Бенедикт в мире: Яйца бенедикт: из чего состоит любимое всеми блюдо для завтрака

Яйца бенедикт: из чего состоит любимое всеми блюдо для завтрака

Теофила Сокол, владелица и шеф-повар кафе Table, известного своими завтраками, рассказала «Афише Daily» о том, из чего состоит бенедикт, где придумали блюдо и почему соус в нем называется голландским.

Яйцо бенедикт

Многие путают яйцо бенедикт и яйцо пашот. Если коротко, то одно — часть другого. Пашот — способ приготовления яйца, а бенедикт — полноценное блюдо, где на английском маффине лежит то самое яйцо пашот, бекон и голландский соус.

Стоит отметить, что существуют вариации. Например, яйцо флорентин — тот же бенедикт, но вместо бекона кладут шпинат, а в яйце рояль — лосось. Неправильно просить яйцо бенедикт с лососем — это тавтология, то есть вы заказываете бенедикт с беконом и дополнительно просите положить лосось. Мне не жалко, но давайте уважать традиции.

В России маффинов нет

В Москве вам нигде не приготовят, что называется, каноничный бенедикт, потому что вы не найдете в продаже английский маффин. Больше всего их пекут в Англии, в Америке, активно используют маффины в Португалии, где их буквально запихивают в каждый завтрак. Собственно, оттуда английский маффин породил кучу вариаций, взять хотя бы самый знаменитый завтрак в «Макдоналдсе».

В России часто используют булочки, напоминающие бриошь. Поскольку тесто сдобное, сладкое, то к маффину это имеет очень опосредованное отношение. Кто‑то делает на булочках для бургера, кто‑то на пресных венских вафлях, кто‑то делает на толстом панкейке с легкой хлебной текстурой. Конечно, бенедикт можно сделать хоть на маце, но нужно ли? Я придерживаюсь определенной строгости в классике, люди годами выверяли рецепт, который в конечном итоге всегда получается лучше.

Не из каждого яйца получится пашот

Еще раз, пашот — это всего лишь яйцо, сваренное в кипящей воде без скорлупы. Чтобы яйцо не расползлось, в воду предварительно добавляют небольшое количество столового уксуса и затем раскручивают воронку. Если упростить, то это простое яйцо всмятку без скорлупы, которое обрело другую форму.

Идеальный пашот получается из яиц категории «экстра». Из любого яйца сварить пашот не получится — часть белка может растечься, — получится яйцо-осьминог. После варки важно обдать яйцо холодной водой. Уксусный запах и вкус не получится задавить никаким соусом. Кислое яйцо — кислое лицо.

Яйцо пашот идеально, когда при разрыве белка ножом желток растекается. Это не только красиво, но и вкусно. Иначе все эти закручивания не стоили бы таких усилий. Яйцо недоварено, если внутри белок получился неприятной сопливой текстуры. Когда яйцо переварено, края желтка будут загустевшими. Если вам захотелось дома приготовить себе вариацию Бенедикта с тем же голландским соусом и беконом, то допустимо сварить яйцо в мешочек, аккуратно очистить и положить рядом. Очень грубо говоря, это то же самое.

Голландский соус — не голландский

Соус появился во Франции в XVIII веке еще до Огюста Эскофье, который задокументировал всю классику французской кухни. Но назвали его голландским уже после Первой мировой войны, когда французы по экономическим соображениям начали экспортировать яйца и масло из Голландии. До сих пор возникают споры, входит ли голландез в список знаменитых «материнских соусов». Но если согласиться, что их всего четыре (бешамель, велюте, испанский и томатный), то голландский будет пятым.

Правильно приготовить голландез почти искусство. Начинается все с винной редукции — лук-шалот с винным уксусом выпаривается на среднем огне. В это время взбиваются желтки на водяной бане. Важно, чтобы миска и сотейник были соразмерны. Если кастрюли больше, то желтки быстро свернутся. Соус взбивается безостановочно. Затем добавляется винная редукция и по чуть-чуть вливается топленое сливочное масло, в идеале очищенное.

Цвет соуса не должен быть слишком желтым или, наоборот, бледным. Обратите внимание на текстуру, она должна быть достаточно тягучей и в меру густой. Визуальную текстуру можно сравнить с густым кефиром или питьевым йогуртом. Идеальный вкус голландского соуса — чуть кислый и сливочный. В России умудряются сделать голландез сладким или перенасытить его жиром. Да, это жирный соус, но на вкус он должен ощущаться воздушным.

Если на соусе есть пена, значит, его готовили погружным блендером. Готовить лучше вручную, а блендером лишь освежать. Знаю, что некоторые повара упражняются в приготовлении этого соуса су-вид. Но я думаю, для этого нужно обладать таким колоссальным уровнем лени.

Бекон

Я не верю, что в России есть хорошие продукты из свинины, в том числе и бекон. Мне не нравится ни один бренд, представленный на российском рынке. Лучший бекон, который я пробовала в своей жизни, был в Англии.

В беконе достаточно собственного жира, не стоит жарить его в масле. В идеале его можно положить под яйцо или рядом. Везде бекон кладут по-разному, но в конкретном случае от перемены мест слагаемых вкус не меняется.

Яйцо флорентин

Это блюдо для вегетарианцев, но не для веганов, в соусе есть яйца. На сковороде пассируется примерно 200 грамм шпината, после чего выкладывается на хлеб, затем яйцо пашот, и заливается соусом. Рекомендую всем, кто не верит в качество российской свинины так же, как и я.

Яйцо рояль

Надо понимать, что незамороженного лосося в Москве нет, какие бы сказки вам ни говорили в ресторане. В лучшем случае это будет первичная заморозка, которую успели за очень-очень дорого привезти и продать. В худшем случае это будет камень, которым на рынке можно и убить.

В России безумно дорогая рыба, примерно вся. Цена обусловлена плохой логистикой. Настоятельно рекомендую всем, кто работает с рыбой, самостоятельно ее засаливать. Никогда не покупайте готовый засол на рынке или в магазине. Это мнимая экономия, которая ощущается и на вкус. Потребитель почувствует разницу и больше не придет, а владелец ресторана потеряет гостя.

Выбирайте, что есть

В России начинают появляться неплохие продукты, и нужно уметь выбирать, как говорится, лучшее из худшего. Разбираться в качественной еде — важно. Какой хлеб мы едим, какую свинину предпочитаем, то же самое с яйцами. Можно бесконечно рекламировать свои супержелтые и огромные желтки, но странно их беречь только для пашотов и использовать более дешевые категории яиц для скрэмбла.

Важно понимать, как твой организм реагирует на тот или иной продукт. Почувствовали себя нехорошо? Не спешите проклинать поваров, возможно, у вас проблемы с ферментами поджелудочной железы, которая просто не справляется и не может переварить такой жировой удар. И бенедикт, и флорентин, и рояль — все это жирные блюда. И шпинат ситуацию не очень-то и спасает. Всегда думайте о том, что вы едите.

Пашот или Бенедикт? — Business FM

Не знаю, друзья, показалось мне или нет, но в последнее время в Уфе вдруг стала популярна тема завтраков. Ну, а какой же завтрак без яиц? А вот разновидностей способов их приготовления великое множество. Но, пожалуй, самые модные и востребованные – пашот и Бенедикт!

Итак, пашот и Бенедикт. Некоторые ошибочно думают, что это два названия одного и того же блюда. Отнюдь! Яйцо пашот появилось гораздо раньше. Уже в XIV веке французские повара начали готовить яйцо, сваренное без скорлупы. Этим блюдом лакомилась вся французская элита. Есть две версии происхождения названия: от французского oeufs pochés (дословно «яйцо, ошпаренное кипятком») или pochette, означающее «мешочек». Впрочем, обе версии близки к сути. И не было никакого месье Пашот, именем которого назвали такой способ приготовления.

А вот с Бенедиктом немного другая история. Есть как минимум три версии появления этого блюда, впрочем, все три родом из Нью-Йорка.

По одной из версий, в одно ясное утро 1894 года американский брокер по имени Лемюэль Бенедикт, страдая от последствий вчерашней вечеринки, брел по Пятой авеню и вдруг решил, что лекарство от недуга найдет в отеле «Уолдорф-Астория». Брокер, несмотря на больную этим утром голову, оказался творческим малым и заказал «тосты с маслом, два вареных яйца без скорлупы, бекон и голландский соус». Блюдо несказанно впечатлило метрдотеля ресторана Оскара Чирки, который впоследствии внес его в утреннее и обеденное меню. Спустя почти полвека, в 1942 году, Лемюэль поведал эту историю в интервью журналу «Нью-Йоркер».

Вторая версия утверждает, что рецепт блюда изобрел сам О. Чирки – метрдотель ресторана. Правда, вместо тостов он использовал английскую дрожжевую булочку, а вместо бекона – ветчину.

По другой версии, яйца Бенедикт придумал шеф-повар ресторана Delmonico’s в Нью-Йорке для мистера и миссис Бенедикт, его частых посетителей. Однажды мистер Бенедикт, уже знакомый со всеми блюдами в меню ресторана, сказал метрдотелю: «Не могли бы вы предложить нам что-нибудь новенькое?». В ответ они получили вареные яйца на тосте с тонким ломтиком ветчины, голландским соусом и трюфелями сверху.

Получается, что блюдо Бенедикт было изобретено почти на пять веков позже, и яйцо пашот является лишь составной его частью.

А еще, друзья, яйца пашот и Бенедикт обязательно будут в меню нового концептуального проекта, кафе «Будильник», который буквально на днях, в двадцатых числах сентября, запускают Вита Конюх и Наташа Овчиникова. Основной нового заведения станет завтрак. В меню будут представлены завтраки со всего мира. Так что я желаю вам новых гастрономических впечатлений и хорошего аппетита!

Бенедикт XV. Апостол мира на мировой войне — Вестник Европы

Автор:  Зазулина Наталия
Темы:  История
28. 05.2016

Источник

«Блаженны миротворцы»

30 октября 2015 года в Атриуме Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы имени М.И. Рудомино, в рамках проекта «Блаженны миротворцы», инициированного покойной Е.Ю. Гениевой, генеральным директором библиотеки, состоялось торжественное открытие памятника папе римскому Бенедикту XV работы скульптора, народного художника России А.Н. Бурганова.

Церемонию открыли новый генеральный директор ВГБИЛ В.В. Дуда, папский Нунций, его высокопреосвященство архиепископ Иван Юркович и президент регионального совета провинции Тоскана Eugenio Giani.

Сегодня личность папы римского Бенедикта XV приобретает особое значение не только в связи с мемориальными событиями, посвященными 100-летию Первой мировой войны, но и в связи с ощущаемой всеми растущей угрозой всеобщему миру.

Посвящается памяти Е.Ю. Гениевой, создавшей проект «Блаженны миротворцы»

За 10  лет до войны

Папа Лев XIII, до избрания кардинал Винченцо Джоакино Рафаэлле Луиджи, граф Печч — разносторонне образованный полиглот, свободно говоривший на нескольких языках, изучавший теологию и право в университетах Рима и Витербо, имевший в 26 лет три докторские степени — богословия, гражданского и канонического права. В 33 года будущий папа Лев XIII стал епископом, а в 44 — кардиналом и, громко заявив о себе на 1-м Ватиканском соборе, более не исчезал с небосклона Святого престола. Лев XIII первый папа, избранный после объединения Италии в 1870 г., заставил не только Европу, но и весь христианский мир видеть в нем не лишенного власти светского государя, а главу миллионов католиков. При этом понтифик, не признавая присоединения Рима к Италии, объявил себя «узником Ватикана». Не покидая Ватиканского холма, пользуясь средствами связи конца XIX — начала XX века, невиданно возвысил значение папства. Своим личным прелатом он сделал авторитетного немецкого историка Иоганна Янсена, одного из основателей ультрамонтанства[1]. Лев XIII не боялся ярких личностей, напротив, всячески приближал и продвигал их. Государственным секретарем Св.Престола стал 44-летний кардинал Мариано Рамполла, маркиз дель Тиндаро. Этот блестящий дипломат и доктор юриспруденции, золотой медалист Папского Григорианского университета и Папской академии духовной знати весь период понтификата Льва XIII отвечал за внешнюю и внутреннюю политику.

За четверть века пребывания Льва XIII на троне Святого Петра папа и его госсекретарь совершили чудо, создав посреди тотального наступления атеизма новую модель папского служения, в условиях изоляции понтифика расширили влияние и авторитет католической церкви.

В 1900 году художник-портретист Филип Алексис де Ласло пишет в Риме два портрета — папы Льва XIII и кардинала Рамполлы.

На Всемирной выставке в Париже в 1900 году портрет понтифика получил года Большую золотую медаль. И сегодня эти два портрета — одни из самых удивительных изображений князей церкви на сломе веков, а в ракурсе драмы, разыгравшейся через три года на конклаве, еще более любопытны.

Как далекий от политики и католической веры, тридцатилетний Филип де Ласло разгадал характеры этих двух людей? Откуда в 1900-м ему было знать, что добровольный «узник Ватикана», этот почтенный старец, и кардинал Рамполла, за двадцать три года понтификата Льва XIII совершили невозможное: Святой Престол в Ватикане, после утраты папой светской власти, стал одним из политических центров не только Европы, но и всего мира.

Каким чутьем сын ткача-иудея из Будапешта понял и так запечатлел на холсте двух самых влиятельных фигур христианского мира — Льва XIII и кардинала Мариано Рамполла?! Горящие огнем глаза кардинала, — это и огонь его служения, и огонь его личности и сжигающий его изнутри огонь жажды власти, которой он уже де-факто располагает, но обернется пепелищем и тщетой надежд.

С XVI века три католические державы — Испания, Франция и Св.Римская империя имели право вето — «Jas Exclusivae» (Право на исключение), т.е. светского вмешательства извне в выборы римских пап на конклавах. После исчезновения Священной Римской империи это право перешло к Австро-Венгрии. Право вето озвучивалось на конклавах 16 раз, через кардинала, представлявшего одну из трех стран. Вето нельзя было накладывать на уже выбранного кандидата, а лишь на явно набиравшего наибольшее количество голосов перед следующим туром и нежелательного для одной из трех стран.

В 1903 году уже семидесятитрехлетний император Австро-Венгрии Франц Иосиф наложил вето на избрание кардинала Мариано Рамполлы папой Римским. Для выполнения своей воли Франц Иосиф избрал иезуита, князя-епископа Кракова кардинала Яна Мауриция Пузина. Конклав 1903 года открылся в Сикстинской капелле 31 июля, и мало кто сомневался в избрании кардинала Рамполлы, самого опытного и авторитетного князя церкви.

Но усиление политического веса Святого Престола не входило в планы ревностного католика Франца Иосифа.

Европа тем временем неминуемо скатывалась к войне. И один из главных сторонников решения вопросов путем военной силы, и также ревностный последователь иосифизма Франц Иосиф не хотел слышать одергиваний из Ватикана, тем паче — быть отлученным от церкви. За прошедшие годы австрийский император хорошо изучил кардинала Рамполлу и знал, что этот политик в сутане, последнее десятилетие по сути и управлявший всем католическим миром от имени Льва XIII, при случае не дрогнет.

Строгий в вопросах уважения постулатов веры, в целом Лев XIII был человеком высокой культуры и большой широты взглядов, либералом, тонко чувствовавшим перемены в мире, которые несет прогресс и развитие экономики. Впервые социально-экономические вопросы жизни людей, его паствы приобрели первостепенное значение и стали занимать в его проповедях и энцикликах (которых он издал — 88!), не меньше места, нежели вопросы веры. Лев XIII и кардинал Рамполла утверждали, что именно социально-экономическое положение народов определяет международную политику в стремительно меняющемся мире, и главам государств и правительств, лидерам партий необходимо уделять этому должное внимание. И все это согласуется с учением Христа!

15.05.1891 года Лев XIII издает энциклику «Rerum novarum», где сформулировал первые тезисы римско-католической социальной доктрины, которую его преемники модифицируют и дополняют по сей день. В 1991 году, к 100-летию ее издания, папа Иоанн-Павел II, не меняя смысла и основополагающих постулатов, развил ее идеи в своей «Centensimus annus».

В 1891-м Лев XIII приветствовал Международного бюро мира, созданного в Риме по итогам работы Международного конгресса мира, первым председателем которого стал датский писатель и политик Фредерик Байер. Папа Лев XIII опередил Франклина Рузвельта, сказавшего про «Капитал» Маркса: «…Мы эту умную книгу одним коммунистам не отдадим!»[2], словами: «В этом сложном труде слишком много интересных и горьких истин, чтобы они могли быть оружием лишь против нас. Эти знания могут быть и нашим оружием!»[3]

Впервые Лев XIII прочитал «Капитал» на немецком языке в 1871-м, а затем в 1879-м, когда труд К.Маркса был переведен на итальянский язык в популярном изложении анархо-коммуниста Карло Кафьеро.

Лев XIII обращался к монархам и правительствам, политическим, экономическим и интеллектуальным элитам, напоминая об их ответственности перед Богом за земные дела, в случае если их земные дела обернутся военным или социальным катаклизмом. Едва ли не чаще других в обращении понтифика звучало слово «плюрализм».

«Узник Ватикана» Лев XIII не уставал указывать, что число социалистических обществ различных направлений и степень радикализации растет по Европе тысячами, и с этим нельзя не считаться.

Убийство короля Умберто I было местью анархиста Г.Бреши за расстрел мирной демонстрации в Милане в мае 1898 года. Понтифик снова указывал власть предержащим, что бессмысленная жестокость порождает новую агрессию, а усиленная постулатами марксизма становится серьезной политической силой.

Но все мирные посылы Ватикана расходились с планами сильных мира сего о переделе колоний и рынков сбыта, с гегемонным стремлением Германии потеснить Британию на среднем Востоке, франко-германскими противоречиями в Эльзасе и Лотарингии, «неминуемым столкновением России с Австро-Венгрией на Балканах»[4]. Таким было начало XX века.

 

* * *

Когда 20.07.1903 года Лев XIII скончался, император Франц Иосиф сделал все от него зависящее, чтобы последователь папы, а скорее всего, и реальный соавтор энциклик 1902 года, да и многих других, кардинал Рамполла не занял престол Св.Петра.

После трех голосований, когда все были уверены в победе госсекретаря Ватикана, от имени австрийского императора кардинал Ян Пузина наложил вето на его кандидатуру. Император Франц-Иосиф держал свои планы в тайне, и конклав не ожидал вмешательства монарха Австро-Венгрии. Казалось, все думали только о войне, конклав 1903 обещал быть быстрым, и поэтому никто не был готов к случившемуся.

Кардинал Рамполла безуспешно протестовал против вмешательства светских властей, заявив: «…я сожалею, что светской властью в вопросе избрания папы нанесен столь серьезный удар свободе Церкви и достоинству Святой кардинальской коллегии…»[5] 

Император Франц Иосиф сыграл на внезапности.

Конклав был смят, и, как это часто бывает в подобных случаях, наибольший шанс получил аутсайдер, меньше всего ожидавший папской тиары: шестидесятивосьмилетний патриарх Венеции Джузеппе Мелькиоре Сарто.

Кардинал Рамполла отказался снять свою кандидатуру, еще рассчитывая на оскорбленное самолюбие Коллегии кардиналов. Но выборщики конклава лишь выразили недовольство посланцу Франца Иосифа и подчинились.

Император Австро-Венгрии был единственный католический государь, с которым после 1870 года, после потери светской власти у Ватикана не было проблем, и 04. 08.1903 г. папой стал патриарх Венеции, взявший имя Пий X.

В тот же день, 4 августа, новый понтифик уволил без последующего назначения с поста госсекретаря Ватикана кардинала Рамполлу и поставил на его место не имевшего никакого политического опыта 38-летнего испанского кардинала Рафаэля Мерри дель Валь-и-Сулуэта.

 

* * *

Пий X и кардинал Мерри дель Валь были сторонниками продолжения консервативной политики римско-католической церкви и откровенно чужды всякой международной деятельности. Если Лев XIII и кардинал Рамполла мыслили категориями европейского масштаба, то Пий X считал их деятельность бесполезной. При Пие X к власти в Ватикане пришли люди, не готовые ни к какой политической деятельности, обязанные своим возвышением ордену иезуитов, которому новый понтифик был признателен.

Главной заботой Пия X была борьба с модернизмом, для чего, исходя из примера Средневековья, он создал специальную организацию для сбора доносов на подозреваемых в этой «ереси XX века». Подобные шаги понтифика быстро уничтожили унаследованный от Льва XIII авторитет международного арбитра в церковных и политических вопросах.

За время понтификата Пия X прошли Балканские войны и Итало-турецкая война, где впервые были применены радио, авиация и бронеавтомобили, но занятый борьбой с ересью папа, не увидел за этими конфликтами приближения более страшного несчастья для Европы и мира.  

ВЫСТРЕЛ В САРАЕВО 

Выстрел в Сараево стал для мира точкой невозврата. Декан трибунала Священной Римской Роты кардинал Микеле Лега вспоминал, что известие о начале Первой мировой войны и объявления военных действий странами друг другу Пий X выслушивал спокойно и даже равнодушно, как прогноз погоды. Всего за десять дней, с 28 июля по 6 августа 1914 года, Австро-Венгрия, Сербия, Россия, Люксембург, Бельгия, Германия, Франция и Великобритания оказались втянутыми в военный конфликт.

20.08.1914 года, после десяти лет понтификата и меньше чем через месяц после начала войны Пий X умер, ему было 79 лет. Похоронен в Соборе Св.Петра. Мир не заметил его ухода и никак не отреагировал на него. Но пути Господни неисповедимы, и в 1951г. папа римский Пий XII возвел Пия X в ранг блаженных, а в 1954 г. объявил его Святым.

Лев XIII не удостоился подобной чести даже от Иоанна-Павла II , который во многом скопировал его понтификат. Лев XIII и в наши дни выглядит слишком передовым пастырем для «истинного католицизма».

БЕНЕДИКТ XV

Избрание Бенедикта XV проходило в самом начале Первой мировой войны.

Собравшиеся в конце августа 1914 года в Ватикане на конклав кардиналы — представители воюющих сторон ухватились за соломинку, им была нужна хотя бы тень Рамполлы. Папой выбрали архиепископа Болоньи, маркиза Джакомо делла Кьеза, всего три месяца бывшего кардиналом, но много лет работавшего под началом кардинала Рамполлы и обладавшего солидным дипломатическим опытом.

Личность понтифика отделена от мира так, как не отделена от мира личность ни одного монарха на Земле.  

Три года отделявшие воюющую Россию от революции 1917 года, не оставили нам, за исключением редких писем-докладов российских послов в Италии, Ватикане и других странах Европы, никаких других свидетельств о личности Бенедикта XV. Советская историография и публицистика были категорично немногословны в описании Первой мировой войны, отгородившись от нее термином «империалистическая». Как будто этот термин что-то меняет или делает ее последствия менее катастрофическими для России, и для всего мира. Также не был избалован вниманием и честным подходом советских историков Ватикан, и вся история папства, оказавшаяся в стане идеологических врагов СССР[6].

