Автобиографическая память – Автобиографическая память | База знаний

Автобиографическая память | База знаний

Автобиографическая память — специфическая разновидность декларативной памяти для фиксации, хранения, интерпретации и актуализации автобиографической информации.

Данный вид памяти невозможно однозначно отнести к одной из двух систем декларативной памяти — семантической или эпизодической (по классической классификации Э. Тульвинга), так как автобиографическая память обладает свойствами обеих этих систем — она содержит как знания человека о себе самом, так и воспоминания о событиях, которые происходили с этим человеком.

Функции

Выделяют три основные группы функций автобиографической памяти:

1. Интерсубъективные — связаны с жизнью человека в обществе. К таким функциям относятся:

  • достижение социальной солидарности или отторжения
  • передача личного опыта
  • формирование межличностных отношений
  • предсказание поведения других людей по аналогии с событиями своей жизни
  • эмпатия

2. Интрасубъективные — связаны с личностной саморегуляцией. К ним относятся:

  • саморегуляция
  • формирование Я-концепции
  • выбор жизненных стратегий

3. Экзистенциальные — связанные с переживанием и пониманием своей уникальности. К ним относятся:

  • формирование идентичности
  • периодизация жизненного пути
  • самопознание
  • смыслообразование
  • самоопределение
  • культурная самоотнесенность
  • осознание собственной уникальности

Модель автобиографической памяти

Одной из наиболее полных моделей автобиографической памяти является предложенная М. Конвеем и К. Плейдел-Пирсом модель трёхкомпонентной структуры. В рамках данной модели автобиографическая память делится на три уровня (в зависимости от уровня специфичности воспоминаний по отношению к конкретному моменту):

  • Периоды жизни — уровень включает в себя общие знания о значимых для человека окружающих людях, привычные местах, действиях, занятиях, планах и целях, характеризующих определенный период его жизни. Под периодами жизни здесь нужно понимать различные периоды времени с идентифицируемым началом и концом. На данном уровне, согласно модели, имеются общие знания о том или ином периоде жизни и о его длительности, при этом один хронологический период может содержать несколько жизненных периодов, связанных каждый со своим участком базы автобиографических знаний. Кроме того, различные жизненные периоды могут быть тематически связаны, формируя тем самым темы более высокого порядка (например «работа», «отношения» и т.д.).
  • Общие события — на данном уровне знания более конкретны, нежели жизненные периоды, но при этом более неоднородны. Общие события охватывают как повторяющиеся эпизоды жизни (например, «вечерние прогулки в парке»), так и единичные моменты (например, «моя поездка в Париж»). Предполагается, что воспоминания, относящиеся к общим событиям, связаны со знаниями о достижении различных жизненных целей. Эти знания важны для человека, поскольку содержат важную информацию о нем самом и играют важную роль в формировании Я-концепции (например, воспоминания о том, как легко был приобретен определенный навык). Наиболее яркие воспоминания характерны для моментов достижения той или иной цели (или невозможности достичь её).
  • Знания, присущие определенному моменту — четкая и детализованная информация о конкретных событиях, часто представленная в форме зрительных образов или иных сенсорно-перцептивных особенностей. Этот тип воспоминаний в большинстве случаев недолго хранится в памяти. Исключениями являются знания о:

1. Событиях, отмечающих начало пути к долгосрочной цели.

2. Событиях, меняющих планы относительно первоначальных целей.

3. Событиях, подтверждающих определенные убеждения и цели.

4. Событиях прошлого, направляющих поведение человека в настоящий момент.

Три уровня данной модели иерархически организованы внутри базы автобиографических знаний, вместе они составляют общую историю жизни человека. Воспоминания, касающиеся периодов жизни, связаны с воспоминаниями об общих событиях, а те, в свою очередь, со знаниями, присущими определенному моменту. Когда определенный сигнал активирует иерархию базы автобиографических знаний, становятся доступными все три уровня знаний, и формируется автобиографическое воспоминание.

Методы изучения

Дневниковый метод

Воспоминания могут быть неточными, так как важные детали непосредственного опыта часто забываются или искажаются в памяти. Дневниковый метод позволяет обойти эти вопросы, так как для него набираются группы участников, которые долгое время (несколько недель или месяцев) делают записи о повседневных событиях, которые им запомнились. Таким образом можно собрать в достаточной степени соответствующую реальности выборку автобиографических воспоминаний. Позже эти истинные воспоминания можно включать в тестирования памяти, где реальные дневниковые записи сравниваются с фальсифицированными. Результаты подобных исследований говорят об уровне детализации воспоминаний, хранящихся в автобиографической памяти в течение длительного времени. Таким образом можно выделить особенности, делающие одни воспоминания более запоминающимися, нежели другие.

Проба памяти

Данный метод первоначально был разработан Ф. Гальтоном в 1879 году. В пробе используется список слов, служащих подсказками для вызова в памяти тех или иных автобиографических воспоминаний, которые затем как можно более подробно пытается описать участник исследования. Результаты затем могут быть использованы для улучшения понимания того, как вызвать в памяти то или иное автобиографическое воспоминание. Особенно актуальны такие исследования в случаях, связанных с повреждениями головного мозга или амнезиями. Некоторые исследования подобного рода использовали в роли подсказок невербальные сигналы: запахи и визуальные образы. Исследователи Чу и Даунс обнаружили многочисленные свидетельства того, что запахи являются особенно эффективными стимулами для припоминания автобиографических воспоминаний. Связанные с запахами воспоминания о конкретных событиях оказывались более подробными и эмоционально насыщенными, нежели воспоминания, связанные с вербальными, визуальными и прочими не связанными с запахами стимулами.

Роль человека в воспоминаниях

Часто при вспоминании определенных событий люди вновь видят связанные с этими событиями зрительные образы. Важной характеристикой этих образов является роль, которую в них занимает сам человек. Существует две основные роли:

  • Участник — человек не видит в поле зрения самого себя, когда вспоминает это событие. Он видит ситуацию так же, как видел её раньше собственными глазами, то есть поле зрения человека в воспоминании соответствует полю зрения в первоначальной ситуации.
  • Наблюдатель — человек вспоминает ситуацию с позиции наблюдателя, не участвующего в действии, то есть видит всю ситуация и себя в ней с внешней точки зрения. Конкретные характеристики пространственного положения этой точки очень различны, часто она отличается в различных воспоминаниях.

Роли участника и наблюдателя иначе называются «дорефлексивной» и «рефлексивной» соответственно. Достоверно известно, что при воспроизведении воспоминаний с дорефлексивной и рефлексивной точек зрения активируются разные участки мозга.

Точность автобиографической памяти

Экспериментально подтверждено, что автобиографическая память может легко подвергаться искажениям. Одно из исследований, где изучался этот феномен, принадлежит Э. Лофтус: участниками были пары братьев и сестер, в которых старший сиблинг рассказывал младшему про случай из детства, которого на самом деле не происходило. Через некоторое время в ходе проверки памяти у младших сиблингов было обнаружено, что до 25 % испытуемых после подобной процедуры считали вымышленные события реальными детскими воспоминаниями.

Для внушения ложных содержаний памяти разработаны различные приемы. В частности, доказано, что наиболее сильный внушающий эффект оказывают фотографии. Их визуальная очевидность заставляет испытуемых искажать свои автобиографические воспоминания.

Пример: в работе К. Уэйд, М. Марри, Дж. Рида и Д. Линдсея с помощью графического редактора Photoshop изменяли детские фотографии испытуемых, помещая на фотографию воздушный шар. После, рассматривая фотографии и видя среди них подделку, около 50 % испытуемых в подробностях описывали данный момент своей биографии. При этом когда им рассказывали о фальсификации, они отказывались признавать данный факт и продолжали считать воспоминание правдивым. Этот эффект достигается за счет диссонанса между авторитетным источником, в котором говорится о факте из жизни человека, и отсутствием данного воспоминания в собственной биографии. Чтобы разрешить ситуацию диссонанса, сознание создает ложное воспоминание и встраивает его в автобиографическую память, поэтому ложное воспоминание кажется знакомым. Схожий эффект наблюдается в тех случаях, когда люди, занимающиеся творческой деятельностью, неосознанно принимают чужой опыт за свой собственный, например, некоторые писатели воспринимают события из жизни своих героев так, словно сами переживали нечто подобное.

Забывание в автобиографической памяти

В соответствии с основными закономерностями памяти события далекого прошлого постепенно должны забываться, уступая место недавним воспоминаниям. Подобные закономерности действительно характерны для автобиографической памяти, но в отличие от других видов долговременной памяти, эти закономерности оказывают существенное влияние на автобиографические воспоминания лишь в течение приблизительно одного года. Если рассматривать более длительные периоды времени, можно видеть иные свойства, присущие автобиографической памяти.

В частности, был описан эффект «пика» воспоминаний. Описанный впервые Д. Рубиным, С. Ветцлером и Р. Небисом, он заключается в том, что взрослые люди вспоминают гораздо больше событий, которые относятся к юности. При этом можно отметить что обычно положительные воспоминания преобладают, тогда как негативные менее выражены и быстрее забываются. Явление эффекта «пика» связывают с понятием идентичности: автобиографическая память важна для поддержания и формирования идентичности, поэтому можно предположить что события юности, запоминаются лучше, так как в этот возрастной период формируется «первая» самостоятельная идентичность. Опыт, полученный в юности, запоминается лучше из-за новизны и эмоциональной насыщенности, поэтому такие моменты становятся «опорными точками памяти».

Существует мнение, утверждающее, что за эффектом «пика» стоят не только универсальные, но и индивидуальные факторы. Идентичность постоянно формируется, она не достигается раз и навсегда, а «опорные точки памяти» считаются прерыванием идентичности. Эти моменты «прерванной идентичности» остаются в воспоминаниях как переломные события жизни, впоследствии в воспоминаниях этим событиям приписывается высокая значимость. Поскольку переломные события воспринимаются субъектом как маркер для определения такого состояния, как «прерванная идентичность», концентрация важных событий вокруг переломного момента обеспечивает максимальный доступ к содержанию памяти о тех периодах жизни, в которые происходило переопределение идентичности человека.

Литература

  • Нуркова В. В. Общая психология. Память. Под редакцией Б. С. Братуся. Т. 3. М.: Академия, 2006, — 320 с.
  • Нуркова В. В., Березанская Н. Б. Психология. Учебник. М.: Юрайт, 2004, — 484 с.
  • Когнитивная психология памяти / Под ред. Ульриха Найсера, Айры Хаймен. М., 2005.
  • Нуркова В. В. Свершенное продолжается: психология автобиографической памяти личности / В. В. Нуркова. М., 2000.
  • Нуркова В. В. Зеркало с памятью : культурно-исторический анализ феномена фотоrрафии / В. В. Нуркова. М., 2005.
  • Нуркова В. В. Автобиографическая память: «сгущения» В субъективной картине прошлоrо / В. В. Нуркова, О. В. Митина // Психолоrический журнал. 2005. Т. 26. № 2.
  • Conway М. А., Pleydell-Pearce С. W The Construction of Autobiographical Memories in the Self-Memory System // Psychological Review. 2000. Vоl. 107. № 2.
  • Neisser U. Snapshots or benchmarks? // Memory observed / u. Neisser. San Francisco, 1982.
  • Schacter D. L. Searching for memory: The brain, the mind, and the past. N. Y., 1996. 

psyweb.global

Автобиографическая память — Освобождение труда. — ЖЖ

Профессор МГУ Вероника Нуркова занимается исследованиями автобиографической памяти — коллекции воспоминаний человека о себе в течение всей его жизни.
По ее словам, еще пару веков назад люди не имели никакого представления о том, как проходило их детство или как выглядели их бабушка с дедушкой в молодости.
Как же фотография повлияла на развитие эго, когда цивилизация начала осознавать себя глобально и как Instagram изменит жизнь следующего поколения.

— Начнем, как принято, с определений. Что такое автобиографическая память?

— Если коротко, то это память о себе.

— А корректно ли говорить, что эта память у некоторых людей более развита, чем у других?

— У меня есть два тезиса.
Развитие автобиографической памяти у человечества еще очень далеко от полного и идеального, потому что это такой вид памяти, который появился относительно недавно.
Это изобретение человечества — как любовь, дружба и так далее.
По сравнению с любовью и дружбой автобиографическую память мы придумали еще позже — культура прощупывала, как ее развить и сформировать, но это еще далеко от завершения.
Мы в процессе еще достаточно быстрых перемен и быстрого развития. Это для человечества в целом.

