал их. Увы, наследники надежд не оправдали и ничем памятным в истории не отметились.

Константин Михайлович долгие годы жил в Пензе, сотрудничал с губернскими газетами, опубликовал мемуары «Интимный Щедрин».

Елизавета Михайловна прожила бурную жизнь, дважды вступала в брак, притом оба раза – с иностранцами. Вторым мужем девушки стал итальянский маркиз Да Пассано, который работал на американцев и продавал в России подводные лодки для МВФ. Примечательно, что все нынешние потомки писателя ведут свой роди именно от его дочери. У сына Константина детей не было. Но именно ему Михаил Евграфович завещал заботиться о семье: «Милый Костя! …вот тебе мой завет: люби мать и береги ее; внушай то же и сестре. Помни, что ежели вы не сбережете её, то вся семья распадётся…».

 

Анна Литвин                                                          19.10.2015

 

На фотографиях:

1. Михаил Салтыков-Щедрин

2-3. Книги М.Салтыкова Щедрина

4. Елизавета Аполлоновна Салтыкова-Щедрина – жена писателя

svgbdvr.ru

Салтыков-Щедрин и… его матушка — Елена Хорватова

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин относится к тем редким русским классикам, имена которых всем известны и чьи произведения часто цитируются (не Решетников с Помяловским какие-нибудь), но при этом сами произведения редко читают, а уж подробности биографии могут раскрыть только редкие знатоки… Что скажет человек, даже знакомый с курсом литературы 19 века, о Салтыкове-Щедрине? Родился в дворянской семье; пусть не сразу, но поступил в Царскосельский Лицей, каковой и окончил с чином 10 класса. В молодости баловался стихами, вольнодумствовал, дружил с Петрашевским, был отправлен в Вятку, в ссылку, но с правом служить, и начал там чиновничью карьеру; со временем дослужился до поста вице-губернатора в Рязани, а затем в Твери. Всю жизнь не оставлял литературных опытов, печатался под псевдонимом Николай Щедрин, считался сатириком и остроумцем, хотя обладал довольно мрачным характером. Литературную карьеру так же сделал успешно, славу снискал, принял из рук умиращего Некрасова лиру в виде журнала «Отечественные записки», сменив поэта на посту редактора… Был женат и имел детей в браке. Вот, собственно, и все. Ни роковых дуэлей, ни жгучих романов, ни баррикад; даже последнюю тальмочку жены в игорном доме не закладывал и за плугом не ходил…
И портреты Салтыкова известны, но не любимы — с них на нас смотрит мрачный старик с неопрятной бородой. А ведь Салтыков умер в 63 года, до старости толком и не дожив…


Портрет работы Ивана Крамского

Между тем, при внимательном рассмотрении оказывается, что жизнь Салтыкова была полна разных событий — в ней нашлось место и любви, и различным трагедиям, и неожиданным поворотам… Достойный сюжет для большого романа, даже странно, что Толстой с Достоевским равнодушно прошли мимо.

Говорят, что многие свои проблемы человек выносит из детства, из родительского дома. И часто вольно или невольно повторяет ошибки родителей, наступая на те же грабли…
Биографы, как правило, сухо сообщают, что Михаил Евграфович Салтыков родился в дворянской семье. Между тем, его отец был не просто дворянином, а представителем знатного и богатого рода. Салтыковы часто являлись на сцену истории, причем, не всегда эти явления можно оценить положительно. Но имя было на слуху… Евграф Васильевич Салтыков, впрочем, был человеком заурядным, нечестолюбивым и яркого следа не оставил. Но у него было 3000 душ крепостных! В то время 1000 душ считалась большим богатством, а тут в три раза больше, чем много… И когда сорокалетний Евграф решил жениться на юной, даже более чем юной — пятнадцатилетней (!) — невесте, ему не отказали. Напротив, предложение было принято и с радостью.
Родня жениха оказалась недовольной — мало того, что Ольге Забелиной всего 15 лет, еще и происхождение ее довольно сомнительное, только считается дворянкой…
Отец Ольги Михаил Петрович Забелин получил дворянство лишь в 1812 году за то, что пожертвовал состояние на нужды Московского ополчения. А до того был купцом, и нравы в семье царили простые, купеческие. Впрочем, и удостоившись дворянства, Забелины не превратились в аристократов — утонченности неоткуда было взяться, тем более, что и средств прежних уже не было. Кроме юной свежести, других достоинств, по общему мнению, у Ольги не было.
Однако, хватку Ольги Забелиной новые родственники не оценили — она быстро взяла в руки мужа, семью, крепостных и все состояние, поставила на место сестер мужа, тут же утративших привычку вмешиваться в дела молодоженов, и родила одного за другим восемь детей. Миша был шестым, но ходил в любимцах матери (в отличие от тех детей, кого она переводила в разряд постылых). Становясь старше, Ольга Михайловна утратила очарование юности, огрубела и стала страшно скупой. Бесконечные дебаты матери с крепостным поваром о том, как бы выгодно приготовить к обеду «бланманже» из вчерашнего супового мяса, и пересчет персиков из усадебной оранжереи казались Михаилу тягостными уже в раннем детстве.