 

* * *

3 сентября 1914 года с балкона собора Св. Петра прозвучало: Habemus Papam! После десятилетия правления крестьянина Пия X Святой Престол занял аристократ, представитель «черной знати». Папа Каллист II принадлежал к семье дела Кьеза. Папа Иннокентий VII принадлежал к роду матери Бенедикта XV Джованны Мальорати. Ватикан было трудно удивить древностью рода понтификов, а посреди разрастающейся войны это и подавно уже не имело былого значения.

В 1914 году Святой Престол имел дипломатические отношения с четырнадцатью государствами, но и эти легаты были лишь второстепенными наблюдателями, а не влиятельными дипломатами. Первым шагом нового понтифика явился перенос церемонии инаугурации из собора Св.Петра в маленькую Сикстинскую капеллу. Накануне инаугурации стало известно о бомбардировке и разрушении Реймского собора, и новый папа отказался от положенной ему традиционной пышности и почестей. Тогда этот его шаг оставили без внимания. Бенедикт XV направил к архиепископу Реймса, французскому кардиналу Луи-Анри Жозефу Люсону, своего представителя со словами поддержки и отправил письмо кайзеру Германии с осуждением этого неслыханного варварства.

В первую неделю после инаугурации Бенедикт XV направил письма монархам и главам правительств воюющих стран с призывом остановить боевые действия и начать мирные переговоры. В те дни предметом его особой заботы стала оккупированная в августе Бельгия, и папа направил бельгийскому кардиналу Мерсье особое послание «Сum de fidelibus», со словами поддержки и сочувствия и стал собирать средства для университета в Левене, подвергшегося особо жестокому разгрому немецкими войсками.

О разгроме Левена (или Лувена) хочется сказать особо. Этот средневековый город, находившийся на дороге между Льежем и Брюсселем, был известен своим старинным университетом, основанным в 1426 году, и библиотекой, не имевшей себе равных в мире. Библиотека левенского университета насчитывала 230 тысяч томов, а также славилась знаменитой коллекцией средневековых манускриптов и более чем тысячью инкунабул. (Инкунабула — книги изданные в Европе от начала книгопечатания до 01.01.1501г. Тиражи этих изданий были от 100 до 300 экз. Некоторые инкунабулы в библиотеке лувенского университета считались единственными в мире.)

Помимо университета, с его уникальным книжным собранием, в Ливене были разрушены и сгорели жемчужина готического искусства — городская ратуша, церковь Святого Петра, алтарь которой украшали работы Дирека Бута; погибло множество мирных жителей.

Уже в первом апостольском послании от 8 сентября 1914 г. «Ubi perculum», направленном католикам всего мира, понтифик призывал свою паству способствовать установлению мира. Говоря о сожжении уникальной библиотеки, Бенедикт XV назвал это не только войной с мирным населением, но и с последующими поколениями. Слова понтифика о поколениях, которые уже не прочтут книг лувенской библиотеки, настолько потрясли 52-летнего нобелевского лауреата Мориса Метерлинка, что он тотчас же отправился добровольцем во Французский иностранный легион. Близорукий писатель и философ работал писарем, читал легионерам лекции о европейской культуре, однако уже ничего не мог писать сам.

В «Ubi perculum» понтифик объявил о строгом нейтралитете Святого Престола в условиях войны. Но было ли это возможно?! Первое обращение в защиту Бельгии возымело действие. После выступления римского первосвященника глава немецкой пропаганды Маттиас Эрцбергер признавал, что Бельгия «…подняла против Германии почти весь мир». Положение не исправили не опубликованная в СМИ телеграмма кайзера Вильгельма президенту США В.Вильсону со словами сожаления, ни организованный М.Эрцбергером «Манифест ко всему цивилизованному миру», который подписали девяносто три интеллектуалов Германии в поддержку действий немецкой армии. В этом «Манифесте 93-х» варварство и жестокость германских войск оправдали беллетрист Герман Зудерман, философ Генрих Геккель, композитор Энгельберт Гумпердинк, архитектор Людвиг Хофман, лауреаты Нобелевской премии — выдающиеся физики Конрад Рентген, Филипп фон Ленард и Макс Планк, химик Фриц Хабер, основоположник химиотерапии Пауль Эрлих, создатель противодифтерийной сыворотки Адольф фон Беринг, драматург Герхарт Гауптман и многие другие. Среди подписавших манифест был организатор фестиваля в Байрейте, сын Р.Вагнера и внук Ф.Листа, композитор Зигфрид Вагнер, а также создатель первого Зальцбургского фестиваля Макс Рейнгардт.

Но, как писала The Times: «обвинение папы Римского и зола Лувенской библиотеки взывали громче»[7].

Шовинистическая истерия именитых коллег удивила Альберта Эйнштейна, писавшего в эти дни своему другу: «Европа, обезумев, совершила что-то невероятное. Такие времена показывают, к столь жалкой породе животных мы принадлежим…»[8]

Вместе со своим коллегой-физиологом и врачом Георгом Николаи — Эйнштейн разработал альтернативное обращение к ученым, призывая их проявить «добрую волю» и использовать свой авторитет, чтобы их страны отказались от захвата чужих территорий, от того, чтобы убивать друг друга.

Через месяц после опубликования «Манифеста 93-х» в своей первой энциклике «Ad Beatissimi Apostolorum Principis» от 1 ноября 1914 г. Бенедикт XV уже обращался не только к Церкви, не только к католикам, но и к народам всех стран, призывая воюющие стороны к миру. Понтифик протестовал против бесчеловечных методов ведения войны, продолжающейся агрессии и жестокости.

Первая энциклика Бенедикта XV подверглась резкой критике Ромена Роллана (нобелевского лауреата по литературе 1915 г. ). Вот уже сто лет из книги в книгу, из статьи в статью вместо прочтения самой энциклики и уяснения ее смысла переписывают гневные тирады Р.Роллана, который не заметил осуждения понтификом войны и призывов к миру. Р.Роллан вычитал в энциклике только осуждение социалистов и предупреждение о грядущих революциях вследствие всемирной бойни, в которой не будет победителей. Увы, понтифик точно предсказал будущее Европы.

Но, призывы папы Римского к миру, и война, которую он одним из первых назвал «самоубийством Европы», вот уже сто лет заслонены обличениями писателя-гуманиста Р.Роллана.

В первые же дни войны Роллан опубликовал свою знаменитую оду «Ara pacis» («Жертвенник миру»), уже одним обилием латыни похожую на энциклику и, как он сам полагал, «являющуюся утверждением веры во внутренний мир человека».

«Крики войск не заглушат ее. Я вижу, как вздымается кровавое море, несущее на своих волнах прекрасное тело изувеченной Европы, я слышу дикий рев ветра, возбуждающий души, — тщетно!

Пусть я останусь одиноким, но я буду верен тебе. Я не приму участия в святотатственном причащении кровью. Я не вкушу от своей доли Сына Человеческого. Я брат всех людей, и я люблю всех вас, люди, живущие один лишь час и крадущие у себя этот час».

В принципе, Бенедикт XV и Ромен Роллан оказались единомышленниками. После бомбардировки Реймского собора писатель опубликовал статью «Pro aris» («В защиту алтарей»), где, как и понтифик, осудил варварство немецкой армии, но, вероятно, политические взгляды не позволяли ему публично поддержать точку зрения Святого Престола.

В первое военное Рождество 1914 года Бенедикт XV призвал к перемирию и прекращению военных действий, но это его предложение осталось без ответа. В начале войны понтифик еще верил (!) в одну из главных интеллектуальных основ, на которых пятьсот лет зиждилась западная цивилизация, уповая на могущество человеческого разума, подкрепленного верой в Бога.

 

* * *

Призывы и увещевания к прекращению боевых действий, обращения Римского первосвященника к монархам и главам правительств, его голос, взывающей к миру, посреди бредящего войной континента произвели впечатление на молодого Осипа Мандельштама. Энциклике Бенедикта XV великий русский поэт посвятил удивительное и глубокое стихотворение, так и названное — «Encyclica». Художники и поэты нередко бывают пророками, и Осип Мандельштам, предчувствуя грядущую катастрофу хватался за соломинку, за многовековой авторитет Святого Престола — в надежде, что голос Бенедикта XV будет услышан:

Есть обитаемая духом
Свобода — избранных удел.
Орлиным зреньем, дивным слухом
Священник римский уцелел…

И голубь не боится грома,
Которым Церковь говорит,
В апостольском созвучьи Roma!
Он только сердце веселит.

Я повторяю это имя
Под вечным куполом небес,
Хоть говорящий мне о Риме
В священном сумраке исчез!

 

* * *

КРАСНЫЙ КРЕСТ 

С осени 1914 года, по распоряжению Бенедикта XV, Святой престол начинает активно сотрудничать с Красным Крестом и с нейтральной Швейцарией. В своем письме от 1 октября 1914-го к президенту Международного комитета Красного Креста Гюставу Адору понтифик писал о необходимости совместных усилий по контролю за условиями содержания военнопленных и интернированных. И уже через две недели (!) по инициативе Бенедикта XV и Гюстава Адора был создан Международный центр по вопросам военнопленных. В январе 1915-го понтифик перечислил Красному Кресту часть своих личных сбережений и накоплений своего старшего брата — адмирала Джованни Антонио делла Кьеза.

Тогда впервые папа обратился к своему клиру с призывом, что Церковь должна быть бедной, а в годы испытаний просто не может не разделять трудности со своей паствой. Спустя сто лет этот призыв Бенедикта XV стал основополагающим в пастырском служении папы Франциска.

 

* * *

На момент избрания папой Бенедикта XV у Ватикана сохранялись дипломатические отношения только с 14-ю государствами: такое убогое политическое наследство оставил ему Пий Х. Поэтому дипломатия стала приоритетом нового понтифика. В 1915 г. Ватикан установил дипломатические отношения с Англией, и это был не дежурный обмен посланниками и верительными грамотами. Далее Ватикан заключил дипломатические отношения с княжеством Монако, в 1917-м с Японией, в 1918-м — с Бразилией, Финляндией, Польшей, Перу, Эстонией, Украиной, Югославией, Чехословакией и Китаем. Впервые в истории папства Бенедикт XV предложил миру программу всеобщего милосердия. Своим распоряжением от 15 января 1915 г. Бенедикт XV учредил Международный день молитвы о мире.

В 1915-м понтифик распорядился об ограничении исполнения гимна «Te Deum» («Тебя, Бога, хвалим!») по случаю военных побед, назвав кощунством восхваление Бога после битв, унесших множество жизней.

Этим же распоряжением Бенедикт XV запретил католическому священству произнесение экзальтированных и пафосных речей на панихидах по павшим, считая что их гибель не должна взывать к новым. Тогда же Бенедикт XV обратился с предложением о захоронении павших на поле брани, с обязательным извещением родственников.

В начале 1915-го папа выступил посредником между Австро-Венгрией и Италией, с тем чтобы призвать итальянцев не вступать в войну. Посланник понтифика в Вене кардинал Эудженио Пачелли (будущий папа Пий XII ) не смог договориться с Францем-Иосифом и венгерским примасом Яношем Чернахом, но его миссия дала повод странам Антанты обвинить Бенедикта XV в симпатиях к Центральным державам.

Тогда впервые во французской печати понтифик был пренебрежительно назван — «папа-бош». В ответ 22.01.1915 г. В консисторской речи понтифик напомнил о нейтралитете Ватикана, хотя соблюдать нейтралитет было непросто даже в стенах римской курии. Немецкие и австрийские кардиналы тянули Бенедикта XV в свою сторону; французские, итальянские и бельгийские прелаты — в свою.

 

* * *

Вступление Италии в войну осложнило положение Святого Престола — дипломаты стран, противостоящих Антанте, выехали в Лугано. Король нейтральной Испании Альфонс XIII предложил понтифику переехать в Эскориал; ему было также предложено перебраться в Швейцарию или Лихтенштейн. Бенедикт XV остался в Риме, и ему, призывавшему к миру, пришлось столкнуться с чуть ли не полным одобрением итальянского духовенства о том, что правительство Италии решило вступить в войну.

Вступая в войну на стороне Антанты и опасаясь растущего влияния понтифика, Италия 15-м пунктом тайного соглашения в Лондоне от 22.04.1915 г. оговорила исключение Ватикана из процесса послевоенного урегулирования. Само участие понтифика в мирных переговорах ставилось в зависимость от позиции итальянского правительства. Политические интриги уже заранее умаляли возрастающий международный авторитет Бенедикта XV.

СУДЬБА ВОЕННОПЛЕННЫХ

Понтифик учредил информационное бюро (Opera dei prigioneri) по розыску пропавших без вести, военнопленных, интернированных и заключенных бюро разместилось в Ватиканском дворце. За время своей работы оно получило 170 тыс. запросов и разослало более 65 тыс. сообщений в семьи. Проблема военнопленных была одной из наиглавнейших. За период Первой мировой войны в плену оказалось 8 миллионов человек. И это при том, что ни одна из воюющих сторон не была готова принимать, размещать и содержать такое количество пленных.

Особенно тяжелым оказалось положение российских пленных, так как император Николай II отказался посылать им продовольствие по линии Красного Креста под предлогом того, что «невозможно проверить, что хлеб действительно будет доставлен по назначению, а не будет использован для продовольствия германских войск»[9].

Так что имевший трагические последствия отказ СССР подписать Женевскую конвенцию о содержании военнопленных содержал вот эти исторические корни. Ни при помазаннике Божием, ни после победы Октябрьской революции 1917 года в России не ценили человеческие жизни[10].

После неоднократных обращений папа Бенедикт XV добился от глав воюющих сторон обмена заключенными и ранеными, более гуманного отношения к беженцам. С 1915 по 1918 г. более 30 тыс. тяжелобольных раненых из разных стран было вывезено на лечение в нейтральную Швейцарию. Только благодаря настойчивым обращениям папы с 1916 г. отцы многодетных семей и военнопленные, пробывшие в тюрьмах более полутора лет, подлежали возвращению на родину. В том же, 1916-м все больные туберкулезом итальянские солдаты были возвращены домой. По призыву Бенедикта XV католические священники активно посещали лагеря военнопленных, принимали их обращения и письма к родным, писали подробные доклады о состоянии содержащихся в них людей и о первостепенных мерах по оказанию им помощи.

В 1916 г. понтифик горячо поддержал инициативу Международного комитета Красного Креста публиковать на почтовых открытках фотографии из лагерей военнопленных, поручив католическим прелатам отправить в Женеву все имеющиеся и у них фото. В своем письме к президенту международного Красного Креста Г.Адору Бенедикт XV писал, что эта акция вселит надежду в тысячи сердец членов семей военнопленных.

НОВОЕ ВАРВАРСТВО

В ночь с 27 на 28 октября 1915 г. во время австрийской бомбардировки Венеции был разрушен купол одного из прекраснейших строений эпохи барокко церкви Санта Мария делла Скальци, храма монастыря Босоногих кармелитов на канале Гранде. Во время взрыва и пожара погибли находящиеся там прихожане и те, кто бросился тушить огонь. Была уничтожена знаменитая картина Джованни Баттисты Тьеполо, изображающая перемещение святого дома в Лорето, украшавшая купол храма. Это известие, вместе с поступающими с фронтов сводками о химических атаках, произвели на Бенедикта XV удручающее впечатление. В уничтожении христианских святынь, веками бывших для людей надеждой на спасение, Бенедикт XV видел тот страшный рубеж, перейдя который, суть христианской морали тоже превращается в пыль. По свидетельству кардинала Пьетро Гаспарри, понтифик долго молился, повторял, что «Господа прогневили, что Господь отвернулся от людей». На возражения окружающих Бенедикт XV отвечал, что мир уже никогда не будет прежним! Этой же ночью у понтифика случился первый инфаркт. Но, едва оправившись от болезни, уже через два месяца он вернулся к прежнему ритму работы. Одним из первых его обращений к главам воюющих стран стал призыв о запрещении воздушной войны вне зоны боевых действий. Но, как и многие из мирных призывов понтифика, и это его обращение было проигнорировано.

Посетившему в конце 1915 года Ватикан германскому эмиссару Маттиасу Эрцбергеру понтифик сказал: «Если война затянется надолго, то будет социальная революция, какой еще свет не видывал».

Работая секретарем кардинала Рамполлы, Джакомо делла Кьеза внимательно изучал работы социалистов, делал комментарии к работам К.Маркса для Льва XIII и куда лучше многих политиков, стоявших во главе правительств и партий в Европе, представлял реальные последствия 1-й мировой войны. Но тогда, в конце 1915 г. М.Эрцбергер пропустил мимо ушей предупреждение Бенедикта XV и отделался мелкими уступками на его просьбы.

Когда в августе 1918 г. понтифику доложили, что в первом в мировой истории (!) ночном налете бомбардировщиков на Вену принял участие итальянский поэт, считавшийся романтиком и эпикурейцем, Габриэле д’Аннунцио, Бенедикт XV долго отказывался в это верить, считая эту новость пропагандой военного — министерства Австро-Венгрии. Понтифик не считал д’Аннунцио гением, но и поверить, что поэт не мог бомбить мирных жителей Вены. Но, увы!

ВАТИКАН И РОССИЯ

Известие о Февральской революции в России взволновало понтифика. Глава российской дипломатической миссии при Святом Престоле Н.И.Бок записал со слов кардинала Пьетро Гаспарри о серьезной озабоченности Бенедикта XV, считавшего, что революция в разгар тяжелой и долгой войны, неминуемо будет радикализовать общество. Во многих книгах и монографиях, упоминая Н.И.Бока, приводят цитату из его доклада в Петербург, где он пересказывает беседу с понтификом, и обвиняет последнего в скрытности. Авторы, не знакомые с биографией Н.И.Бока, выставляют его врагом Бенедикта XV, но российский дипломат искренне уважал понтифика. В 1925 г., сорокапятилетний Н.И.Бок стал католическим священником, приняв имя Бенедикт.

В феврале 1917 г. понтифик направляет в Петербург своего посланника кардинала Акилле Ратти (будущего папу Пия XI) для установления контактов с Временным правительством и оказания помощи арестованной царской семье, но папский легат смог добраться только до Варшавы.

В марте 1917 г. Временное правительство освободило из заключения графа А.Шептицкого, но его деятельность снова не нашла одобрения, и идеолог объединения католических и православных церквей Украины уехал в Швейцарию[11]. 

В мае 1917 г. Бенедикт XV преобразовал (а не впервые создал, как часто пишут, «чтобы навредить Советской России») Конгрегацию по делам восточных церквей (Congregato pro Ecclesia orientale), учрежденную еще в 1862 г., в Независимую конгрегацию, для руководства которой сформировал коллегию из двадцати кардиналов.

Продолжающаяся война захватила Балканы, Ближний Восток и Африку, и Святой Престол везде обозначал свое присутствие через миссионеров. Для подготовки миссионеров понтифик создал Институт восточных исследований, разрешив обучать там православных. В апреле 1918 г. Бенедикт XV назначил прелата Акилле Ратти своим представителем в России, Польше и Прибалтике, но из-за Гражданской войны в России прелат продолжал оставаться в Варшаве.

Летом 1918 г. Бенедикт XV обратился к большевистскому правительству с просьбой освободить императора Николая II и его семью. Переговоры об отъезде царской семьи в Ватикан вели нунций Эудженио Пачелли (будущий папа Пий XII) и архиепископ Могилевский Эдуард фон Ратт, но они закончились безрезультатно.

Когда в Ватикане узнали об арестах православных священников в России, по поручению Бенедикта XV кардинал Пьетро Гаспарри 12.03.1919 г. направил в Москву следующую телеграмму: «из серьезного источника сообщают, что Ваши приверженцы преследуют служителей Бога, в особенности тех, которые принадлежат к православной религии. Святой отец Бенедикт XV увещевает Вас дать строгие приказания, чтобы служители всякой религии были уважаемы. Человечность и религия будут Вам за это благодарны»[12]. 13.03.1919 г. из Москвы за подписью Г.В.Чичерина пришел ответ: «Получив Вашу радиограмму от 12 марта, могу Вас уверить, что упомянутый в ней серьезный источник ввел Вас в заблуждение»[13].

27.07.1919 г. Бенедикт XV уже лично в письме к народному комиссару иностранных дел Г.В.Чичерину протестовал против гонений Русской православной церкви и предложил выкупить конфискованную советской властью церковную утварь. Будущий Патриарх, а тогда митрополит Владимирский и Шуйский Сергий (Страгородский) от имени Священного Синода поблагодарил понтифика и Святой Престол за заступничество. «Искреннюю благодарность за христианскую акцию» выразил Бенедикту XV Святейший Патриарх Тихон. До самой кончины Патриарха Тихона ему передавалась помощь через о. Уэлша, благословленного на это римским первосвященником, и от католических миссионерских организаций.

НАНСЕН

В апреле 1920 г. норвежский полярный исследователь и общественный деятель Фритьоф Нансен занимался по линии Лиги Наций вопросами репатриации военнопленных, разбросанных по разным странам Европы. Бенедикт XV немедленно распорядился предоставить в распоряжение сотрудников Ф. Нансена всю информационную базу в Ватиканское бюро по розыску пропавших без вести, военнопленных и интернированных. Уже в ноябре 1920 г. Ф.Нансен отчитался перед комиссией Лиги Наций о возвращении на родину двухсот тысяч человек, указав в докладе действенную помощь данных полученных от Святого Престола. На том же заседании Ф.Нансен предсказал скорое начало серьезного голода в разоренной Первой мировой войной, революцией и Гражданской войной России, указав, что по странам Европы рассеяно более двух миллионов русских.

По предложению британского делегата Лиги Наций Филипа Ноэль-Бейкера в 01.09.1921 г. Ф.Нансен становится Верховным комиссаром Лиги Наций по делам беженцев. При этом Лига Наций отказалась помогать голодающим в России, и Ф.Нансен обратился к частным организациям и лицам, а также к папе Бенедикту XV. Понтифик обратился с призывом ко всем цивилизованным нациям о сборе пожертвований для голодающих в России. Бенедикт XV нашел слова для жителей разоренной войной Европы, обратиться с христианским милосердием и помощью к людям, умирающим в далекой России.

В декабре 1920 г. Бенедикт XV вручил архиепископу Э.фон Ратту и представителю Ватикана в Петрограде Я.Цепляку 1 млн. лир в помощь голодающим. 30 сентября 1921 г. Ф.Нансен выступил на заседании Лиги Наций с просьбой, что для спасения людей в России нужно 5 млн.футов стерлингов на закупки зерна в США и Канаде, собравшими в тот год богатые урожаи. Бенедикт XV распорядился напечатать речь Ф.Нансена во всех католических изданиях и объявил новый сбор средств для помощи голодающим.

 

* * *

22 августа 1921г. Патриарх Тихон обратился с призывом к верующим всех конфессий во всем мире оказать помощь голодающим в России. 8 декабря 1921 г. советское правительство разрешило Русской Православной Церкви и другим религиозным организациям сбор средств для спасения людей от голода.

В 1921 г.папа Бенедикт XV выступает с энцикликой, посвященной необходимости спасения детей и в России, и оказавшихся в тяжелом положении детей стран послевоенной Европы. Римский первосвященник напоминал, что для христианского милосердия нуждающимся не существует ни конфессиональных различий, ни государственных границ ни политических предпочтений! Одним из первых Бенедикт XV говорил о награждении Ф.Нансена Нобелевской премией мира, — именно за его работу Верховным комиссаром Лиги Наций. Консисторию 7 марта 1921 г. называли — «консисторией милосердия» или «консисторией пятидесятилетних кардиналов».