Если брать индивидуальный подход, то есть люди, которые специально занимаются формированием воспоминаний, а есть те, которые не занимаются.
Некоторые пишут мемуары, например, ведут дневники, осознанно, с какой-то целью собирают свои фотоальбомы.
А есть другие, которые проскакивают мимо того, что их жизнь должна иметь какую-то историю — их жизнь им неинтересна.

— Вы сказали, что этот вид памяти сформировался недавно — это когда?

— Автобиографическая память — научное понятие.
Есть понятное всем выражение «личная память». Сами эти слова существовали очень давно, но что за ними стоит?
Семья сейчас и триста лет назад — совершенно разные реальности.
Если мы возьмем автобиографическую память, как мы сейчас ее понимаем, то получается достаточно связная во времени, протяженная история своей собственной жизни, которая включает в себя обязательно рассказ о детстве и о своем происхождении.
Не только рассказ, конечно, но и яркие воспоминания, из которых этот рассказ составляется.
Эта история также включает в себя рассказ о своей социальной карьере, социальных достижениях.
Иногда включается личная, интимная история, которая может пересекаться или нет с остальной частью жизни.
Кроме того, вся сложная система доказательств о том, что все так и было: система фотографий, документы, перекрестные свидетельства современников.
То есть это такая сложная конструкция, которую мы специально развиваем в течение своей жизни.

Трудно себе представить, но еще 150 лет назад люди не представляли, как выглядели их бабушка с дедушкой.
Была какая-то память о себе, но она была очень короткая.
Люди, например, не знали и не могли знать, как они выглядели в детстве.
«Я» — это я сейчас. Если человек был относительно состоятельным, то он мог еще в зеркало посмотреть, а простой крестьянин мог разве что услышать, как соседские девки говорят:
«А парень-то видный!»
И все. То есть все, что для нас сейчас развернуто в длинную историю, в те времена ограничивалось примерно двумя-тремя годами. Обычные люди даже не знали, сколько им лет. Ну и не очень интересовались.

— То есть автобиографическая память возникла где-то полтора века назад.

— Есть очень важные точки — ведь история и цивилизация не развиваются равномерно.
Есть определенные изобретения, которые не становятся массовыми: допустим, Леонардо да Винчи изобрел вертолет, но это не значит, что все спустя 10 лет стали летать на этом вертолете.
Отдельные представители человечества опережают свое время.
Так же сами по себе крупицы этой памяти появились россыпью очень давно.
Был относительно древний автобиографический жанр: например, исповедь блаженного Августина.
Есть соответствующая средневековая литература. Ее очень мало, с легкостью пересчитывается по пальцам двух рук.

По-серьезному автобиографическое движение (если так можно выразиться) началось в конце XVIII века в связи с появлением индивидуализма.
В философии и в культуре в целом началась эпоха романтизма.
И
почему-то вдруг оказалось интересным не то, что человек делает и чего достигает, а что он при этом думает, чувствует и переживает.
Допустим, с какой стати вам должно быть интересно, что у меня было в детстве?
Ведь это совершенно непрактичное знание.
Но для самих людей это становится ценным, потому что они свою личность начинают растягивать во времени — потому что сама личность становится ценностью.
А если для них это становится ценным, то надо как-то заставить других людей «покупать» эту историю.
И из каких-то отрывочных, очень непонятных для других проблесков воспоминаний, которые есть у каждого человека и были, наверное, всегда у всех, они начинают выстраивать эту красивую машинерию автобиографической памяти.
Тогда же возникает практика личного дневника, появляется жанр мемуаров.
Не политических мемуаров с наставлением, когда политический деятель рассказывает, как он повоевал или послужил трону, а именно воспоминания, связанные с личной жизнью.
Это как раз произшло на рубеже XVIII и XIX веков.

Следующий прорыв случился с появлением фотографии.
Ведь ее придумали специально для того, чтобы была память.
Один из первых критиков этого изобретения Оливер Холмс на появление фотографии отреагировал так: изобрели зеркало с памятью.
Это очень удобный образ: человек научился останавливать мгновение.
Но на самом деле его интересует не мгновение, а его собственное Я в разных контекстах и ситуациях. То есть ты останавливаешь время. Фотография — это очень эффективный враг времени.

Я все время сожалею, что фотографию изобрели в 1839 году.
Почему же не на два года раньше — тогда бы у нас были фотографии Пушкина, а не Натальи Гончаровой, которые нам совершенно не нужны.
Изначально это была очень сложная технология: полчаса неподвижного мучения, но развитие шло невероятными темпами.
Уже через три-четыре года после изобретения во всех столицах и крупных городах появились десятки ателье. Эти сроки даже для нашего времени очень впечатляют, ведь нужно было подготовить полный цикл производства, которое требовало серьезной химической подготовки.

Человечество достаточно быстро пришло к неслучайным улучшениям технологии производства фотографии, которые развивали именно автобиографическую память. И в скором времени сформировалась фотографическая память.

— Как это изобретение отразилось на психике человека?

— Довольно серьезно.
То, что было невозможно до изобретения фотографии, стало возможным после.
Фотография стоила очень дорого, поэтому печатали одновременно множество маленьких портретов на одну пластину.
И эти картинки были своеобразной визитной карточкой человека: люди подписывались ими, обменивались, отправляли вместо себя в гости — появилась куча всяких игр, о которых можно почитать у Золя.
То есть человек впервые стабилизировал свою идентичность — ведь до этого не было никакого массового способа получить образ себя. Появилось ощущение персональной, личной идентичности.

Кроме того, это изобретение зафиксировало время жизни: «я» в разных в возрастах.
С появлением фотографии стало возможноным зафиксировать детство: оно прошло, но оно было.
Причем сначала у каждого человека было по одной фотографии — чуть позже, в начале 20 века, было уже по 5-6 фотографий: дети с родителями, армия, свадьба, с детьми, с внуками и похороны, которые тоже обязательно фиксировались. Кстати, посмертная фотография опять вернулась как некая культурная практика в последние лет 10.

Кроме того, через фотографию фиксируется принадлежность к социальным группам.
Ведь что такое семья?
Это люди, чьи картинки находятся под одной обложкой в альбоме.
Писатель Сьюзан Зонтаг это называла симулякром — копией, у которой нет оригинала.
Никакой семьи как физического факта не существует.
Это люди, которые объединены общей автобиографической памятью, которые помнят друг про друга что-то, что они там себе напридумывали.
Так вот, раньше это напоминало предание, это был миф: твой дедушка делал то-то, был хорошим человеком.
Кто мой дедушка?
Откуда он?
А с появлением фотографии все эти дедушки-бабушки, все эти люди стали материальными.
Люди получили возможность создавать эти виртуальные социальные сообщества.

Причем, конечно, семейные сообщества — это самый простой пример.
Есть такое мнение, что один из существенных эпизодов цивилизационного мышления и начало глобализации — это момент, когда напечатали фотографию Земли из космоса.
Ведь на самом деле это коллективный портрет всех жителей планеты.
Раз мы все вместе сфотографировались, значит мы вместе. Мы — одна группа.
Были социально-психологические исследования, когда людей фотографировали вместе и по отдельности и даже не показывали фотографий.
Потом исследователи наблюдали, как эти люди описывают свой опыт прохождения через эту процедуру.
Люди, которых фотографировали вместе, говорили «мы», те, которых фотографировали врозь, говорили «я и он».
То есть фотография объединяет группы.
Быть на фотографии значит быть вместе.
Отсюда эта странная тяга фотографироваться со знаменитостями.
То есть начали создаваться сообщества, которых раньше и помыслить было невозможно.

Кроме того, со специальными техническими средствами люди научились выходить за пределы видимого мира.
Скажем, рентгеновская фотография.
То есть люди увидели себя изнутри.
Ведь до этого было невозможно представить себе, что там.
Там, возможно, цветы и пашни. И пока человек был жив, было невозможно узнать его внутреннее устройство.
То есть не какому-то ученому, хирургу, а чтобы сам человек увидел.
Совсем недавно, в советское время, дома держали специальные серые конверты и хранили рентгены. Зачем, спрашивается?
Ну, а вдруг пригодится? С какой-нибудь надписью: «Машин сломанный палец. 73-й год».
Это воспринималось и работало так же, как фотография — не внешнего, а внутреннего.
То есть очень сильно расширяется критерий, что такое мое и что такое я.
Или возьмем всякие УЗИ, когда родители, а потом сам человек видит себя до рождения.
Еще нет таких исследований, но люди, у которых есть свои фотографии до рождения, должны хотя бы чуть-чуть по-другому представлять свою жизнь.

Как только изобрели фотографию, общество начало каталогизировать людей.
Ведь раньше было совершенно непонятно, как идентифицировать человека. Ходил мужик, ну выдали ему паспорт, а там написано: Никита Кривой, крестьянин Петра Петровича Зыкова.
Ну и что? Кто это?
Совершенно непонятно, все было неперсонофицировано.
Одна из первых социальных практик, связанных с фотографией, — это тюремная и полицейская фотография.
Еще при царе люди, которые делали фотографии в фотоателье, должны были обязательно сдавать копию картинок в участок, где были специальные хранилища.

Это также очень интересно с точки зрения журналистики.
Вот что вы сейчас делаете? Зачем вы меня фотографируете?
Вы перед читателем подтверждаете, что я реально существующий субъект, что я есть.
Причем так как я совершаю определенные движения, то я, пожалуй, живая, не робот.
Зачем это нужно, какой в этом смысл?
Зачем ваши интервью снабжать фотографией интервьюируемого?
На самом деле дополнительной никакой информации это не несет.
Это отголосок этой репортажности — идеи о том, что если на фотографии это есть, значит это правда.
Причем здесь речь идет о непробиваемом доверии.
Ведь прошло 150 лет и даже смешно, ведь существуют фотошопы, ретушь.
Но если что-то снабжено фотографией — это уже доказано.
Проводилось множество исследований, которые это показали.
То же самое с памятью.
Есть масса способов, как можно манипулировать воспоминаниями, делая ложные фотографии.
Люди эту наживку глотают мгновенно и сами создают воспоминания по мотивам этих ложных фотографий. То есть мир получил измерение достоверности за счет фотографии.
Ну и вообще, что после человека остается? Раньше был хотя бы мешок фотографий, а теперь они все хранятся где-то на сервере, на облаках.

— А что произойдет дальше? Ведь сейчас этих фотографий становится все больше и больше.

— Моя студентка Галя Козяр недавно провела очень интересное исследование на реальных людях.
Она задалась вопросом и получила результат, который я и ожидала.
Ее вопрос на первый взгляд звучит странно: отличаются ли воспоминания, которые индуцированы фотографиями, созданными простым аналоговым способом и цифровым?
Казалось бы, какая разница?
Ведь обычные люди не отличают цифру от аналога.
Гипотеза была такая: когда мы делаем традиционную аналоговую фотографию, мы не знаем, что получится, там надо проявлять пленку и так далее.
И поэтому мы подстраховываемся и заучиваем много другой информации, того, что не увидели в объективе.
А когда мы делаем цифровую фотографию, мы сразу программируем на дисплее результат, мы ему доверяем и не успеваем ничего запомнить.

Так вот, Галя отловила много реальных людей и давала оба вида устройств.
Испытуемых пригласили на музыкальный фестиваль, и они должны были сделать определенное количество фотографий цифровой и аналоговой камерами, которые им выдавали.
Уже через несколько недель, а потом через год их приглашали снова и просили вспомнить, что там было.
Оказалось, что, действительно, воспоминания, которые были с опорой на аналоговые фотографии, разворачивались как истории: человек вспоминал, что было до, что было после, помнил замысел, контекст, что делали другие люди вне кадра.
А когда человек вспоминал с опорой на цифровую фотографию, у него все упиралось в точку, он смотрел на фотографию и описывал то, что есть в кадре.


Выводы достаточно философские.
Получается, что когда технологии встраиваются в нашу деятельность, когда они ее дополняет и улучшают, то все получается хорошо.
А когда технология подменяет нашу деятельность, то наши функции нарушаются.
То есть в первом случае есть память, и я в эту память встраиваю средство фотографии, чтобы потом лучше вспомнить то, что запомнил.
В результате у меня есть развернутое воспоминание, которое не портится со временем.
То есть фотография выступает как консервант.
А во втором случае получается, что фотографии подменяют собой мою память: запоминать ничего вообще не нужно, я просто буду делать их, даже смотреть и классифицировать не буду.