Детские впечатления позже лягут в основу «Пошехонской старины» — книги, которая не только является интересным свидетельством жизни и быта «дворян средней руки» (по определению Салтыкова-Щедрина), но много говорит о вечном конфликте поколений, «отцов и детей», о неприятии и высмеивании молодыми традиций и ценностей старшего поколения… Сам писатель просил не отождествлять его с собственным персонажем Никанором Затрапезным, от лица которого вел повествование. Но это никого не обмануло — автобиографический характер произведения и подлинные факты, вплетенные в его литературную основу, были очевидны.

Миша Салтыков в детстве

В 1830-е годы Салтыков ребенком приезжал с матерью в Москву в гости к деду Забелину, проживавшему близ Арбата в Большом Афанасьевском переулке в собственном доме. (Дом Забелина не сохранился). В том самом 1831 году, когда А.С. Пушкин арендовал квартиру на Арбате, чтобы после венчания привезти туда молодую жену, маленький Миша Салтыков приехал с матерью первый раз на Арбат навестить дедушку. Правда, Пушкин и Салтыков немного разминулись во времени — Миша гостил в Москве с 23 августа по 3 октября, когда Александр Сергеевич уже переехал в Петербург, и не довелось будущему писателю Салтыкову-Щедрину увидеть, как по Арбату под руку с красавицей женой прогуливается знаменитый поэт…
Чтобы не стеснять и не беспокоить дедушку, Салтыковы обычно снимали особнячок где-нибудь по-соседству с его домом. Свои детские воспоминания Михаил Салтыков воплотил впоследствии в страницы «Пошехонской старины»:
«В то время больших домов, с несколькими квартирами, в Москве почти не было, а переулки были сплошь застроены небольшими деревянными домами, принадлежащими дворянам средней руки (об них только и идет речь в настоящем рассказе, потому что так называемая грибоедовская Москва, в которой преимущественно фигурировал высший московский круг, мне совершенно неизвестна, хотя, несомненно, что в нравственном и умственном смысле она очень мало разнилась от Москвы, описываемой мною). Некоторые из владельцев почему-нибудь оставались на зиму в деревнях и отдавали свои дома желающим, со всей обстановкой. Увы! Это уже не парадные особняки в стиле классицизма — с высокими стройными колоннадами, амфиладами просторных зал, широкими, пропускающими много света окнами и двустворчатыми дверьми… Это были особнячки, из которых редкий заключал в себе более семи-восьми комнат. В числе последних только две-три «чистых» комнаты были довольно просторны; остальные можно было в полном смысле слова назвать клетушками. Парадное крыльцо выходило в тесный и загроможденный службами двор, в который въезжали с улицы через деревянные ворота. Об роскошной или даже просто удобной обстановке нечего было и думать, да и мы — тоже дворяне средней руки — и не претендовали на удобства. Мебель большей частью была сборная, старая, покрытая засиженной кожей или рваной волосяной материей».


Это дом № 12 по Большому Афанасьевскому переулку. В очень похожем доме № 30 в том же переулке, и тоже с семью окнами по фасаду, проживал и дедушка Салтыкова-Щедрина М.П. Забелин. Но дом № 30 не сохранился… Только эскиз его фасада в Историко-архитектурном архиве Москвы.