21.12.1921 г. папа передал лично Фритьофу Нансену еще 500 тыс.лир. для оказания помощи всем нуждающимся «без различия вероисповеданий». Нансен поблагодарил понтифика и передал ему благодарность и фотографии женщин и детей, сделанные им самим в поездке по голодающим областям России.

По поручению Бенедикта XV архиепископ Бостона, кардинал Уильям Генри О‘Коннелл, архиепископ Филадельфии кардинал Дэнис Джозеф Доэрти и архиепископ Квебека кардинал Луи-Назер Бежен связались с Ф.Нансеном и, организовав сбор средств в помощь голодающим, напрямую отправляли хлеб в Россию из США и Канады. Активно собирал средства для спасения русских голодающих детей 52-летний архиепископ Мюнхена и Фрайзинга Михаэль фон Фаульбахер. Участие американских и канадского кардиналов, европейского клира и лично Бенедикта XV в спасении голодающих было отмечено в выступлении Ф.Нансена на церемонии вручения ему Нобелевской премии мира в 1922 году. Существует небольшая (всего пять писем) интересная переписка Бенедикта XV и Ф.Нансена, продолжавшего заниматься репатриацией беженцев. Получая информацию от Ватиканского бюро по розыску пропавших без вести, военнопленных и интернированных, понтифик писал Ф.Нансену, что одной из главных проблем является отсутствие документов, не дающих людям юридического статуса в стране пребывания. Едва ли не впервые идея «нансеновского паспорта» — удостоверения личности для людей, лишившихся гражданства, обсуждалась 02.03.1922 г. в письме Бенедикта XV к Ф.Нансену. Документы начали выдавать в 1922 г, уже после смерти папы, и вначале его получали русские, затем и беженцы из других стран.

МИР БЕЗ ПОБЕЖДЕННЫХ 

1 августа 1917 г. Бенедикт XV призвал заключить всеобщий мир без победителей и побежденных, выступил с призывом прекратить военные действия и начать мирные переговоры. Папа Римский предложил план мирного урегулирования из семи пунктов, предусматривавший взаимное сокращение военного ущерба, взаимную реституцию оккупированных территорий, улаживание территориальных споров между Центральными державами и странами Антанты, решение проблемы армянского народа, балканских государств и Польши.

Понимая, что изнурительная война неминуемо радикализует все слои общества, в своей энциклике «Humani generis» от 1917 г. понтифик пытается оградить клир от вовлечения в политику, регламентировав церковные проповеди и запретив политическую агитацию.

 

* * *

Друзья и враги Бенедикта XV отдавали справедливость его щедрости и отзывчивости. Среди передаваемых на благотворительность денег часть всегда составляли личные сбережения понтифика и его брата — адмирала делла Кьеза. Вскоре после скоропостижной смерти Бенедикта XV 01.02.1922 г. в Россию для раздачи продовольствия выехали 12 католических священников, получивших благословение папы, почившего в бозе.

 

* * *

Бенедикт XV прекрасно знал классическую литературу, выразив свою любовь в интереснейшей энциклике «In praeclara» от 30.04.1921г. по случаю 600-летия со дня смерти Данте. Впоследствии специалисты по творчеству Данте сравнивали энциклику «In praeclara» с полноценной докторской диссертацией, где помимо глубокого анализа религиозности поэзии Данте папа Бенедикт XV показал себя серьезным знатоком его творчества, истории и итальянского языка.

В своей речи о Данте понтифик связал минувшее военное лихолетье с людским невниманием к предостережениям Данте из глубины веков, к Слову Божию, Его призывам.

Активная миротворческая деятельность Бенедикта XV в годы Первой мировой войны снискала ему международный авторитет и уважение. Мир готовился к конференции, которая должна была поставить точку в четырехлетней войне.

В энциклике «Guod iam diu» понтифик призвал к публичной молитве за успех мирной конференции и прочный мир, основанный на принципах христианской морали. Но человек этот, больше всего сделавший для прекращения войны, не был даже допущен на Версальскую мирную конференцию.

 

* * *

Дело было не только в позиции Италии и не только в том секретном пункте Лондонского соглашения, который перестал быть тайной после обнародования в 1918 г. В.И.Лениным дипломатических документов царской России. Мир стремительно менялся, и в его послевоенном устройстве многие стремились занять место, принадлежащее римскому первосвященнику.

Победители уже не помнили вчерашних ошибок и не думали о завтрашнем дне, они жили текущим триумфом, повторяя старые промахи и ошибки. Если в начале войны всем был нужен третейский судья, к которому можно апеллировать, то при дележе добычи никто уже не хотел считаться с мнением Бенедикта XV. Окончание Первой мировой войны совпало с вручением учрежденной в 1901 г. Нобелевской премии мира, и все признавали, что наиболее достоин премии Бенедикта XV, Джакомо делла Кьеза.

В 1914, 1915 и 1916г.г. Нобелевская премия не вручалась. В 1917 г. « За деятельность по улучшению положения военнопленных», Нобелевской премией мира наградили Международный комитет Красного Креста. В 1918 г. премия вновь не присуждалась, а в 1919-м общественное мнение, и в частности председатель Международного бюро мира Анри Лафонтен и президент Швейцарии и Международного комитета Красного Креста Гюстав Адор называли понтифика едва ли не единственным реальным претендентом на ее получение. Но в послевоенном мире добро легко забывалось, тем более что получить Нобелевскую премию мира почему-то захотел американский президент Вудро Вильсон.

Энергичный американский политик, вызвавшийся быть посредником между Ватиканом и державами-победительницами в вопросе участия понтифика в Версальской конференции, посетил папу в 1919 году. В начале того года Бенедикт XV перенес второй инфаркт и, не оправившись от болезни, уступил напору В. Вильсона, отказавшись от дальнейших попыток участия в конференции.

Надо отдать справедливость В.Вильсону: в начале Первой мировой войны он провозгласил политику нейтралитета и был инициатором создания Лиги Наций, предложив 22 января 1917 г. план мирного урегулирования через создание этой организации. Но 6 апреля 1917 г. вступили в войну и США. Сам президент назвал «…вступление в войну — подготовкой мира к демократии!»[14]. 

Еще до визита Вильсона в Ватикан была проведена мощная PR-кампания — на передовице «The New York Times» от 02.01.1919г. красовался заголовок — «Папа надеется на создание Лиги Наций». Накануне встречи в Версале как по мановению волшебной палочки в газетах разных стран появились статьи со старыми обвинениями понтифика в прогерманских симпатиях. Все в одночасье забыли сделанное миротворцем Святого Престола — Апостолом мира. 

С протестом против оскорблений понтифика выступил в английской печати Редьярд Киплинг. Потерявший в 1915 г. на фронте старшего сына, последующие три года войны Киплинг с женой проработал в Красном Кресте и знал об обширной общественной деятельности римского первосвященника

Оскорбленный Бенедикт XV не признал итогов Версальской конференции и образованной Лиги Наций, ставшей частью мирного договора. Вступлению Ватикана в Лигу Наций воспрепятствовали Италия и Франция. Туда же не была принята и Россия, но — что еще более любопытно — в нее не вступили и США. Тогда как, именно за создание Лиги Наций 28-й президент США В.Вильсон в 1919 году был удостоен Нобелевской премии мира, которую от его имени получил американский посол в Норвегии Альберт Шмедеман. К тому же Конгресс США отказался ратифицировать Версальский договор. Нобелевская премия мира В.Вильсона стала платой вчерашней Антанты за уступки Англии и Франции на мирной конференции, но не убедила США в прочности Версальской системы и перспективах Лиги Наций как арбитра международных споров. Почти сто лет назад Конгресс США исключил возможность иностранного вмешательства во внутриполитическую жизнь страны.

К НОВОМУ МИРОПОРЯДКУ? 

В энциклике от 20 мая 1920 г. «Pasem Dei, munus», посвященной окончанию Первой мировой войны, понтифик высказал критическое отношение к установленному миропорядку, непрочности мира в условиях тотального унижения Германии и Австрии и указал на игнорирование Святого Престола. Но это отнюдь не волновало победителей; мнения же побежденных никто и не спрашивал. Бенедикт XV едва ли не первым указывал на неизбежность проблем с Германией, потерявшей часть своей территории с несколькими миллионами жителей, и наложенными на нее непосильными репарациями. Сохраненный военно-промышленный потенциал и распространенность реваншистских настроений представлялись лишь делом времени разрыв Версальского договора грозил новым вооруженным конфликтом.

На богослужении в день начала Великого поста 1919г. — Пепельную среду (Dies Cinerum) Бенедикт XV посыпал голову пеплом и произнес одну из своих удивительных проповедей — о посыпанной пеплом бедной Европе. Его жест удивил даже знавших его кардиналов, хотя, если вдуматься, в этом не было ни эксцентрики, ни позы.

ПОСЛЕ ВОЙНЫ 

1919 год — первый год после окончания 1-й мировой войны. Европа приходила в себя, словно не веря в то, что едва уцелела. Бенедикт XV был интеллектуалом, и к нему стекались все культурные новости послевоенного континента. Давайте вдумаемся в эти новости.

Еще в 1917 г. архиепископ Вены, кардинал Фридрих Густав Пиффль по просьбе искалеченного войной австрийского пианиста Пауля Витгенштейна ,отправил личный запрос в Ватиканское бюро по розыску военнопленных с просьбой найти его младшего брата, философа Людвига Йозефа Иоганна Витгенштейна, одного из самых ярких мыслителей XX века. Когда установили его местонахождение, Бенедикт XV направил личное ходатайство об освобождении Л. Витгенштейна, и в 1919-м благодарный философ сообщал в Ватикан, что написал в плену «Логико-философский трактат», который вскоре будет издан. Старший брат Л. Витгенштейна, пианист с ампутированной после ранения правой рукой Пауль Витгенштейн вскоре возобновляет концертную деятельность, играя левой рукой, и благодарит Бенедикта XV за помощь в спасении брата. Понтифик просил апостольского нунция в Вене Т.Вальфре ди Бонцо и кардинала Ф.Пиффля публиковать в печати о творческих успехах и концертах однорукого пианиста, подчеркивая, что каждый его концерт для таких же покалеченных войной стоит многих месс!

Надо быть папой римским, чтобы писать это своему прелату.

Архиепископ Парижа, кардинал Леон-Адольф Аметт, еще в конце марта 1918-го сообщил Бенедикту XV о безвременной смерти дивного композитора Клода Дебюсси. Кардиналы знали, что понтифик — поклонник его музыки, а его самые любимые произведения — кантата «Блудный сын» и пьеса для фортепиано «Лунный свет». Бенедикт XV не раз говорил, что погружение в такую музыку сродни молитве!

После начала 1-й мировой войны Дебюсси неделями не подходил к роялю, оставив напоследок пронзительную «Героическую колыбельную» и «Рождество детей, которые лишились крова» («Оды в честь Франции» остались незаконченными). 25 марта 1918 г. под грохот обстреливающих Париж орудий 55-летний композитор скончался.

Весной 1919 г. кардинал Аметт радовал понтифика новостями о композиторе Морисе Равеле, добровольно служившем с 1914 г. шофером грузовика — сначала в пехоте, а затем в авиационном полку французской армии. Подорвав здоровье в 1918-м, М.Равель был комиссован по болезни и шел на поправку. Но! По словам друзей, ничего больше не пишет. В 1919-м Морису Равелю было всего сорок пять лет![15]

Патриарх Венеции, его высокопреосвященство кардинал Пьетро Ла Фонтен, среди прочего, писал Бенедикту XV о композиторе Эрмано Вольф-Феррари, известном до войны своими комическими операми на либретто комедий К.Гольдони. Переживший войну в швейцарском Цюрихе, музыкант, по словам кардинала Ла Фонтена, пребывает в глубокой депрессии. Первая мировая война стала закатом творчества композитора Эрмано Вольф-Феррари, его первое произведение появилось лишь в 1925 г., и критики отметили в нем меланхолию и мрачность.

Судьбу Э.Вольф-Феррари почти в точности повторил живший до 1913 г. в Берлине композитор Ферручо Бузони.

Вероятно, кардинал Т. Вольфре ди Бонцо хорошо знал настроение Бенедикта XV после войны, так как, помимо дел клира, отчета о посещении лагерей военнопленных, госпиталей и сиротских приютов, спрашивает впечатление понтифика от прочтения номеров венского журнала «Факел», автором и издателем которого был австрийский писатель и фельетонист Карл Краус.

Любимец Вены, острослов К.Краус в 1911 г., в тридцать семь лет, сознательно принял католичество, и апостольский нунций гордился остротой пера и популярностью писателя-католика. В 1919 г. вышла книга К.Крауса, написанная за четыре года войны на основе актуальных материалов европейских газет, с невеселым названием — «Последние дни человечества». В наши дни публицист Ольга Федянина назвала Карла Крауса жителем Вены, который в одиночку пытался предотвратить XX век!

Предотвратить время не удалось никому, но мир держится на простых историях. Некоторые афоризмы Карла Крауса попали в переписку Бенедикта XV. Например: «…Чем ближе разглядываешь слово, тем более отстраненно оно выглядит».

«Слабый человек сомневается перед тем, как принять решение, сильный — после».

«…Дьявол — большой оптимист, раз верит, что людей можно испортить».

Бенедикт XV уже не узнал, что остроумец Карл Краус в 1923-м покинул лоно католической церкви. Рана, нанесенная Первой мировой войной, не заживала, а К.Краус искал виноватых.

Зальцбургский фестиваль лета 2014-го открылся постановкой антивоенной драмы К.Крауса «Последние дни человечества».

Упомянув богослужение Пепельной среды 1919 г., я привела несколько примеров личных трагедий и драм выдающихся людей начала XX века, чтобы попытаться объяснить состояние понтифика. Последствия Первой мировой войны были слишком тяжелыми, они отразились на всех сторонах жизни общества. Бенедикт XV лучше других понимал, что довоенный социальный и культурный строй Европы был разрушен.

Роджер Осборн, автор книги «Цивилизация. Новая история Западного мира», писал о двадцати годах мира между Первой и Второй мировыми войнами: «Преобладающим ощущением межвоенных лет, выразившимся в большинстве значимых произведений культуры, было ощущение утраты системы координат». Р.Осборн назвал Первую мировую войну «междоусобной войной цивилизованных наций», и страшное осознание этой истины как раз и было в богослужении Пепельной среды 1919 года. 

Интеллектуал Бенедикт XV понимал, что цивилизация не тождественна разрушенному Реймскому собору или Санта Мария дель Скальци в Венеции, но она неразрывно связана с ними. Читая письма своих нунциев и папских легатов со всех концов света о состоянии общества, понтифик понимал размеры произошедшей катастрофы, понимал он и то, что мир никогда уже не будет прежним.

К чести подписантов «Манифеста 93-х» от 14.10.1914 г. надо сказать, что за годы войны две трети из них публично отреклись от своих подписей.

Написанный в 1919 г. Полем Валери «Кризис духа»[16] не только отклик поэта на войну, но и его отклик на проповедь понтифика:

«Не все подверглось гибели, но все познало чувство уничтожения. Необычайный трепет пробежал по мозгу Европы. Всеми своими мыслительными узлами она почувствовала, что уже не узнает себя более, что уже перестала походить на себя, что ей грозит потеря самосознания…» 

Папа Римский не мог закрыться от мира, как Ги Ропарц или Э.Вольф-Феррари, не мог позволить себе замолчать на несколько лет. Бенедикт XV, как М.Равель, братья Питер и Людвиг Витгенштейны, Карл Краус, словенский композитор Эмерик Беран и миллионы других учился жить в новой реальности. 10 ноября 1919 г. Бенедикт XV отменил «non expedit» (1871 и 1874 гг.) и дал разрешение католикам участвовать в парламентских выборах, легализовав в глазах паствы прогрессивные католические движения. Одновременно понтифик разрешил верующим создать в Италии свою политическую организацию — Народную партию (Partito Popolare Italiano), которая на первых же парламентских выборах заявила о себе как о реальной силе. Обращаясь к лидерам католических партий, понтифик призывал их способствовать созданию в послевоенной Италии христианского общественного строя, при этом жестко исключил Ватикан из сферы их политической деятельности. Своим разрешением создания католической партии, папа Римский достиг примирения и диалога с парламентом Италии. С момента образования Итальянского государства, Бенедикт XV был первым из пап, который попытался решить «римский вопрос» и примирить Ватикан с Квириналом. Между Святым Престолом и правительством Орландо было достигнуто предварительное соглашение о предоставлении в пользование Ватикану небольшой территории, но из-за скорой отставки правительства Орландо эти планы не осуществились. Своими действиями Бенедикт XV фактически полностью подготовил заключение договора между Ватиканом и правительством Италии, которое вскоре и было бы заключено, если бы не его преждевременная смерть в 1922 году. (Соглашения между Ватиканом и правительством Италии («Латеранские соглашения») были подписаны 11. 02.1929 г. от имени папы Пия XI — кардиналом Пьетро Гаспарри, а от имени короля Виктора-Эммануила III — Б.Муссолини.)

Продолжая политику сближения с Францией, в мае 1920 г. Бенедикт XV причислил к лику Святых — национальную героиню французов Жанну д’Арк. Вскоре после этого, в 1921-м, понтифик восстановил дипломатические отношения с Францией, бездарно разорванные его предшественником.

В 1920-м в Милане по инициативе Бенедикта XV был открыт университет Святого Сердца, светское учебное заведение для католиков, призванное облегчить диалог Церкви с современным обществом. Разрушительные последствия Первой мировой войны для европейской цивилизации были предметом многочисленных выступлений и писем понтифика. Бенедикт XV всесторонне старался способствовать послевоенному восстановлению израненной души Европы.

14 ноября 1920 г. в Лондоне и Париже прошли торжественные церемонии захоронения останков Неизвестного солдата. Идея создания подобного памятника возникла во время войны. Англиканский священник, капеллан британского флота Дэвид Рейлтон нередко оставлял на могилах неизвестных воинов надпись — «Неизвестный британский солдат». В Лондоне мемориал был сооружен в Вестминстерском аббатстве; в Париже, после отделения церкви от государства, — под Триумфальной аркой.

В Рождество Христово 1920 года Бенедикт XV назвал эти памятники Неизвестному солдату самым благим покаянием человечества перед убитыми солдатами.

14 ноября 1921г. Могила Неизвестного солдата была установлена в Риме, на площади Венеции, в мемориальном комплексе Витториано.

Понтифик горячо благословил открытие монумента, но его беспокоили настроения общества. Демобилизованная из армии молодежь хлебнула безработицы и стала легкой добычей националистов и радикалов, которые всего через год заразят их «коричневой чумой» фашизма. Вместе с журналистом Муссолини, ярко сияла звезда ветерана войны поэта Г. д’Аннуцио. Окончившаяся два года назад война все еще продолжалась в головах людей!

 

* * *

Бенедикт XV — Джакомо делла Кьеза — взял свое апостольское имя в честь папы Бенедикта XIV — Просперо Лоренцо Ламбертини, понтификат которого пришелся на 1740–1758 годы, и полностью подтвердил свою преемственность. В XVIII веке папа Бенедикт XIV был известен как «Папа конкордатов», он заключил более десяти этих конкордатов на выгодных условиях. Папа Бенедикт XIV реформировал образование священнослужителей, внимательно изучая труды эпохи Просвещения, переписывался с Вольтером и Монтескье. Бенедикт XIV был известен своей честностью и осудил лихоимство в своей энциклике «Vix perenit». Бенедикт XIV (Ламбертини) удостоился памятника в Англии (!), и слова, выбитые на постаменте, удивительным образом подходят к апостольскому служению папы Бенедикта XV (делла Кьеза), и к продолжающемуся служению папы на покое Бенедикта XVI (Ратцингера): «Любимый папистами, уважаемый протестантами, клирик без хвастовства и алчности, князь без фаворитов, папа без непотов». Проходящее сквозь века, удивительное преемство римских первосвященников.

Приведенная здесь биография Бенедикта XV кажется объемной и многогранной, но все перечисленное уместилось в семь коротких лет его понтификата. 

Бенедикт XV, по меркам Ватикана, стал «молодым папой», ему было всего 60 лет. Все приготовились к долгим годам его апостольского служения, ведь Джакомо делла Кьеза отличался прекрасным здоровьем, но тревоги и беды Первой мировой войны подточили его здоровье. Несколько инфарктов, после которых понтифик спешил вернуться к делам и никогда не менял своего распорядка дня. Его рабочий день начинался в 5 утра, а заканчивался не раньше 11 вечера. Бенедикт XV всегда лично читал свою объемную почту, сам писал речи и энциклики.

Понтифик не был идеален. Но кто из людей идеален?! Бенедикту XV ставили в вину сдержанность и некоторую отстраненность. Понтифику была чужда церковная экзальтация, проявление мистицизма и церковного фанатизма. Так же, как и Лев XIII, он окружил себя яркими и талантливыми людьми: сначала назначил статс-секретарем Ватикана кардинала Доменико Феррата, а после его смерти — выдающегося юриста кардинала Пьетро Гаспарри. На дипломатическом поприще блистали будущие понтифики — Акелле Ратти и Эудженио Пачелли. Его внезапная смерть явилась для всех обескураживающим шоком. На рождественских богослужениях 1921-го Бенедикт XV простудился. Болезнь быстро переросла в бронхит, а бронхит — в пневмонию, и сердце совсем еще не старого понтифика не выдержало. 22.01.1922 г. Бенедикт XV скончался.

Многие из его начинаний и христианских инициатив продолжались и после его скоропостижной смерти. По воспоминаниям кардинала Пьетро Гаспарри, внимание и сострадание Бенедикта XV к преследуемой советской властью Русской Православной церкви, было продолжено Святым Престолом. Когда в мае 1922 г. в Москве был арестован Патриарх Тихон, обвиненный в антисоветской деятельности и сопротивлении изъятию церковных ценностей, монсеньор Пиццардо направил 14.05.1922 г. Г.В.Чичерину послание с просьбой отказаться от процесса над Святейшим. 07.06.1922 г. кардинал Пьетро Гаспарри от имени Пия XI обратился с аналогичной просьбой к В.И.Ленину, но оба обращения остались без ответа. В сентябре 1922 г. кардинал Гаспарри просил разрешения представителю Святого Престола присутствовать на суде над Патриархом Тихоном, но суда над Предстоятелем Русской Православной церкви так и не было. Святейший Патриарх Тихон находился под арестом до самой смерти.

ЭПИЛОГ

О НАЧАЛЕ ВОЙНЫ 

И еще один интересный штрих. Будучи политиком и дипломатом, Бенедикт XV не только тратил время на миротворческие увещевания европейских монархов и глав правительств, он внимательно следил за процессом над Гаврилой Принципом, и получал от своих прелатов конфиденциальную информацию.