— Так называемая фотогенная амнезия.

— Да, ее можно назвать так.
Хотя слово амнезия не самое подходящее.
Ведь амнезия — это когда что-то помнил, а потом забыл. А здесь нет запоминания.
Человек не запоминает, потому что надеется на какое-то средство, которое на самом деле не срабатывает, потому что оно требует специального с собой обращения.
Это все равно что я не буду читать книжку, а положу ее рядом с собой на подушку и лягу спать. И буду надеяться, что эти мысли за ночь в мою голову перекочуют.

— Чем, например, моя психика — человека, у которого практически нет детских фотографий — отличается от психики человека, у которого их много? Как изменится автобиографическая память современных детей — ведь их снимают чуть ли не каждую минуту?

— Давайте подумаем.
Мягкая гипотеза: наверное, если у вас нет фотографий вашего детства, то вы свое детство помните по-другому по сравнению с теми, у которых их много, и тем более если эти фотографии вовлечены в обиход.
Они их рассматривают, запоминают.
Есть еще такая интересная форма: ментальная фотография.
Это не сами фотографии, а как я помню свои фотографии.
Понятно, что я помню их не такими, какие они есть на самом деле, они становятся для меня такими внутренними образами.

Значит ли это что-то?
Имеет ли это какое-то значение для вашей жизни?
Ну мало ли, один человек пошел в первый класс с розами, другой с гладиолусами.
Является ли это предиктором его успеха в супружеской жизни?
Это вопрос примерно такого рода.
Я считаю, что то, как мы помним детство, существенно связано с тем, как мы себя понимаем сейчас.

Другое дело, что радость в том, что здесь такие реципрокные отношения.
То есть, с одной стороны, то, как мы запоминаем наше детство, формирует нашу личность, с другой стороны, то, какие мы сейчас, формирует наши воспоминания о детстве.
Это очень хорошо исследовано и показано, это такая циклическая история.
Давайте подумаем вместе. Какие же у нас предикции?
Вы же знаете себя лучше, чем я вас.

— Мне по ощущениям кажется, что все мои детские воспоминания — это вымысел.

— То есть ваше самонаблюдение: меньшая субъективная реалистичность.
Мы только что говорили: если что-то есть на фотографии, значит, так оно и было.
Меньшая реалистичность особенно потому, что у вас есть фотографии относительно других периодов жизни.
Будут различия также с яркостью или с уровнем обобщенности.
Можно субъективно шкалировать яркость воспоминаний о детстве у людей, у которых есть постоянная возможность возвращаться к некому отпечатку.
У обладателей большого количества фотографий воспоминания будут детальные, а у вас менее подвижные — нечто вроде схем.

Как это функционирует?
Во-первых, поскольку вы не привязаны к этому средству, к этому инструменту, то, возможно, вы можете более свободно себя чувствовать со своими воспоминаниями о детстве и использовать этот ресурс пластичности в своих целях.
Во-вторых, вы можете их использовать в более символическом смысле.
То есть, допустим, у человека есть его детская фотография, где он на велосипеде и воспоминание о том, что он как-то катался на велосипеде и упал в лужу.
В вашем случае та же самая история может быть концептуализирована во что-то более символическое: например, то, что все должны быть готовы к трудностям.
Конечно, я придумываю на ходу. Но мне кажется разница должна быть.

— Зачем мы вообще вспоминаем о детстве?

— Воспоминания о детстве очень удобны для того, чтобы регулировать свои эмоциональные состояния.
Детство было давно, все это не правда и мало кого волнует, правда это или нет.
Это уже относится не к настоящему «я», а к тому «я», которое существовало очень давно.
То есть это такой безопасный резервуар, которым можно пользоваться для эмоциональной регуляции.
С другой стороны, конечно, символически мы, уже будучи взрослыми, на эти детские воспомнания надеваем устойчивые модели своих взаимоотношений с другими людьми.
Многие профессиональные актеры этим пользуются — у них есть набор детских воспоминаний, в которых они фиксируют любые эмоции.

У некоторых людей плохо с эмоциональной саморегуляцией, они не могут выйти за пределы текущей ситуации и ведут себя импульсивно.
Они реагирует, как если бы все происходило здесь и сейчас.
Это, кстати, очень важный человеческий признак: ориентироваться не на здесь и сейчас, а на что-то другое.
Так вот, у таких людей, как правило, зафиксированы большие проблемы с воспоминаниями о детстве, вплоть до того, что у них очень сильно сдвинут возраст воспоминаний о детстве. То есть они себя помнят со значимо позднего возраста.

— А каков механизм формирования автобиографической памяти? Родители участвуют в этом процессе?

Было проведено множество исследований, которые показали, что родители очень специфическим образом разговаривают со своим детьми, когда они просят их вспомнить, что было в детском саду или, например, в школе.
Это не просто просьба, а формирование.
Европейские матери, которые применяют западные индивидуалистические модели, разговаривают с ребенком так, что в результате он научается рассказывать о себе, а значит и помнить себя, и мыслить себя.
У такого ребенка «я» находится в середине, там же его чувства и эмоции.
Другие воспринимаются в контексте этих чувств: как они на эти чувства реагируют.
События должны быть уникальные.
Это все должно быть подчинено нарративному правилу, должен получится грамотный рассказ с интригой и развязкой.

У восточных людей этот автобиографический рассказ устроен по-другому.
Азиаты помнят себя с более позднего возраста.
Есть такая китайская исследовательница Кай Ванг, у нее родной китайский язык, и сохранились все социальные связи на родине.
Но при этом она лет 20 живет в Англии.
Поэтому она делает очень хорошие кросс-культурные исследования.
Не так, как это обычно делают европейцы, которые приезжают на Восток, и там им помогают 10 переводчиков.
Так вот, когда она начала показывать свои данные, ей сначала никто не верил.
Выяснилось, что на Востоке на просьбу рассказать о себе люди начинают описывать не личный, а коллективный опыт.
Получается рассказ, не полный уникальных деталей, а отсылающий скорее к
какому-то мифу.
Скорее всего, мы имеем разные форматы личности.
Западная личность ориентирована на себя, восточный тип — на социальные отношения.

Автобиографическая память — это культурный феномен.
Поэтому получается, что в каждой культуре складываются достаточно устойчивые приемы формирования этой памяти.
Ее формирование является самым удобным способом делать личность такой, какой хочет каждый человек.
Мы такие, какими мы себя помним.
Мы ведь на самом деле в каждый отдельный момент — люди без свойств.
Я вот помню, что я — профессор МГУ, поэтому я здесь что-то вещаю.
Хотя давно могла бы есть торт в буфете — и, в общем, я не вполне еще с этой идеей распростилась.


Ведущая европейская лаборатория, изучающая автобиографическую память, работает в Орхусском университете при поддержке ЕС.

Furqat Palvanzade

m-introduction.livejournal.com

Автобиографическая память — Howling Pixel

Автобиографическая память — специфическая разновидность декларативной памяти для фиксации, хранения, интерпретации и актуализации автобиографической информации.

Автобиографическая память может быть определена как высшая мнемическая функция, организованная по смысловому принципу, оперирующая с личностно отнесенным опытом, которая обеспечивает формирование субъективной истории жизни и переживание себя как уникального протяженного во времени субъекта жизненного пути (В.В. Нуркова).[1]

Данный вид памяти невозможно однозначно отнести к одной из двух систем декларативной памяти — семантической или эпизодической (по классической классификации Э. Тульвинга), так как автобиографическая память обладает свойствами обеих этих систем — она содержит как знания человека о себе самом, так и воспоминания о событиях, которые происходили с этим человеком.

Функции

Выделяют три основные группы функций автобиографической памяти[2]:

  1. Интерсубъективные — связаны с жизнью человека в обществе. К таким функциям относятся:
    • достижение социальной солидарности или отторжения
    • передача личного опыта
    • формирование межличностных отношений
    • предсказание поведения других людей по аналогии с событиями своей жизни
    • эмпатия
  2. Интрасубъективные — связаны с личностной саморегуляцией. К ним относятся:
  3. Экзистенциальные — связанные с переживанием и пониманием своей уникальности. К ним относятся:
    • формирование идентичности
    • периодизация жизненного пути
    • самопознание
    • смыслообразование
    • самоопределение
    • культурная самоотнесенность
    • осознание собственной уникальности

Модель автобиографической памяти

Одной из наиболее полных моделей автобиографической памяти является предложенная М. Конвеем и К. Плейдел-Пирсом модель трёхкомпонентной структуры.[2] В рамках данной модели автобиографическая память делится на три уровня (в зависимости от уровня специфичности воспоминаний по отношению к конкретному моменту):

  • Периоды жизни — уровень включает в себя общие знания о значимых для человека окружающих людях, привычные местах, действиях, занятиях, планах и целях, характеризующих определенный период его жизни. Под периодами жизни здесь нужно понимать различные периоды времени с идентифицируемым началом и концом. На данном уровне, согласно модели, имеются общие знания о том или ином периоде жизни и о его длительности, при этом один хронологический период может содержать несколько жизненных периодов, связанных каждый со своим участком базы автобиографических знаний. Кроме того, различные жизненные периоды могут быть тематически связаны, формируя тем самым темы более высокого порядка (например «работа», «отношения» и т.д.).[3]
  • Общие события — на данном уровне знания более конкретны, нежели жизненные периоды, но при этом более неоднородны. Общие события охватывают как повторяющиеся эпизоды жизни (например, «вечерние прогулки в парке»), так и единичные моменты (например, «моя поездка в Париж»). Предполагается, что воспоминания, относящиеся к общим событиям, связаны со знаниями о достижении различных жизненных целей. Эти знания важны для человека, поскольку содержат важную информацию о нем самом и играют важную роль в формировании Я-концепции (например, воспоминания о том, как легко был приобретен определенный навык). Наиболее яркие воспоминания характерны для моментов достижения той или иной цели (или невозможности достичь её).[3]
  • Знания, присущие определенному моменту — четкая и детализованная информация о конкретных событиях, часто представленная в форме зрительных образов или иных сенсорно-перцептивных особенностей. Этот тип воспоминаний в большинстве случаев недолго хранится в памяти.[4] Исключениями являются знания о:
    1. Событиях, отмечающих начало пути к долгосрочной цели.
    2. Событиях, меняющих планы относительно первоначальных целей.
    3. Событиях, подтверждающих определенные убеждения и цели.
    4. Событиях прошлого, направляющих поведение человека в настоящий момент.

Три уровня данной модели иерархически организованы внутри базы автобиографических знаний, вместе они составляют общую историю жизни человека. Воспоминания, касающиеся периодов жизни, связаны с воспоминаниями об общих событиях, а те, в свою очередь, со знаниями, присущими определенному моменту. Когда определенный сигнал активирует иерархию базы автобиографических знаний, становятся доступными все три уровня знаний, и формируется автобиографическое воспоминание.[3]

Методы изучения

Дневниковый метод

Воспоминания могут быть неточными, так как важные детали непосредственного опыта часто забываются или искажаются в памяти.[5] Дневниковый метод позволяет обойти эти вопросы, так как для него набираются группы участников, которые долгое время (несколько недель или месяцев) делают записи о повседневных событиях, которые им запомнились. Таким образом можно собрать в достаточной степени соответствующую реальности выборку автобиографических воспоминаний. Позже эти истинные воспоминания можно включать в тестирования памяти, где реальные дневниковые записи сравниваются с фальсифицированными. Результаты подобных исследований говорят об уровне детализации воспоминаний, хранящихся в автобиографической памяти в течение длительного времени. Таким образом можно выделить особенности, делающие одни воспоминания более запоминающимися, нежели другие.[5][6]

Проба памяти

Данный метод первоначально был разработан Ф. Гальтоном в 1879 году. В пробе используется список слов, служащих подсказками для вызова в памяти тех или иных автобиографических воспоминаний, которые затем как можно более подробно пытается описать участник исследования.[7][8] Результаты затем могут быть использованы для улучшения понимания того, как вызвать в памяти то или иное автобиографическое воспоминание. Особенно актуальны такие исследования в случаях, связанных с повреждениями головного мозга или амнезиями.[9] Некоторые исследования подобного рода использовали в роли подсказок невербальные сигналы: запахи и визуальные образы. Исследователи Чу и Даунс обнаружили многочисленные свидетельства того, что запахи являются особенно эффективными стимулами для припоминания автобиографических воспоминаний. Связанные с запахами воспоминания о конкретных событиях оказывались более подробными и эмоционально насыщенными, нежели воспоминания, связанные с вербальными, визуальными и прочими не связанными с запахами стимулами.[10]

Роль человека в воспоминаниях

Часто при вспоминании определенных событий люди вновь видят связанные с этими событиями зрительные образы. Важной характеристикой этих образов является роль, которую в них занимает сам человек.[11] Существует две основные роли:

  • Участник — человек не видит в поле зрения самого себя, когда вспоминает это событие.[12] Он видит ситуацию так же, как видел её раньше собственными глазами, то есть поле зрения человека в воспоминании соответствует полю зрения в первоначальной ситуации.
  • Наблюдатель — человек вспоминает ситуацию с позиции наблюдателя, не участвующего в действии, то есть видит всю ситуация и себя в ней с внешней точки зрения.[12] Конкретные характеристики пространственного положения этой точки очень различны, часто она отличается в различных воспоминаниях.

