Дети алкоголиков психология – 12 черт характера взрослых детей алкоголиков

12 черт характера взрослых детей алкоголиков

Я недавно натолкнулась на очередное обсуждение, связанное с детьми алкоголиков. Народ негодовал по поводу того, почему в конце концов нельзя “взять себя в руки и все исправить”. Вот неужели непонятно, что ты опять замужем за алкоголиком или каким-то другим нехорошим человеком, который повторяет твою семейную ситуацию в детстве.

Конечно, совет «взять себя в руки и что-то сделать» всем очень помогает. Это здорово, если знаешь где руки, за что взять и что сделать . Но вот загвоздка в том, что дети алкоголиков получают весьма специфические знания об окружающем мире. У них нет часто вообще такого понятия, что жить можно по-другому.

По меткому определению Джанет Войтиц, автора книги , посвященной детям зависимых от алкоголя, алкоголик в семье, как «динозавр в гостиной». Животное шевелится и сотрясает весь дом, жители как могут заделывают трещины и подпирают стены. Жить внутри нельзя, но выхода особого нет. Приходится быть начеку чтобы тебя не зашибло хвостом или не наступили лапой.

Часто алкоголик в семье – это большой-большой секрет. И не столько для окружающих, ибо они-то знают про динозавра в вашем доме, сколько для самой семьи. Это происходит по трем причинам:

  1. Сам алкоголик отрицает зависимость от алкоголя. Он всегда может бросить, по собственному мнению.
  2. Партнер алкоголика так же отрицает зависимость, либо «лечит» зависимого и спасает его (фактически является со-зависимым) И фактически создает “фасад нормальной семьи”.
  3. Ребёнок вынужден не выражать свои чувства по поводу происходящего и не говорить никому те вещи, которые его пугают в семье. Если он будет говорить об этом, то его будут воспринимать, как предателя, человека который не любит маму и папу, а значит он останется без родительской любви.

Ребенок алкоголика часто становится довольно рано сам себе родителем, и начинает сам о себе заботится с малых лет. У родителей на него нет достаточно времени. Если оба родителя пьют , то они заняты спиртным, если это зависимый и со-зависимый, то у них тоже своя игра, в которой ребенок может быть средством и инструментом для манипуляции. Как личность ребенок для родителей может быть не видим.

Часто дети в семье алкоголиков начинают рано пить. И тут дело не только в генетике. Алкоголь может служить инструментом который помогает стать видимым в мире родителей. Он может сидеть с ними за столом, испытывать те же чувства, что и они, воссоединиться с ними. Он так же может стать еще одним зависимым и его настроение и поступки будут важны для со-зависимой матери или отца.

Вырастая ребенок приобретает ряд черт, которые и определяют его дальнейший жизненный путь.

Даже если он сам не пьет, тем не менее детский опыт закладывает свой фундамент:

  1. Взрослые дети алкоголиков не знают, что такое «нормальная семья». Для них нормальная семья это родительский образец. Даже если они совершенно не пьют и вообще ведут трезвый образ жизни у них часто бывают весьма своеобразные понятия. Например очень многие полагают, что насилие и физическое и эмоциональное в семье -норма и что по другому детей не воспитать. Они не знают, что делать с семьей в свободное от работы время, как проявлять чувства и эмпатию.
  2. Они с трудом следуют правилам и планам действий. В их семье планов не было и все зависело от капризов алкоголика и его состояния. Более того строить планы и потом наблюдать, как все рушится довольно болезненно, поэтому иногда лучше не начинать этого вообще.
  3. Они часто лгут, если высказывание правды может кого-то расстроить или вызвать негативные чувства.
  4. Судят себя без жалости. Так как они часто подвергались постоянной критике со стороны родителей, и все их существование было пронизано осознанием своей ненужности и неадекватности. Чтобы ты не сделал, все плохо и глупо.
  5. Они не могут расслабиться и получать удовольствие от жизни. В их детстве эта часть была сведена к минимуму и как правило наказывалась, потому что пункт 4.
  6. Испытывают трудности в проявлении интимности и построении интимных отношений. Быть слишком близко к человеку опасно. Сегодня ты ему доверишься, а завтра тебе наваляют за это. Чувства проявлять опасно и никому не нужно их видеть. Это те самые «сопли- слезы и сю-сю» за которые могли ввалить раздраженные родители.
  7. Дают чрезмерную реакцию на ситуации где теряют контроль. Для ребенка это было опасно потерять контроль, не суметь вовремя увернуться, не попасть под горячую руку. Расслабился, не контролируешь окружающую среду- сейчас тебе достанется.
  8. Им нужно постоянно подтверждение, что они делают правильно и их ув этом надо убеждать. Так как ребенок находится в условиях , где за одно и тоже могут и похвалить и побить, то ему необходимо внешнее одобрение, иногда неоднократное, что у него все хорошо и он делает все правильно.
  9. Они чувствуют себя иными, не принятыми в обществе людей. Во-первых ребенок был всегда чужим и ненужным в семье на фоне разных семейных неурядиц. Во-вторых ему довольно сложно было жить среди сверстников. Всегда могло произойти, что то позорное и не по вине ребенка. Он мог не сделать домашнее задание, потому, что его отец читал ему нотации до 12 часов ночи, или выкинул его тетрадки. Он не может пригласить детей к себе в гости, потому, что тогда они могут узнать «секрет» и увидеть пьяного отца. И многое другое.
  10. Он чувствует себя ответственным за судьбы окружающих, ему кажется, что без него все рухнет. Только одно неверное движение и папа/мама рассердятся и тогда… катастрофа. Может быть наоборот, стать полностью безответственным и не интересующимся окружением. Слишком большой эмоциональный груз вытесняет желание вообще как-то участвовать в жизни других людей.
  11. Они как правило верны партнеру даже тогда, когда нет никаких причин быть верным. Т.е. любят в основном вопреки. Даже вопреки здравому смыслу.
  12. Они импульсивны. Каждое действие вызывает страх, что оно будет не правильным и поэтому человек может делать наугад, «пан или пропал». Если выпадает «пропал» человек тут же смущается, запускает самоуничижение и ощущает,ч то потерял контроль над ситуацией, жизнью и самим собой.

Вообще с таким набором качеств, довольно сложно поддерживать здоровые отношения. Чаще всего заведя знакомства или роман с людьми не имеющими такого багажа из детства, взрослые дети алкоголиков не находят с ними общего языка. И с детьми алкоголиков завести роман довольно трудно.. Им нужно выполнять довольно много защитных действий и довольно сложно построить хорошую эмоциональную связь. Чтобы исправится, быть другим, нужно осознать в чем суть проблемы с ними. Но так как для детей алкоголиков часто тема злоупотребления спиртным остается запретной и для них происходившее в семье нормально, сделать шаг к осознанию довольно сложно.

Более того, так ка кони всегда пытаются все сделать правильно и исправить прошлое, они выбирают себе в партнеры алкоголика. Это понятная простая среда, в которой они выросли и они знают правила игры.

По материалам gutta-honey.livejournal.com

www.vospitaj.com

Взрослые дети алкоголиков: никакой безнадежности нет

Книга Дженет Дж. Войтиц «Взрослые дети алкоголиков: семья, работа, отношения» была издана в 1980-е. В США она считается одной из авторитетнейших работ в этой области. Автор рассказывает, что хотя ее труды стали очень популярны, поначалу ни издательства, ни книжные магазины не верили в успех книги. Но людям, выросшим в семьях алкоголиков, ее книги оказались очень нужны, они помогали им лучше понять себя.