М.П. Забелин фигурирует на страницах «Пошехонской старины» под именем дедушки Павла Борисыча. «Тучный, приземистый и совершенно лысый старик, он сидит, у окна своего небольшого деревянного домика в одном из переулков, окружающих Арбат. С одной стороны у него столик, на котором лежит вчерашний нумер «Московских ведомостей»; с другой на подоконнике, лежит круглая табакерка, с березинским табаком, и кожаная хлопушка, которою он бьет мух. У ног его сидит его друг и собеседник, жирный кот Васька и умывается. (…) Еще рано, всего седьмой час в исходе, но дедушка уж напился чаю и глядит в окно… Переулок глухой, и редко-редко когда по мостовой продребезжит легковой извозчик — калибер. Дедушка следит за ним и припоминает, что такому извозчику намеднись Ипат, его доверенный, из Охотного ряда до Арбата гривенник дал.
— И вся-то цена пятачок, в он — гривенник… эхма! — ворчит он, — то-то, чужих денег не жалко!
Но если редки проезжие, то в переулок довольно часто заглядывают разносчики с лотками и разной посудиной на головах. Дедушка знает, когда какой из них приходит, и всякому или махнет рукой («не надо!»), или приотворит окно и кликнет. (…) Словом сказать, чего хочешь, того и просишь. Дедушка то крыжовничку купит, то селедку переславскую, а иногда только поговорит и отпустит, ничего не купивши. В промежутках убьет хлопушкой муху»…

Матушка Ольга Михайловна со всем выводком приезжала в Москву не просто так, а на «ярмарку невест» в надежде выгодно выдать замуж сестру будущего писателя. По сложившейся традиции, женихи и невесты из дворянских семей съезжались именно в Москву в поисках пары (вспомним хоть Татьяну Ларину с матушкой). Как писал известный мемуарист того времени П. Вистенгоф: «Выгоды эти состоят: по разумению дочек, чтобы жених нравился и был богат, или хоть, по крайней мере, нравился; по разумению матушек: чтоб только был непротивен да богат; по разумению злых теток, бабок и опекунов: чтоб был хоть и противен, но только богат, да не просил бы приданого». Но как же жениху не просить приданого?   «…Все они думают, что в Москве богатые невесты нипочем, что они здесь спеют как на грядках ягоды и что 400 душ чистого имения взять за московскою невестою сущая безделица».
Чтобы показать обществу невесту, привезенную из сельского имения, надо было выводить ее в определенные места, например, в арбатскую церковь Николы Явленого (в 1830 — 1840 годах Николо-Явленская церковь была одной из самых «модных» в Москве). Об этом тоже писал М.Е. Салтыков-Щедрин в «Пошехонской старине»: «У Николы Явленного настоятелем был протопоп, прославившийся своими проповедями. Говорили, что он соперничал в этом отношении с митрополитом Филаретом, что последний завидовал ему…»
Сюда привозили «на смотрины» женихам молоденьких барышень, прибывших с родителями в Москву на «ярмарку невест». Во время церковной службы потенциальные женихи присматривали подходящую красавицу, потом засылали в ее дом сваху договариваться о личном визите соискателя. Расхвалив жениха, его доходы и состояние, сваха испрашивала у родителей невесты приглашения для жениха («Очень они Надежду Васильевну взять за себя охотятся. В церкви, у Николы Явленного, они их видели. Так понравились, так понравились!»). Если кандидатура соискателя считалась подходящей, его приглашали нанести визит и познакомиться получше. Невеста с волнением готовилась к этой встрече («Сестрица заранее обдумала свой туалет. Она будет одета просто, как будто никто ни о чем ее не предупредил, и она всегда дома так ходит. Розовое тарталановое платье с высоким лифом, перехваченное на талии пунцовою лентою, — вот и все. В волосах вплетена нитка жемчуга, на груди брошь с брильянтами; лента заколота пряжкой тоже с брильянтиками. Главное, чтоб было просто».) Родители, прислуга и все домашние тоже суетились перед визитом жениха («К семи часам вычистили зал и гостиную, стерли с мебели пыль, на стенах зажгли бра с восковыми свечами; в гостиной на столе перед диваном поставили жирандоль… В заключение раскрыли в зале рояль, на пюпитр положили ноты и зажгли по обе стороны свечи, как будто сейчас играли»). Матушка успела уже навести о женихе справки у московской родни.
Долгожданного гостя занимают беседой, которая крутиться все больше около арбатской церкви, чтобы долго не искать общих тем.
«Гостя усаживают на диване рядом с хозяйкой.
— Мы, кажется, по Николе Явленному несколько знакомы, — любезно начинает матушка разговор.
— Поблизости от этой церкви живу, так, признаться сказать, по праздникам к обедне туда хожу.
— А какие там проповеди протопоп говорит! Ах, какие это проповеди!
— Как вам сказать, сударыня… не нравятся мне они… «Блюдите» да «памятуйте» — и без него всем известно! А иногда и вольненько поговаривает!»