Роли участника и наблюдателя иначе называются «дорефлексивной» и «рефлексивной» соответственно. Достоверно известно, что при воспроизведении воспоминаний с дорефлексивной и рефлексивной точек зрения активируются разные участки мозга.[13]

Точность автобиографической памяти

Экспериментально подтверждено, что автобиографическая память может легко подвергаться искажениям. Одно из исследований, где изучался этот феномен, принадлежит Э. Лофтус: участниками были пары братьев и сестер, в которых старший сиблинг рассказывал младшему про случай из детства, которого на самом деле не происходило. Через некоторое время в ходе проверки памяти у младших сиблингов было обнаружено, что до 25 % испытуемых после подобной процедуры считали вымышленные события реальными детскими воспоминаниями[14].

Для внушения ложных содержаний памяти разработаны различные приемы. В частности, доказано, что наиболее сильный внушающий эффект оказывают фотографии. Их визуальная очевидность заставляет испытуемых искажать свои автобиографические воспоминания.

Пример: в работе К. Уэйд, М. Марри, Дж. Рида и Д. Линдсея с помощью графического редактора Photoshop изменяли детские фотографии испытуемых, помещая на фотографию воздушный шар. После, рассматривая фотографии и видя среди них подделку, около 50 % испытуемых в подробностях описывали данный момент своей биографии. При этом когда им рассказывали о фальсификации, они отказывались признавать данный факт и продолжали считать воспоминание правдивым. Этот эффект достигается за счет диссонанса между авторитетным источником, в котором говорится о факте из жизни человека, и отсутствием данного воспоминания в собственной биографии. Чтобы разрешить ситуацию диссонанса, сознание создает ложное воспоминание и встраивает его в автобиографическую память, поэтому ложное воспоминание кажется знакомым. Схожий эффект наблюдается в тех случаях, когда люди, занимающиеся творческой деятельностью, неосознанно принимают чужой опыт за свой собственный, например, некоторые писатели воспринимают события из жизни своих героев так, словно сами переживали нечто подобное[2].

Забывание в автобиографической памяти

В соответствии с основными закономерностями памяти события далекого прошлого постепенно должны забываться, уступая место недавним воспоминаниям. Подобные закономерности действительно характерны для автобиографической памяти, но в отличие от других видов долговременной памяти, эти закономерности оказывают существенное влияние на автобиографические воспоминания лишь в течение приблизительно одного года. Если рассматривать более длительные периоды времени, можно видеть иные свойства, присущие автобиографической памяти[2].

В частности, был описан эффект «пика» воспоминаний. Описанный впервые Д. Рубиным, С. Ветцлером и Р. Небисом, он заключается в том, что взрослые люди вспоминают гораздо больше событий, которые относятся к юности. При этом можно отметить что обычно положительные воспоминания преобладают, тогда как негативные менее выражены и быстрее забываются. Явление эффекта «пика» связывают с понятием идентичности: автобиографическая память важна для поддержания и формирования идентичности, поэтому можно предположить что события юности, запоминаются лучше, так как в этот возрастной период формируется «первая» самостоятельная идентичность. Опыт, полученный в юности, запоминается лучше из-за новизны и эмоциональной насыщенности, поэтому такие моменты становятся «опорными точками памяти»[15].

Существует мнение, утверждающее, что за эффектом «пика» стоят не только универсальные, но и индивидуальные факторы[16]. Идентичность постоянно формируется, она не достигается раз и навсегда, а «опорные точки памяти» считаются прерыванием идентичности. Эти моменты «прерванной идентичности» остаются в воспоминаниях как переломные события жизни, впоследствии в воспоминаниях этим событиям приписывается высокая значимость. Поскольку переломные события воспринимаются субъектом как маркер для определения такого состояния, как «прерванная идентичность», концентрация важных событий вокруг переломного момента обеспечивает максимальный доступ к содержанию памяти о тех периодах жизни, в которые происходило переопределение идентичности человека.

Примечания

  1. ↑ Нуркова В. В. Культурно-исторический подход к автобиографической памяти. Реферат дисс. доктора психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2009. 50 с. URL:http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  2. 1 2 3 4 Нуркова В. В. Общая психология в семи томах. Том 3. Память. — Москва, Россия: Издательский центр «Академия», 2006. — С. 213—240. — 320 с. — ISBN 5-7695-2420-0.
  3. 1 2 3 Conway, M. A.; Pleydell-Pearce, C. W. (2000). «The construction of autobiographical memories in the self-memory system». Psychological Review № 107 (2): 261–288.
  4. ↑ Pillemer, D. B. (2001). «Momentous events and the life story». Review of General Psychology № 5 (2): 123–134.
  5. 1 2 Conway, M. A.; Collins, A. F.; Gathercole, S. E.; Anderson, S. J. (1996). «Recollections of true and false autobiographical memories». Journal of Experimental Psychology: General 125 (1): 69–95.
  6. ↑ Barclay, C. R.; Wellman, H. M. (1986). «Accuracies and inaccuracies in autobiographical memories». Journal of Memory and Language № 25 (1): 93–103. doi: 10.1016/0749-596x(86)90023-9
  7. ↑ Galton, F (1879). «Psychometric experiments». Brain: A Journal of Neurology № 2: 149—162.
  8. ↑ Rubin, D. C. (Ed.). (1986) Autobiographical memory. New York: Cambridge University Press.
  9. ↑ Zola-Morgan, S.; Cohen, N. J.; Squire, L. R. (1983). «Recall of remote episodic memory in amnesia». Neuropsychologia № 21 (5): 487—500.
  10. ↑ Chu, S.; Downes, J. J. (2002). «Proust nose best: Odors are better cues of autobiographical memory». Memory and Cognition № 30: 511—518.
  11. ↑ Rice, Heather J.; Rubin, David C. (September 2011). «Remembering from any angle: The flexibility of visual perspective during retrieval» Consciousness and Cognition № 20: 568—577.
  12. 1 2 Nigro, Georgia; Neisser, Ulric (October 1983). «Point of view in personal memories». Cognitive Psychology № 15: 467—482.
  13. ↑ Tagini, Angela; Raffone, Antonino (September 2009). «The ‘I’ and the ‘Me’ in self-referential awareness: a neurocognitive hypothesis». Cognitive Processing № 11: 9—20.
  14. Loftus, E. F., Ketcham, K. The Myth of Repressed Memory. — N.Y., 1994.
  15. Shum, M. S. The role of temporal landmarks in the autobiographical memory processes // Psychological Bulletin. — 1998. — № 124.
  16. Нуркова В. В. Автобиографическая память: «Сгущения» в субъективной картине прошлоrо / В. В. Нуркова, О. В. Митина. — Психолоrический журнал. — 2005. — С. 22–33.

Литература по теме

  1. Алюшева А. Р. Культурная детерминация структуры автобиографической памяти. Дисс. кандидата психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2015. 192 с. URL: http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  2. Василенко Д. А. Автобиографическая память как конструктивный процесс. Дисс. кандидата психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2017. 410 с. URL: http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  3. Нуркова В. В. Культурно-исторический подход к автобиографической памяти. Реферат дисс. доктора психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2009. 50 с. URL: http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  4. Нуркова В. В. Общая психология. Память. Под редакцией Б. С. Братуся. Т. 3. М.: Академия, 2006, — 320 с.
  5. Нуркова В. В., Березанская Н. Б. Психология. Учебник. М.: Юрайт, 2004, — 484 с.
  6. Когнитивная психология памяти / Под ред. Ульриха Найсера, Айры Хаймен. М., 2005.
  7. Нуркова В. В. Свершенное продолжается: психология автобиографической памяти личности / В. В. Нуркова. М., 2000.
  8. Нуркова В. В. Зеркало с памятью : культурно-исторический анализ феномена фотоrрафии / В. В. Нуркова. М., 2005.
  9. Нуркова В. В. Автобиографическая память: «сгущения» В субъективной картине прошлоrо / В. В. Нуркова, О. В. Митина // Психолоrический журнал. 2005. Т. 26. № 2.
  10. Conway М. А., Pleydell-Pearce С. W The Construction of Autobiographical Memories in the Self-Memory System // Psychological Review. 2000. Vol. 107. № 2.
  11. Neisser U. Snapshots or benchmarks? // Memory observed / u. Neisser. San Francisco, 1982.
  12. Schacter D. L. Searching for memory: The brain, the mind, and the past. N. Y., 1996.
Гипертимезия

Гипертимезия, гипертиместический синдром — способность личности помнить и воспроизводить предельно высокое количество информации о её собственной жизни, исключительная автобиографическая память. Статус данного термина в медицинской терминологии в настоящее время неясен: в различных источниках он употребляется попеременно с понятием «гипермнезия».

Нуркова, Вероника Валерьевна

Нуркова Вероника Валерьевна (р. 24 февраля 1974) — российский психолог. Доктор психологических наук, профессор МГУ им. М. В. Ломоносова, профессор кафедры общей психологии факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова, профессор кафедры общей психологии Московского городского психолого-педагогического университета (МГППУ), член Российского психологического общества, Society for Applied Research in Memory and Cognition (SARMAC) и International Society for Cultural and Activity Research (ISCAR).

Память

Па́мять — это общее обозначение для комплекса познавательных способностей и высших психических функций по накоплению, сохранению и воспроизведению знаний, умений и навыков.

Память в разных формах и видах присуща всем высшим животным. Способность к памяти и обучению все животные унаследовали у общего предка, который жил примерно 600 миллионов лет назад. Наиболее развитый уровень памяти характерен для человека.Память относится к основным познавательным процессам, таким, как ощущение, восприятие и мышление, привлекающим наибольшее внимание исследователей.

Первым в исследовании памяти человека считается Герман Эббингауз, ставивший эксперименты на себе (основной методикой было заучивание бессмысленных списков слов или слогов).

На других языках

This page is based on a Wikipedia article written by authors (here).
Text is available under the CC BY-SA 3.0 license; additional terms may apply.
Images, videos and audio are available under their respective licenses.

howlingpixel.com

Автобиографическая память Википедия

Автобиографическая память — специфическая разновидность декларативной памяти для фиксации, хранения, интерпретации и актуализации автобиографической информации.

Автобиографическая память может быть определена как высшая мнемическая функция, организованная по смысловому принципу, оперирующая с личностно отнесенным опытом, которая обеспечивает формирование субъективной истории жизни и переживание себя как уникального протяженного во времени субъекта жизненного пути (В.В. Нуркова).[1]

Данный вид памяти невозможно однозначно отнести к одной из двух систем декларативной памяти — семантической или эпизодической (по классической классификации Э. Тульвинга), так как автобиографическая память обладает свойствами обеих этих систем — она содержит как знания человека о себе самом, так и воспоминания о событиях, которые происходили с этим человеком.