По мысли автора, основная проблема взрослых детей алкоголиков (ВДА) такова: у них нет представления, что такое норма, они не понимают, как ведут себя люди в нормальной семье, поэтому им сложно и создать семью, и сохранить ее. Детство в деструктивных семьях отражается не только на собственной семье, но и на всех отношениях этих людей, в том числе и на работе: они редко доводят дело до конца, часто говорят неправду, даже если в этом нет необходимости, не уверены в себе, не умеют отдыхать и веселиться.

Дженет Дж. Войтиц утверждает, что человек, выросший в семье алкоголика, в детстве не чувствует себя в полной мере ребенком: отсутствие «тыла» делает невозможной настоящую детскую беззаботность. Ребенок не знает, чего ждать от своих родителей: проявления любви без понятных для ребенка причин сменяются придирками, криками и руганью. Когда такой человек вырастает, он пытается манипулировать другими, потому что видел, как это делают его родители.

В результате, при отсутствии полноценного детства, такой человек не может и стать по-настоящему взрослым. Не имея примера нормальных отношений, он не знает, как правильно реагировать на те или иные ситуации. Будучи лишен должного внимания в детстве, он все время боится, что его отвергнут и бросят (это касается и близких отношений, и работы).

Дженет Дж. Войтиц предлагает своим подопечным — взрослым детям алкоголиков — перестать думать о том, что такое норма (потому что в семейных отношениях «норма» — это миф), и просто рассуждать, какое поведение функционально, то есть ведет к желаемому результату, а какое дисфункционально, то есть еще больше усложняет ситуацию. Им нужно постепенно избавляться от комплексов: не зависеть от мнения окружающих, не бояться признаться, что они чего-то не знают или не умеют, учиться всегда говорить правду, а главное — относиться и к самим себе, и к сложившимся ситуациям с юмором.

Журналист Татьяна Кириллина поговорила об основных идеях книги Дженет Дж. Войтиц со специалистом в области психотерапии и наркологии — протоиереем Григорием Григорьевым.

Протоиерей Григорий Григорьев — психиатр, нарколог с 30-летним стажем практической работы, автор многочисленных публикаций. Заслуженный врач РФ, доктор медицинских наук, профессор, член коллегии Синодального отдела по социальному служению и благотворительности, сопредседатель Александро-Невского общества трезвости, декан факультета и заведующий кафедрой психологии Русской христианской гуманитарной академии, директор Международного института резервных возможностей человека. Настоятель храма Рождества Иоанна Предтечи в Юкках Выборгской епархии.

Протоиерей Григорий Григорьев

Этиловая субкультура

Отец Григорий, существует ли, на ваш взгляд, необходимость выделять взрослых детей алкоголиков (ВДА) в особую группу?

Теоретически можно выделить их в группу. Если верить статистике советских времен, 80% детей алкоголиков не принимали спиртные напитки, у них было резко отрицательное отношение к спиртному, потому что они насмотрелись на родителей. А вот внуки гораздо чаще становились алкоголиками — 60-70%, поскольку они уже не видели (или не так часто видели) пьяными дедушек и бабушек. В советское время было распространено мнение, что в результате алкоголизма происходит повреждение генетического кода, что это наследственное заболевание. Последние данные генетики показали, что генетический код не повреждается ни алкоголем, ни наркотиками — это болезнь социальной среды.

Геннадий Онищенко, в прошлом главный государственный санитарный врач Российской Федерации, говорил о сложившейся в России «этиловой субкультуре нивелирования жизненных трудностей». Действительно, существует субкультура всеобщего пьянства, уверенности, что без спиртных напитков невозможен праздник и веселье. Вспоминается старый советский анекдот. Человек вступает в партию, его спрашивают: «Ты сможешь бросить курить, если партия прикажет?» — «Конечно, смогу!» — «А пить сможешь бросить?» — «Да, смогу!» — «А жизнь сможешь отдать за партию, если потребуется?» — «С радостью отдам: зачем мне такая жизнь нужна?». Убеждение, что без выпивки полноценная жизнь невозможна, проникает даже в церковную среду: часто от священников можно услышать, что непьющие люди — какие-то «неправильные», «не наши».

Предположим, многие ВДА не пьют. Но означает ли это, что у них нет проблем?

Разумеется, нет. Они могут быть невротиками. Раньше пословица была: «Сколько водки выпито, столько слез пролито». Поскольку такие дети находятся в постоянной ситуации стресса, это может проявляться в виде различных заболеваний и поведенческих отклонений. У детей алкоголиков в раннем возрасте часто бывает ночное недержание мочи — энурез, различные страхи, заикание, синдром повышенной двигательной активности.

Существуют ли какие-то специфические отличия детей алкоголиков от тех, у кого были другие трудности и испытания в детстве (развод или смерть родителей, тяжелая болезнь брата или сестры)?

Принципиального отличия нет. Любые неблагоприятные обстоятельства, стрессовые состояния могут дать те же проблемы. Но алкоголизм родителей — постоянно действующий стресс. Все остальные стрессы, как правило, эпизодические. Важно понимать, что хотя жизнь с родителями-алкоголиками по определению вредна для ребенка, повреждения происходят не в результате пьянства родителей как такового, а в результате того, что ребенок находится в стрессовой ситуации.

Автор книги «Взрослые дети алкоголиков: семья, работа, отношения» утверждает, что дети, выросшие в семьях алкоголиков, обречены на сложные отношения с социумом, поскольку не знают, что такое нормальные отношения. Можно ли вырваться из этого круга?

В этом есть большая доля правды, но такая постановка вопроса — можно или нельзя вырваться — мне не близка: человек может всегда, если захочет. Есть немало примеров, когда сами алкоголики вырвались и вытянули своих детей. Все аддикции, к которым принадлежит и алкоголизм, имеют духовно-нравственный характер, затрагивают душу и тело. Невозможно выйти из неблагоприятного в духовном смысле состояния, если не появятся более высокие духовные ценности. Христос говорил: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам» (Мф. 6:33). Если человек наведет навигатор своей души на Царствие Небесное, он сможет выйти из любого состояния.

Важно, конечно, взять правильный духовный вектор, потому что состояние опьянения или наркотического кайфа — это духовное состояние. Вспомните, когда на апостолов в день Пятидесятницы сошла благодать Святого Духа, их заподозрили, что они напились вина. А Петр ответил им, что третий час дня, а иудеи в это время не пьют.

Само состояние опьянения — «хорошее», важно только, каким путем оно достигается. Человек может быть пьян от любви, от радости. И состояние алкогольного опьянения на определенном этапе вызывает приятные ощущения, но внешний алкоголь только отчасти похож на внутренний. Радость в результате опьянения — это иллюзия, она сродни состоянию прелести. Это подделка. Господь предлагает Адаму некий план — трудиться в райском саду, пребывать в постоянном богообщении, а потом, в завершение — вкусить плодов с древа познания добра и зла. Змей сказал: «Да не надо ничего делать, никакой сад обрабатывать, поедите плодов — и будете как боги», то есть «обучение» сразу заканчивается получением диплома. Так и пьющий человек: вместо того чтобы испытывать радость в результате какой-то деятельности, проще сразу внутрь что-нибудь «забросить» — и все, больше ничего делать не надо.