После Второй мировой войны в советских архивах оказались документы и переписка апостольских нунцив в Австро-Венгрии и Австрии. Кардинал Раффаэле Скапинелли ди Легуиньо навещал Г.Принципа в тюрьме Терезинштадта. По поручению понтифика кардинал Скапинелли ди Легуиньо следил за ходом расследования убийства эрцгерцога Франца-Фердинанда в Сараево, докладывал в Ватикан. Следствие не доказало связи организации «Млада Босна», к которой принадлежал больной неизлечимой формой туберкулеза Г.Принцип, и еще пятерых смертников с официальным Белградом. Будучи несовершеннолетним, девятнадцатилетний Г.Принцип был приговорен судом к 20 годам тюрьмы, где и умер 28.04.1918 года.

Кардинал Скапинелли ди Легуиньо ссылаясь на источники в Венгрии указывал на связь организации «Млада Босна» с венгерским премьером Иштваном Тисой. Объявленный наследником императора Франца-Иосифа в 1886 г., его племянник эрцгерцог Франц-Фердинанд был образованным человеком, основательно готовился к будущей роли правителя. В частности, эрцгерцог хорошо понимал необходимость преобразований в Австро-Венгрии и в 1906 г. вместе с политиком Аурелем Поповичем составил план преобразования империи в федеративное государство с двенадцатью автономиями.

Рабочим названием будущей страны было — Соединенные Штаты Великой Австрии, триединое государство (Австро-Венгро-Славия), где для каждой крупной народности предусматривалось одинаковое автономное устройство. Это устраивало всех, кроме Венгрии, которая теряла свое привилегированное положение. Граф Иштван Тиса дважды был премьер-министром Венгрии от Либеральной партии (в 1903–1905 и в 1913–1917) и самым горячим сторонником монархии Габсбургов. Эрцгерцог Франц-Фердинанд с его планами преобразований Австро-Венгрии, был его непримиримым врагом. И.Тиса откровенно говорил: «Если престолонаследник вздумает осуществить свой план, я подниму против него национальную революцию мадьяр»[17]. Францем-Фердинанд отвечал И.Тисе прямыми обвинениями в проведении политики мадьяризации невенгерских народов империи, особенно хорватов, румын, русинов и словаков.

Политические реформы и равные права в будущей федерализации империи для всех автономий уничтожали дуалистическую монархию, и лишали перспектив главного идеолога мадьяризации — Иштвана Тису. У наследника трона Австро-Венгрии были и клерикальные расхождения с кальвинистом Тисой. В 1901г. Франц-Фердинанд стал попечителем «Католического союза школ», и его речь на церемонии подтвердила явные симпатии католическим устоям общества и нетерпимость к атеизму. Его речь подверглась яростным нападкам со стороны графа Иштвана Тисы. 

Убийство эрцгерцога в Сараево стало поводом к началу Первой мировой войны. Поводом, но не причиной! Досконально изучив вопрос, кардинал Скапинелли ди Легуиньо писал Бенедикту XV, что известная статья от 30.06.1914 г. в венской газете « Райхспост», возложившая всю ответственность за убийство эрцгерцога на Сербию и на имевшую там большое влияние Россию, была написана секретарем Иштвана Тисы, сама же газета до 1917-го фактически принадлежала Национальной партии труда Венгрии. Кардинал указывал, что венгерский премьер И.Тиса и подчиненные Эриха фон Фалькенхайна из специального корпуса штабных офицеров Германии были членами одной и той же масонской ложе. Возможному сговору с сербской военной верхушкой, по мнению кардинала Р.Скапинелли ди Легуиньо, мешали православное вероисповедание сербов и исповедуемый Тисой редкий для Венгрии кальвинизм пуританского склада, вкупе с патологическим монархизмом.

Даже выбор даты убийства эрцгерцога в Сараево — 28 июня — день Святого Вита, день поражения сербов на Косовом поле, по мнению кардинала Скапинелли ди Легуиньо, был выбран нарочито кем-то извне. Нунций пишет Бенедикту XV, что «…не верующий в Бога, умирающий фанатик Г.Принцип не знал и не знает, что день Св.Вита 28 июня приходится на день национальной сербской трагедии». В этом же письме в Ватикан кардинал направил копии переписки покойного Франца-Фердинанда с министром финансов Австро-Венгрии А.Шпицмюллером, где среди прочих есть слова эрцгерцога: «…Я никогда не буду воевать против России».

(Любопытно, что еще в 1902 г. как председатель Пражской Академии эрцгерцог Франц-Фердинанд собственноручно вычеркнул из списка вновь избранных почетных членов Льва Николаевича Толстого, узнав об отлучении его Священным Синодом Российской империи от Церкви.) И далее: «Я пойду на жертвы, чтобы избежать этого. Война между Австрией и Россией завершится свержением либо Романовых, либо Габсбургов, а может быть, и обеих династий»[18]. Комментируя эти письма, кардинал писал Бенедикту XV, что зная болтливость А.Шпицмюллера, точка зрения будущего императора не была секретом.

Весной 1914 г. 82-летний Франц Иосиф серьезно заболел, и, желая избежать грядущих политических реформ своего наследника и ожидаемую смену внешнеполитического курса, его противники начали действовать. Кардинал подчеркивал, что весной 1914 г. совпали интересы не только венгерского премьера и сторонника укрепления военного союза с Германией графа Тисы, но и германского генштаба. Тиса добивался лишь устранения Франца-Фердинанда и не помышлял о мировой войне, но изменить дальнейший ход событий уже было невозможно.

В подтверждение своих слов нунций ссылается на ранее отправленные в Ватикан копии писем австрийского генерала Конрада фон Гетцендорфа немецкому начальнику полевого генерального штаба Х-И-Л фон Мольтке-младшему от мая-июня 1914 г. Судя по черновикам писем кардинала Р.Скапинелли ди Легуиньо, Бенедикт XV уже писал императору Францу-Иосифу о нескольких фанатиках с больной психикой, обреченных на смерть туберкулезом и ставших игрушкой в руках тех, кто обрекли на смерть миллионы людей в Европе, и призывал монарха одуматься и остановить войну. В расследовании истины Сараевской трагедии, сборе информации о причастности к ней И.Тисы кардиналу Р.Скапинелли ди Легуиньо помогал венгерский кардинал, архиепископ Эстергома и Венгрии Янош Чернах и его секретарь, бенедиктинский иеромонах Дьердь Юстиниан Шереди. Одного года войны хватило, чтобы примас Венгрии Янош Чернах осознал размеры катастрофы и начал рьяно поддерживать миротворческие усилия понтифика.

В причастности графа И.Тисы к убийству в Сараево писали в своих трех письмах к кардиналу Яношу Чернаху венгерские политики — бывший в 1917-1918 гг. спикером палаты магнатов Венгрии Эндре Хадик-Баркоци и его брат министр продовольствия Янош Хадик де Футак. Копии их писем из Будапешта, Земплена, Паннонхалма, Праги, Любляны и Триеста находятся в московском архиве.

 

* * *

В письме от 16.09.1916 г., в годовщину гибели императрицы Елизаветы (Сисси), апостольский нунций в Австро-Венгрии кардинал Теодоро Вальфре ди Бонцо писал Бенедикту XV, что император Австро-Венгрии плох, и возможно, перед последним причастием прислушается к призывам из Ватикана. После двух лет войны лоскутное одеяло Австро-Венгерской империи трещало по швам! Европа истекала кровью! Кардинал Вальфре ди Бонцо писал об эпидемиях в лагерях беженцев; архиепископ Словении Антон Еглич осенью 1916 г. сообщал в Рим, что военное министерство Австро-Венгрии приняло решение снимать на переплавку церковные колокола, многие из которых были фамильными вкладами его прихожан, а также изымать огромные котлы для изготовления вина, что оставит виноделов на будущий год без куска хлеба.

 

* * *

Кардинал Вальфре ди Бонцо напрямую призывал Бенедикта XV пригрозить Францу Иосифу отказом в последнем причастии, или отлучением от Церкви на смертном одре.

Но еще в 1903 году Франц Иосиф знал, что делал, когда лишил кардинала Рамполлу папской тиары! Бенедикт XV не решился.

21 ноября 1916 г. Франц Иосиф умер, а его наследник — племянник покойного Франца-Фердинанда — Карл I послушно шел в кильватере германской политики. Через год после неурожая начался голод в Венгрии и на Балканах, в результате поражений на фронте, и ровно через два года после смерти Франца Иосифа Австро-Венгрия распалась. Отправленный в отставку, апологет милитаристской политики И.Тиса в октябре 1918 г. был убит в первый день буржуазно-демократической «революции астр». Основными лозунгами были: перемирие с Россией на любых условиях, проведение реформ и снабжение населения хлебом!

В интервью парижской газете «Пари суар диманш» в июле 1937г. сын эрцгерцога Франца-Фердинанда Максимилиан Гогенберг возложил ответственность за смерть родителей в Сараево на германский генеральный штаб и их сторонников, первым назвав виновником графа Тиса.

Упомянув М.Гогенберга, хочется сказать о многолетней патологической ненависти политического руководства Германии к памяти убитого в Сараево наследника престола Австро-Венгрии и его потомкам. После аншлюса — насильственного захвата Германией Австрии 12-13 марта 1938 г. — все дети эрцгерцога Франца-Фердинанда — два сына и дочь были арестованы и заключены в концлагерь Дахау, где провели семь лет вплоть до окончания Второй мировой войны.

1918 год похоронил под своими обломками: сначала умершего от туберкулеза 28 апреля в Терезинштадте террориста Г.Принципа, 31 октября — убитого восставшими в Будапеште экс-премьера И.Тису, а 12 ноября — распавшуюся Австро-Венгрию.

Главную поджигательницу войны — Германскую империю взорвала изнутри Ноябрьская революция все в том же 1918 году.

ГРИМАСЫ ИСТОРИИ 

История любит гримасы. В 2014 году эти двое опять соединились мистическим образом. Через 100 лет после начала Первой мировой войны мы стали свидетелями открытия памятников: 9 июня 2014 г. — Иштвану Тисе в Будапеште, а 28 июня 2014-го — Гаврило Принципу в Сараево, в Боснии. Какая-то единая акция по восславлению виновников Первой мировой войны. Памятник Иштвану Тисе в Будапеште работы скульпторов Дьердя Залы и Антала Орбана уже был установлен в 1934 г. (в день его рождения 22 апреля).

В 1945-м памятник был разрушен неизвестными. Характерно, что в уничтожении памятника И.Тисе в 1945 г. никогда не обвиняли советских воинов. После войны на опустевшем постаменте стоял монумент Михаю Каройи, «левому» премьер-министру революции, которая и убила графа Тису. Но в начале 2014 г. памятник М.Каройи увезли в другой город, а на его место водрузили новый памятник Тисе работы скульптора Иштвана Элека.

Двухметровая скульптура Гаврилы Принципу работы белградского архитектора Зорана Кузмановича отлита из бронзы. Через сто лет история причудливым образом соединила этих двух людей, один из которых неосознанно, а другой — сознательно разожгли пожар Первой мировой войны. 

Для чего так подробно через нунциев Европы Бенедикт XV собирал данные об убийстве, приведшем к началу мировой бойни?! Может быть, рассчитывал обнародовать и указать на шитые белыми нитками политические аргументы победителей и побежденных?! Неизвестно. Во всяком случае, апостольские нунции в Вене по крупицам собирали для понтифика информацию об убийстве в Сараево, приведшем к военной катастрофе. Нунций сообщал о проверке данных, касающейся судьбы пленных и интернированных, полученных от епископа Падеборна — Карла Йозефа Шульте и епископа Бреслау Адольфа Бертрама. Последним документом из писем апостольских нунциев Австро-Венгрии, а затем Австрии в Ватикан, относящимся к периоду понтификата Бенедикта XV, является черновик письма кардинала Франческо Маркетти Сальваджани от 01.11.1921г., где тот сообщает, что розыски документов дела по расследованию убийства в Сараево ничего не дали, а привезенные в Вену тома бесследно исчезли.

Но в истории ничего не пропадает, просто не сразу находится.

Несомненно, Бенедикт XV хотел знать истину, чтобы народы, заплатившие такую большую цену, не повторяли прежних ошибок.

Бенедикт XV не обладал яркой внешностью и харизмой кардинала Рамполлы, у него была неприметная внешность университетского профессора, со спокойными тонкими чертами лица. Но понтифик был прекрасным оратором и собеседником. После его смерти выяснилось, что в церковной казне нет денег. Для покрытия расходов, связанных с погребением папы и созывом конклава, кардинал-камерленго Пьетро Гаспарри вынужден был обратиться за займом к римским банкирам.

Дабы впредь избежать подобного казуса, преемник Бенедикта XV — папа Пий XI (Акелле Рати) своим распоряжением установил неприкосновенный, так называемый «похоронный фонд», предназначенный для погребения римских первосвященников. Жертвуя деньги пострадавшим в Первой мировой войне, Бенедикт XV потратил не только личные и церковные сбережения, но и все средства своего брата адмирала делла Кьеза. Переживший брата-понтифика на несколько лет, парализованный адмирал, был похоронен на средства сестры — графини Персико.

В знак признания высокого морального и политического авторитета Бенедикта XV и в связи с его смертью был объявлен траур по всему миру. Похоронен был Бенедикт XV в Ватикане, в соборе Святого Петра. Но до сих пор в Италии — Бенедикт XV — папа-миротворец, папа-гуманист и бессребреник не пользуется не только заслуженным почитанием, но и просто воздаянием за свои труды.

P. S. На 4-м заседании конклава 19.04.2005 г. избранный папой римским кардинал Йозеф Ратцингер выбрал себе апостольское имя Бенедикт и стал Бенедиктом XVI. Принятие имени вновь избранным римским первосвященником никогда не бывает случайным и говорит о преемственности церковной политики. Соратники Бенедикта XV кардиналы Акелле Ратти и Эудженио Пачелли став, понтификами предпочли преемство от Пия X, более спокойное и консервативное. Подвергавшийся же нападкам при жизни Бенедикт XV после кончина был забыт.

Начавшаяся сто лет Первая мировая война стремительно забрала силы Бенедикта XV, назвавшего бойню «самоубийством Европы», от которой континент едва ли оправится. По воспоминаниям секретаря Священной Конгрегации пропаганды веры кардинала Камилло Лауренти, весь 1921 год, последний год своей жизни, Бенедикт XV часто сокрушался, что его энциклики так и не была услышаны людьми! И на возражения о возросшей религиозности в Европе он горестно сетовал, что это отчаяние и опустошение душ, а не торжество веры.

В мире, еще не оправившемся от потерь и разрушений Первой мировой войны, через два десятилетия вновь вспыхнул пожар — теперь уже страшной Второй мировой войны. И наш современник Бенедикт XVI, Йозеф Ратцингер с жаром богослова и философа призвал в своих книгах осмыслить произошедшее, которое необратимо изменило будущее цивилизации, и попытаться что-то изменить.

Природа не терпит пустот! Пустоты необратимости человеческих и культурных потерь после двух мировых войн стремительно заполняются извне, до неузнаваемости меняя общество, которое уже не является наследником и преемником уничтоженной цивилизации. Бенедикт XVI в своих книгах пытался объяснить всю опасность игнорирования последствий прошлых катастроф — и он тоже не был услышан и понят стремительно меняющимся миром. Понтифик-философ, понтифик-богослов нашел в себе силы освободить Престол Святого Петра для того, кто более твердо проведет корабль Церкви через море повседневности, а сам тихо живет в маленькой обители, как хранитель мудрости и знаний, которые еще надеется передать людям. Нам остались его книги и его слова, обращенные к нам.

И афоризм американского поэта, философа, мыслителя и пастора Ральфа Уолдо Эмерсона: «В сущности, никакой истории нет; есть только биографии…»

 

* * *

Бенедикт ХV был одним из первых организаторов сбора помощи и держал под контролем поступление помощи в разоренную Первой мировой и Гражданской войной Россию.

В 2004 г. Москве, в Большом Левшинском пер., перед зданием Российского Международного Красного Креста установлен памятник Фритьофу Нансену работы скульптора В.Цигаля. Бенедикт XV заслужил не меньше прав на памятник от России, но его имя у нас почти неизвестно. И множество россиян даже не знают, что в далеких 1921-1922  годах их бабушки и дедушки были спасены от голодной смерти благодаря помощи римского первосвященника и миротворца Бенедикта XV.

 

Список литературы

  1. Fond Mariano Cardinal Rampolla del Tindaro; Главный городской архив Палермо , Сицилия.   
  2. Scott J. M. Fridtjof Nansen — Sheridan, Oregon: Heron Books, 1971.
  3. Reynolds E. E. Nansen — Harmondsworth , UK: Regnum Books, 1949.
  4. Archidioecesis Salisburgensis. Liberia: Fond of Johannes Baptist Katschthaler. 1903.
  5. Franklin Delano Roosevelt A Resoucer Guide Libraru of Congress
  6. Яковлев Н.Н. Франклин Рузвельт — человек и политик», Международные отношения, М.,1969 г.
  7. Лортц Йозеф. История Церкви, т.2. М.: Изд-во «Христианская Россия», 2000.
  8. Архиепископ Аверкий (Таушев) Пятидесятилетие преставления Святейшего Патриарха Тихона (1925–1975)Jordanville, 1976 г.
  9. Протоиерей А.И.Введенский. Церковь Патриарха Тихона. 1923.
  10. Хвостов В.М. Глава 13. Дипломатия в годы Первой мировой войны; История дипломатии под редакцией В.П.Потемкина. 
    a. Бэзил Лиддел Гарт 1914. Правда о Первой мировой. М.,Эксмо, 2009 г.
    b. Поляков В.А. Голод в Поволжье, 1919–1925гг.: происхождение, особенности, последствия. Волюфад.2007 г.
  11. Белокопытов В.И. Лихолетье (Из истории борьбы с голодом в Поволжье 1921-1923 гг.). Казань, 1976 г.
  12. Gallet G. Le Papa Benoit XV et la guerre .P. 1921.
  13. Hayward F. Un pape meconnu Benoit XV. P. 1955.
  14. Benedetto XV e la pace / A cura di G Rumi. 1990.
  15. Migliori G. Benedetto XV. Mil. 1955.
  16. Peters W. H. The life of Benedict XV. Milwaukee.1959.
  17. Pollard J. F. The Unknown Pope Benedict XV (1914-1922) and the Pursuit of Peace. L. 1999.
  18. Enchiridion delle encicliche. Bologna. 1998. Vol. 4.
  19. Дойчер И. Троцкий. В 3-х томах. М.: Центрполиграф, 2006 г.
  20. Венгер Антуан. Рим и Москва: 1900-1950 гг. М.: Русский путь.2000 г., Французское издание 1987 г.
  21. Й.Ратцингер. Церковь, экуменизм и политика: новые очерки о экклезиологии. 1987г.
  22. Й.Ратцингер. Поворотная точка для Европы? 1991 г.
  23. Й Ратцингер. Много религий, один завет. Израиль, церковь и мир. 1997 г.
  24. Й.Ратцингер. Истина и толерантность: христианская вера и мировые религии. 2003 г.
  25. Й.Ратцингер. Христианство и кризис культуры. 2005 г.
  26. Ю.Хабермас. Демократия. Разум. Нравственность. М.: Наука, 1992 г.
  27. Ю.Хабермас. Между натурализмом и религией. Философские стать. М.: Весь мир, 2011 г.
  28. Ю.Хабермас. Урок истории? Международные чтения по теории, истории и философии культуры. С-Пб.: 1997 г. Вып.2 стр.256-362.
  29. Ю.Хабермас. Зверство и гуманность. Война на границе права и морали. Логос.1999 г. №5(15).

 

Примечания

  1.  Ультрамонтанство (от лат. ultra montes — за горами, то есть за Альпами, в Риме) религиозно-политическое направление в католицизме, сторонники которого отстаивают идею неограниченной верховной власти римского папы и его право вмешиваться в светские дела любого государства.
  2. Franklin Delano Roosevelt. A. Resouser. Guide Libraru of Congress. Fond F. D. Roosevelt. 1885.
  3.  Из выступления Льва XIII перед кардиналами в 1880 году.
  4.  Ссылка на знаменитую фразу О.Бисмарка: «Если в Европе начнется война, то она начнется из-за какой-нибудь глупости на Балканах» (Ludvwig Reiners. Bismarcks Aufstied. C. H. Beck; Munchen, 1995, с. 355.
  5.  (Gallet. G. Le Papa Benoit XV et la Guerra, p. 1921. P. 34-35).
  6.  Книга И.Р. Григулевича «Папство, век двадцатый», настолько отвечает пропагандистским запросам, что ее даже трудно назвать исторической. Немногим лучше, и книга М.М.Шейнмана «Ватикан и католицизм в конце XIX — начале XX века» и «История папства» С.Г. Лозинского. Но сегодня, за неимением другой литературы на русском языке по этой теме, уже упомянутые книги активно цитируются, а значит — дело советского Агитпропа живет. Относительно недавно появились интересные и серьезные публикации о Бенедикте XV Е.В.Калиниченко и Н.Н.Паташинской. Но попробуем отойти от штампа, и познакомиться с Бенедктом XV.
  7. Barbara W. Tuchman. The guns of august. 1962. copyright renewed 1990; by Dr. Lester Tuchman // Издание на русском языке. М.: Астрель, 2012, с. 412-413.
  8. Дюкас Э.,Хофман Б. Альберт Эйнштейн как человек // Вопросы философии. М.: 1991, с.143-144.
  9. Теплицын В.Л. Возвращение домой . К истории русских военнопленных Первой мировой войны. М., 2011, с. 14.
  10.  Небольшое отступление: 17.08.1941 г. НКИД СССР обратился с нотой к Швеции с просьбой донести до сведения Германии, что СССР признает Гаагскую конвенцию 1907 г. о содержании военнопленных и готов ее выполнять на взаимных условиях. Ответа не последовало. Ту самую конвенцию подписанные статьи, которой нарушил Николай II . 27.04.1942г. была нота НКИД СССР о присоединении СССР к Гаагской конвенции лишь de facto.
  11. Christoph E Palmer. Thomas Schnabel — Matthias Erzberger 1875–1921. Patriot und Visionar. Stuttgart, 2006, p. 127.
  12. Антуан Венгер. Рим и Москва: 1900–1950 гг.». М.: Русский путь. Французское издание 1987 г.
  13.  Там же.
  14.  Из речи президента В.Вильсона о вступлении США в Первую мировую войну от 06.04.1917 г.
  15.  Первая мировая война потрясла М. Равеля, и он ничего не писал до 1925 г. Его первым произведением после восьми лет молчания стала сюита «Гробница Куперена», которую он посвятил друзьям, погибшим на войне. Импрессионизм в музыке М.Равеля исчерпал себя, уступив эмоциональному началу, изменившему стиль произведений композитора. Впоследствии сам Равель определил эту тенденцию в своем творчестве как «лаконизм, до предела».
  16. Porche F. Paul Valery et la poesie pure. P., 1926, p. 23.
  17.  Arhive Tisza Istvan in Austrian War Arhive in Vienna // F 8 (1912) p 123-124.
  18.  Austrian War Arhive in Vienna // Fond Franz Ferdinand von Osterreich Este// 1914г. Переписка эрцгерцога Франца-Фердинада с министром финансов Австро-Венгрии Артуром Шпицмюллером.    

 

© Текст: Наталия Зазулина


Правила жизни Бенедикта Камбербэтча | Журнал Esquire.ru

камбербэтч? Звучит так, будто кто-то бзднул в ванной, да? В понедельник утром я и сам не могу это выговорить.