Функции[ | ]

Выделяют три основные группы функций автобиографической памяти[2]:

  1. Интерсубъективные — связаны с жизнью человека в обществе. К таким функциям относятся:
    • достижение социальной солидарности или отторжения
    • передача личного опыта
    • формирование межличностных отношений
    • предсказание поведения других людей по аналогии с событиями своей жизни
    • эмпатия
  2. Интрасубъективные — связаны с личностной саморегуляцией. К ним относятся:
  3. Экзистенциальные — связанные с переживанием и пониманием своей уникальности. К ним относятся:
    • формирование идентичности
    • периодизация жизненного пути
    • самопознание
    • смыслообразование
    • самоопределение
    • культурная самоотнесенность
    • осознание собственной уникальности

Модель автобиографической памяти[ | ]

Одной из наиболее полных моделей автобиографической памяти является предложенная М. Конвеем и К. Плейдел-Пирсом модель трёхкомпонентной структуры.[2] В рамках данной модели автобиографическая память делится на три уровня (в зависимости от уровня специфичности воспоминаний по отношению к конкретному моменту):

  • Периоды жизни — уровень включает в себя общие знания о значимых для человека окружающих людях, привычные местах, действиях, занятиях, планах и целях, характеризующих определенный период его жизни. Под периодами жизни здесь нужно понимать различные периоды времени с идентифицируемым началом и концом. На данном уровне, согласно модели, имеются общие знания о том или ином периоде жизни и о его длительности, при этом один хронологический период может содержать несколько жизненных периодов, связанных каждый со своим участком базы автобиографических знаний. Кроме того, различные жизненные периоды могут быть тематически связаны, формируя тем самым темы более высокого порядка (например «работа», «отношения» и т.д.).[3]
  • Общие события — на данном уровне знания более конкретны, нежели жизненные периоды, но при этом более неоднородны. Общие события охватывают как повторяющиеся эпизоды жизни (например, «вечерние прогулки в парке»), так и единичные моменты (например, «моя поездка в Париж»). Предполагается, что воспоминания, относящиеся к общим событиям, связаны со знаниями о достижении различных жизненных целей. Эти знания важны для человека, поскольку содержат важную информацию о нем самом и играют важную роль в формировании Я-концепции (например, воспоминания о том, как легко был приобретен определенный навык). Наиболее яркие воспоминания характерны для моментов достижения той или иной цели (или невозможности достичь её).[3]
  • Знания, присущие определенному моменту — четкая и детализованная информация о конкретных событиях, часто представленная в форме зрительных образов или иных сенсорно-перцептивных особенностей. Этот тип воспоминаний в большинстве случаев недолго хранится в памяти.[4] Исключениями явл

ru-wiki.ru

Автобиографическая память

TR | UK | KK | BE | EN |
автобиографическая память народа, автобиографическая память сердца
Автобиографическая память — специфическая разновидность декларативной памяти для фиксации, хранения, интерпретации и актуализации автобиографической информации.

Данный вид памяти невозможно однозначно отнести к одной из двух систем декларативной памяти — семантической или эпизодической (по классической классификации Э. Тульвинга), так как автобиографическая память обладает свойствами обеих этих систем — она содержит как знания человека о себе самом, так и воспоминания о событиях, которые происходили с этим человеком.

Содержание

  • 1 Функции
  • 2 Модель автобиографической памяти
  • 3 Методы изучения
    • 3.1 Дневниковый метод
    • 3.2 Проба памяти
  • 4 Роль человека в воспоминаниях
  • 5 Точность автобиографической памяти
  • 6 Забывание в автобиографической памяти
  • 7 Примечания
  • 8 Литература по теме

Функции

Выделяют три основные группы функций автобиографической памяти:

  1. Интерсубъективные — связаны с жизнью человека в обществе. К таким функциям относятся:
    • достижение социальной солидарности или отторжения
    • передача личного опыта
    • формирование межличностных отношений
    • предсказание поведения других людей по аналогии с событиями своей жизни
    • эмпатия
  2. Интрасубъективные — связаны с личностной саморегуляцией. К ним относятся:
    • саморегуляция
    • формирование Я-концепции
    • выбор жизненных стратегий
  3. Экзистенциальные — связанные с переживанием и пониманием своей уникальности. К ним относятся:
    • формирование идентичности
    • периодизация жизненного пути
    • самопознание
    • смыслообразование
    • самоопределение
    • культурная самоотнесенность
    • осознание собственной уникальности

Модель автобиографической памяти

Одной из наиболее полных моделей автобиографической памяти является предложенная М. Конвеем и К. Плейдел-Пирсом модель трёхкомпонентной структуры. В рамках данной модели автобиографическая память делится на три уровня (в зависимости от уровня специфичности воспоминаний по отношению к конкретному моменту):

  • Периоды жизни — уровень включает в себя общие знания о значимых для человека окружающих людях, привычные местах, действиях, занятиях, планах и целях, характеризующих определенный период его жизни. Под периодами жизни здесь нужно понимать различные периоды времени с идентифицируемым началом и концом. На данном уровне, согласно модели, имеются общие знания о том или ином периоде жизни и о его длительности, при этом один хронологический период может содержать несколько жизненных периодов, связанных каждый со своим участком базы автобиографических знаний. Кроме того, различные жизненные периоды могут быть тематически связаны, формируя тем самым темы более высокого порядка (например «работа», «отношения» и т.д.).
  • Общие события — на данном уровне знания более конкретны, нежели жизненные периоды, но при этом более неоднородны. Общие события охватывают как повторяющиеся эпизоды жизни (например, «вечерние прогулки в парке»), так и единичные моменты (например, «моя поездка в Париж»). Предполагается, что воспоминания, относящиеся к общим событиям, связаны со знаниями о достижении различных жизненных целей. Эти знания важны для человека, поскольку содержат важную информацию о нем самом и играют важную роль в формировании Я-концепции (например, воспоминания о том, как легко был приобретен определенный навык). Наиболее яркие воспоминания характерны для моментов достижения той или иной цели (или невозможности достичь её).
  • Знания, присущие определенному моменту — четкая и детализованная информация о конкретных событиях, часто представленная в форме зрительных образов или иных сенсорно-перцептивных особенностей. Этот тип воспоминаний в большинстве случаев недолго хранится в памяти. Исключениями являются знания о:
    1. Событиях, отмечающих начало пути к долгосрочной цели.
    2. Событиях, меняющих планы относительно первоначальных целей.
    3. Событиях, подтверждающих определенные убеждения и цели.
    4. Событиях прошлого, направляющих поведение человека в настоящий момент.

Три уровня данной модели иерархически организованы внутри базы автобиографических знаний, вместе они составляют общую историю жизни человека. Воспоминания, касающиеся периодов жизни, связаны с воспоминаниями об общих событиях, а те, в свою очередь, со знаниями, присущими определенному моменту. Когда определенный сигнал активирует иерархию базы автобиографических знаний, становятся доступными все три уровня знаний, и формируется автобиографическое воспоминание.

Методы изучения

Дневниковый метод

Воспоминания могут быть неточными, так как важные детали непосредственного опыта часто забываются или искажаются в памяти. Дневниковый метод позволяет обойти эти вопросы, так как для него набираются группы участников, которые долгое время (несколько недель или месяцев) делают записи о повседневных событиях, которые им запомнились. Таким образом можно собрать в достаточной степени соответствующую реальности выборку автобиографических воспоминаний. Позже эти истинные воспоминания можно включать в тестирования памяти, где реальные дневниковые записи сравниваются с фальсифицированными. Результаты подобных исследований говорят об уровне детализации воспоминаний, хранящихся в автобиографической памяти в течение длительного времени. Таким образом можно выделить особенности, делающие одни воспоминания более запоминающимися, нежели другие.

Проба памяти

Данный метод первоначально был разработан Ф. Гальтоном в 1879 году. В пробе используется список слов, служащих подсказками для вызова в памяти тех или иных автобиографических воспоминаний, которые затем как можно более подробно пытается описать участник исследования. Результаты затем могут быть использованы для улучшения понимания того, как вызвать в памяти то или иное автобиографическое воспоминание. Особенно актуальны такие исследования в случаях, связанных с повреждениями головного мозга или амнезиями. Некоторые исследования подобного рода использовали в роли подсказок невербальные сигналы: запахи и визуальные образы. Исследователи Чу и Даунс обнаружили многочисленные свидетельства того, что запахи являются особенно эффективными стимулами для припоминания автобиографических воспоминаний. Связанные с запахами воспоминания о конкретных событиях оказывались более подробными и эмоционально насыщенными, нежели воспоминания, связанные с вербальными, визуальными и прочими не связанными с запахами стимулами.

Роль человека в воспоминаниях

Часто при вспоминании определенных событий люди вновь видят связанные с этими событиями зрительные образы. Важной характеристикой этих образов является роль, которую в них занимает сам человек. Существует две основные роли:

  • Участник — человек не видит в поле зрения самого себя, когда вспоминает это событие. Он видит ситуацию так же, как видел её раньше собственными глазами, то есть поле зрения человека в воспоминании соответствует полю зрения в первоначальной ситуации.
  • Наблюдатель — человек вспоминает ситуацию с позиции наблюдателя, не участвующего в действии, то есть видит всю ситуация и себя в ней с внешней точки зрения. Конкретные характеристики пространственного положения этой точки очень различны, часто она отличается в различных воспоминаниях.

Роли участника и наблюдателя иначе называются «дорефлексивной» и «рефлексивной» соответственно. Достоверно известно, что при воспроизведении воспоминаний с дорефлексивной и рефлексивной точек зрения активируются разные участки мозга.

Точность автобиографической памяти

Экспериментально подтверждено, что автобиографическая память может легко подвергаться искажениям. Одно из исследований, где изучался этот феномен, принадлежит Э. Лофтус: участниками были пары братьев и сестер, в которых старший сиблинг рассказывал младшему про случай из детства, которого на самом деле не происходило. Через некоторое время в ходе проверки памяти у младших сиблингов было обнаружено, что до 25 % испытуемых после подобной процедуры считали вымышленные события реальными детскими воспоминаниями.

Для внушения ложных содержаний памяти разработаны различные приемы. В частности, доказано, что наиболее сильный внушающий эффект оказывают фотографии. Их визуальная очевидность заставляет испытуемых искажать свои автобиографические воспоминания.

Пример: в работе К. Уэйд, М. Марри, Дж. Рида и Д.Линдсея с помощью PhotoShop’а изменяли детские фотографии испытуемых, помещая на фотографию воздушный шар. После, рассматривая фотографии и видя среди них подделку, около 50 % испытуемых в подробностях описывали данный момент своей биографии. При этом когда им рассказывали о фальсификации, они отказывались признавать данный факт и продолжали считать воспоминание правдивым. Этот эффект достигается за счет диссонанса между авторитетным источником, в котором говорится о факте из жизни человека, и отсутствием данного воспоминания в собственной биографии. Чтобы разрешить ситуацию диссонанса, сознание создает ложное воспоминание и встраивает его в автобиографическую память, поэтому ложное воспоминание кажется знакомым. Схожий эффект наблюдается в тех случаях, когда люди, занимающиеся творческой деятельностью, неосознанно принимают чужой опыт за свой собственный, например, некоторые писатели воспринимают события из жизни своих героев так, словно сами переживали нечто подобное.

Забывание в автобиографической памяти

В соответствии с основными закономерностями памяти события далекого прошлого постепенно должны забываться, уступая место недавним воспоминаниям. Подобные закономерности действительно характерны для автобиографической памяти, но в отличие от других видов долговременной памяти, эти закономерности оказывают существенное влияние на автобиографические воспоминания лишь в течение приблизительно одного года. Если рассматривать более длительные периоды времени, можно видеть иные свойства, присущие автобиографической памяти.

В частности, был описан эффект «пика» воспоминаний. Описанный впервые Д. Рубиным, С. Ветцлером и Р. Небисом, он заключается в том, что взрослые люди вспоминают гораздо больше событий, которые относятся к юности. При этом можно отметить что обычно положительные воспоминания преобладают, тогда как негативные менее выражены и быстрее забываются. Явление эффекта «пика» связывают с понятием идентичности: автобиографическая память важна для поддержания и формирования идентичности, поэтому можно предположить что события юности, запоминаются лучше, так как в этот возрастной период формируется «первая» самостоятельная идентичность. Опыт, полученный в юности, запоминается лучше из-за новизны и эмоциональной насыщенности, поэтому такие моменты становятся «опорными точками памяти».

Существует мнение, утверждающее, что за эффектом «пика» стоят не только универсальные, но и индивидуальные факторы. Идентичность постоянно формируется, она не достигается раз и навсегда, а «опорные точки памяти» считаются прерыванием идентичности. Эти моменты «прерванной идентичности» остаются в воспоминаниях как переломные события жизни, впоследствии в воспоминаниях этим событиям приписывается высокая значимость. Поскольку переломные события воспринимаются субъектом как маркер для определения такого состояния, как «прерванная идентичность», концентрация важных событий вокруг переломного момента обеспечивает максимальный доступ к содержанию памяти о тех периодах жизни, в которые происходило переопределение идентичности человека.