Кстати, духовная жизнь должна начинаться со встречи с Богом, а у нас часто человеку предлагают сначала изучить собственные грехи. Некоторые, осознав свою греховность, даже могут впасть в депрессию. А на самом деле все грехи, все духовные немощи должны исчезать по мере приближения к Богу.

Включить двигатель радости

Действительно ли у ВДА есть специфические проблемы: на работе они вечно боятся увольнения, в личной жизни — не в состоянии строить отношения с противоположным полом, создавать крепкие семьи?

Я бы все проблемы свел не к алкоголизму, а к отсутствию духа любви. Не важно, с чем это связано. Если родители любят друг друга, то дети будут счастливы, какие бы трудности и испытания ни выпадали на их долю. А если любви нет, то это будет сказываться на детях: они будут неконтактны, недоверчивы. К таким людям всегда будет нужен особый подход, чтобы растопить лед их душ…

Бывает, что выросший без любви человек готов идти за кем угодно, если ему эту любовь пообещают, критический взгляд у него отсутствует.

Несомненно. Но они могут светиться только отраженным светом, сами не загорятся, и поэтому будут только охлаждать тех, кто их любит. Поэтому им нужно самим научиться разводить костер своей души.

Человек так рожден — на одну отрицательную эмоцию ему нужно семь положительных. В центральной нервной системе человека гормонов радости вырабатывается в семь раз больше, чем гормонов стресса. Дети, которые выросли без любви, не понимают, что такое «двигатель радости», он у них не включался. Это включение возможно только при встрече с Богом, психолог в этом полностью не поможет. Психолог может помочь, только если укажет человеку путь к Богу, а иначе это будет просто зависимость одного человека от другого.

Был ли у вас какой-то опыт работы с детьми алкоголиков?

Ко мне приходят с конкретными проблемами: ночное недержание мочи, страхи, раздражительность. Это дети тех, кто пришел на лечение, и они успешно восстанавливаются. У меня не было детей, родители которых продолжали пить: детей приводили только излечившиеся.

А среди взрослых пациентов были те, у кого в прошлом — жизнь с родителями-алкоголиками?

При существующих объемах и потоках я эту группу не выделял. Мне важно не определить причину невроза, а научить человека думать о хорошем, когда плохо, искать положительные эмоции, накапливать их в своей памяти. В момент стресса, если человек будет думать о хорошем, хорошее и произойдет; о плохом — соответственно. Во время шторма нужно уметь паруса ставить и руль направлять или плавать хотя бы уметь. Надо уметь отрицательные факторы превращать в положительные.

А причины искать — ну, наверное, если бы больных было раз в сто меньше, можно было бы и в причинах покопаться. Но это носит больше научный интерес, а я практик, мне важно человека из стрессового состояния вывести. Важно помочь человеку вернуть образ и подобие Божие. Когда Адам пал, любовь к Богу у него исчезла. А как только исчезла любовь к Богу, исчезла любовь к самому себе, ее заменила забота о мнении окружающих.

Движение к Богу начинается с восстановления любви к самому себе, и только потом появляется любовь к ближнему.

Не созависимость, а невроз

Сейчас много говорят о созависимости членов семей алкоголиков. Можно ли в случае ВДА говорить о созависимости?

Я считаю, что проблемы созависимости не существует, этот термин придумали психологи. То, что принято сейчас называть созависимостью, полностью укладывается в понятие «невроз». Надо невроз лечить, и все. Когда мы ставим диагноз «невроз», мы не добавляем к этому диагнозу причину заболевания. С точки зрения нарколога созависимые — это когда вся семья пьет. А если муж пьет, а жена и дети плачут, какие же они созависимые? В международной классификации болезней такого диагноза нет. А теперь повсеместно в церковных обществах трезвости «оказывают помощь созависимым», то есть собирают людей, которые никогда не пили, и перед ними произносят проповеди о вреде алкоголя. Получается, пьяниц лечить сложно — будем «лечить» их жен, матерей и детей. Кто-то грешит, а кто-то, видите ли, созависимый.

Понятно, что близкие страдают, но это не значит, что они грешат вместе с родственником-алкоголиком. Особенно меня умиляет, когда членов семей алкоголиков убеждают, что надо с ними действовать «жестче». Но ведь только самоубийца станет противодействовать шизофренику в стадии обострения, а алкоголик в агрессивном состоянии — это примерно то же самое.

Задача родственников — не «воспитывать» сумасшедшего, которого покинул здравый рассудок, а сохранить собственные жизнь и здоровье.

То есть вы считаете, что у ВДА, по сути, нет каких-то особых проблем, отличных от проблем людей других групп.

Дело в том, что в данной группе заметны только те, кто не смог адаптироваться. Тех, кто адаптироваться смог, никто не видит, они не будут приходить и рассказывать: «Вот, у меня родители пили, а я стал тем-то и тем-то, и в семье у меня все хорошо».

А почему такая скрытность?

Да они просто забудут про все это! Поэтому говорить о том, какой процент детей алкоголиков испытывает трудности во взрослой жизни, а какой нет, просто невозможно.

И все же — что стоит знать человеку, выросшему в семье алкоголиков, и его близким, чтобы вовремя справляться с возникающими проблемами?

Чтобы проблем не возникло, нужно больше положительных эмоций: человек их недополучил, в детстве он был обворован. Причем надо ему самому учиться «охотиться» за такими эмоциями, но взрослому это сделать гораздо труднее, чем ребенку. Тут можно вспомнить завет Иисуса Христа: «Будьте как дети». Это работает.

Беседовала Татьяна Кириллина

www.matrony.ru

взрослые дети родителей-алкоголиков не пьют, но имеют те же проблемы, что и зависимые от алкоголя

Анжелика Политаева — семейный психолог, групповой терапевт, гештальттерапевт EAGT (European Association of Gestalt Therapy). Работает в РНПЦ психического здоровья.

В конце 70-х годов прошлого века американские психологи выработали новый термин — «взрослые дети родителей-алкоголиков». Исследования показали: дети из неблагополучных семей, вырастая вроде бы вполне нормальными членами общества, испытывают постоянную внутреннюю боль и беспокойство, что может в дальнейшем испортить им всю жизнь. В Беларуси этот термин мы слышим достаточно редко, а стоило бы уделить ему намного больше внимания. Ведь для страны, которая стабильно держится в мировом топе по употреблению алкоголя на душу населения, проблема того, с чем сталкиваются люди, выросшие в пьющих семьях, очень актуальна.

Несмотря на существующий термин, синдромами могут страдать дети из практически любой дисфункциональной семьи, где есть родители-алкоголики, родители-наркоманы, родители-психопаты, которые не могут сдерживать свою агрессию, и даже просто тяжелобольные и страдающие психическими расстройствами родственники.

Синдром взрослых детей родителей-алкоголиков (будем для краткости называть его ВДА) выражается в том, что люди живут с ощущением, что они не такие, как все — они бесконечно пытаются угадать, что такое норма, как им себя вести. Они безжалостно себя критикуют, что бы ни сделали, и в любом случае останутся с ощущением, что совершили какую-то фигню. Они зависят от одобрения окружающих и бесконечно его ищут.