когда я родился, у меня не было ни земель, ни титула, ни денег. Не было даже нефтяной вышки.

я никогда не собирался строить свою карьеру вокруг образа асексуального интеллектуала-социопата.

современное поколение актеров существует в мире, где талантливый новичок запросто может оказаться в главной роли у Скорсезе. Тебе больше не нужно годами кому-то что-то доказывать и медленно карабкаться вверх, останавливаясь на каждой ступени, — так, как это делали актеры предыдущего поколения: Бен Кингсли, Хелен Миррен или Энтони Хопкинс. Сейчас все иначе: раз — и ты наверху. Но я не уверен, что это хорошо.

мой первый агент считал, что мне не стоит представляться Камбербэтчем, а потом, после полугода неудач, я разорвал с ним контракт и сменил агента. Новый спросил: «А почему ты никогда не представляешься Камбербэтчем? Это же привлекает к тебе внимание».

меня раньше часто звали камби, но мне это здорово не нравилось, а потом Роберт Карлайл рассказал мне, что Камби — это название весьма уважаемой уличной банды из Глазго. Тут-то мне и полегчало.

помню, как при нашей первой встрече Мадонна сказала: «Бенедикт — это такое странное имя». А я говорю: «Да, это очень странное имя, Мадонна».

я заметил странную штуку: как только я прихожу в паб с какой-нибудь девушкой, меня тут же начинают фотографировать.

господь наградил меня странным лицом — чем-то средним между мордой выдры и тем, что люди считают привлекательным.

самые обаятельные люди — это те, кто замечают обаяние других.

слава — странная штука. Люди вдруг начинают видеть в тебе то, чего ты сам в себе не видишь, но чаще — то, чего в тебе и вовсе нет.

известность в голливудском понимании никогда не была моей целью. Я не стремлюсь к ней, но я ее не избегаю.

я счастлив жить в лондоне. Ты выходишь утром из дома, и перед тобой лежит все — музеи, галереи, театры. В Америке все иначе. Если ты актер и живешь в Лос-Анджелесе, ты проводишь все свое время у бассейна, читая сценарии и иногда снимаясь в пилотах, которые потом годами ждут своей участи. Люди там даже на велосипедах не катаются.

мы были в юар, к северу от дурбана. В машине были я и двое моих друзей. Было темно и холодно. Нам говорили, что это опасное место, особенно ночью, но мы все равно поехали. И вдруг — черт! — у нашей машины лопнуло правое переднее колесо. На пустой дороге мы были как на ладони, и тут появились какие-то люди с оружием. И они типа: «Вниз смотреть, вниз! Руки за голову! Смотреть в пол!» Потом они стали нас обыскивать: «Где деньги? Где трава?» А мы действительно немного покурили. Потом они стали выталкивать нас из машины. Я протестовал, кричал что-то, а они швырнули меня в багажник, и я почувствовал, как машина сорвалась с места. Я думал, что все, что это конец, но потом вдруг они остановились и выкинули меня на обочину. «Вы что, убьете меня? Вы собираетесь меня убить?» Но они уехали, не говоря ни слова. Я стоял на дороге посреди ночи и был счастлив, во мне пульсировала радость того, что я жив. Думаю, такие вещи и учат тебя ценить жизнь. И пусть для кого-то это звучит слишком напыщенно. Мне насрать.

есть такая распространенная актерская шутка. «Что ты будешь делать, когда съемки закончатся?» — «Ой, ну если Спилберг не перезвонит, то поеду отдыхать». Глупо, да?

сексуальна та женщина, которая знает, что ей не нужны дорогие шмотки, чтобы быть привлекательной. Сексуальна та женщина, с которой интересно говорить. Но есть еще кое-что: чувство юмора тоже очень сексуально.

я способен очень остро чувствовать жизнь, лежа на диване с книгой.

самой лучшей новостью после выхода первого сезона «шерлока» для меня стало резкое увеличение книжных продаж. Да, я заставил людей вспомнить про сэра Артура Конан Дойла!

кого бы я хотел встретить из уже умерших? Пожалуй, Гитлера. Я бы сказал ему, что он отличный художник и что трахаться лучше, чем заниматься политикой.

я очень хотел встретиться с джулианом ассанжем, когда мы готовились к съемкам «Пятой власти» (фильм, частично основанный на биографии основателя WikiLeaks. — Esquire), но он отказался. Он сказал, что старается дистанцироваться от того, что не является правдой на 100%, и я очень хорошо его понимаю.

жизнь была бы совсем другой, если бы люди всегда спрашивали других: «Вы не возражаете, если я…»

ассанж, сноуден, мэннинг сделали большое дело — они задали правильный вопрос. И теперь этот вопрос задают себе простые американцы. «Постойте-ка, почему они прослушивают мой разговор, когда я звоню своей тетке в Висконсин? Мы ведь с ней говорим только о погоде и шторах. Не значит ли это — если даже мы с ней лишены права на тайну личной жизни, — что террористы победили?»

больше всего меня утомляет собственная болтовня.

я не солдат, не политик и не шпион. Я актер. Я совсем немного умею играть на пианино, совершенно не умею играть на скрипке, не занимаюсь программированием, не рисую, как Ван Гог, и не могу жонглировать в голове галактиками, как это делает Стивен Хокинг. Но я могу все это изобразить на экране.

что заставляет меня делать то, что я делаю? Желание вызвать гордость у родителей. Или чашка крепкого кофе.

хорошая музыка эффективнее всего высвобождает в твоей голове место для вдохновения.

после каждого фильма у меня становится на несколько шрамов больше.

я должен срочно научиться говорить «нет». Раньше я отвечал «да» на каждое предложение, но я изо всех сил стараюсь измениться.

у меня совсем немного увлечений: верховая езда, подводное плавание и мотоциклы.

чем дальше ты способен уйти от себя и своих привычек, тем большего ты сможешь достичь. Все самое интересное в мире лежит за пределами зоны твоего личного комфорта.

тут у меня в бокале с вином какая-то мошка плавает. Омерзительно? Возможно. Но я рад, что она умерла счастливой.

что бы ты ни делал, каким бы добродетельным ни был, всегда найдется тот, кто тебя ненавидит.

я стараюсь не заводить новых друзей. Только старые помнят меня таким, каким я был до всего этого.

вечные поиски счастья — самый простой путь к разочарованию.

разве я могу кому-то что-то советовать — в особенности, целому поколению? Живите чуть менее обычной жизнью, чуваки. Вот, собственно, и все.

В «Играх шпионов» Бенедикт Камбербэтч ради спасения мира от Хрущева то и дело ходит на балет – Москвич Mag

Иногда в своем желании удивить неожиданным ходом Голливуд настолько искажает историю, что в вышедших десять лет назад «Людях Икс: Первый класс» Карибский кризис разрешали мутанты.

Слава богу, в случае с «Играми шпионов» (в кинотеатрах с 18 марта) речь идет о реальной истории и людях, в первую очередь об Олеге Владимировиче Пеньковском, полковнике ГРУ Генерального штаба Вооруженных сил СССР, герое Великой Отечественной, который на протяжении двух лет передавал ЦРУ и МИ-6 в том числе сведения о размещении ракет на Кубе и был за это расстрелян как предатель в 1963-м. Пеньковского играет Мераб Нинидзе, который после ролей в «Шпионском мосте» Спилберга и сериале «Родина» стал главным актером постсоветского пространства, к которому обращается Голливуд, когда снимает истории о советском прошлом и/или работе разведок.

Все же главная роль здесь у Бенедикта Камбербэтча, играющего заглавного курьера (в оригинале «Игры шпионов» называются The Courier, видимо, наши дистрибуторы не стали переводить дословно, чтобы зрители не приняли фильм за перевыпущенного в прокат «Курьера» Шахназарова). Гревилл Уинн был британским торговым агентом, которого знакомый из МИ-6 Дики Фрэнкс (Энгус Райт) и агент ЦРУ Эмили Донован (Рэйчел Броснахэн) уговорили передавать донесения Пеньковского в начале 1960-х, когда Хрущев решил разместить на Кубе ракеты средней дальности. Между англичанином и русским завязывается дружба, Уинн начинает возить из Европы дочери Пеньковского Марии (в фильме почему-то Нине) куклу Барби, а советский номенклатурщик в ответ — игрушку-ракету сыну Уинна Эндрю. Пеньковский мечтает сбежать из СССР и поселиться в штате Монтана, которая напоминает ему родной Владикавказ. Но полковником руководила не только мечта стать настоящим западным ковбоем. Его по-настоящему пугала маниакальность Хрущева, с которой тот подвел мир к ядерной войне, и их с Уинном желание по-настоящему спасти человечество от катастрофы выглядит искренним и даже романтичным. Другое дело в цене, которую за такую подпольную деятельность заплатили англичанин и русский — она была неравной.

К счастью, наконец вроде бы у западных кинематографистов начало получаться показывать СССР без той нелепой клюквы, которая превращала почти каждую их историческую драму о нас в фарс. Советских героев, даже водителей и вышибал на заднем плане, играют русские (или русскоязычные) актеры, а у Марии Мироновой и Кирилла Пирогова довольно большие роли. Несмотря на очевидно более выигрышную позицию американцев и англичан по сравнению с Пеньковским, которого могут расстрелять в любой момент, в отношении него нет никакого снисхождения или насмешки — его дружба с Уинном взаимна и бескорыстна. Оба, правда, слишком часто ходят в Москве вдвоем на балет, что намекает на скудность развлечений в СССР 1960-х, но так ведь оно и было.

Уинн в данном случае интереснее сценаристу фильма Тому О’Коннору и режиссеру Доминику Куку, чем Пеньковский, по очевидной причине — он любитель, случайный виновник исторических событий и невидимый герой, спасший (или нет?) нас с вами. В фильм, правда, не попало продолжение этой истории. Разоблачение Пеньковского привело к увольнению начальника ГРУ Ивана Серова и в свою очередь к ослаблению позиций Хрущева. Уже через год страну возглавил Брежнев, а зарвавшегося генсека отправили на пенсию за «многочисленные ошибки».

Есть и другой аспект сюжета о торговом агенте, вдруг помимо своей воли превратившемся почти в Джеймса Бонда (который, кстати, как раз в эти годы впервые появился на экране). Жена Уинна, Шейла (Джесси Бакли), замечает, что ее муж стал подозрительно хорош в постели, но одновременно начал срываться на сыне. Ей лезут в голову нехорошие мысли об измене, но, конечно, она и подумать не могла, что такие метаморфозы происходят с людьми, которые помогают изменять другим, только родине.

Фото: «Белые ночи»

Бенедикт XVI (Папа Римский) — ПЕРСОНА ТАСС

Происхождение, военная служба
Бенедикт XVI, в миру Йозеф Алоиз Ратцингер (нем. Joseph Alois Ratzinger), родился 16 апреля 1927 г. в г. Марктль-на-Инне (Бавария) в семье комиссара жандармерии.
В 12 лет поступил в семинарию. В 1941 г., в 14-летнем возрасте, был зачислен в гитлерюгенд — молодежную организацию Национал-социалистической немецкой рабочей партии, в 1943 г. был призван в армию. Служил во вспомогательном подразделении ПВО в Баварии, в строительстве оборонительных укреплений в Австрии, в боевых действиях не участвовал, в 1944 г. дезертировал.
Образование и академическая карьера
В 1946-1951 гг. изучал теологию и философию в Высшем институте теологии и философии во Фрайзинге и в Мюнхенском университете (в Баварии). В 1953 г. получил степень доктора богословия в Мюнхенском университете.
В 1957 г. Йозеф Ратцингер возглавил кафедру фундаментальной теологии в Мюнхенском университете и кафедру догматического и фундаментального богословия в Высшем институте теологии и философии Фрайзинга. В 1959 г. стал профессором Боннского университета, в 1963 г. перешел в Университет Мюнстера (земля Северный Рейн-Вестфалия). В 1966 г. получил кафедру догматического богословия в Тюбингенском университете (земля Баден-Вюртемберг). В 1969 г. он вернулся в Баварию, читал лекции в Регенсбургском университете. В 1976-1977 гг. был вице-президентом этого вуза.
В 1972 г. он стал одним из учредителей католического журнала Communio («Коммунио», «Причастие»), освещающего вопросы религии и культуры, и до начала 2000-х гг. был одним из его авторов (в н. в. ведущее издание католической богословской мысли, публикуется на 15 языках).
Владеет несколькими языками. Кроме родного немецкого, знает итальянский, испанский, английский, латинский, читает тексты на древнегреческом и иврите.
В католической церкви
Йозеф Ратцингер был рукоположен в сан диакона в 1950 г. в сан священника — в 1951 г. В 1962-1965 гг. в качестве советника архиепископа Кельна Йозефа Фринкса он участвовал в работе Второго Ватиканского собора.
В 1969 г. получил должность советника при Конференции католических епископов Германии (коллегиальный орган церковно-административного управления Римско-католической церкви в Германии).
В марте 1977 г. был рукоположен в сан епископа и назначен архиепископом Мюнхена и Фрайзинга. 27 июня 1977 г. папа Павел VI возвел его в кардиналы, назвав «выдающимся богословом».
В 1981 г. уже папа Иоанн Павел II назначил его префектом (главой) Конгрегации по вопросам вероучения — влиятельного органа католической церкви, призванного бороться за чистоту веры, а также председателем двух комиссий — папской библейской и международной теологической. В ноябре 1998 г. он стал вице-деканом коллегии кардиналов, а в ноябре 2002 г. — ее деканом. С 2003 г. возглавлял комиссию по подготовке сборника катехизиса католической церкви.
Во главе церкви
19 апреля 2005 г. Йозеф Ратцингер был избран главой Римско-католической церкви и государства Ватикан (265-й папа, интронизация состоялась 24 апреля), став первым папой немецкого происхождения за последнюю почти тысячу лет. Выбрав церковное имя Бенедикт XVI, он отдал дань уважения Бенедикту XIV и Бенедикту XV. Бенедикт XIV (Просперо Ламбертини, 1740-1758) был любим католиками, уважаем протестантами, его называли «клириком без хвастовства и алчности, князем без фаворитов». Бенедикт XV (Джакомо делла Кьеза, 1914-1922), занимавший престол в годы Первой мировой войны, вошел в историю как деятельный миротворец.
Бенедикт XVI продолжил курс своего предшественника на диалог католицизма с другими религиозными конфессиями. Событием стала его встреча с Константинопольским патриархатом Варфоломеем I в ноябре 2006 г. в Стамбуле (он стал третьим понтификом, посетившим Турцию после Павла VI и Иоанна Павла II). Он являлся противником радикальных реформ внутри церкви, высказываясь против отмены целибата и возведения в духовный сан женщин, выступал против эвтаназии и клонирования человека. В 2009 г. от отменил отлучение от церкви четырех епископов Общества святого Пия X, которое находится в конфликтных отношениях с католической церковью. Один из них — британец Ричард Уильямсон — отрицает Холокост. Это решение Бенедикта XVI вызвало шквал возмущения, особенно в Германии.
Его правление было омрачено скандалами со священниками-педофилами в США, Ирландии, Германии и Италии. В адрес епископатов этих стран и Ватикана были выдвинуты обвинения в сокрытии многих подобных фактов, что позволило священникам-педофилам уйти от наказания. Были и финансовые скандалы, связанные с Банком Ватикана (Институт религиозных дел), который использовал депозиты клиентов для финансовых спекуляций.
В 2012 г. разразился скандал, получивший название «Ватиликс». Он был вызван выходом книги журналиста Джанлуиджи Нуцци «Его святейшество: Тайные письма Бенедикта XVI», основанной на украденных дворецким Бенедикта письмах понтифика и других секретных документах. В книге Нуцци рассказывается о коррупции в Ватикане и сексуальных скандалах, в центре которых оказывались представители Римской католической церкви.
Кроме того, в декабре 2012 г. папа получил 300-страничный доклад, в котором, как сообщила итальянская газета «Репубблика», содержался компромат на ряд влиятельных кардиналов, причастных либо к расхищению церковных финансов, либо уличенных в однополых связях, либо в сокрытии сексуальных преступлений священнослужителей. Эти обстоятельства, как считает «Репубблика», возможно и стали причиной отставки понтифика.
За время своего понтификата Бенедикт XVI написал три энциклики. «Бог есть любовь» (Deus caritas est, 2005) посвящена вопросам христианского понимания любви и проблемам благотворительности. «Спасенные надеждой» (Spe salvi, 2007) представляет собой размышления о христианской надежде. «Милосердие в истине» (Caritas in Veritate, 2009) содержит размышления по социальным проблемам труда и занятости в период экономического кризиса. Еще одна энциклика «Свет веры» (Lumen fidei) не была им закончена и считается первой энцикликой следующего папы Франциска (с 2013 г.).
Франциск называет Бенедикта XVI «одним из крупнейших богословов современности».
Отставка
11 февраля 2013 г. Бенедикт XVI объявил о своей отставке. По словам понтифика, к такому поступку его сподвигло понимание того, что у него не достает сил для исполнения своих обязанностей, он отрекается от понтификата «во благо церкви» в пользу более молодого и энергичного, способного отвечать быстрым темпам современного мира. 28 февраля 2013 г. он оставил пост, став первым папой с 1415 г., добровольно покинувшим престол.
После отречения Бенедикт XVI сохранил свое папское имя и получил титул почетного папы. Завершив исполнение своих обязанностей, он удалился в особняк на Ватиканском холме, который сам выбрал своим убежищем (бывший монастырь «Матер экклезия»).

Бенедикт XV. Апостол мира на мировой войне — Журнальный зал

 

 

Зазулина Наталия Николаевна — историк, писатель, публицист, общественный деятель. Область научных интересов — российско-европейские культурные связи. Автор «Вестника Европы». Награждена Святейшим Патриархом Алексием II орденом Равноапостольной княгини Ольги 1 ст.

 

 

 

 

«Блаженны миротворцы»

30 октября 2015 года в Атриуме Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы имени М.И. Рудомино, в рамках проекта «Блаженны миротворцы», инициированного покойной Е.Ю. Гениевой, генеральным директором библиотеки, состоялось торжественное открытие памятника папе римскому Бенедикту XV работы скульптора, народного художника России А.Н. Бурганова.

Церемонию открыли новый генеральный директор ВГБИЛ В.В. Дуда, папский Нунций, его высокопреосвященство архиепископ Иван Юркович и президент регионального совета провинции Тоскана Eugenio Giani.

Сегодня личность папы римского Бенедикта XV приобретает особое значение не только в связи с мемориальными событиями, посвященными 100-летию Первой мировой войны, но и в связи с ощущаемой всеми растущей угрозой всеобщему миру.

 

 

Посвящается памяти Е.Ю. Гениевой, создавшей проект «Блаженны миротворцы»

 

 

За 10 лет до войны

 

Папа Лев XIII, до избрания кардинал Винченцо Джоакино Рафаэлле Луиджи, граф Печч — разносторонне образованный полиглот, свободно говоривший на нескольких языках, изучавший теологию и право в университетах Рима и Витербо, имевший в 26 лет три докторские степени — богословия, гражданского и канонического права. В 33 года будущий папа Лев XIII стал епископом, а в 44 — кардиналом и, громко заявив о себе на 1-м Ватиканском соборе, более не исчезал с небосклона Святого престола. Лев XIII первый папа, избранный после объединения Италии в 1870 г., заставил не только Европу, но и весь христианский мир видеть в нем не лишенного власти светского государя, а главу миллионов католиков. При этом понтифик, не признавая присоединения Рима к Италии, объявил себя «узником Ватикана». Не покидая Ватиканского холма, пользуясь средствами связи конца XIX — начала XX века, невиданно возвысил значение папства. Своим личным прелатом он сделал авторитетного немецкого историка Иоганна Янсена, одного из основателей ультрамонтанства2. Лев XIII не боялся ярких личностей, напротив, всячески приближал и продвигал их. Государственным секретарем Св.Престола стал 44-летний кардинал Мариано Рамполла, маркиз дель Тиндаро. Этот блестящий дипломат и доктор юриспруденции, золотой медалист Папского Григорианского университета и Папской академии духовной знати весь период понтификата Льва XIII отвечал за внешнюю и внутреннюю политику. За четверть века пребывания Льва XIII на троне Святого Петра папа и его госсекретарь совершили чудо, создав посреди тотального наступления атеизма новую модель папского служения, в условиях изоляции понтифика расширили влияние и авторитет католической церкви.

В 1900 году художник-портретист Филип Алексис де Ласло пишет в Риме два портрета — папы Льва XIII и кардинала Рамполлы.

 

На Всемирной выставке в Париже в 1900 году портрет понтифика получил года Большую золотую медаль. И сегодня эти два портрета — одни из самых удивительных изображений князей церкви на сломе веков, а в ракурсе драмы, разыгравшейся через три года на конклаве, еще более любопытны.

Как далекий от политики и католической веры, тридцатилетний Филип де Ласло разгадал характеры этих двух людей? Откуда в 1900-м ему было знать, что добровольный «узник Ватикана», этот почтенный старец, и кардинал Рамполла, за двадцать три года понтификата Льва XIII совершили невозможное: Святой Престол в Ватикане, после утраты папой светской власти, стал одним из политических центров не только Европы, но и всего мира.

Каким чутьем сын ткача-иудея из Будапешта понял и так запечатлел на холсте двух самых влиятельных фигур христианского мира — Льва XIII и кардинала Мариано Рамполла?! Горящие огнем глаза кардинала, — это и огонь его служения, и огонь его личности и сжигающий его изнутри огонь жажды власти, которой он уже де-факто располагает, но обернется пепелищем и тщетой надежд.

С XVI века три католические державы — Испания, Франция и Св.Римская империя имели право вето — «Jas Exclusivae» (Право на исключение), т.е. светского вмешательства извне в выборы римских пап на конклавах. После исчезновения Священной Римской империи это право перешло к Австро-Венгрии. Право вето озвучивалось на конклавах 16 раз, через кардинала, представлявшего одну из трех стран. Вето нельзя было накладывать на уже выбранного кандидата, а лишь на явно набиравшего наибольшее количество голосов перед следующим туром и нежелательного для одной из трех стран.

В 1903 году уже семидесятитрехлетний император Австро-Венгрии Франц Иосиф наложил вето на избрание кардинала Мариано Рамполлы папой Римским. Для выполнения своей воли Франц Иосиф избрал иезуита, князя-епископа Кракова кардинала Яна Мауриция Пузина. Конклав 1903 года открылся в Сикстинской капелле 31 июля, и мало кто сомневался в избрании кардинала Рамполлы, самого опытного и авторитетного князя церкви.

Но усиление политического веса Святого Престола не входило в планы ревностного католика Франца Иосифа.

 

Европа тем временем неминуемо скатывалась к войне. И один из главных сторонников решения вопросов путем военной силы, и также ревностный последователь иосифизма Франц Иосиф не хотел слышать одергиваний из Ватикана, тем паче — быть отлученным от церкви. За прошедшие годы австрийский император хорошо изучил кардинала Рамполлу и знал, что этот политик в сутане, последнее десятилетие по сути и управлявший всем католическим миром от имени Льва XIII, при случае не дрогнет.