Яркарка невест, казавшаяся вполне забавной, например, в «Евгении Онегине», у Салтыкова выглядит жалкой и убогой… Он вообще смотрел на близких недобрыми глазами. Хлопоты в конце концов увенчались успехом, и жених для сестры был найден… Мишу же в Москве пристроили учиться. До того, в имении его образование было довольно случайным — то его учил грамоте крепостной  художник, то сестра, то гувернантка, то студент Духовной академии…

В 1836 году Михаил поступил в лицей при Московском дворянском институте и продолжал бывать в доме деда, до тех пор, пока будущего писателя как лучшего ученика не перевели в более престижный Царскосельский лицей (к тому времени уже вывезенный из Царского Села в Санкт-Петербург). Матушку больше всего радовало, что приняли мальчика на «казенный кошт», и стало быть, образование сына не требовало крупных расходов.

Несмотря на скудость жизни московских родственников, Салтыков попал под обаяние этого города, полюбил Москву и до конца жизни сохранял в сердце эту любовь. Человек, бывший своим на Арбате, навсегда остается связанным с ним незримыми нитями.
«Мой культ к Москве был до того упорен, что устоял даже тогда, когда ради воспитательных целей (а позже с тайной надеждой на легкое получение чина титулярного советника), я должен был, по воле родителей, переселиться в Петербург. И тут продолжала преследовать меня Москва и всегда находила во мне пламенного и скорого заступника своих столпов… Этого мало: когда мы, москвичи, разъезжались летом на каникулы, то всякий раз, приближаясь к Москве, требовали, чтобы дилижанс останавливался на горке, вблизи Всехсвятского, затем вылезали из экипажа и целовали землю».
Вот на какие сентиментальные поступки повергала Москва даже Михаила Салтыкова, будущего саркастически-горького, язвительного сатирика Щедрина.
Жизнь в лицее для Михаила тоже оказалась скучной — учился он кое-как (выпустился на 17 месте по успехам из 22), грубил, курил, раздражал педагогов своей неопрятностью. Ни с кем особо не дружил, кроме Петрашевского; начал писать плохие стихи, которых потом всю жизнь стеснялся… Однако еще лицеистом молодой поэт добился первых публикаций и благодаря этому, да своему другу Петрашевскому свел знакомства в литературных кругах Петербурга… Чиновничья карьера началась без блеска — вроде зачислили в канцелярию военного ведомства, но первый чин присвоили только через год… Зато он продолжал писать и печататься — библиографические обзоры, очерки, наконец повести… В «Запутанном деле» появляется госпожа Крошина, «женщина-кулак», в которой без труда узнали матушку Салтыкова. Бывая в кругу литераторов, вечно мрачный и меланхоличный Михаил говорил мало, больше слушал…

Недуг, которого причину
Давно бы отыскать пора,
Подобный английскому сплину,
Короче: русская хандра
Им овладела понемногу;
Он застрелиться, слава богу,
Попробовать не захотел,
Но к жизни вовсе охладел.
Как Child-Harold, угрюмый, томный
В гостиных появлялся он…

И тут как гром среди ясного неба — за публикацию вольнодумных сочинений Михаила Салтыкова отправили в ссылку в Вятку… Это была не та ссылка, что представляется нашим современникам, отягощенным печальными знаниями. Салтыкову просто пришлось переехать в провинцию, где он был прилично размещен, имел возможность служить и получать жалование, делал карьеру, через полгода став старшим чиновником для особых поручений при вятском губернаторе, вращался в местном обществе, поддерживал переписку с родными…
Но Михаил, вырванный из петербургско-московского круга, воспринял это как полный крах всего…

Музей Салтыкова-Щедрина в доме, где он жил в Вятке

Продолжение следует…

eho-2013.livejournal.com

Советы родителю

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о