Еще одна черта — импульсивность. Дело в том, что дети, которые выросли в семьях, где родители были зависимы от психоактивных веществ, не генетически, а на уровне психики наследуют «алкогольные» модели поведения. У них психика зависимого человека. Когда им в голову приходит какая-либо идея, то исчезает прошлое и будущее, отпадают альтернативные варианты. Они как бы впадают в некое состояние транса и готовы достигнуть желаемого любыми способами. Так появляются шопоголики, геймеры, наркоманы, сексоголики, трудоголики и т. д.

Человек с синдромом ВДА выглядит совершенно нормальным, но его внутренний мир полон боли, он постоянно живет с чувством своей ненужности, несоответствия, неуместности, внутренней пустоты, тревоги, стыда и вины.

Является ли это для белорусов проблемой? Откровенно говоря, я не знаю. Человек, готовый ради конфетки бросаться на амбразуру, которому легко втемяшить в голову «покупай — и ты будешь счастлив» или «хочешь новое платье — возьми кредит сейчас», сегодня выгоден для многих. Но, конечно, не для здорового общества. Людей, которые вроде социально выглядят нормальными, но как личности дезорганизованы полностью, становится все больше. И выделить таких несчастных очень трудно. Более того, в их семьях растут такие же несчастные дети. В моей практике около 90% пациентов страдают синдромом ВДА в той или иной степени, вполне вероятно, что у других психологов статистика иная.

Такие люди испытывают большие трудности на работе. По образу и подобию своих родителей они с трудом начинают дела и практически никогда не могут довести их до конца. Они врут даже тогда, когда этого делать не нужно, потому что боятся обнаружить свою «неподходящесть». Они гиперлояльны, сохраняют преданность компании даже в тех ситуациях, когда это неразумно делать. Живя в проблемной семье, они не могли из нее уйти и в силу своего детского мышления возлагали ответственность за происходящее на себя. То же мы видим и во взрослой жизни: неоправданная порой лояльность распространяется и на семейные отношения, и на работу. Вам не платят полгода зарплату и кормят завтраками? Можно потерпеть!

Повышение по карьерной лестнице вызывает у них неимоверный стресс, потому что они не могут поверить, что их повысили за какие-то явные заслуги. Более того, они хотят успеха, но нередко его боятся настолько, что могут подсознательно построить ситуацию так, чтобы она привела к провалу, ищут способ «соскочить».

В зависимых семьях отношения строятся не по принципу близости и приятия, а по принципу эксплуатации и манипуляции. Например, ребенку говорят: «Веди себя хорошо, ты расстроил маму, а она пошла и напилась». Или родители, занятые алкоголем, возлагают на старшего сына или дочь всю работу по дому. Так дети усваивают отношение к близкому человеку как к объекту. Происходит бесконечная двойственность посланий: от ребенка требуют говорить правду, но когда он делает это — получает по шапке. Ему обещают: «Я всегда тебе помогу», а когда он приходит за помощью, слышит: «Разбирайся сам». Становясь взрослыми, эти люди неосознанно посылают партнеру  противоречивые мысли, например: «Оставь меня, ты мне нужен».

Это приводит к тому, что ВДА очень сложно строить близкие отношения. Один вариант развития событий: когда ВДА боится, что его оставят, он готов подстраиваться под любые требования партнера, отказываться от собственных желаний и интересов. Второй вариант: когда ВДА старается защитить себя от боли, становится сверхтребовательным, ищет идеальных отношений и сверхчеловека, который его не подведет. Например, опоздание на свидание к такому сверхтребовательному ВДА на 5 минут вызовет у него волну гнева, негодования и кучу оскорбительных эпитетов. Но на самом деле этот гнев адресован родителям, которые не раз подводили своего ребенка. Например, бесконечно давали обещания и почти никогда не выполняли.

Синдром ВДА — не приговор. И сегодня есть два основных пути решения проблемы. Пустота, которая возникла из-за нездоровых отношений, может лечиться только отношениями правильными. Как пишут маститые психоаналитики, самое лучшее лекарство — стабильные, надежные, долговременные отношения с партнером. Не менее пяти лет. И тогда, если есть уважение, поддержка, внимание, забота и близость, человек может излечиться. Наверняка вы слышали истории про мужчин, которые были до свадьбы неприкаянными, а по прошествии нескольких лет «стали людьми». Велика вероятность, что это именно те, о ком мы сегодня говорим.

Только здесь надо понимать: для того чтобы создать такие исцеляющие отношения, человеку с синдромом ВДА должно очень сильно повезти. Жить с таким человеком весьма трудно: привыкнув к хаосу, он бессознательно его распространяет вокруг себя, ищет зависимого партнера, а если тот находится «на грани» — провоцирует на срыв. Люди с ВДА боятся открыться даже самым близким, они либо так сильно страшатся отношений, что вообще в них не вступают, либо уверены, что отношения эти должны быть просто идеальными.

Второй путь, конечно, — работа с психологом. Причем лучше всего при помощи групповой терапии, где создается миниатюра общества, социальной жизни. В ее рамках можно отследить свои взаимодействия с окружающими, а главное — понять, что твоя проблема совершенно не уникальна. Помимо этого в Минске есть бесплатные группы встреч: работая по 12-шаговой программе (той самой, с помощью которой исцеляются анонимные алкоголики), они оказывают помощь взрослым детям родителей-алкоголиков.

В заключение хотелось бы сказать: в стране сегодня кризис, жить на зарплату все сложнее, очень непросто вести бизнес. Пытаясь сохранить контроль, многие начинают обвинять себя в происходящем. Наиболее такому самобичеванию подвержены люди с синдромом ВДА. Сильнейший стресс, который усиливается обстоятельствами, описанными нами выше, может привести к самым печальным последствиям — депрессиям, алкоголизму, разрушенным семьям, пошатнувшемуся здоровью. Хочется напомнить: бывает, что ситуация складывается плохо по независящим от нас причинам. Испытывать беспокойство, замыкаться и «грызть» себя изнутри — не выход. Попробуйте найти понимание у своих близких — поверьте, вам станет намного легче.

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. [email protected]

people.onliner.by

Кто они, взрослые дети алкоголиков?

Экология жизни. Психология: Можно выделить несколько типов Взрослых детей алкоголиков/Взрослых Детей из Дисфункциональных семей: отчужденные, грустные, обиженные, зависимые, созависимые, успешные, с чувством неполноценности. 

Кто они, ВДА и ВДД?

Термин «взрослые дети алкоголиков (ВДА)» (DDA, от англ. ACoA — Adult Children of Alcoholics, или ACA — Adult Children Anonymous) первоначально применялся как определение групп поддержки и самопомощи, которые работали на методологической базе движения «Анонимных алкоголиков» (АА) Двенадцатишаговой программы.

ВДА – это люди, которые являются выходцами из семей, где минимум один из родителей являлся зависимым от алкоголя, и в связи с этим они были вынуждены выработать  определенные экзистенциальные качества, помогающие «выживать» в данной семье. Однако эти же качества абсолютно дестабилизируют жизнь вне родительской дисфункциональной семьи.

Не следует разделять термин ВДА с термином ВДД — взрослые дети из дисфункциональных семей. Это связано с тем, что подобные проблемы могут касаться не только людей выросших в алкогольных семьях, но и тех, кто воспитывался в дисфункциональных семьях, в которых проявлялись акты всех видов насилия, перфекционизм, религиозный фанатизм, «эмоциональный развод» родителей, запрет на выражения чувств и пр.