Строгий в вопросах уважения постулатов веры, в целом Лев XIII был человеком высокой культуры и большой широты взглядов, либералом, тонко чувствовавшим перемены в мире, которые несет прогресс и развитие экономики. Впервые социально-экономические вопросы жизни людей, его паствы приобрели первостепенное значение и стали занимать в его проповедях и энцикликах (которых он издал — 88!), не меньше места, нежели вопросы веры. Лев XIII и кардинал Рамполла утверждали, что именно социально-экономическое положение народов определяет международную политику в стремительно меняющемся мире, и главам государств и правительств, лидерам партий необходимо уделять этому должное внимание. И все это согласуется с учением Христа!

15.05.1891 года Лев XIII издает энциклику «Rerum novarum», где сформулировал первые тезисы римско-католической социальной доктрины, которую его преемники модифицируют и дополняют по сей день. В 1991 году, к 100-летию ее издания, папа Иоанн-Павел II, не меняя смысла и основополагающих постулатов, развил ее идеи в своей «Centensimus annus».

В 1891-м Лев XIII приветствовал Международного бюро мира, созданного в Риме по итогам работы Международного конгресса мира, первым председателем которого стал датский писатель и политик Фредерик Байер. Папа Лев XIII опередил Франклина Рузвельта, сказавшего про «Капитал» Маркса: «…Мы эту умную книгу одним коммунистам не отдадим!»3, словами: «В этом сложном труде слишком много интересных и горьких истин, чтобы они могли быть оружием лишь против нас. Эти знания могут быть и нашим оружием!»4

Впервые Лев XIII прочитал «Капитал» на немецком языке в 1871-м, а затем в 1879-м, когда труд К.Маркса был переведен на итальянский язык в популярном изложении анархо-коммуниста Карло Кафьеро.

Лев XIII обращался к монархам и правительствам, политическим, экономическим и интеллектуальным элитам, напоминая об их ответственности перед Богом за земные дела, в случае если их земные дела обернутся военным или социальным катаклизмом. Едва ли не чаще других в обращении понтифика звучало слово «плюрализм».

«Узник Ватикана» Лев XIII не уставал указывать, что число социалистических обществ различных направлений и степень радикализации растет по Европе тысячами, и с этим нельзя не считаться.

Убийство короля Умберто I было местью анархиста Г.Бреши за расстрел мирной демонстрации в Милане в мае 1898 года. Понтифик снова указывал власть предержащим, что бессмысленная жестокость порождает новую агрессию, а усиленная постулатами марксизма становится серьезной политической силой.

Но все мирные посылы Ватикана расходились с планами сильных мира сего о переделе колоний и рынков сбыта, с гегемонным стремлением Германии потеснить Британию на среднем Востоке, франко-германскими противоречиями в Эльзасе и Лотарингии, «неминуемым столкновением России с Австро-Венгрией на Балканах»5. Таким было начало XX века.

 

* * *

Когда 20.07.1903 года Лев XIII скончался, император Франц Иосиф сделал все от него зависящее, чтобы последователь папы, а скорее всего, и реальный соавтор энциклик 1902 года, да и многих других, кардинал Рамполла не занял престол Св.Петра.

После трех голосований, когда все были уверены в победе госсекретаря Ватикана, от имени австрийского императора кардинал Ян Пузина наложил вето на его кандидатуру. Император Франц-Иосиф держал свои планы в тайне, и конклав не ожидал вмешательства монарха Австро-Венгрии. Казалось, все думали только о войне, конклав 1903 обещал быть быстрым, и поэтому никто не был готов к случившемуся.

 

Кардинал Рамполла безуспешно протестовал против вмешательства светских властей, заявив: «…я сожалею, что светской властью в вопросе избрания папы нанесен столь серьезный удар свободе Церкви и достоинству Святой кардинальской коллегии…»6

 

Император Франц Иосиф сыграл на внезапности.

Конклав был смят, и, как это часто бывает в подобных случаях, наибольший шанс получил аутсайдер, меньше всего ожидавший папской тиары: шестидесятивосьмилетний патриарх Венеции Джузеппе Мелькиоре Сарто.

Кардинал Рамполла отказался снять свою кандидатуру, еще рассчитывая на оскорбленное самолюбие Коллегии кардиналов. Но выборщики конклава лишь выразили недовольство посланцу Франца Иосифа и подчинились.

Император Австро-Венгрии был единственный католический государь, с которым после 1870 года, после потери светской власти у Ватикана не было проблем, и 04.08.1903 г. папой стал патриарх Венеции, взявший имя Пий X.

В тот же день, 4 августа, новый понтифик уволил без последующего назначения с поста госсекретаря Ватикана кардинала Рамполлу и поставил на его место не имевшего никакого политического опыта 38-летнего испанского кардинала Рафаэля Мерри дель Валь-и-Сулуэта.

 

* * *

Пий X и кардинал Мерри дель Валь были сторонниками продолжения консервативной политики римско-католической церкви и откровенно чужды всякой международной деятельности. Если Лев XIII и кардинал Рамполла мыслили категориями европейского масштаба, то Пий X считал их деятельность бесполезной. При Пие X к власти в Ватикане пришли люди, не готовые ни к какой политической деятельности, обязанные своим возвышением ордену иезуитов, которому новый понтифик был признателен.

Главной заботой Пия X была борьба с модернизмом, для чего, исходя из примера Средневековья, он создал специальную организацию для сбора доносов на подозреваемых в этой «ереси XX века». Подобные шаги понтифика быстро уничтожили унаследованный от Льва XIII авторитет международного арбитра в церковных и политических вопросах.

За время понтификата Пия X прошли Балканские войны и Итало-турецкая война, где впервые были применены радио, авиация и бронеавтомобили, но занятый борьбой с ересью папа, не увидел за этими конфликтами приближения более страшного несчастья для Европы и мира.

 

 

ВЫСТРЕЛ В САРАЕВО

 

Выстрел в Сараево стал для мира точкой невозврата. Декан трибунала Священной Римской Роты кардинал Микеле Лега вспоминал, что известие о начале Первой мировой войны и объявления военных действий странами друг другу Пий X выслушивал спокойно и даже равнодушно, как прогноз погоды. Всего за десять дней, с 28 июля по 6 августа 1914 года, Австро-Венгрия, Сербия, Россия, Люксембург, Бельгия, Германия, Франция и Великобритания оказались втянутыми в военный конфликт.

20.08.1914 года, после десяти лет понтификата и меньше чем через месяц после начала войны Пий X умер, ему было 79 лет. Похоронен в Соборе Св.Петра. Мир не заметил его ухода и никак не отреагировал на него. Но пути Господни неисповедимы, и в 1951г. папа римский Пий XII возвел Пия X в ранг блаженных, а в 1954 г. объявил его Святым.

Лев XIII не удостоился подобной чести даже от Иоанна-Павла II , который во многом скопировал его понтификат. Лев XIII и в наши дни выглядит слишком передовым пастырем для «истинного католицизма».

 

 

БЕНЕДИКТ XV

 

Избрание Бенедикта XV проходило в самом начале Первой мировой войны.

Собравшиеся в конце августа 1914 года в Ватикане на конклав кардиналы — представители воюющих сторон ухватились за соломинку, им была нужна хотя бы тень Рамполлы. Папой выбрали архиепископа Болоньи, маркиза Джакомо делла Кьеза, всего три месяца бывшего кардиналом, но много лет работавшего под началом кардинала Рамполлы и обладавшего солидным дипломатическим опытом.

Личность понтифика отделена от мира так, как не отделена от мира личность ни одного монарха на Земле.

 

Три года отделявшие воюющую Россию от революции 1917 года, не оставили нам, за исключением редких писем-докладов российских послов в Италии, Ватикане и других странах Европы, никаких других свидетельств о личности Бенедикта XV. Советская историография и публицистика были категорично немногословны в описании Первой мировой войны, отгородившись от нее термином «империалистическая». Как будто этот термин что-то меняет или делает ее последствия менее катастрофическими для России, и для всего мира. Также не был избалован вниманием и честным подходом советских историков Ватикан, и вся история папства, оказавшаяся в стане идеологических врагов СССР7.

 

* * *

3 сентября 1914 года с балкона собора Св. Петра прозвучало: Habemus Papam! После десятилетия правления крестьянина Пия X Святой Престол занял аристократ, представитель «черной знати». Папа Каллист II принадлежал к семье дела Кьеза. Папа Иннокентий VII принадлежал к роду матери Бенедикта XV Джованны Мальорати. Ватикан было трудно удивить древностью рода понтификов, а посреди разрастающейся войны это и подавно уже не имело былого значения.

В 1914 году Святой Престол имел дипломатические отношения с четырнадцатью государствами, но и эти легаты были лишь второстепенными наблюдателями, а не влиятельными дипломатами. Первым шагом нового понтифика явился перенос церемонии инаугурации из собора Св.Петра в маленькую Сикстинскую капеллу. Накануне инаугурации стало известно о бомбардировке и разрушении Реймского собора, и новый папа отказался от положенной ему традиционной пышности и почестей. Тогда этот его шаг оставили без внимания. Бенедикт XV направил к архиепископу Реймса, французскому кардиналу Луи-Анри Жозефу Люсону, своего представителя со словами поддержки и отправил письмо кайзеру Германии с осуждением этого неслыханного варварства.

В первую неделю после инаугурации Бенедикт XV направил письма монархам и главам правительств воюющих стран с призывом остановить боевые действия и начать мирные переговоры. В те дни предметом его особой заботы стала оккупированная в августе Бельгия, и папа направил бельгийскому кардиналу Мерсье особое послание «Сum de fidelibus», со словами поддержки и сочувствия и стал собирать средства для университета в Левене, подвергшегося особо жестокому разгрому немецкими войсками.

О разгроме Левена (или Лувена) хочется сказать особо. Этот средневековый город, находившийся на дороге между Льежем и Брюсселем, был известен своим старинным университетом, основанным в 1426 году, и библиотекой, не имевшей себе равных в мире. Библиотека левенского университета насчитывала 230 тысяч томов, а также славилась знаменитой коллекцией средневековых манускриптов и более чем тысячью инкунабул. (Инкунабула — книги изданные в Европе от начала книгопечатания до 01.01.1501г. Тиражи этих изданий были от 100 до 300 экз. Некоторые инкунабулы в библиотеке лувенского университета считались единственными в мире.)

Помимо университета, с его уникальным книжным собранием, в Ливене были разрушены и сгорели жемчужина готического искусства — городская ратуша, церковь Святого Петра, алтарь которой украшали работы Дирека Бута; погибло множество мирных жителей.

 

Уже в первом апостольском послании от 8 сентября 1914 г. «Ubi perculum», направленном католикам всего мира, понтифик призывал свою паству способствовать установлению мира. Говоря о сожжении уникальной библиотеки, Бенедикт XV назвал это не только войной с мирным населением, но и с последующими поколениями. Слова понтифика о поколениях, которые уже не прочтут книг лувенской библиотеки, настолько потрясли 52-летнего нобелевского лауреата Мориса Метерлинка, что он тотчас же отправился добровольцем во Французский иностранный легион. Близорукий писатель и философ работал писарем, читал легионерам лекции о европейской культуре, однако уже ничего не мог писать сам.

В «Ubi perculum» понтифик объявил о строгом нейтралитете Святого Престола в условиях войны. Но было ли это возможно?! Первое обращение в защиту Бельгии возымело действие. После выступления римского первосвященника глава немецкой пропаганды Маттиас Эрцбергер признавал, что Бельгия «…подняла против Германии почти весь мир». Положение не исправили не опубликованная в СМИ телеграмма кайзера Вильгельма президенту США В.Вильсону со словами сожаления, ни организованный М.Эрцбергером «Манифест ко всему цивилизованному миру», который подписали девяносто три интеллектуалов Германии в поддержку действий немецкой армии. В этом «Манифесте 93-х» варварство и жестокость германских войск оправдали беллетрист Герман Зудерман, философ Генрих Геккель, композитор Энгельберт Гумпердинк, архитектор Людвиг Хофман, лауреаты Нобелевской премии — выдающиеся физики Конрад Рентген, Филипп фон Ленард и Макс Планк, химик Фриц Хабер, основоположник химиотерапии Пауль Эрлих, создатель противодифтерийной сыворотки Адольф фон Беринг, драматург Герхарт Гауптман и многие другие. Среди подписавших манифест был организатор фестиваля в Байрейте, сын Р.Вагнера и внук Ф.Листа, композитор Зигфрид Вагнер, а также создатель первого Зальцбургского фестиваля Макс Рейнгардт.

Но, как писала The Times: «обвинение папы Римского и зола Лувенской библиотеки взывали громче»8.

 

Шовинистическая истерия именитых коллег удивила Альберта Эйнштейна, писавшего в эти дни своему другу: «Европа, обезумев, совершила что-то невероятное. Такие времена показывают, к столь жалкой породе животных мы принадлежим…»9

 

Вместе со своим коллегой-физиологом и врачом Георгом Николаи — Эйнштейн разработал альтернативное обращение к ученым, призывая их проявить «добрую волю» и использовать свой авторитет, чтобы их страны отказались от захвата чужих территорий, от того, чтобы убивать друг друга.

Через месяц после опубликования «Манифеста 93-х» в своей первой энциклике «Ad Beatissimi Apostolorum Principis» от 1 ноября 1914 г. Бенедикт XV уже обращался не только к Церкви, не только к католикам, но и к народам всех стран, призывая воюющие стороны к миру. Понтифик протестовал против бесчеловечных методов ведения войны, продолжающейся агрессии и жестокости.

Первая энциклика Бенедикта XV подверглась резкой критике Ромена Роллана (нобелевского лауреата по литературе 1915 г.). Вот уже сто лет из книги в книгу, из статьи в статью вместо прочтения самой энциклики и уяснения ее смысла переписывают гневные тирады Р.Роллана, который не заметил осуждения понтификом войны и призывов к миру. Р.Роллан вычитал в энциклике только осуждение социалистов и предупреждение о грядущих революциях вследствие всемирной бойни, в которой не будет победителей. Увы, понтифик точно предсказал будущее Европы.

Но, призывы папы Римского к миру, и война, которую он одним из первых назвал «самоубийством Европы», вот уже сто лет заслонены обличениями писателя-гуманиста Р.Роллана.

В первые же дни войны Роллан опубликовал свою знаменитую оду «Ara pacis» («Жертвенник миру»), уже одним обилием латыни похожую на энциклику и, как он сам полагал, «являющуюся утверждением веры во внутренний мир человека».

«Крики войск не заглушат ее. Я вижу, как вздымается кровавое море, несущее на своих волнах прекрасное тело изувеченной Европы, я слышу дикий рев ветра, возбуждающий души, — тщетно!

Пусть я останусь одиноким, но я буду верен тебе. Я не приму участия в святотатственном причащении кровью. Я не вкушу от своей доли Сына Человеческого. Я брат всех людей, и я люблю всех вас, люди, живущие один лишь час и крадущие у себя этот час».

В принципе, Бенедикт XV и Ромен Роллан оказались единомышленниками. После бомбардировки Реймского собора писатель опубликовал статью «Pro aris» («В защиту алтарей»), где, как и понтифик, осудил варварство немецкой армии, но, вероятно, политические взгляды не позволяли ему публично поддержать точку зрения Святого Престола.

В первое военное Рождество 1914 года Бенедикт XV призвал к перемирию и прекращению военных действий, но это его предложение осталось без ответа. В начале войны понтифик еще верил (!) в одну из главных интеллектуальных основ, на которых пятьсот лет зиждилась западная цивилизация, уповая на могущество человеческого разума, подкрепленного верой в Бога.

 

* * *

Призывы и увещевания к прекращению боевых действий, обращения Римского первосвященника к монархам и главам правительств, его голос, взывающей к миру, посреди бредящего войной континента произвели впечатление на молодого Осипа Мандельштама. Энциклике Бенедикта XV великий русский поэт посвятил удивительное и глубокое стихотворение, так и названное — «Encyclica». Художники и поэты нередко бывают пророками, и Осип Мандельштам, предчувствуя грядущую катастрофу хватался за соломинку, за многовековой авторитет Святого Престола — в надежде, что голос Бенедикта XV будет услышан:

 

Есть обитаемая духом

Свобода — избранных удел.

Орлиным зреньем, дивным слухом

Священник римский уцелел…

 

И голубь не боится грома,

Которым Церковь говорит,

В апостольском созвучьи Roma!

Он только сердце веселит.

 

Я повторяю это имя

Под вечным куполом небес,

Хоть говорящий мне о Риме

В священном сумраке исчез!

 

 

* * *

 

КРАСНЫЙ КРЕСТ

 

С осени 1914 года, по распоряжению Бенедикта XV, Святой престол начинает активно сотрудничать с Красным Крестом и с нейтральной Швейцарией. В своем письме от 1 октября 1914-го к президенту Международного комитета Красного Креста Гюставу Адору понтифик писал о необходимости совместных усилий по контролю за условиями содержания военнопленных и интернированных. И уже через две недели (!) по инициативе Бенедикта XV и Гюстава Адора был создан Международный центр по вопросам военнопленных. В январе 1915-го понтифик перечислил Красному Кресту часть своих личных сбережений и накоплений своего старшего брата — адмирала Джованни Антонио делла Кьеза.

Тогда впервые папа обратился к своему клиру с призывом, что Церковь должна быть бедной, а в годы испытаний просто не может не разделять трудности со своей паствой. Спустя сто лет этот призыв Бенедикта XV стал основополагающим в пастырском служении папы Франциска.

 

* * *

На момент избрания папой Бенедикта XV у Ватикана сохранялись дипломатические отношения только с 14-ю государствами: такое убогое политическое наследство оставил ему Пий Х. Поэтому дипломатия стала приоритетом нового понтифика. В 1915 г. Ватикан установил дипломатические отношения с Англией, и это был не дежурный обмен посланниками и верительными грамотами. Далее Ватикан заключил дипломатические отношения с княжеством Монако, в 1917-м с Японией, в 1918-м — с Бразилией, Финляндией, Польшей, Перу, Эстонией, Украиной, Югославией, Чехословакией и Китаем. Впервые в истории папства Бенедикт XV предложил миру программу всеобщего милосердия. Своим распоряжением от 15 января 1915 г. Бенедикт XV учредил Международный день молитвы о мире.

В 1915-м понтифик распорядился об ограничении исполнения гимна «Te Deum» («Тебя, Бога, хвалим!») по случаю военных побед, назвав кощунством восхваление Бога после битв, унесших множество жизней.

Этим же распоряжением Бенедикт XV запретил католическому священству произнесение экзальтированных и пафосных речей на панихидах по павшим, считая что их гибель не должна взывать к новым. Тогда же Бенедикт XV обратился с предложением о захоронении павших на поле брани, с обязательным извещением родственников.

В начале 1915-го папа выступил посредником между Австро-Венгрией и Италией, с тем чтобы призвать итальянцев не вступать в войну. Посланник понтифика в Вене кардинал Эудженио Пачелли (будущий папа Пий XII ) не смог договориться с Францем-Иосифом и венгерским примасом Яношем Чернахом, но его миссия дала повод странам Антанты обвинить Бенедикта XV в симпатиях к Центральным державам.

Тогда впервые во французской печати понтифик был пренебрежительно назван — «папа-бош». В ответ 22.01.1915 г. В консисторской речи понтифик напомнил о нейтралитете Ватикана, хотя соблюдать нейтралитет было непросто даже в стенах римской курии. Немецкие и австрийские кардиналы тянули Бенедикта XV в свою сторону; французские, итальянские и бельгийские прелаты — в свою.

 

* * *

Вступление Италии в войну осложнило положение Святого Престола — дипломаты стран, противостоящих Антанте, выехали в Лугано. Король нейтральной Испании Альфонс XIII предложил понтифику переехать в Эскориал; ему было также предложено перебраться в Швейцарию или Лихтенштейн. Бенедикт XV остался в Риме, и ему, призывавшему к миру, пришлось столкнуться с чуть ли не полным одобрением итальянского духовенства о том, что правительство Италии решило вступить в войну.

Вступая в войну на стороне Антанты и опасаясь растущего влияния понтифика, Италия 15-м пунктом тайного соглашения в Лондоне от 22.04.1915 г. оговорила исключение Ватикана из процесса послевоенного урегулирования. Само участие понтифика в мирных переговорах ставилось в зависимость от позиции итальянского правительства. Политические интриги уже заранее умаляли возрастающий международный авторитет Бенедикта XV.

 

 

СУДЬБА ВОЕННОПЛЕННЫХ

 

Понтифик учредил информационное бюро (Opera dei prigioneri) по розыску пропавших без вести, военнопленных, интернированных и заключенных бюро разместилось в Ватиканском дворце. За время своей работы оно получило 170 тыс. запросов и разослало более 65 тыс. сообщений в семьи. Проблема военнопленных была одной из наиглавнейших. За период Первой мировой войны в плену оказалось 8 миллионов человек. И это при том, что ни одна из воюющих сторон не была готова принимать, размещать и содержать такое количество пленных.

Особенно тяжелым оказалось положение российских пленных, так как император Николай II отказался посылать им продовольствие по линии Красного Креста под предлогом того, что «невозможно проверить, что хлеб действительно будет доставлен по назначению, а не будет использован для продовольствия германских войск»10.

 

Так что имевший трагические последствия отказ СССР подписать Женевскую конвенцию о содержании военнопленных содержал вот эти исторические корни. Ни при помазаннике Божием, ни после победы Октябрьской революции 1917 года в России не ценили человеческие жизни11.

 

После неоднократных обращений папа Бенедикт XV добился от глав воюющих сторон обмена заключенными и ранеными, более гуманного отношения к беженцам. С 1915 по 1918 г. более 30 тыс. тяжелобольных раненых из разных стран было вывезено на лечение в нейтральную Швейцарию. Только благодаря настойчивым обращениям папы с 1916 г. отцы многодетных семей и военнопленные, пробывшие в тюрьмах более полутора лет, подлежали возвращению на родину. В том же, 1916-м все больные туберкулезом итальянские солдаты были возвращены домой. По призыву Бенедикта XV католические священники активно посещали лагеря военнопленных, принимали их обращения и письма к родным, писали подробные доклады о состоянии содержащихся в них людей и о первостепенных мерах по оказанию им помощи.

В 1916 г. понтифик горячо поддержал инициативу Международного комитета Красного Креста публиковать на почтовых открытках фотографии из лагерей военнопленных, поручив католическим прелатам отправить в Женеву все имеющиеся и у них фото. В своем письме к президенту международного Красного Креста Г.Адору Бенедикт XV писал, что эта акция вселит надежду в тысячи сердец членов семей военнопленных.