Примечания

  1. 1 2 3 4 Нуркова В.В. Общая психология в семи томах. Том 3. Память.. — Москва, Россия: Издательский центр «Академия», 2006. — С. 213-240. — 320 с. — ISBN 5-7695-2420-0.
  2. 1 2 3 Conway, M. A.; Pleydell-Pearce, C. W. (2000). «The construction of autobiographical memories in the self-memory system». Psychological Review 107 (2): 261–288.
  3. Pillemer, D. B. (2001). «Momentous events and the life story». Review of General Psychology 5 (2): 123–134.
  4. 1 2 Conway, M. A.; Collins, A. F.; Gathercole, S. E.; Anderson, S. J. (1996). «Recollections of true and false autobiographical memories». Journal of Experimental Psychology: General 125 (1): 69-95.
  5. Barclay, C. R.; Wellman, H. M. (1986). «Accuracies and inaccuracies in autobiographical memories». Journal of Memory and Language 25 (1): 93-103. doi: 10.1016/0749-596x(86)90023-9
  6. Galton, F (1879). «Psychometric experiments». Brain: A Journal of Neurology 2: 149—162.
  7. Rubin, D. C. (Ed.). (1986) Autobiographical memory. New York: Cambridge University Press.
  8. Zola-Morgan, S.; Cohen, N. J.; Squire, L. R. (1983). «Recall of remote episodic memory in amnesia». Neuropsychologia 21 (5): 487—500.
  9. Chu, S.; Downes, J. J. (2002). «Proust nose best: Odors are better cues of autobiographical memory». Memory and Cognition 30: 511—518.
  10. Rice, Heather J.; Rubin, David C. (September 2011). «Remembering from any angle: The flexibility of visual perspective during retrieval» Consciousness and Cognition 20: 568—577.
  11. 1 2 Nigro, Georgia; Neisser, Ulric (October 1983). «Point of view in personal memories». Cognitive Psychology 15: 467—482.
  12. Tagini, Angela; Raffone, Antonino (September 2009). «The ‘I’ and the ‘Me’ in self-referential awareness: a neurocognitive hypothesis». Cognitive Processing 11: 9-20.
  13. Loftus E.F., Ketcham K. The Myth of Repressed Memory.. — N.Y., 1994.
  14. Shum M.S. The role of temporal landmarks in the autobiographical memory processes // Psychological Bulletin. — 1998. — № 124.
  15. Нуркова В. В. Автобиографическая память: «сгущения» В субъективной картине прошлоrо / В.В. Нуркова, О.В. Митина. — Психолоrический журнал.. — 2005.. — С. 22-33.

Литература по теме

  1. Нуркова В. В. Общая психология. Память. Под редакцией Б. С. Братуся. Т. 3. М.: Академия, 2006, — 320 с.
  2. Нуркова В. В., Березанская Н. Б. Психология. Учебник. М.: Юрайт, 2004, — 484 с.
  3. Когнитивная психология памяти / под ред. ч. Найссера, А. Хаймена. М., 2005.
  4. Нуркова В. В. Свершенное продолжается: психология автобиографической памяти личности / В. В. Нуркова. М., 2000.
  5. Нуркова В. В. Зеркало с памятью : культурно-исторический анализ феномена фотоrрафии / В. В. Нуркова. М., 2005.
  6. Нуркова В. В. Автобиографическая память: «сгущения» В субъективной картине прошлоrо / В. В. Нуркова, о. В. Митина // Психолоrический журнал. 2005. Т. 26. NQ 2.
  7. Conway М. А., Pleydell-Pearce С. W The Construction of Autobiographia1Memories in the Self-Memory System / / Psycho10gical Review. 2000. Уо1.107. NQ 2.
  8. Neisser U. Snapshots or benchmarks? / / Memory observed / u. Neisser. San Francisco, 1982.
  9. Schacfer D. L. Searching for memory: The brain, the mind, and the past. N.Y., 1996.

автобиографическая память народа, автобиографическая память осени, автобиографическая память психология, автобиографическая память сердца


Автобиографическая память Информацию О




Автобиографическая память Комментарии

Автобиографическая память
Автобиографическая память
Автобиографическая память Вы просматриваете субъект

Автобиографическая память что, Автобиографическая память кто, Автобиографическая память описание

There are excerpts from wikipedia on this article and video

www.turkaramamotoru.com

Автобиографическая память как предмет анализа в философско-психологических концепциях

Тяжело представить человеческое существование без такого психического процесса, как память. А правильнее сказать невозможно. Все, что делает человек в любой момент времени так или иначе связано с памятью. Человеческая жизнь невозможна без памяти. Память, занимающая особую роль в психической жизни человека, всегда волновала умы психологов.

Наиболее интересной нам представляется тематика автобиографической памяти, которая включает в себя воспоминания, в которых, как правило, мы уверены. Однако следует учитывать тот факт, что автобиографические воспоминания не всегда являются истинными. Современные исследования доказывают, что работа всех мнемических подсистем включает в себя конструктивные компоненты. Ученые [3, 10, 11] подтверждают, что, то, что мы вспоминаем, не является точной копией воспринятого, а претерпевает серьезные изменения по причинам как когнитивного, так и мотивационного характера. То есть наши воспоминания обладают пластичностью и могут подвергаться значительным трансформациям.

В литературе мы часто сталкиваемся с тем, что, раскрывая понятие «памяти», ученые так или иначе обращаются к понятию «времени». Действительно, запоминание и хранение информации (событий прошлого) происходит благодаря последовательной смене событий, которые происходят в определенный промежуток времени. Следовательно, благодаря восприятию времени происходит осмысление психической реальности.

Так, Э.Гуссерль предпосылкой порождения внутреннего времени считает вневременную структуру сознания, называя ее абсолютной субъективностью. Э.Гуссерль не использует понятие автобиографической памяти, но, на наш взгляд, его толкование времени очень близко к данному понятию. «В объективном отношении каждое переживание, как и каждое реальное бытие и момент бытия, может иметь свое место в одном единственном объективном времени, следовательно, и переживание восприятия времени и само представление времени» [5, с.6].

В феноменологии Э.Гуссерля в качестве основного понятия можно выделить «сознание времени». По Э.Гуссерлю, прошлое в сознании можно представить как воспоминание. В ходе воспоминаний прошлое как бы встраивается в настоящее, и, следовательно, оно может претерпевать некоторые трансформации, благодаря нашим ощущениям и фантазии.

Проводя анализ сознания времени, Э.Гуссерль замечает, что «интересно исследовать, как время, которое в сознании времени положено как объективное, соотносится с действительным объективным временем, и соответствуют ли оценки временных интервалов объективно действительным временным интервалам, или как они отклоняются от них» [там же].

Э.Гуссерль справедливо утверждает, что два различных временных отрезка не могут существовать одновременно. Каждому времени принадлежит ранний или более поздний интервал.

Размышляя о сознании времени, Э.Гуссерль использует такое понятие, как ретенция (первичная память). «Память, или ретенция, не есть образное сознание, но нечто совершенно иное. Того, что вспоминается, нет, конечно, теперь — иначе оно было бы не бывшим, но настоящим, и в памяти (ретенции) оно не дано как теперь, иначе память, или ретенция, была бы как раз не памятью, но восприятием» [5, с.37].

Помимо ретенции (первичной памяти), которая присоединяется к каждому восприятию, Э.Гуссерль указывает на существование вторичной памяти (или воспоминания), которая появляется после того, как первичная память исчезла. Он пишет: «Возьмем событие во времени; я могу пережить его в опыте в первый раз, я могу снова пережить его в повторных (воспроизводящих) опытах и схватить его идентичность. Я могу всегда снова вернуться к нему в моем мышлении, и могу это мышление удостоверить через изначально воспроизводящий опыт. И лишь таким образом конституируется объективное время и прежде всего объективное время только-что прошедшего, по отношению к которому процесс опыта, в котором устанавливается длительность, и каждая ретенция всей длительности суть только «оттенение»» [5, с.124].

Проблема автобиографической памяти пересекается с философскими взглядами о времени и в трудах М.Хайдеггера. В своих работах он говорит о взаимосвязи времени и бытия. Бытие определено временем, временным. «Временное значит преходящее, такое, что проходит с течением времени» [12, с.392]. Он акцентирует внимание на том, что характеристику времени настоящее образует с прошлым и будущим. «Настоящее — называя его само по себе, мы уже думаем также о прошедшем и будущем, о Раньше и Позже в отличие от Теперь» [12, с.397].

М.Хайдеггер задается вопросом, имеем ли право рассуждать о времени и бытии, как о вещах, с которыми мы имеем дело. «Время никак не вещь, соответственно оно не нечто сущее, но остается в своем протекании постоянным, само не будучи ничем временным наподобие существующего во времени» [12, с.392]. Время и бытие взаимосвязаны, но нельзя рассматривать время как сущее, а бытие как временное. «Бытие — вещь, с которой мы имеем дело, но не нечто сущее. Время — вещь, с которой мы имеем дело, но не нечто временно» [12, с.393]. Не эта ли мысль М.Хайдеггера таит в себе основу представления о хронотопе?

Главной характеристикой истинной временности М.Хайдеггер определяет ее конечность. Он выделяет структурные компоненты времени: значимость, приуроченность, продолжительность, публичность, которые связывают время и бытие человека в мире.

Анализируя специфику памяти, французский философ А.Бергсон, в своих работах синтезировал идеи многих своих предшественников. Бергсон пытался решить вопрос о соотношении материи и духа. По его мнению, существуют две теоретически независимые и самостоятельные формы памяти. Первую, возникающую посредством повторения одного и того же усилия, он назвал «памятью — привычкой». Примером тому может служить заучивание стихотворения наизусть. Вторая «память воображающая», регистрирующая в форме образов все происходящее с человеком. При такой памяти, каждое событие жизни характеризуется определенной временной и пространственной отметкой. «Без задней мысли о пользе или практическом применении она сохраняет прошедшее только в силу естественной необходимости. При ее помощи становится возможным разумное или, скорее, интеллектуальное узнавание уже пережитого восприятии; к ней мы прибегаем всякий раз, когда поднимаемся по сколу нашей прошлой жизни, чтобы найти там какой-то определенный образ». [2, с.208].

При этом, по мере того, как однажды воспринятые образы закрепляются, сопровождающие их движения преобразуют организм, создавая новые предпосылки к действию. А.Бергсон рассматривает движение как действие.

Помимо этого, кроме памяти о прошлом А.Бергсон выделяет память о настоящем. «Совпадающая по протяженности с сознанием, она удерживает и последовательно выстраивает одно за другим, по мере того, как они поступают, все наши состояния, оставляя за каждым произошедшим его место (и таким образом обозначая его дату) и действительно двигаясь в ставшем и определившемся прошлом, в отличие от первой памяти, которая действует в непрестанно начинающемся настоящем» [2, с.255].

Однако основным источником воспоминаний является память биографическая, в которой однажды воспринятый образ остается навсегда. Таким образом, А.Бергсон считает, что прошлое может накапливаться в двух формах: в виде двигательных механизмов и в виде индивидуальных образов — воспоминаний. По его мнению, практическая операция памяти — это использование прошлого опыта для действия в настоящем.

Размышляя о взаимодействии данных видов памяти, А.Бергсон подчеркивает, что память на прошлое поставляет двигательным механизмам воспоминания, которые могут пригодиться при формировании адекватной реакции на настоящее. «…прошлое действительно, по-видимому, накапливается, как мы это и видели, в двух крайних формах: с одной стороны, в виде двигательных механизмов, которые извлекают из него пользу, с другой — в виде личных образов-воспоминаний, которые регистрируют все его события. С их контуром, окраской и местом во времени» [2, с.212].

Философ упоминает, что «когда психологи говорят о воспоминании, как о приобретенной извилине, как о впечатлении, которое, повторяясь, отпечатывается все глубже, они забывают, что огромное большинство наших воспоминаний связано с событиями и подробностями нашей жизни, сущность которых в том, что они относятся к определенному моменту времени и, следовательно, уже никогда не воспроизводятся» [2, с.209]. Воспоминания, которые приобретаются с помощью воли и повторения, редки, исключительны.