Совокупность симптомов с общим патогенезом

Синдром ВДА – это сложное структурное образование проблем и расстройств, вызванных деструктивными личностными схемами, возникшими в детстве в алкогольной семье, которые затрудняют адекватный и непосредственный контакт с актуальной реальностью и провоцируют психологическое застревание в травматическом прошлом.

Данные искажения взрослым ребенком не осознаются. Деструктивные схемы провоцируют множество нарушений в контакте с самим собой: создание негативного или расщепленного образа своего «я», инфантильность и игнорирование своих потребностей, застревание в переживании негативных чувств. Приводит так же к проблемам в общении: агрессивность и недоверчивость, переживание амбивалентных эмоций,  деструктивные модели взаимодействия.

Следует отметить, что исследования ВДА и ВДД не подтвердили  однозначно наличие конкретных специфических, одинаковых для всех черт, которые бы выделяли популяцию людей, выросших в алкогольных и прочих дисфункциональных семьях. Поэтому невозможно утверждать, что все дети, выросшие в дисфункциональных семьях имеют серьезные проблемы и личностные нарушения.

Поэтому «синдром ВДА» в классификаторах  DSM-V и ICD-10 не отмечен как отдельная болезнь или расстройство личности. Понятие ВДА применяется в психолого-психотерапевтической практике для определения выходцев из алкогольных (и дисфункциональных) семей, страдающих от этого во взрослой жизни. Пациенты, проходящие психотерапию в учреждениях здравоохранения, получают, как правило, психиатрический диагноз «Реакция на тяжелый стресс и нарушения адаптации» (F43).

Типология  ВДА/ВДД

Можно выделить несколько типов Взрослых детей алкоголиков/Взрослых Детей из Дисфункциональных семей: отчужденные, грустные, обиженные, зависимые, созависимые, успешные, с чувством неполноценности.

Отчужденные, как правило, не отдают себе отчет в том, что то, что они пережили в отчем доме, продолжает оказывать на них серьезное влияние. Чувствуют себя они «иными», более сложными и запутанными внутри. В общении с людьми проявляют высокую степень контроля. Они с уверенностью чувствуют, что окружение оценивает их негативно.

Грустные. Многие ВДА/ВДД проходят периодические курсы лечения депрессии. Они часто сменяют препараты, которые не приносят им желаемого облегчения и не уменьшают общей депрессивной подавленности. Терапию у психолога, как правило, заканчивают они после первого визита, так как боятся бросить свою уже давно привычную беспомощность и подавленность. Их воспоминания переполнены тяжелым опытом потерь. Травматические драмы из детства являются источником неописуемого горя и боли, которые не удается загасить таблеткой.

Обиженные – некоторые из ВДА/ВДД осознают, что были очень сильно ранены в детстве.  Они переживают в душе горе, гнев, горечь и даже ненависть к тому из родителей, который пил или проявлял насилие по отношению к ним. Чувствуют себя ранеными и воспринимают мир и людей сквозь призму своей обиды.

Зависимые. Существует группа таких ВДА/ВДД, которые сами становятся зависимыми, употребляющими психоактивные вещества. Начинают они употреблять, потому что не могут справиться с трудностями и внутренним напряжением. Они четко переносят все семейные алкогольные и прочие традиции, способы решения проблем посредством употребления, во взрослую жизнь, фактически полностью копируя ее.

Созависимые — это дети, выросшие в алкогольных и дисфункциональных семьях, осуществляющие с детства опеку и заботу для родственников (по причине их зависимости, болезни, вследствие инверсии иерархии и прочего). Вырастая, они вступают в отношения с людьми, о которых следует заботиться (например, с зависимыми, с тяжело больными и пр.). Жизнь с партнером, который не требует опеки и полного посвящения себя, считают они неинтересной и рутинной.

Успешные – это те ВДА/ВДД, которые служат на ответственных и высокооплачиваемых постах, профессионально успешны. Они с удовольствием и высокой эффективностью  будут работать как за высокую оплату, так и за «спасибо». С завидной успешностью они могут решать сложные задачи в условиях стресса и под давлением. Не боятся они сложных заданий и, когда потребуется, смело идут на риск. Они очень ответственные. Окружающие их люди удивляются и завидуют их собранности и внутреннему спокойствию, не понимая, насколько противоречит то, что они видят, тому, что происходит внутри  этих людей.

Неполноценные. Опознать «неполноценных» можно по маркерам самопринижения и некомпетентности в общении с окружающими людьми. Влияет на это несколько факторов: укоренившийся из детства образ «я-плохой», отсутствие позитивного опыта близких отношений с людьми и нехватка базовых интерперсональных умений (общение, построение близких отношений, разрешение конфликтов или недоразумений).

Терапия клиентов с синдромом ВДА/ВДД

Терапия ВДА/ ВДД может проводиться в форме индивидуальной или групповой психотерапии.

Индивидуальная терапия предполагает встречи один на один с психологом-психотерапевтом.  Этапы индивидуальной терапии соответствуют в полном объеме этапам терапии групповой. Продолжительность от 1 года до 3 лет.

Групповая терапия – это процесс, в котором следует выделять 3 этапа.

На первоначальном этапе терапии важным является углубление понимания, каким именно способом травматический опыт из детства влияет на наши убеждения, поведение и способы решения актуальных жизненных проблем и общением с людьми. Рекомендуемыми методами  и техниками работы на данном этапе являются те, что позволят исследовать семейную историю, осознать «синдром предков» и  особенности родительской семьи, повлиявших на наше развитие, а так же на то, кем мы являемся сегодня.

Групповая форма работы позволяет почувствовать себя похожим на других, быть понятым, выслушанным и принятым. В группе участники учатся особому совместному пребыванию, которое служит их развитию. В такой группе легче открыться и в дальнейшем справляться с сильными эмоциями и переживаниями вызванными воспоминаниями, тяжелым травматическим опытом.

Второй этап – углубленная терапевтическая работа, направленная на катарсис тяжелых эмоциональных переживаний, которые провоцируют воспоминания о травматический ситуациях. Это работа над «загноившейся раной» души. Терапия способствует ее очищению и заживлению для того, чтобы больше она не влияла на нашу жизнь.

На данном этапе важным является поиск новых и качественных моделей поведения и решения проблемных ситуаций, с которыми ранее не справлялись.

Сутью данной фазы терапии является изменение образа себя в направлении более реального и позитивного восприятия собственной личности – более взрослой, независимой, обладающей большими ресурсами, нежели в детстве. Следует сконцентрироваться на тех ситуациях прошлого, которые затрудняют и делают невозможным использование актуального потенциала.

Третий этап – планирование и достижение реальных и локальных изменений в жизни.

Начинать следует с локальных (точечных, мелких) изменений. Потому что это верный способ, чтобы убедиться в реальности запланированного. Если изменение реально, то можно двигаться вперед, планируя новое. Если нет —  мы должны перепроверить свои планы.

Ролью терапевта и группы на данном этапе является сопровождение и поддержка планов отдельно взятых участников.

Достижение стабильных личностных изменений (новообразований) у участников ожидается на протяжении от 1,5 до 2 лет. Продолжительность групповой психотерапии, как правило, занимает от 6 да 12 месяцев.

После психотерапии…

Непосредственно после терапии у участников происходят локальные личностные и жизненные изменения. Далее, они преступают к очередным. Как правило, через год-второй появляются сигналы, указывающие на изменения отношения к миру, к жизни и самому себе.