 

 

НОВОЕ ВАРВАРСТВО

 

В ночь с 27 на 28 октября 1915 г. во время австрийской бомбардировки Венеции был разрушен купол одного из прекраснейших строений эпохи барокко церкви Санта Мария делла Скальци, храма монастыря Босоногих кармелитов на канале Гранде. Во время взрыва и пожара погибли находящиеся там прихожане и те, кто бросился тушить огонь. Была уничтожена знаменитая картина Джованни Баттисты Тьеполо, изображающая перемещение святого дома в Лорето, украшавшая купол храма. Это известие, вместе с поступающими с фронтов сводками о химических атаках, произвели на Бенедикта XV удручающее впечатление. В уничтожении христианских святынь, веками бывших для людей надеждой на спасение, Бенедикт XV видел тот страшный рубеж, перейдя который, суть христианской морали тоже превращается в пыль. По свидетельству кардинала Пьетро Гаспарри, понтифик долго молился, повторял, что «Господа прогневили, что Господь отвернулся от людей». На возражения окружающих Бенедикт XV отвечал, что мир уже никогда не будет прежним! Этой же ночью у понтифика случился первый инфаркт. Но, едва оправившись от болезни, уже через два месяца он вернулся к прежнему ритму работы. Одним из первых его обращений к главам воюющих стран стал призыв о запрещении воздушной войны вне зоны боевых действий. Но, как и многие из мирных призывов понтифика, и это его обращение было проигнорировано.

Посетившему в конце 1915 года Ватикан германскому эмиссару Маттиасу Эрцбергеру понтифик сказал: «Если война затянется надолго, то будет социальная революция, какой еще свет не видывал».

Работая секретарем кардинала Рамполлы, Джакомо делла Кьеза внимательно изучал работы социалистов, делал комментарии к работам К.Маркса для Льва XIII и куда лучше многих политиков, стоявших во главе правительств и партий в Европе, представлял реальные последствия 1-й мировой войны. Но тогда, в конце 1915 г. М.Эрцбергер пропустил мимо ушей предупреждение Бенедикта XV и отделался мелкими уступками на его просьбы.

Когда в августе 1918 г. понтифику доложили, что в первом в мировой истории (!) ночном налете бомбардировщиков на Вену принял участие итальянский поэт, считавшийся романтиком и эпикурейцем, Габриэле д’Аннунцио, Бенедикт XV долго отказывался в это верить, считая эту новость пропагандой военного — министерства Австро-Венгрии. Понтифик не считал д’Аннунцио гением, но и поверить, что поэт не мог бомбить мирных жителей Вены. Но, увы!

 

 

ВАТИКАН И РОССИЯ

 

Известие о Февральской революции в России взволновало понтифика. Глава российской дипломатической миссии при Святом Престоле Н.И.Бок записал со слов кардинала Пьетро Гаспарри о серьезной озабоченности Бенедикта XV, считавшего, что революция в разгар тяжелой и долгой войны, неминуемо будет радикализовать общество. Во многих книгах и монографиях, упоминая Н.И.Бока, приводят цитату из его доклада в Петербург, где он пересказывает беседу с понтификом, и обвиняет последнего в скрытности. Авторы, не знакомые с биографией Н.И.Бока, выставляют его врагом Бенедикта XV, но российский дипломат искренне уважал понтифика. В 1925 г., сорокапятилетний Н.И.Бок стал католическим священником, приняв имя Бенедикт.

В феврале 1917 г. понтифик направляет в Петербург своего посланника кардинала Акилле Ратти (будущего папу Пия XI) для установления контактов с Временным правительством и оказания помощи арестованной царской семье, но папский легат смог добраться только до Варшавы.

В марте 1917 г. Временное правительство освободило из заключения графа А.Шептицкого, но его деятельность снова не нашла одобрения, и идеолог объединения католических и православных церквей Украины уехал в Швейцарию12.

 

В мае 1917 г. Бенедикт XV преобразовал (а не впервые создал, как часто пишут, «чтобы навредить Советской России») Конгрегацию по делам восточных церквей (Congregato pro Ecclesia orientale), учрежденную еще в 1862 г., в Независимую конгрегацию, для руководства которой сформировал коллегию из двадцати кардиналов.

Продолжающаяся война захватила Балканы, Ближний Восток и Африку, и Святой Престол везде обозначал свое присутствие через миссионеров. Для подготовки миссионеров понтифик создал Институт восточных исследований, разрешив обучать там православных. В апреле 1918 г. Бенедикт XV назначил прелата Акилле Ратти своим представителем в России, Польше и Прибалтике, но из-за Гражданской войны в России прелат продолжал оставаться в Варшаве.

Летом 1918 г. Бенедикт XV обратился к большевистскому правительству с просьбой освободить императора Николая II и его семью. Переговоры об отъезде царской семьи в Ватикан вели нунций Эудженио Пачелли (будущий папа Пий XII) и архиепископ Могилевский Эдуард фон Ратт, но они закончились безрезультатно.

Когда в Ватикане узнали об арестах православных священников в России, по поручению Бенедикта XV кардинал Пьетро Гаспарри 12.03.1919 г. направил в Москву следующую телеграмму: «из серьезного источника сообщают, что Ваши приверженцы преследуют служителей Бога, в особенности тех, которые принадлежат к православной религии. Святой отец Бенедикт XV увещевает Вас дать строгие приказания, чтобы служители всякой религии были уважаемы. Человечность и религия будут Вам за это благодарны»13. 13.03.1919 г. из Москвы за подписью Г.В.Чичерина пришел ответ: «Получив Вашу радиограмму от 12 марта, могу Вас уверить, что упомянутый в ней серьезный источник ввел Вас в заблуждение»14.

 

27.07.1919 г. Бенедикт XV уже лично в письме к народному комиссару иностранных дел Г.В.Чичерину протестовал против гонений Русской православной церкви и предложил выкупить конфискованную советской властью церковную утварь. Будущий Патриарх, а тогда митрополит Владимирский и Шуйский Сергий (Страгородский) от имени Священного Синода поблагодарил понтифика и Святой Престол за заступничество. «Искреннюю благодарность за христианскую акцию» выразил Бенедикту XV Святейший Патриарх Тихон. До самой кончины Патриарха Тихона ему передавалась помощь через о. Уэлша, благословленного на это римским первосвященником, и от католических миссионерских организаций.

 

 

НАНСЕН

 

В апреле 1920 г. норвежский полярный исследователь и общественный деятель Фритьоф Нансен занимался по линии Лиги Наций вопросами репатриации военнопленных, разбросанных по разным странам Европы. Бенедикт XV немедленно распорядился предоставить в распоряжение сотрудников Ф.Нансена всю информационную базу в Ватиканское бюро по розыску пропавших без вести, военнопленных и интернированных. Уже в ноябре 1920 г. Ф.Нансен отчитался перед комиссией Лиги Наций о возвращении на родину двухсот тысяч человек, указав в докладе действенную помощь данных полученных от Святого Престола. На том же заседании Ф.Нансен предсказал скорое начало серьезного голода в разоренной Первой мировой войной, революцией и Гражданской войной России, указав, что по странам Европы рассеяно более двух миллионов русских.

По предложению британского делегата Лиги Наций Филипа Ноэль-Бейкера в 01.09.1921 г. Ф.Нансен становится Верховным комиссаром Лиги Наций по делам беженцев. При этом Лига Наций отказалась помогать голодающим в России, и Ф.Нансен обратился к частным организациям и лицам, а также к папе Бенедикту XV. Понтифик обратился с призывом ко всем цивилизованным нациям о сборе пожертвований для голодающих в России. Бенедикт XV нашел слова для жителей разоренной войной Европы, обратиться с христианским милосердием и помощью к людям, умирающим в далекой России.

В декабре 1920 г. Бенедикт XV вручил архиепископу Э.фон Ратту и представителю Ватикана в Петрограде Я.Цепляку 1 млн. лир в помощь голодающим. 30 сентября 1921 г. Ф.Нансен выступил на заседании Лиги Наций с просьбой, что для спасения людей в России нужно 5 млн.футов стерлингов на закупки зерна в США и Канаде, собравшими в тот год богатые урожаи. Бенедикт XV распорядился напечатать речь Ф.Нансена во всех католических изданиях и объявил новый сбор средств для помощи голодающим.

 

* * *

22 августа 1921г. Патриарх Тихон обратился с призывом к верующим всех конфессий во всем мире оказать помощь голодающим в России. 8 декабря 1921 г. советское правительство разрешило Русской Православной Церкви и другим религиозным организациям сбор средств для спасения людей от голода.

В 1921 г.папа Бенедикт XV выступает с энцикликой, посвященной необходимости спасения детей и в России, и оказавшихся в тяжелом положении детей стран послевоенной Европы. Римский первосвященник напоминал, что для христианского милосердия нуждающимся не существует ни конфессиональных различий, ни государственных границ ни политических предпочтений! Одним из первых Бенедикт XV говорил о награждении Ф.Нансена Нобелевской премией мира, — именно за его работу Верховным комиссаром Лиги Наций. Консисторию 7 марта 1921 г. называли — «консисторией милосердия» или «консисторией пятидесятилетних кардиналов».

21.12.1921 г. папа передал лично Фритьофу Нансену еще 500 тыс.лир. для оказания помощи всем нуждающимся «без различия вероисповеданий». Нансен поблагодарил понтифика и передал ему благодарность и фотографии женщин и детей, сделанные им самим в поездке по голодающим областям России.

По поручению Бенедикта XV архиепископ Бостона, кардинал Уильям Генри О‘Коннелл, архиепископ Филадельфии кардинал Дэнис Джозеф Доэрти и архиепископ Квебека кардинал Луи-Назер Бежен связались с Ф.Нансеном и, организовав сбор средств в помощь голодающим, напрямую отправляли хлеб в Россию из США и Канады. Активно собирал средства для спасения русских голодающих детей 52-летний архиепископ Мюнхена и Фрайзинга Михаэль фон Фаульбахер. Участие американских и канадского кардиналов, европейского клира и лично Бенедикта XV в спасении голодающих было отмечено в выступлении Ф.Нансена на церемонии вручения ему Нобелевской премии мира в 1922 году. Существует небольшая (всего пять писем) интересная переписка Бенедикта XV и Ф.Нансена, продолжавшего заниматься репатриацией беженцев. Получая информацию от Ватиканского бюро по розыску пропавших без вести, военнопленных и интернированных, понтифик писал Ф.Нансену, что одной из главных проблем является отсутствие документов, не дающих людям юридического статуса в стране пребывания. Едва ли не впервые идея «нансеновского паспорта» — удостоверения личности для людей, лишившихся гражданства, обсуждалась 02.03.1922 г. в письме Бенедикта XV к Ф.Нансену. Документы начали выдавать в 1922 г, уже после смерти папы, и вначале его получали русские, затем и беженцы из других стран.

 

 

МИР БЕЗ ПОБЕЖДЕННЫХ

 

1 августа 1917 г. Бенедикт XV призвал заключить всеобщий мир без победителей и побежденных, выступил с призывом прекратить военные действия и начать мирные переговоры. Папа Римский предложил план мирного урегулирования из семи пунктов, предусматривавший взаимное сокращение военного ущерба, взаимную реституцию оккупированных территорий, улаживание территориальных споров между Центральными державами и странами Антанты, решение проблемы армянского народа, балканских государств и Польши.

Понимая, что изнурительная война неминуемо радикализует все слои общества, в своей энциклике «Humani generis» от 1917 г. понтифик пытается оградить клир от вовлечения в политику, регламентировав церковные проповеди и запретив политическую агитацию.

 

* * *

Друзья и враги Бенедикта XV отдавали справедливость его щедрости и отзывчивости. Среди передаваемых на благотворительность денег часть всегда составляли личные сбережения понтифика и его брата — адмирала делла Кьеза. Вскоре после скоропостижной смерти Бенедикта XV 01.02.1922 г. в Россию для раздачи продовольствия выехали 12 католических священников, получивших благословение папы, почившего в бозе.

 

* * *

Бенедикт XV прекрасно знал классическую литературу, выразив свою любовь в интереснейшей энциклике «In praeclara» от 30.04.1921г. по случаю 600-летия со дня смерти Данте. Впоследствии специалисты по творчеству Данте сравнивали энциклику «In praeclara» с полноценной докторской диссертацией, где помимо глубокого анализа религиозности поэзии Данте папа Бенедикт XV показал себя серьезным знатоком его творчества, истории и итальянского языка.

В своей речи о Данте понтифик связал минувшее военное лихолетье с людским невниманием к предостережениям Данте из глубины веков, к Слову Божию, Его призывам.

 

Активная миротворческая деятельность Бенедикта XV в годы Первой мировой войны снискала ему международный авторитет и уважение. Мир готовился к конференции, которая должна была поставить точку в четырехлетней войне.

В энциклике «Guod iam diu» понтифик призвал к публичной молитве за успех мирной конференции и прочный мир, основанный на принципах христианской морали. Но человек этот, больше всего сделавший для прекращения войны, не был даже допущен на Версальскую мирную конференцию.

.

* * *

Дело было не только в позиции Италии и не только в том секретном пункте Лондонского соглашения, который перестал быть тайной после обнародования в 1918 г. В.И.Лениным дипломатических документов царской России. Мир стремительно менялся, и в его послевоенном устройстве многие стремились занять место, принадлежащее римскому первосвященнику.

Победители уже не помнили вчерашних ошибок и не думали о завтрашнем дне, они жили текущим триумфом, повторяя старые промахи и ошибки. Если в начале войны всем был нужен третейский судья, к которому можно апеллировать, то при дележе добычи никто уже не хотел считаться с мнением Бенедикта XV. Окончание Первой мировой войны совпало с вручением учрежденной в 1901 г. Нобелевской премии мира, и все признавали, что наиболее достоин премии Бенедикта XV, Джакомо делла Кьеза.

В 1914, 1915 и 1916г.г. Нобелевская премия не вручалась. В 1917 г. « За деятельность по улучшению положения военнопленных», Нобелевской премией мира наградили Международный комитет Красного Креста. В 1918 г. премия вновь не присуждалась, а в 1919-м общественное мнение, и в частности председатель Международного бюро мира Анри Лафонтен и президент Швейцарии и Международного комитета Красного Креста Гюстав Адор называли понтифика едва ли не единственным реальным претендентом на ее получение. Но в послевоенном мире добро легко забывалось, тем более что получить Нобелевскую премию мира почему-то захотел американский президент Вудро Вильсон.

Энергичный американский политик, вызвавшийся быть посредником между Ватиканом и державами-победительницами в вопросе участия понтифика в Версальской конференции, посетил папу в 1919 году. В начале того года Бенедикт XV перенес второй инфаркт и, не оправившись от болезни, уступил напору В.Вильсона, отказавшись от дальнейших попыток участия в конференции.

Надо отдать справедливость В.Вильсону: в начале Первой мировой войны он провозгласил политику нейтралитета и был инициатором создания Лиги Наций, предложив 22 января 1917 г. план мирного урегулирования через создание этой организации. Но 6 апреля 1917 г. вступили в войну и США. Сам президент назвал «…вступление в войну — подготовкой мира к демократии!»15.

 

Еще до визита Вильсона в Ватикан была проведена мощная PR-кампания — на передовице «The New York Times» от 02.01.1919г. красовался заголовок — «Папа надеется на создание Лиги Наций». Накануне встречи в Версале как по мановению волшебной палочки в газетах разных стран появились статьи со старыми обвинениями понтифика в прогерманских симпатиях. Все в одночасье забыли сделанное миротворцем Святого Престола — Апостолом мира.

 

С протестом против оскорблений понтифика выступил в английской печати Редьярд Киплинг. Потерявший в 1915 г. на фронте старшего сына, последующие три года войны Киплинг с женой проработал в Красном Кресте и знал об обширной общественной деятельности римского первосвященника

Оскорбленный Бенедикт XV не признал итогов Версальской конференции и образованной Лиги Наций, ставшей частью мирного договора. Вступлению Ватикана в Лигу Наций воспрепятствовали Италия и Франция. Туда же не была принята и Россия, но — что еще более любопытно — в нее не вступили и США. Тогда как, именно за создание Лиги Наций 28-й президент США В.Вильсон в 1919 году был удостоен Нобелевской премии мира, которую от его имени получил американский посол в Норвегии Альберт Шмедеман. К тому же Конгресс США отказался ратифицировать Версальский договор. Нобелевская премия мира В.Вильсона стала платой вчерашней Антанты за уступки Англии и Франции на мирной конференции, но не убедила США в прочности Версальской системы и перспективах Лиги Наций как арбитра международных споров. Почти сто лет назад Конгресс США исключил возможность иностранного вмешательства во внутриполитическую жизнь страны.

 

 

К НОВОМУ МИРОПОРЯДКУ?

 

В энциклике от 20 мая 1920 г. «Pasem Dei, munus», посвященной окончанию Первой мировой войны, понтифик высказал критическое отношение к установленному миропорядку, непрочности мира в условиях тотального унижения Германии и Австрии и указал на игнорирование Святого Престола. Но это отнюдь не волновало победителей; мнения же побежденных никто и не спрашивал. Бенедикт XV едва ли не первым указывал на неизбежность проблем с Германией, потерявшей часть своей территории с несколькими миллионами жителей, и наложенными на нее непосильными репарациями. Сохраненный военно-промышленный потенциал и распространенность реваншистских настроений представлялись лишь делом времени разрыв Версальского договора грозил новым вооруженным конфликтом.

 

На богослужении в день начала Великого поста 1919г. — Пепельную среду (Dies Cinerum) Бенедикт XV посыпал голову пеплом и произнес одну из своих удивительных проповедей — о посыпанной пеплом бедной Европе. Его жест удивил даже знавших его кардиналов, хотя, если вдуматься, в этом не было ни эксцентрики, ни позы.

 

 

ПОСЛЕ ВОЙНЫ

 

1919 год — первый год после окончания 1-й мировой войны. Европа приходила в себя, словно не веря в то, что едва уцелела. Бенедикт XV был интеллектуалом, и к нему стекались все культурные новости послевоенного континента. Давайте вдумаемся в эти новости.

Еще в 1917 г. архиепископ Вены, кардинал Фридрих Густав Пиффль по просьбе искалеченного войной австрийского пианиста Пауля Витгенштейна ,отправил личный запрос в Ватиканское бюро по розыску военнопленных с просьбой найти его младшего брата, философа Людвига Йозефа Иоганна Витгенштейна, одного из самых ярких мыслителей XX века. Когда установили его местонахождение, Бенедикт XV направил личное ходатайство об освобождении Л. Витгенштейна, и в 1919-м благодарный философ сообщал в Ватикан, что написал в плену «Логико-философский трактат», который вскоре будет издан. Старший брат Л.Витгенштейна, пианист с ампутированной после ранения правой рукой Пауль Витгенштейн вскоре возобновляет концертную деятельность, играя левой рукой, и благодарит Бенедикта XV за помощь в спасении брата. Понтифик просил апостольского нунция в Вене Т.Вальфре ди Бонцо и кардинала Ф.Пиффля публиковать в печати о творческих успехах и концертах однорукого пианиста, подчеркивая, что каждый его концерт для таких же покалеченных войной стоит многих месс!

Надо быть папой римским, чтобы писать это своему прелату.

Архиепископ Парижа, кардинал Леон-Адольф Аметт, еще в конце марта 1918-го сообщил Бенедикту XV о безвременной смерти дивного композитора Клода Дебюсси. Кардиналы знали, что понтифик — поклонник его музыки, а его самые любимые произведения — кантата «Блудный сын» и пьеса для фортепиано «Лунный свет». Бенедикт XV не раз говорил, что погружение в такую музыку сродни молитве!

После начала 1-й мировой войны Дебюсси неделями не подходил к роялю, оставив напоследок пронзительную «Героическую колыбельную» и «Рождество детей, которые лишились крова» («Оды в честь Франции» остались незаконченными). 25 марта 1918 г. под грохот обстреливающих Париж орудий 55-летний композитор скончался.

Весной 1919 г. кардинал Аметт радовал понтифика новостями о композиторе Морисе Равеле, добровольно служившем с 1914 г. шофером грузовика — сначала в пехоте, а затем в авиационном полку французской армии. Подорвав здоровье в 1918-м, М.Равель был комиссован по болезни и шел на поправку. Но! По словам друзей, ничего больше не пишет. В 1919-м Морису Равелю было всего сорок пять лет!16

 

Патриарх Венеции, его высокопреосвященство кардинал Пьетро Ла Фонтен, среди прочего, писал Бенедикту XV о композиторе Эрмано Вольф-Феррари, известном до войны своими комическими операми на либретто комедий К.Гольдони. Переживший войну в швейцарском Цюрихе, музыкант, по словам кардинала Ла Фонтена, пребывает в глубокой депрессии. Первая мировая война стала закатом творчества композитора Эрмано Вольф-Феррари, его первое произведение появилось лишь в 1925 г., и критики отметили в нем меланхолию и мрачность.

 

Судьбу Э.Вольф-Феррари почти в точности повторил живший до 1913 г. в Берлине композитор Ферручо Бузони.

Вероятно, кардинал Т. Вольфре ди Бонцо хорошо знал настроение Бенедикта XV после войны, так как, помимо дел клира, отчета о посещении лагерей военнопленных, госпиталей и сиротских приютов, спрашивает впечатление понтифика от прочтения номеров венского журнала «Факел», автором и издателем которого был австрийский писатель и фельетонист Карл Краус.

Любимец Вены, острослов К.Краус в 1911 г., в тридцать семь лет, сознательно принял католичество, и апостольский нунций гордился остротой пера и популярностью писателя-католика. В 1919 г. вышла книга К.Крауса, написанная за четыре года войны на основе актуальных материалов европейских газет, с невеселым названием — «Последние дни человечества». В наши дни публицист Ольга Федянина назвала Карла Крауса жителем Вены, который в одиночку пытался предотвратить XX век!

Предотвратить время не удалось никому, но мир держится на простых историях. Некоторые афоризмы Карла Крауса попали в переписку Бенедикта XV. Например: «…Чем ближе разглядываешь слово, тем более отстраненно оно выглядит».

«Слабый человек сомневается перед тем, как принять решение, сильный — после».

«…Дьявол — большой оптимист, раз верит, что людей можно испортить».

Бенедикт XV уже не узнал, что остроумец Карл Краус в 1923-м покинул лоно католической церкви. Рана, нанесенная Первой мировой войной, не заживала, а К.Краус искал виноватых.

Зальцбургский фестиваль лета 2014-го открылся постановкой антивоенной драмы К.Крауса «Последние дни человечества».

 

Упомянув богослужение Пепельной среды 1919 г., я привела несколько примеров личных трагедий и драм выдающихся людей начала XX века, чтобы попытаться объяснить состояние понтифика. Последствия Первой мировой войны были слишком тяжелыми, они отразились на всех сторонах жизни общества. Бенедикт XV лучше других понимал, что довоенный социальный и культурный строй Европы был разрушен.

Роджер Осборн, автор книги «Цивилизация. Новая история Западного мира», писал о двадцати годах мира между Первой и Второй мировыми войнами: «Преобладающим ощущением межвоенных лет, выразившимся в большинстве значимых произведений культуры, было ощущение утраты системы координат». Р.Осборн назвал Первую мировую войну «междоусобной войной цивилизованных наций», и страшное осознание этой истины как раз и было в богослужении Пепельной среды 1919 года.

 

Интеллектуал Бенедикт XV понимал, что цивилизация не тождественна разрушенному Реймскому собору или Санта Мария дель Скальци в Венеции, но она неразрывно связана с ними. Читая письма своих нунциев и папских легатов со всех концов света о состоянии общества, понтифик понимал размеры произошедшей катастрофы, понимал он и то, что мир никогда уже не будет прежним.