Значимость временности отметил Б. Рассел. Он подчеркивает непосредственную связь воспоминания с настоящим. Воспоминание — это факт настоящего. Ведь именно в этот момент (данный настоящий момент), человек может вспоминать события прошлого, иметь какое-либо воспоминание. Автор указывает, «что из моего настоящего воспоминания я могу вывести вспоминаемое прошедшее событие» [11, с.170]. Несмотря на то, что наполнение воспоминания принадлежит прошлому, память, актуализируется в настоящем.

Анализируя связь настоящего и памяти, Б.Рассел указывает, что последняя нам необходима для того, чтобы ориентироваться в более продолжительных периодах времени, так как настоящее является лишь некоторой малой частью жизни. Именно за счет памяти увеличивается время являющегося настоящего.

Б.Рассел выделяет два источника познания времени. Первый из которых представляет собой восприятие следования в течение одного являющегося настоящего, а второй — воспоминание. Воспоминание может содержать в себе события различной давности. По Б.Расселу именно благодаря этому «все мои настоящие воспоминания располагаются в хронологическом порядке» [11, с.193].

Таким образом, благодаря автобиографической памяти уже произошедшие события складываются в определенную последовательность.

Огромный вклад в исследование памяти внес Г.Эббингауз, которому принадлежит огромная роль в области экспериментальной психологии. Его заслуга состоит в том, что он сделал главным объектом своего внимания память, которая в то время считалась несовместимой с экспериментом. В своей работе «О памяти» он описывает эмпирические исследования процессов запоминания, узнавания, воспроизведения.

Г.Эббингауз изучал ассоциативные связи и такие их характеристики, как устойчивость, сила, прочность. Сама ассоциативная связь устанавливается благодаря близости душевных переживаний в пространстве и времени. Что касается воспоминания, то Г.Эббингауз считал его такой формой появления памяти, ведущую роль в которой играет воля. Он пишет: «…присутствие Я может быть указано во всякое время; оно появляется везде и всегда, как только я вызову его, очевидно потому, что оно не перестало существовать ни на один момент» [13, с.10].

Благодаря воспоминанию у человека появляется возможность воспроизведения прошлого и правильного размещения данного воспроизведения во времени. «Представление о некотором прошлом, планы на счет будущего, являются тем, чем мое Я обладает и что обсуждает, как нечто отдельное от него, именно когда они стоят пред ним на первом плане его душевной жизни, когда они овладевают его интересом; напротив, они же представляют собой составную часть самого Я, образуют часть его сущности, когда на первый план выдвигаются другие переживания» [13, с.13–14]. Г.Эббингауз выделяет, что «настоящим носителем и ядром душевной жизни» будет то, что является для человека особенно важным. Такими важными событиями могут быть представления определенного жизненного этапа, какие-либо отношения с другими людьми.

На наш взгляд, эти идеи Г.Эббингауза очень близки к современным представлениям о содержании автобиографической памяти.

Согласно экологическому подходу У. Найссера человек рассматривается во взаимодействии со средой. Его основная мысль заключается в том, что восприятие представляет собой процесс развернутого во времени взаимодействия человека и реального мира [9]. Причем на это взаимодействие в равной степени накладывают отпечаток как различные влияния со стороны среды, так и активность самого субъекта. «На уровне человеческого восприятия мир структуирован с помощью событий, то есть в отличие от гипотетических единиц кодирования в ультра сенсорной памяти, автобиографическая память адекватна окружающей человека среде» [9, с.48]. У.Найссер предположил, что результат человеческого восприятия можно сравнить с гипотезой, которую человек формулирует с целью получения объяснения об информации из окружающего мира. Далее, исходя из собственного прошлого опыта, человек может подтвердить или же опровергнуть данную гипотезу.

Интересным представляется нам взгляд на проблему памяти З.Фрейда. В соответствии с собственной теорией о строении психического, он заострил свое внимание в основном на ошибках памяти. Объясняя феномен забывания, он доказал, что помимо временного фактора, существуют мотивационно обусловленные компоненты, природа которых лежит в области бессознательного. В том, случае, если воспоминание несет для субъекта травмирующий опыт, то оно может быть вытеснено из сферы сознания. Таким образом, З.Фрейд обращал внимание на возможные трансформации воспоминаний.

В отечественной психологической науке в рамках культурно-исторического подхода Л. С. Выготского, «организация автобиографической памяти как макросистемы, фиксирующей историю жизни личности, представляет собой новую форму интеграцию высших психических мнемических функций, опосредованных понятием «судьба»» [Цит. по 9, с.22]. На автобиографическую память накладывают отпечаток два процесса: социализация и индивидуализация, которые на протяжении всей жизни человека влияют на индивидуальную концепцию «судьбы».

Немаловажный вклад в исследование памяти внес С. Л. Рубинштейн, сформулировавший индуктивный закон, согласно которому «чем более заполненным и, значит, расчлененным на маленькие интервалы является отрезок времени, тем более длительным он представляется» [Цит. по 3, с.163]. Исходя из данного закона, можно проследить закономерность искажения психологического времени воспоминания прошедшего. Однако большая точность наблюдается в отображении последовательности событий. Этот факт отмечает и Е.А Громова: «…события, запечатлеваемые в нашей памяти, имеют определенную метку времени. Действительно, когда мы хотим вспомнить какой-то фрагмент нашей жизни из прошлого, мы можем определить, какое событие чему предшествовало, то есть с достаточной точностью можем восстановить хронологию событий, относившихся к отдаленному прошлому. Таким образом, хотя у человека и нет специального «временного» анализатора, подобно слуховому, зрительному, вкусовому, способность каким-то путем отсчитывать время существует» [4, с.22–23].

С. Л. Рубинштейн уделяет внимание понятию «жизненный путь», представляя его как некую целостность, но, в тоже время, состоящую из этапов, каждый из которых может стать поворотным в жизни личности. Каждый возрастной этап развития человека имеет важную роль в жизненном пути. По С. Л. Рубинштейну, человек может изменить собственную историю с помощью своих поступков и действий. Такого рода изменения будут являться «поворотными этапами» в жизни человека. С. Л. Рубинштейн называет их «поворотными событиями» и указывает на их влияние на историю формирования личности.

Современные отечественные исследователи (К. А. Абульханова-Славская, А. А. Кроник, Р. А. Ахмеров, Н. А. Логинова, И. С. Кон и др.) также уделяют свое внимание термину «жизненный путь личности». На наш взгляд, можно говорить о соотношении понятий «жизненный путь» и «автобиографическая память». Жизненный путь включает в себя конкретные жизненные события. «Время, последовательность и способ осуществления любого жизненного события, будь то вступление в брак или выход на пенсию, не менее важны, чем сам факт, что данное событие имело место» [7, с.282]

На сегодняшний день в России активно занимается изучением вопросов автобиографической памяти В. В. Нуркова. По ее мнению, автобиографическая память представляет собой вид памяти, который обеспечивает субъективное отражение пройденного человеком отрезка своего жизненного пути [9]. В. В. Нуркова подчеркивает, что в автобиографическую память включены автобиографически значимые события и состояния человека. «Единицами организации автобиографической памяти являются дискретные события, имеющие четыре аспекта существования, которые были объективированы нами как воспоминания о самом ярком, самом важном, переломном и характеризующим «суть личности» событиях жизни» [9, с.84]. Воспоминание о ярком событии всегда эмоционально и организовано по пространственно-временному принципу. Решающим фактором запечатления информации как о ярком событии является его чувственная насыщенность, а не значимость воспоминания для дальнейшей жизни, как в воспоминаниях о важном событии. Воспоминания о важном событии личностно значимы. Каждое такое событие погружено в смысловой контекст. «Основное содержание воспоминания о важном событии составляет описание результатов и последствий события, «взгляд на прошлое из сегодняшнего дня»» [9, с.91]. Таким образом, важное событие становится для человека автобиографическим опытом.

Именно содержание автобиографической памяти, представление о себе, исходя из собственных воспоминаний в различные периоды жизни, определяют уникальность и самоидентичность личности.

Итак, подводя итог сказанному, мы можем сделать вывод, что понятие автобиографической памяти вошло в психологическую науку относительно недавно. Хотя особенностями данного вида памяти (однако, не называя ее автобиографической) были заинтересованы многие авторы уже давно. И на сегодняшний день, исследование автобиографической памяти является актуальной и не достаточно изученной областью исследования.

Литература:

1.            Абульханова-Славсская, К. А. Стратегия жизни. — М., 1991.

2.            Бергсон, А. Собрание сочинений: В 4 т. Т.1: опыт о непосредственных данных сознания; материя и память. — М., 1992.

3.            Веккер Л. М. Психика и реальность: единая теория психических процессов. М.:Смысл, 1998.

4.            Громова, Е. А. Память и ее резервы. — М., 1983.

5.            Гуссерль, Э. Собрание сочинений. Том 1. Феноменология внутреннего сознания времени.- М., 1994.

6.            Зинчекно, П. И. Непроизвольное запоминание: избранные психологические труды. — М., 1996.

7.            Куликов, Л. В. Психология личности в трудах отечественных психологов.- СПб, 2009.

8.            Леонтьев, А. Н. Избранные психологические произведения: В 2-х т. Т.2. — М., 1983.

9.            Нуркова, В. В. Автобиографическая память (Структура, функции, механизмы): Дис…. канд. психол. наук: 19.00.01: Москва, 1998..

10.        Нуркова, В. В. Память. Общая психология. В 7 т.т.// Под ред. Б. С. Братуся. Т.3. М.:Академия, 2006.

11.        Рассел, Б. Человеческое познание: его сфера и границы. — М., 2000.

12.        Хайдеггер, М. Время и бытие. — М., 1993.

13.        Эббинггаусъ, Г. Основы психологии. Томъ 1 (пер. с нем. изд. со 2-го Г. А. Котляра)/ под ред.В. С. Серебреникова и Э. Л. Радлова. — С.-Петербург, 1911.

Основные термины (генерируются автоматически): автобиографическая память, воспоминание, время, память, событие, прошлое, настоящее, жизненный путь, первичная память, образ.

moluch.ru

Автобиографическая память — Википедия. Что такое Автобиографическая память

Автобиографическая память — специфическая разновидность декларативной памяти для фиксации, хранения, интерпретации и актуализации автобиографической информации.

Данный вид памяти невозможно однозначно отнести к одной из двух систем декларативной памяти — семантической или эпизодической (по классической классификации Э. Тульвинга), так как автобиографическая память обладает свойствами обеих этих систем — она содержит как знания человека о себе самом, так и воспоминания о событиях, которые происходили с этим человеком.

Функции

Выделяют три основные группы функций автобиографической памяти[1]:

  1. Интерсубъективные — связаны с жизнью человека в обществе. К таким функциям относятся:
    • достижение социальной солидарности или отторжения
    • передача личного опыта
    • формирование межличностных отношений
    • предсказание поведения других людей по аналогии с событиями своей жизни
    • эмпатия
  2. Интрасубъективные — связаны с личностной саморегуляцией. К ним относятся:
  3. Экзистенциальные — связанные с переживанием и пониманием своей уникальности. К ним относятся:
    • формирование идентичности
    • периодизация жизненного пути
    • самопознание
    • смыслообразование
    • самоопределение
    • культурная самоотнесенность
    • осознание собственной уникальности

Модель автобиографической памяти

Одной из наиболее полных моделей автобиографической памяти является предложенная М. Конвеем и К. Плейдел-Пирсом модель трёхкомпонентной структуры.[1] В рамках данной модели автобиографическая память делится на три уровня (в зависимости от уровня специфичности воспоминаний по отношению к конкретному моменту):

  • Периоды жизни — уровень включает в себя общие знания о значимых для человека окружающих людях, привычные местах, действиях, занятиях, планах и целях, характеризующих определенный период его жизни. Под периодами жизни здесь нужно понимать различные периоды времени с идентифицируемым началом и концом. На данном уровне, согласно модели, имеются общие знания о том или ином периоде жизни и о его длительности, при этом один хронологический период может содержать несколько жизненных периодов, связанных каждый со своим участком базы автобиографических знаний. Кроме того, различные жизненные периоды могут быть тематически связаны, формируя тем самым темы более высокого порядка (например «работа», «отношения» и т.д.).[2]
  • Общие события — на данном уровне знания более конкретны, нежели жизненные периоды, но при этом более неоднородны. Общие события охватывают как повторяющиеся эпизоды жизни (например, «вечерние прогулки в парке»), так и единичные моменты (например, «моя поездка в Париж»). Предполагается, что воспоминания, относящиеся к общим событиям, связаны со знаниями о достижении различных жизненных целей. Эти знания важны для человека, поскольку содержат важную информацию о нем самом и играют важную роль в формировании Я-концепции (например, воспоминания о том, как легко был приобретен определенный навык). Наиболее яркие воспоминания характерны для моментов достижения той или иной цели (или невозможности достичь её).[2]
  • Знания, присущие определенному моменту — четкая и детализованная информация о конкретных событиях, часто представленная в форме зрительных образов или иных сенсорно-перцептивных особенностей. Этот тип воспоминаний в большинстве случаев недолго хранится в памяти.[3] Исключениями являются знания о:
    1. Событиях, отмечающих начало пути к долгосрочной цели.
    2. Событиях, меняющих планы относительно первоначальных целей.
    3. Событиях, подтверждающих определенные убеждения и цели.
    4. Событиях прошлого, направляющих поведение человека в настоящий момент.