Посттерапевтические новообразования клиенты констатируют в разных областях. Прежде всего меняется  восприятие самих себя в ситуациях социального взаимодействия: чувствуют себя более уверенными,  более сознательными относительно своей ценности и своих компетенций. Это связано с ростом ощущения эмоциональной уравновешенности, внутреннего спокойствия. Начинают они все чаще говорить о себе позитивно и бережно относиться к своим границам и потребностям.

Важнейшим новообразование после терапии является готовность к принятию ответственности за свою жизнь. Также появляется стойкое чувство уверенности в завтрашнем дне.

«Никогда не поздно иметь счастливое детство!». опубликовано econet.ru. Если у вас возникли вопросы по этой теме, задайте их специалистам и читателям нашего проекта здесь.

Автор: Виталий Булыга

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! © econet

econet.ru

Взрослые дети алкоголиков: особенности характера и проблемы

Появление алкоголика в семье –  серьезная проблема. Каждый человек, находящийся в окружении пьяницы, страдает. Взрослые дети алкоголиков об этом знают, поскольку являются невольными свидетелями этого горя. Губительная привычка отравляет у зависимого человека физическое здоровье, из-за этого понятно, какие дети рождаются у алкоголика. Кроме того, алкогольная зависимость становится причиной разрушения личных взаимоотношений с близкими людьми.

Семьи, где родители пьют, чаще всего неблагополучны. Дети не живут и развиваются так, как их сверстники. Иногда им приходиться кормиться и обитать на улице, у них часто диагностируется эмбриофетопатия. Большинство из таких детей сталкиваются с психологическими проблемами во взрослой жизни. Это мешает им строить отношения с окружением, а также личностно развиваться, несмотря на приятную внешность.



Есть знакомый или близкий алкоголик?
Действовать нужно решительно! Если ты не поможешь через силу, то ему никто не поможет.
Узнай больше …

Книга Джанет Войтиц

В восьмидесятые годы Джанет Войтиц выпустила книгу с подробным описанием эмоционального состояния детей пьяниц. В публикации раскрыта особенности поведения таких детей, а также склонность к выпивке, из-за ребенок становится наркозависимый.

Автор описала актуальные аспекты этого состояния и донесла до пьющих людей, особенно затронув женский пол, что негативное последствие обязательно коснется потомства. Повзрослевшие дети зависимых людей имеют психологические травмы, которые перенесли еще в детском возрасте на фоне попоек одного или обоих родителей.

Часто семейные проблемы скрывают. Этому есть объяснения:

  • алкоголик либо наркоман не видит проблемы в пристрастии и думает, что завяжет с выпивкой, когда захочет;
  • оппонент пьяницы (жена или муж) принимает попытки отрицания проблемы, прибегая к разным методикам лечения либо становится созависимым;
  • такие действия противоположной стороны созданы для маскирования реальных проблем в семье, создают видимость благополучия в маленькой семье;
  • ребёнок в такой обстановке тоже будет молчать и скрывать проблему – его преследует черта страха, что в случае разглашения родители сочтут его предателем, лишив любви.

Детям зачастую самостоятельно приходится заботиться о себе с раннего возраста. Родители им практически не уделяют времени. Если же в семье пьет только мать, второй родитель занят активной борьбой с вредной привычкой и не имеет желания и возможностей уделять малышу необходимое время на воспитание и развитие.

Подросток, растущий в такой неблагополучной обстановке, со временем также приобретает тягу к спиртному. Этот феномен связан не только с алкогольной фетопатией либо генетической предрасположенностью, но и с желанием выделиться перед родителями, вместе погрузившись в пучину алкоголизма.

Особенности характера взрослых детей из семьи пьяниц

При взрослении в семье алкоголика у ребенка формируются особенности, которые окажут влияние на взрослую жизнь. Если допустить, что дети пьяниц в будущем станут приверженцами трезвого образа жизни, от детских воспоминаний, связанных с вредными привычками, избавиться не получится:

  • детство, прошедшее в зависимой от спиртного среде, отразится на восприятии представления о канонах семейной жизни. Дети вспоминают лишь пьющих родителей;
  • люди, которые росли в неблагополучии, склонны ко лжи в ситуациях, если в их адрес высказывают неприятные вещи;
  • люди не строят планы действий. Ведь в семье алкоголиков все зависело от эмоционального фона зависимых родителя. Если строить планы, а затем наблюдать картину их разрушения – это болезненно воспринимается детской психикой. Именно эта причина становится провокатором того, что повзрослевший человек даже не пытается как-то измениться;
  • дети пьяниц критично относятся к себе. В детстве из-за ругани и побоев родителей ребенок чувствовал себя ненужным, глупым и плохим;
  • выросшие дети не умеют радоваться жизни, поскольку детские воспоминания сохранились – их серьезно наказывали за веселье;
  • нередко у повзрослевших детей алкоголиков наблюдаются трудности с противоположным полом. Связано это со страхом проявления нежных чувств к партнеру. Человеку свойственно бояться осмеяния либо критики;
  • дети пьяниц не считают себя похожими на остальных. В детском возрасте их присутствие относилось для родителей на второй план. Малышу было сложно общаться с другими детьми, учиться в школе;
  • эмоциональный уровень ребенка нарушен. Он испытывает ответственность за окружающих либо наоборот, становится безразличным и черствым;
  • взрослые дети часто связывают себя с единственным партнером, сохраняя верность даже в безнадежной ситуации;
  • дети становятся импульсивными. Поступки вызывают страх, что что-то не так пойдет. Когда ребенок ошибся, он обвиняет только себя.

Особенности характера повзрослевших детей выглядят так:

  • не разбираются в вопросе построения отношений;
  • формируют проблемы с завершением начатых дел;
  • часто лгут, поскольку боятся говорить правду;
  • обладают низкой самооценкой;
  • не веселятся и не получают удовольствие от окружающей действительности;
  • серьезны к себе и окружению;
  • эмоционально реагируют на любые изменения, не в силах себя контролировать;
  • всегда жаждут похвалы и одобрения со стороны;
  • считают себя особенными людьми;
  • лояльно относятся к ситуации и людям, которые не заслуживают такой оценки;
  • не способны защищать себя, чувствуя вину, когда делают такие попытки;
  • поддаются импульсивности;
  • боятся посторонних людьми, занимающих более высокий социальный статус;
  • избегают скандалов и проявлений агрессии;
  • примеряют роль жертвы;
  • со страхом относятся к расставаниям и потере близких людей;
  • стесняются нежных чувств;
  • чересчур обидчивы и восприимчивы;
  • не доверяют людям.

Психологические проблемы

Основная проблема кроется в психологическом факторе. У детей присутствуют отклонения, формировавшиеся на общем фоне, характеризующем их семью. Организм ребенка истощен. Хотя иногда даже и генетическую составляющую нельзя исключать.

У таких личностей присутствуют определенные отклонения, которые мешают человеку быть нормальным членом общества, мешая формировать семью, выстраивать дружбу.

К таким проявлениям относят:

  • заниженную самооценку, сильно критичное отношение к своей персоне;
  • ощущение вины за весь негатив, проблемы, неудачи, с которыми сталкивается близкий человек;
  • болезненная реакция на мнение посторонних людей;
  • страх выражать свои эмоции;
  • нежелание принимать помощь со стороны;
  • неумение разрешать трудную ситуацию;
  • отсутствие желания предпринять решительные действия в решении проблем.

Подобные признаки психология называет термином ВДА, а именно – взрослые дети алкоголиков.

Синдром ВДА

Это состояние проявляется сильными проблемами с нервной системой и связано с результатом психологических травм в детском возрасте. В зависимости от степени проявления алкоголизма у родителей, а также их личностных качеств, взрослые с синдромом ВДА по-разному адаптируются к новому статусу (взрослое лицо).

Типология людей с подобным диагнозом выглядит следующим образом:

  • отчужденные. Такие дети не считают себя жертвами побоев родителей. При контактах с окружающим миров они ведут себя настороженно;
  • грустные. Постоянно в угнетенном состоянии. Время от времени лечатся от депрессии лекарственными препаратами, которые не всегда приносят эффект;
  • обиженные дети, которые получили сильные психологические травмы. Они ощущают гнев, отчаяние, виня в проблемах родителей;
  • зависимые. Люди, которые ищут утешение в психоактивных веществах и копируют родительское поведение;
  • созависимые. Опекая в детстве пьющих взрослых, такие дети стремятся найти нечто подобное при взрослении. Признаки ВДА заметны в желании кого-то опекать. Вырастая, дети ищут партнера, требующего ухода и заботы. Это зависимые люди либо тяжелобольные;
  • успешные люди, которые смогли в детском возрасте получить закалку в трудных условиях, но не сломались психологически. Такие дети пьяниц проявляют чудеса приспособляемости. Они трудолюбивы, хладнокровно решают трудные задачи в стрессовых ситуациях. Успешны в карьере, внутреннюю боль от перенесенных детских травм не показывают. Наблюдая за таким человеком, невольно спрашиваешь себя, почему у алкоголиков рождаются здоровые дети, невзирая на пьянство отцов и матерей.
  • неполноценные – повзрослевшие дети, имеющие низкую самооценку, которые не выстраивают конструктивные отношения с окружением.

Психологический фон

Именно внешний психологический фон часто объединяет детей пьяниц. Им требуется поддержка, любовь и внимание. Однако в реальности ребенок наблюдает только негативные процессы внутри семьи, в которых винит себя.

Подросток пытается заработать честную родительскую симпатию, но ощущает только отторжение. Ребенку не ведомо, как поступать, чтобы добиться поощрения, он пытается подстроиться к ситуации – выходит это по-разному у каждого. Характер подростка психология развития зачастую способны двигаться в различных направлениях, однако общим признаком является то, что ребенка ждут неудачи.

Психологическая помощь

Не все семьи пьяниц, страдающих алкогольной аддикцией, одинаковы. Большая часть из них приносит больше вреда, нежели остальные. Однако даже в подобных семьях дети продолжают любить взрослых и не желают говорить о них плохо.

Эффективные психологические мероприятия позволяют пережить смешанные чувства по отношению к маме и папе алкоголикам. В ребенке уживается одновременно любовь к родителям и страдание из-за их поведения. Психолог поможет найти выход из противоречивых эмоций, примиряя родителей и детей, решая психологические семейные проблемы.

Первый шаг избавления от проблемы – преодоление отрицания. Эта тяжесть накапливается годами, не разрешатся по мере взросления ребенка. Любая группа взрослых детей из подобных семей неадекватно относятся к ситуациям, напоминающим им неприятное время. Они пытаются в настоящем времени отреагировать на детские запреты. Такое избавление от подавленных эмоций – следующая стадия психологической работы.

Только повзрослев, подросток понимает родительскую психологию, беспомощность перед болезнью. Поэтому приходит осознание того, что ребенок в естественно рожденной семье алкоголиков не отвечает за происходившие события. Градус гнева к снижается, поскольку человек понимает, что зависимые родители не были способны отвечать за себя и причиняли вред не со зла, виной всему ­ болезненное состояние.

Врач исправляет у повзрослевшего ребенка из семьи алкоголиков ошибки мышления и дисфункциональные установки, характерные для таких людей. Черно-белый вариант мышления, восприятие реальности, как катастрофы и другие отклонения вызывают негативное эмоциональное состояние и противостояние адаптивному поведению – над этим вместе с психологом обязана работать и педагогика. Врач изменяет ставшие привычными способы мироощущения, помогает обнаружить альтернативные объяснения произошедшим в детстве событиям, которые провоцируют негатив.

Психологическая консультация не способна изменить прошлое, однако помогает повзрослевшим детям повысить самооценку, победить тревогу и депрессию, развить способность в доверять людям, обучиться распознавать собственные нужды, реализуя их эффективным способом. Такие действия позволят выстраивать естественные отношения, развиваться и радоваться жизни.

alco03.ru

Дети алкоголиков: синдром ВДА

Специалисты еще в восьмидесятых годах начали обнаруживать у детей алкоголиков характерные психопатологические симптомы. Синдром «взрослых детей алкоголиков» – так его назвали психотерапевты. Он состоит из целого комплекса симптомов и особенностей психики, а обнаруживается практически у 40% взрослого населения. Понимание и знание проблемы поможет многим побороть депрессию, одиночество, комплексы и многие другие проблемы психогенного характера.

Комплекс ВДА: составляющие

Когда дети алкоголиков вырастают они остаются своего рода взрослыми детьми. Зависимость чаще всего проявляется в алкоголизме, склонности к наркомании. Это передается на генетическом уровне, и дети часто нехотя повторяю судьбу родителей. Если даже один из родителей злоупотреблял алкоголем, то ребенку пришлось повзрослеть раньше времени.

При алкоголизме матери в первые года жизни ребенка происходит концентрация не на малыше, а на удовлетворении своих потребностей. Это накладывает отпечаток на ребенка в самом начале жизни. В будущем он будет хуже приспосабливаться к сложным условиям, чувствовать себя беззащитным и обделенным любовью.

Черты человека с ВДА

Миллионы жертв алкоголизма родителей живут в нашей стране и имеют проблемы, которые являются прямым последствием детства в семье с зависимым членом семьи. Существует ряд характерных черт, которые отличают пациента с ВДА:

Заниженная самооценка. Отсутствие достаточного внимания со стороны родителей, нарушение гармони отношений папы и мамы дают ребенку ощущение ущербности и недолюбленности. Маленьким человеком это воспринимается буквально так, что если меня не любят, значит я какой-то не такой и не достоин хорошего отношения. В будущем этот человек будет продолжать себя оценивать с неправильной позиции, представлять себя неудачником и недостаточно талантливым, ожидать постоянных неудач в личной жизни;

Безотказность. Отсутствие волевого усилия и неспособность сказать «нет» даже когда хочется – вот явный признак ВДА. Привыкший в детстве к покладистости и подавлению собственного мнения ребенок остается таким и во взрослой жизни. При отсутствии помощи со стороны именно на таких людях «ездят» и используют в своих целях;

Неспособность к выражению чувств. Отсутствие модели нормального выражения чувств в семье или присутствие постоянной агрессии – причины неспособности воспроизводить эмоциональные реакции и чувствовать по-настоящему. Это приводит к замкнутости и потере контакта со своим внутренним «Я», проблемам в интимной жизни;

Чувство вины. Постоянное ощущение вины за все неудачи, проблемы в семье преследуют детей алкоголиков всю жизнь. Это чувство вины за все подряд способно истощать ресурсы психики и даже провоцировать начало депрессии и формирование зависимости от седативных препаратов, употребления алкоголя;