Три уровня данной модели иерархически организованы внутри базы автобиографических знаний, вместе они составляют общую историю жизни человека. Воспоминания, касающиеся периодов жизни, связаны с воспоминаниями об общих событиях, а те, в свою очередь, со знаниями, присущими определенному моменту. Когда определенный сигнал активирует иерархию базы автобиографических знаний, становятся доступными все три уровня знаний, и формируется автобиографическое воспоминание.[2]

Методы изучения

Дневниковый метод

Воспоминания могут быть неточными, так как важные детали непосредственного опыта часто забываются или искажаются в памяти.[4] Дневниковый метод позволяет обойти эти вопросы, так как для него набираются группы участников, которые долгое время (несколько недель или месяцев) делают записи о повседневных событиях, которые им запомнились. Таким образом можно собрать в достаточной степени соответствующую реальности выборку автобиографических воспоминаний. Позже эти истинные воспоминания можно включать в тестирования памяти, где реальные дневниковые записи сравниваются с фальсифицированными. Результаты подобных исследований говорят об уровне детализации воспоминаний, хранящихся в автобиографической памяти в течение длительного времени. Таким образом можно выделить особенности, делающие одни воспоминания более запоминающимися, нежели другие.[4][5]

Проба памяти

Данный метод первоначально был разработан Ф. Гальтоном в 1879 году. В пробе используется список слов, служащих подсказками для вызова в памяти тех или иных автобиографических воспоминаний, которые затем как можно более подробно пытается описать участник исследования.[6][7] Результаты затем могут быть использованы для улучшения понимания того, как вызвать в памяти то или иное автобиографическое воспоминание. Особенно актуальны такие исследования в случаях, связанных с повреждениями головного мозга или амнезиями.[8] Некоторые исследования подобного рода использовали в роли подсказок невербальные сигналы: запахи и визуальные образы. Исследователи Чу и Даунс обнаружили многочисленные свидетельства того, что запахи являются особенно эффективными стимулами для припоминания автобиографических воспоминаний. Связанные с запахами воспоминания о конкретных событиях оказывались более подробными и эмоционально насыщенными, нежели воспоминания, связанные с вербальными, визуальными и прочими не связанными с запахами стимулами.[9]

Роль человека в воспоминаниях

Часто при вспоминании определенных событий люди вновь видят связанные с этими событиями зрительные образы. Важной характеристикой этих образов является роль, которую в них занимает сам человек.[10] Существует две основные роли:

  • Участник — человек не видит в поле зрения самого себя, когда вспоминает это событие.[11] Он видит ситуацию так же, как видел её раньше собственными глазами, то есть поле зрения человека в воспоминании соответствует полю зрения в первоначальной ситуации.
  • Наблюдатель — человек вспоминает ситуацию с позиции наблюдателя, не участвующего в действии, то есть видит всю ситуация и себя в ней с внешней точки зрения.[11] Конкретные характеристики пространственного положения этой точки очень различны, часто она отличается в различных воспоминаниях.

Роли участника и наблюдателя иначе называются «дорефлексивной» и «рефлексивной» соответственно. Достоверно известно, что при воспроизведении воспоминаний с дорефлексивной и рефлексивной точек зрения активируются разные участки мозга.[12]

Точность автобиографической памяти

Экспериментально подтверждено, что автобиографическая память может легко подвергаться искажениям. Одно из исследований, где изучался этот феномен, принадлежит Э. Лофтус: участниками были пары братьев и сестер, в которых старший сиблинг рассказывал младшему про случай из детства, которого на самом деле не происходило. Через некоторое время в ходе проверки памяти у младших сиблингов было обнаружено, что до 25 % испытуемых после подобной процедуры считали вымышленные события реальными детскими воспоминаниями[13].

Для внушения ложных содержаний памяти разработаны различные приемы. В частности, доказано, что наиболее сильный внушающий эффект оказывают фотографии. Их визуальная очевидность заставляет испытуемых искажать свои автобиографические воспоминания.

Пример: в работе К. Уэйд, М. Марри, Дж. Рида и Д. Линдсея с помощью графического редактора Photoshop изменяли детские фотографии испытуемых, помещая на фотографию воздушный шар. После, рассматривая фотографии и видя среди них подделку, около 50 % испытуемых в подробностях описывали данный момент своей биографии. При этом когда им рассказывали о фальсификации, они отказывались признавать данный факт и продолжали считать воспоминание правдивым. Этот эффект достигается за счет диссонанса между авторитетным источником, в котором говорится о факте из жизни человека, и отсутствием данного воспоминания в собственной биографии. Чтобы разрешить ситуацию диссонанса, сознание создает ложное воспоминание и встраивает его в автобиографическую память, поэтому ложное воспоминание кажется знакомым. Схожий эффект наблюдается в тех случаях, когда люди, занимающиеся творческой деятельностью, неосознанно принимают чужой опыт за свой собственный, например, некоторые писатели воспринимают события из жизни своих героев так, словно сами переживали нечто подобное[1].

Забывание в автобиографической памяти

В соответствии с основными закономерностями памяти события далекого прошлого постепенно должны забываться, уступая место недавним воспоминаниям. Подобные закономерности действительно характерны для автобиографической памяти, но в отличие от других видов долговременной памяти, эти закономерности оказывают существенное влияние на автобиографические воспоминания лишь в течение приблизительно одного года. Если рассматривать более длительные периоды времени, можно видеть иные свойства, присущие автобиографической памяти[1].

В частности, был описан эффект «пика» воспоминаний. Описанный впервые Д. Рубиным, С. Ветцлером и Р. Небисом, он заключается в том, что взрослые люди вспоминают гораздо больше событий, которые относятся к юности. При этом можно отметить что обычно положительные воспоминания преобладают, тогда как негативные менее выражены и быстрее забываются. Явление эффекта «пика» связывают с понятием идентичности: автобиографическая память важна для поддержания и формирования идентичности, поэтому можно предположить что события юности, запоминаются лучше, так как в этот возрастной период формируется «первая» самостоятельная идентичность. Опыт, полученный в юности, запоминается лучше из-за новизны и эмоциональной насыщенности, поэтому такие моменты становятся «опорными точками памяти»[14].

Существует мнение, утверждающее, что за эффектом «пика» стоят не только универсальные, но и индивидуальные факторы[15]. Идентичность постоянно формируется, она не достигается раз и навсегда, а «опорные точки памяти» считаются прерыванием идентичности. Эти моменты «прерванной идентичности» остаются в воспоминаниях как переломные события жизни, впоследствии в воспоминаниях этим событиям приписывается высокая значимость. Поскольку переломные события воспринимаются субъектом как маркер для определения такого состояния, как «прерванная идентичность», концентрация важных событий вокруг переломного момента обеспечивает максимальный доступ к содержанию памяти о тех периодах жизни, в которые происходило переопределение идентичности человека.

Примечания

  1. 1 2 3 4 Нуркова В. В. Общая психология в семи томах. Том 3. Память. — Москва, Россия: Издательский центр «Академия», 2006. — С. 213—240. — 320 с. — ISBN 5-7695-2420-0.
  2. 1 2 3 Conway, M. A.; Pleydell-Pearce, C. W. (2000). «The construction of autobiographical memories in the self-memory system». Psychological Review № 107 (2): 261–288.
  3. ↑ Pillemer, D. B. (2001). «Momentous events and the life story». Review of General Psychology № 5 (2): 123–134.
  4. 1 2 Conway, M. A.; Collins, A. F.; Gathercole, S. E.; Anderson, S. J. (1996). «Recollections of true and false autobiographical memories». Journal of Experimental Psychology: General 125 (1): 69–95.
  5. ↑ Barclay, C. R.; Wellman, H. M. (1986). «Accuracies and inaccuracies in autobiographical memories». Journal of Memory and Language № 25 (1): 93–103. doi: 10.1016/0749-596x(86)90023-9
  6. ↑ Galton, F (1879). «Psychometric experiments». Brain: A Journal of Neurology № 2: 149—162.
  7. ↑ Rubin, D. C. (Ed.). (1986) Autobiographical memory. New York: Cambridge University Press.
  8. ↑ Zola-Morgan, S.; Cohen, N. J.; Squire, L. R. (1983). «Recall of remote episodic memory in amnesia». Neuropsychologia № 21 (5): 487—500.
  9. ↑ Chu, S.; Downes, J. J. (2002). «Proust nose best: Odors are better cues of autobiographical memory». Memory and Cognition № 30: 511—518.
  10. ↑ Rice, Heather J.; Rubin, David C. (September 2011). «Remembering from any angle: The flexibility of visual perspective during retrieval» Consciousness and Cognition № 20: 568—577.
  11. 1 2 Nigro, Georgia; Neisser, Ulric (October 1983). «Point of view in personal memories». Cognitive Psychology № 15: 467—482.
  12. ↑ Tagini, Angela; Raffone, Antonino (September 2009). «The ‘I’ and the ‘Me’ in self-referential awareness: a neurocognitive hypothesis». Cognitive Processing № 11: 9—20.
  13. Loftus, E. F., Ketcham, K. The Myth of Repressed Memory. — N.Y., 1994.
  14. Shum, M. S. The role of temporal landmarks in the autobiographical memory processes // Psychological Bulletin. — 1998. — № 124.
  15. Нуркова В. В. Автобиографическая память: «Сгущения» в субъективной картине прошлоrо / В. В. Нуркова, О. В. Митина. — Психолоrический журнал. — 2005. — С. 22–33.

Литература по теме

  1. Алюшева А. Р. Культурная детерминация структуры автобиографической памяти. Дисс. кандидата психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2015. 192 с. URL: http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  2. Василенко Д. А. Автобиографическая память как конструктивный процесс. Дисс. кандидата психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2017. 410 с. URL: http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  3. Нуркова В. В. Культурно-исторический подход к автобиографической памяти. Реферат дисс. доктора психол. наук. Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. – М.: 2009. 50 с. URL: http://www.psy.msu.ru (дата обращения: 02.10.2018)
  4. Нуркова В. В. Общая психология. Память. Под редакцией Б. С. Братуся. Т. 3. М.: Академия, 2006, — 320 с.
  5. Нуркова В. В., Березанская Н. Б. Психология. Учебник. М.: Юрайт, 2004, — 484 с.
  6. Когнитивная психология памяти / Под ред. Ульриха Найсера, Айры Хаймен. М., 2005.
  7. Нуркова В. В. Свершенное продолжается: психология автобиографической памяти личности / В. В. Нуркова. М., 2000.
  8. Нуркова В. В. Зеркало с памятью : культурно-исторический анализ феномена фотоrрафии / В. В. Нуркова. М., 2005.
  9. Нуркова В. В. Автобиографическая память: «сгущения» В субъективной картине прошлоrо / В. В. Нуркова, О. В. Митина // Психолоrический журнал. 2005. Т. 26. № 2.
  10. Conway М. А., Pleydell-Pearce С. W The Construction of Autobiographical Memories in the Self-Memory System // Psychological Review. 2000. Vol. 107. № 2.
  11. Neisser U. Snapshots or benchmarks? // Memory observed / u. Neisser. San Francisco, 1982.
  12. Schacter D. L. Searching for memory: The brain, the mind, and the past. N. Y., 1996.

wiki.sc

Разное

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о