Неспособность просить помощи. Это закладывается еще в детстве, когда малышу необходимо было самому о себе заботиться, а порой – проявлять заботу и о пьяном члене семьи;

Отсутствие экстремального мышления. Игнорирование проблем, невозможность собраться в экстренной ситуации, привычка винить обстоятельства и других – эти черты присущи как алкоголикам, так и их подрастающему поколению. Ученые утверждают, что причиной этому низкий уровень необходимых гормонов стресса, которые отвечают за поддержание организма в сложных ситуациях;

Постоянный фокус на окружении. Когда родитель пьяный, то необходимо следить внимательно за его реакциями, состоянием, чтобы не стать объектом агрессии или чего-либо подобного. Это приводит к тому, что у ребенка формируется сильная восприимчивость к изменениям в окружении. Они чутко реагируют на мимику окружающих, на малейшие изменения настроения и атмосферы в помещении, очень восприимчивы к общественному мнению;

Невидимость ребенка в семье как личности, отсутствие тесного контакта в связке родители-ребенок, необходимость постоянно быть состоянии стресса, скрывать от окружающих алкоголизм в семье или наоборот терпеть издевательства в школе – все это не может пройти незаметно для ребенка.

Прискорбно, но при отсутствии адекватной психологической помощи такие люди часто являются неудачниками, неустроенными в жизни и неспособными строить полноценную семью. Позитивный момент в том, что при понимании корня проблемы и обращении за психологической помощью есть шанс все изменить, перестроить сознание и сделать шаг совершенно в другую счастливую жизнь.
Источник

www.all-psy.com

Взрослый ребенок алкоголика — Naked Science

Знаете ли вы, что в США функционируют группы оказания помощи не только детям, но даже внукам (!) алкоголезависимых? Алкоголизм – болезнь, причем, крайне тяжелая, в которую, вопреки распространенному мнению, вовлечен не только сам пьющий, но и его близкие и родные. И не удивляйтесь – даже их потомки. Алкоголизм – проблема номер один для слишком многих российских семей, поэтому мы продолжаем серию статей, посвященных этой тематике.
 
Близким алкоголика, как и ему самому, очень трудно избавиться об бессознательного «потакания» этой зависимости, от постоянного вытаскивания алкоголика из бед, которые он сам натворил, контроля и попыток вылечить «дитятю». Именно «дитятю», потому что с 40-летним алкоголиком обращаются как с маленьким ребенком, что только способствует дальнейшему развитию зависимости. Но об этом мы поговорим в следующий раз, а сегодня попробуем нарисовать психологический портрет взрослого ребенка алкоголиков. Это будет один из «распространенных» вариантов, а в отдельно взятом человеке какие-то черты могут присутствовать, а какие-то – нет.
 
Назовем его Иван. Он не знает, что такое нормально. Да, он способен отличить нормального человека от нездорового, но только в том случае, если нарушения не слишком сильно выражены. Если нет – он пребывает в постоянных сомнениях: нормальные ли у него отношения с друзьями, с коллегами по работе, с женой, с детьми? Нормальны ли его чувства, если они не соответствуют его представлению о том, что должен чувствовать человек в той или иной ситуации? Он не может быть уверенным в чем-то на сто процентов. Иван практически никогда не доделывает то, что начинал. Это происходит не специально, просто «так получается». Частенько он ловит себя на мысли, что зачем-то соврал, когда спокойно можно было сказать правду. А еще Иван совершенно не испытывает жалости к себе, ведь он всегда должен быть безупречен, он просто не имеет права совершать ни малейшей ошибки, ни единого промаха. Он вообще очень серьезен по отношению к себе. Вероятно, поэтому ему так трудно находиться в веселой компании, смеяться и радоваться. Поэтому люди, находящиеся рядом с ним, зачастую ощущают неловкость. На самом деле, Иван и рад бы повеселиться, но не очень понимает, как это делать, и страшится показать это. Себе же он говорит, что все эти увеселения только отнимают время, и не сильно ему нужны и т. д.
 
Иван всегда испытывал неловкость в общении с противоположным полом. Это при том, что он здоровый, молодой и чувственный мужчина. Проблема в том, что ему очень непросто «пустить» другого человека в свой мир, подпустить слишком близко – это касается не только секса, но и отношений вообще. Он не способен делиться с кем-то своими чувствами, так как сам не всегда понимает, что с ним происходит. А бывает, что они настолько захлестывают его, что он не может ни справиться с их накалом, ни поделиться ими с кем-то еще, потому что Иван всегда ищет одобрения. Это так важно для него, что он готов пойти на многое ради этого.
 
Когда происходит нечто, что он не в состоянии контролировать – ему становится по-настоящему плохо. Он очень боится любых перемен. А еще Иван чувствует, что не похож на других людей, это причиняет ему страдания, которые он стремится не показывать.
 
Все считают его очень ответственным человеком, и только он один знает, каким безответственным он может быть. Иван горд за одно из своих главных качеств – преданность. Ему не всегда легко принять позицию тех, кому он предан, но он готов изменить свое мнение, поскольку, как всегда, не верит в свою правоту. А еще он очень твердо следует выбранному пути, «ответвления» и другие дороги он не рассматривает. Он нацелен на немедленное удовлетворение своих желаний и не способен ждать. Если это происходит – ему начинает казаться, что все, что происходит – может исчезнуть, и это будет невыносимо для него.
 
Еще одна черта многих детей алкоголиков, к сожалению, заключается в том, что они сами склонны к зависимости. Не всегда это будет зависимость от вещества, их склонность может проявляться в том, что они будут искать «зависимых» отношений – зависимого партнера или человека, у которого есть навязчивые формы поведения. Они очень боятся быть отвергнутыми, ненужными, поэтому часто находятся в поисках служения на благо других, страдальцев, кому они могли бы посвятить себя. Они с большей охотой заботятся о других, а не о себе. Они чувствуют себя эгоистами, испытывают вину, если пытаются отстоять свои интересы. Им не нравится долго находиться в спокойном состоянии – они страстно (и, конечно, неосознанно) ищут волнений и переживаний.
 


©Getty Images

 
Они не отличают два совсем разных чувства – любовь и жалость. Именно поэтому они, как правило, «любят» тех, кого надо за что-либо жалеть, поддерживать, ободрять. Заниженная самооценка сочетается со стремлением выглядеть грандиозно в глазах других.
 
Интересно, что даже когда они не являются зависимыми от какого-либо вещества – их поведение очень сильно напоминает поведение зависимых. Они боятся, что их бросят, поэтому стараются сохранить отношения во что бы то ни стало. Их чувства подавлены, и от них требуется немало времени и усилий, чтобы научиться их проявлению.
 
Зачем нам нужно знать психологические черты детей, выросших в семье алкоголиков? В случае, если речь идет о наших близких – для того, чтобы лучше их понимать и выстраивать более бережные и эффективные отношения с ними. Если это мы сами – лучше понимать себя, очерчивать границы своих возможностей и своих слабостей. Люди, у которых было безоблачное детство, вряд ли существуют. Более того, если человек растет в среде, где нет совершенно никаких стрессов, никаких преград и препятствий он не сможет стать здоровой и сильной личностью. Зато превратить свои слабости в свои сильные стороны способен каждый.
 

naked-science.ru

Разное

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о