К чести подписантов «Манифеста 93-х» от 14.10.1914 г. надо сказать, что за годы войны две трети из них публично отреклись от своих подписей.

Написанный в 1919 г. Полем Валери «Кризис духа»17 не только отклик поэта на войну, но и его отклик на проповедь понтифика:

«Не все подверглось гибели, но все познало чувство уничтожения. Необычайный трепет пробежал по мозгу Европы. Всеми своими мыслительными узлами она почувствовала, что уже не узнает себя более, что уже перестала походить на себя, что ей грозит потеря самосознания…»

 

Папа Римский не мог закрыться от мира, как Ги Ропарц или Э.Вольф-Феррари, не мог позволить себе замолчать на несколько лет. Бенедикт XV, как М.Равель, братья Питер и Людвиг Витгенштейны, Карл Краус, словенский композитор Эмерик Беран и миллионы других учился жить в новой реальности. 10 ноября 1919 г. Бенедикт XV отменил «non expedit» (1871 и 1874 гг.) и дал разрешение католикам участвовать в парламентских выборах, легализовав в глазах паствы прогрессивные католические движения. Одновременно понтифик разрешил верующим создать в Италии свою политическую организацию — Народную партию (Partito Popolare Italiano), которая на первых же парламентских выборах заявила о себе как о реальной силе. Обращаясь к лидерам католических партий, понтифик призывал их способствовать созданию в послевоенной Италии христианского общественного строя, при этом жестко исключил Ватикан из сферы их политической деятельности. Своим разрешением создания католической партии, папа Римский достиг примирения и диалога с парламентом Италии. С момента образования Итальянского государства, Бенедикт XV был первым из пап, который попытался решить «римский вопрос» и примирить Ватикан с Квириналом. Между Святым Престолом и правительством Орландо было достигнуто предварительное соглашение о предоставлении в пользование Ватикану небольшой территории, но из-за скорой отставки правительства Орландо эти планы не осуществились. Своими действиями Бенедикт XV фактически полностью подготовил заключение договора между Ватиканом и правительством Италии, которое вскоре и было бы заключено, если бы не его преждевременная смерть в 1922 году. (Соглашения между Ватиканом и правительством Италии («Латеранские соглашения») были подписаны 11.02.1929 г. от имени папы Пия XI — кардиналом Пьетро Гаспарри, а от имени короля Виктора-Эммануила III — Б.Муссолини.)

Продолжая политику сближения с Францией, в мае 1920 г. Бенедикт XV причислил к лику Святых — национальную героиню французов Жанну д’Арк. Вскоре после этого, в 1921-м, понтифик восстановил дипломатические отношения с Францией, бездарно разорванные его предшественником.

В 1920-м в Милане по инициативе Бенедикта XV был открыт университет Святого Сердца, светское учебное заведение для католиков, призванное облегчить диалог Церкви с современным обществом. Разрушительные последствия Первой мировой войны для европейской цивилизации были предметом многочисленных выступлений и писем понтифика. Бенедикт XV всесторонне старался способствовать послевоенному восстановлению израненной души Европы.

14 ноября 1920 г. в Лондоне и Париже прошли торжественные церемонии захоронения останков Неизвестного солдата. Идея создания подобного памятника возникла во время войны. Англиканский священник, капеллан британского флота Дэвид Рейлтон нередко оставлял на могилах неизвестных воинов надпись — «Неизвестный британский солдат». В Лондоне мемориал был сооружен в Вестминстерском аббатстве; в Париже, после отделения церкви от государства, — под Триумфальной аркой.

В Рождество Христово 1920 года Бенедикт XV назвал эти памятники Неизвестному солдату самым благим покаянием человечества перед убитыми солдатами.

14 ноября 1921г. Могила Неизвестного солдата была установлена в Риме, на площади Венеции, в мемориальном комплексе Витториано.

Понтифик горячо благословил открытие монумента, но его беспокоили настроения общества. Демобилизованная из армии молодежь хлебнула безработицы и стала легкой добычей националистов и радикалов, которые всего через год заразят их «коричневой чумой» фашизма. Вместе с журналистом Муссолини, ярко сияла звезда ветерана войны поэта Г. д’Аннуцио. Окончившаяся два года назад война все еще продолжалась в головах людей!

 

* * *

Бенедикт XV — Джакомо делла Кьеза — взял свое апостольское имя в честь папы Бенедикта XIV — Просперо Лоренцо Ламбертини, понтификат которого пришелся на 1740–1758 годы, и полностью подтвердил свою преемственность. В XVIII веке папа Бенедикт XIV был известен как «Папа конкордатов», он заключил более десяти этих конкордатов на выгодных условиях. Папа Бенедикт XIV реформировал образование священнослужителей, внимательно изучая труды эпохи Просвещения, переписывался с Вольтером и Монтескье. Бенедикт XIV был известен своей честностью и осудил лихоимство в своей энциклике «Vix perenit». Бенедикт XIV (Ламбертини) удостоился памятника в Англии (!), и слова, выбитые на постаменте, удивительным образом подходят к апостольскому служению папы Бенедикта XV (делла Кьеза), и к продолжающемуся служению папы на покое Бенедикта XVI (Ратцингера): «Любимый папистами, уважаемый протестантами, клирик без хвастовства и алчности, князь без фаворитов, папа без непотов». Проходящее сквозь века, удивительное преемство римских первосвященников.

Приведенная здесь биография Бенедикта XV кажется объемной и многогранной, но все перечисленное уместилось в семь коротких лет его понтификата.

 

Бенедикт XV, по меркам Ватикана, стал «молодым папой», ему было всего 60 лет. Все приготовились к долгим годам его апостольского служения, ведь Джакомо делла Кьеза отличался прекрасным здоровьем, но тревоги и беды Первой мировой войны подточили его здоровье. Несколько инфарктов, после которых понтифик спешил вернуться к делам и никогда не менял своего распорядка дня. Его рабочий день начинался в 5 утра, а заканчивался не раньше 11 вечера. Бенедикт XV всегда лично читал свою объемную почту, сам писал речи и энциклики.

Понтифик не был идеален. Но кто из людей идеален?! Бенедикту XV ставили в вину сдержанность и некоторую отстраненность. Понтифику была чужда церковная экзальтация, проявление мистицизма и церковного фанатизма. Так же, как и Лев XIII, он окружил себя яркими и талантливыми людьми: сначала назначил статс-секретарем Ватикана кардинала Доменико Феррата, а после его смерти — выдающегося юриста кардинала Пьетро Гаспарри. На дипломатическом поприще блистали будущие понтифики — Акелле Ратти и Эудженио Пачелли. Его внезапная смерть явилась для всех обескураживающим шоком. На рождественских богослужениях 1921-го Бенедикт XV простудился. Болезнь быстро переросла в бронхит, а бронхит — в пневмонию, и сердце совсем еще не старого понтифика не выдержало. 22.01.1922 г. Бенедикт XV скончался.

 

Многие из его начинаний и христианских инициатив продолжались и после его скоропостижной смерти. По воспоминаниям кардинала Пьетро Гаспарри, внимание и сострадание Бенедикта XV к преследуемой советской властью Русской Православной церкви, было продолжено Святым Престолом. Когда в мае 1922 г. в Москве был арестован Патриарх Тихон, обвиненный в антисоветской деятельности и сопротивлении изъятию церковных ценностей, монсеньор Пиццардо направил 14.05.1922 г. Г.В.Чичерину послание с просьбой отказаться от процесса над Святейшим. 07.06.1922 г. кардинал Пьетро Гаспарри от имени Пия XI обратился с аналогичной просьбой к В.И.Ленину, но оба обращения остались без ответа. В сентябре 1922 г. кардинал Гаспарри просил разрешения представителю Святого Престола присутствовать на суде над Патриархом Тихоном, но суда над Предстоятелем Русской Православной церкви так и не было. Святейший Патриарх Тихон находился под арестом до самой смерти.

 

 

ЭПИЛОГ

 

О НАЧАЛЕ ВОЙНЫ

 

И еще один интересный штрих. Будучи политиком и дипломатом, Бенедикт XV не только тратил время на миротворческие увещевания европейских монархов и глав правительств, он внимательно следил за процессом над Гаврилой Принципом, и получал от своих прелатов конфиденциальную информацию.

После Второй мировой войны в советских архивах оказались документы и переписка апостольских нунцив в Австро-Венгрии и Австрии. Кардинал Раффаэле Скапинелли ди Легуиньо навещал Г.Принципа в тюрьме Терезинштадта. По поручению понтифика кардинал Скапинелли ди Легуиньо следил за ходом расследования убийства эрцгерцога Франца-Фердинанда в Сараево, докладывал в Ватикан. Следствие не доказало связи организации «Млада Босна», к которой принадлежал больной неизлечимой формой туберкулеза Г.Принцип, и еще пятерых смертников с официальным Белградом. Будучи несовершеннолетним, девятнадцатилетний Г.Принцип был приговорен судом к 20 годам тюрьмы, где и умер 28.04.1918 года.

Кардинал Скапинелли ди Легуиньо ссылаясь на источники в Венгрии указывал на связь организации «Млада Босна» с венгерским премьером Иштваном Тисой. Объявленный наследником императора Франца-Иосифа в 1886 г., его племянник эрцгерцог Франц-Фердинанд был образованным человеком, основательно готовился к будущей роли правителя. В частности, эрцгерцог хорошо понимал необходимость преобразований в Австро-Венгрии и в 1906 г. вместе с политиком Аурелем Поповичем составил план преобразования империи в федеративное государство с двенадцатью автономиями.

Рабочим названием будущей страны было — Соединенные Штаты Великой Австрии, триединое государство (Австро-Венгро-Славия), где для каждой крупной народности предусматривалось одинаковое автономное устройство. Это устраивало всех, кроме Венгрии, которая теряла свое привилегированное положение. Граф Иштван Тиса дважды был премьер-министром Венгрии от Либеральной партии (в 1903–1905 и в 1913–1917) и самым горячим сторонником монархии Габсбургов. Эрцгерцог Франц-Фердинанд с его планами преобразований Австро-Венгрии, был его непримиримым врагом. И.Тиса откровенно говорил: «Если престолонаследник вздумает осуществить свой план, я подниму против него национальную революцию мадьяр»18. Францем-Фердинанд отвечал И.Тисе прямыми обвинениями в проведении политики мадьяризации невенгерских народов империи, особенно хорватов, румын, русинов и словаков.

Политические реформы и равные права в будущей федерализации империи для всех автономий уничтожали дуалистическую монархию, и лишали перспектив главного идеолога мадьяризации — Иштвана Тису. У наследника трона Австро-Венгрии были и клерикальные расхождения с кальвинистом Тисой. В 1901г. Франц-Фердинанд стал попечителем «Католического союза школ», и его речь на церемонии подтвердила явные симпатии католическим устоям общества и нетерпимость к атеизму. Его речь подверглась яростным нападкам со стороны графа Иштвана Тисы.

 

Убийство эрцгерцога в Сараево стало поводом к началу Первой мировой войны. Поводом, но не причиной! Досконально изучив вопрос, кардинал Скапинелли ди Легуиньо писал Бенедикту XV, что известная статья от 30.06.1914 г. в венской газете « Райхспост», возложившая всю ответственность за убийство эрцгерцога на Сербию и на имевшую там большое влияние Россию, была написана секретарем Иштвана Тисы, сама же газета до 1917-го фактически принадлежала Национальной партии труда Венгрии. Кардинал указывал, что венгерский премьер И.Тиса и подчиненные Эриха фон Фалькенхайна из специального корпуса штабных офицеров Германии были членами одной и той же масонской ложе. Возможному сговору с сербской военной верхушкой, по мнению кардинала Р.Скапинелли ди Легуиньо, мешали православное вероисповедание сербов и исповедуемый Тисой редкий для Венгрии кальвинизм пуританского склада, вкупе с патологическим монархизмом.

Даже выбор даты убийства эрцгерцога в Сараево — 28 июня — день Святого Вита, день поражения сербов на Косовом поле, по мнению кардинала Скапинелли ди Легуиньо, был выбран нарочито кем-то извне. Нунций пишет Бенедикту XV, что «…не верующий в Бога, умирающий фанатик Г.Принцип не знал и не знает, что день Св.Вита 28 июня приходится на день национальной сербской трагедии». В этом же письме в Ватикан кардинал направил копии переписки покойного Франца-Фердинанда с министром финансов Австро-Венгрии А.Шпицмюллером, где среди прочих есть слова эрцгерцога: «…Я никогда не буду воевать против России».

(Любопытно, что еще в 1902 г. как председатель Пражской Академии эрцгерцог Франц-Фердинанд собственноручно вычеркнул из списка вновь избранных почетных членов Льва Николаевича Толстого, узнав об отлучении его Священным Синодом Российской империи от Церкви.) И далее: «Я пойду на жертвы, чтобы избежать этого. Война между Австрией и Россией завершится свержением либо Романовых, либо Габсбургов, а может быть, и обеих династий»19. Комментируя эти письма, кардинал писал Бенедикту XV, что зная болтливость А.Шпицмюллера, точка зрения будущего императора не была секретом.

Весной 1914 г. 82-летний Франц Иосиф серьезно заболел, и, желая избежать грядущих политических реформ своего наследника и ожидаемую смену внешнеполитического курса, его противники начали действовать. Кардинал подчеркивал, что весной 1914 г. совпали интересы не только венгерского премьера и сторонника укрепления военного союза с Германией графа Тисы, но и германского генштаба. Тиса добивался лишь устранения Франца-Фердинанда и не помышлял о мировой войне, но изменить дальнейший ход событий уже было невозможно.

В подтверждение своих слов нунций ссылается на ранее отправленные в Ватикан копии писем австрийского генерала Конрада фон Гетцендорфа немецкому начальнику полевого генерального штаба Х-И-Л фон Мольтке-младшему от мая-июня 1914 г. Судя по черновикам писем кардинала Р.Скапинелли ди Легуиньо, Бенедикт XV уже писал императору Францу-Иосифу о нескольких фанатиках с больной психикой, обреченных на смерть туберкулезом и ставших игрушкой в руках тех, кто обрекли на смерть миллионы людей в Европе, и призывал монарха одуматься и остановить войну. В расследовании истины Сараевской трагедии, сборе информации о причастности к ней И.Тисы кардиналу Р.Скапинелли ди Легуиньо помогал венгерский кардинал, архиепископ Эстергома и Венгрии Янош Чернах и его секретарь, бенедиктинский иеромонах Дьердь Юстиниан Шереди. Одного года войны хватило, чтобы примас Венгрии Янош Чернах осознал размеры катастрофы и начал рьяно поддерживать миротворческие усилия понтифика.

В причастности графа И.Тисы к убийству в Сараево писали в своих трех письмах к кардиналу Яношу Чернаху венгерские политики — бывший в 1917-1918 гг. спикером палаты магнатов Венгрии Эндре Хадик-Баркоци и его брат министр продовольствия Янош Хадик де Футак. Копии их писем из Будапешта, Земплена, Паннонхалма, Праги, Любляны и Триеста находятся в московском архиве.

 

* * *

В письме от 16.09.1916 г., в годовщину гибели императрицы Елизаветы (Сисси), апостольский нунций в Австро-Венгрии кардинал Теодоро Вальфре ди Бонцо писал Бенедикту XV, что император Австро-Венгрии плох, и возможно, перед последним причастием прислушается к призывам из Ватикана. После двух лет войны лоскутное одеяло Австро-Венгерской империи трещало по швам! Европа истекала кровью! Кардинал Вальфре ди Бонцо писал об эпидемиях в лагерях беженцев; архиепископ Словении Антон Еглич осенью 1916 г. сообщал в Рим, что военное министерство Австро-Венгрии приняло решение снимать на переплавку церковные колокола, многие из которых были фамильными вкладами его прихожан, а также изымать огромные котлы для изготовления вина, что оставит виноделов на будущий год без куска хлеба.

 

* * *

Кардинал Вальфре ди Бонцо напрямую призывал Бенедикта XV пригрозить Францу Иосифу отказом в последнем причастии, или отлучением от Церкви на смертном одре.

Но еще в 1903 году Франц Иосиф знал, что делал, когда лишил кардинала Рамполлу папской тиары! Бенедикт XV не решился.

21 ноября 1916 г. Франц Иосиф умер, а его наследник — племянник покойного Франца-Фердинанда — Карл I послушно шел в кильватере германской политики. Через год после неурожая начался голод в Венгрии и на Балканах, в результате поражений на фронте, и ровно через два года после смерти Франца Иосифа Австро-Венгрия распалась. Отправленный в отставку, апологет милитаристской политики И.Тиса в октябре 1918 г. был убит в первый день буржуазно-демократической «революции астр». Основными лозунгами были: перемирие с Россией на любых условиях, проведение реформ и снабжение населения хлебом!

В интервью парижской газете «Пари суар диманш» в июле 1937г. сын эрцгерцога Франца-Фердинанда Максимилиан Гогенберг возложил ответственность за смерть родителей в Сараево на германский генеральный штаб и их сторонников, первым назвав виновником графа Тиса.

Упомянув М.Гогенберга, хочется сказать о многолетней патологической ненависти политического руководства Германии к памяти убитого в Сараево наследника престола Австро-Венгрии и его потомкам. После аншлюса — насильственного захвата Германией Австрии 12-13 марта 1938 г. — все дети эрцгерцога Франца-Фердинанда — два сына и дочь были арестованы и заключены в концлагерь Дахау, где провели семь лет вплоть до окончания Второй мировой войны.

1918 год похоронил под своими обломками: сначала умершего от туберкулеза 28 апреля в Терезинштадте террориста Г.Принципа, 31 октября — убитого восставшими в Будапеште экс-премьера И.Тису, а 12 ноября — распавшуюся Австро-Венгрию.

Главную поджигательницу войны — Германскую империю взорвала изнутри Ноябрьская революция все в том же 1918 году.

 

 

ГРИМАСЫ ИСТОРИИ

 

История любит гримасы. В 2014 году эти двое опять соединились мистическим образом. Через 100 лет после начала Первой мировой войны мы стали свидетелями открытия памятников: 9 июня 2014 г. — Иштвану Тисе в Будапеште, а 28 июня 2014-го — Гаврило Принципу в Сараево, в Боснии. Какая-то единая акция по восславлению виновников Первой мировой войны. Памятник Иштвану Тисе в Будапеште работы скульпторов Дьердя Залы и Антала Орбана уже был установлен в 1934 г. (в день его рождения 22 апреля).

В 1945-м памятник был разрушен неизвестными. Характерно, что в уничтожении памятника И.Тисе в 1945 г. никогда не обвиняли советских воинов. После войны на опустевшем постаменте стоял монумент Михаю Каройи, «левому» премьер-министру революции, которая и убила графа Тису. Но в начале 2014 г. памятник М.Каройи увезли в другой город, а на его место водрузили новый памятник Тисе работы скульптора Иштвана Элека.

Двухметровая скульптура Гаврилы Принципу работы белградского архитектора Зорана Кузмановича отлита из бронзы. Через сто лет история причудливым образом соединила этих двух людей, один из которых неосознанно, а другой — сознательно разожгли пожар Первой мировой войны.

 

Для чего так подробно через нунциев Европы Бенедикт XV собирал данные об убийстве, приведшем к началу мировой бойни?! Может быть, рассчитывал обнародовать и указать на шитые белыми нитками политические аргументы победителей и побежденных?! Неизвестно. Во всяком случае, апостольские нунции в Вене по крупицам собирали для понтифика информацию об убийстве в Сараево, приведшем к военной катастрофе. Нунций сообщал о проверке данных, касающейся судьбы пленных и интернированных, полученных от епископа Падеборна — Карла Йозефа Шульте и епископа Бреслау Адольфа Бертрама. Последним документом из писем апостольских нунциев Австро-Венгрии, а затем Австрии в Ватикан, относящимся к периоду понтификата Бенедикта XV, является черновик письма кардинала Франческо Маркетти Сальваджани от 01.11.1921г., где тот сообщает, что розыски документов дела по расследованию убийства в Сараево ничего не дали, а привезенные в Вену тома бесследно исчезли.

Но в истории ничего не пропадает, просто не сразу находится.

Несомненно, Бенедикт XV хотел знать истину, чтобы народы, заплатившие такую большую цену, не повторяли прежних ошибок.

Бенедикт XV не обладал яркой внешностью и харизмой кардинала Рамполлы, у него была неприметная внешность университетского профессора, со спокойными тонкими чертами лица. Но понтифик был прекрасным оратором и собеседником. После его смерти выяснилось, что в церковной казне нет денег. Для покрытия расходов, связанных с погребением папы и созывом конклава, кардинал-камерленго Пьетро Гаспарри вынужден был обратиться за займом к римским банкирам.

Дабы впредь избежать подобного казуса, преемник Бенедикта XV — папа Пий XI (Акелле Рати) своим распоряжением установил неприкосновенный, так называемый «похоронный фонд», предназначенный для погребения римских первосвященников. Жертвуя деньги пострадавшим в Первой мировой войне, Бенедикт XV потратил не только личные и церковные сбережения, но и все средства своего брата адмирала делла Кьеза. Переживший брата-понтифика на несколько лет, парализованный адмирал, был похоронен на средства сестры — графини Персико.

В знак признания высокого морального и политического авторитета Бенедикта XV и в связи с его смертью был объявлен траур по всему миру. Похоронен был Бенедикт XV в Ватикане, в соборе Святого Петра. Но до сих пор в Италии — Бенедикт XV — папа-миротворец, папа-гуманист и бессребреник не пользуется не только заслуженным почитанием, но и просто воздаянием за свои труды.

 

P. S. На 4-м заседании конклава 19.04.2005 г. избранный папой римским кардинал Йозеф Ратцингер выбрал себе апостольское имя Бенедикт и стал Бенедиктом XVI. Принятие имени вновь избранным римским первосвященником никогда не бывает случайным и говорит о преемственности церковной политики. Соратники Бенедикта XV кардиналы Акелле Ратти и Эудженио Пачелли став, понтификами предпочли преемство от Пия X, более спокойное и консервативное. Подвергавшийся же нападкам при жизни Бенедикт XV после кончина был забыт.

 

Начавшаяся сто лет Первая мировая война стремительно забрала силы Бенедикта XV, назвавшего бойню «самоубийством Европы», от которой континент едва ли оправится. По воспоминаниям секретаря Священной Конгрегации пропаганды веры кардинала Камилло Лауренти, весь 1921 год, последний год своей жизни, Бенедикт XV часто сокрушался, что его энциклики так и не была услышаны людьми! И на возражения о возросшей религиозности в Европе он горестно сетовал, что это отчаяние и опустошение душ, а не торжество веры.

В мире, еще не оправившемся от потерь и разрушений Первой мировой войны, через два десятилетия вновь вспыхнул пожар — теперь уже страшной Второй мировой войны. И наш современник Бенедикт XVI, Йозеф Ратцингер с жаром богослова и философа призвал в своих книгах осмыслить произошедшее, которое необратимо изменило будущее цивилизации, и попытаться что-то изменить.

Природа не терпит пустот! Пустоты необратимости человеческих и культурных потерь после двух мировых войн стремительно заполняются извне, до неузнаваемости меняя общество, которое уже не является наследником и преемником уничтоженной цивилизации. Бенедикт XVI в своих книгах пытался объяснить всю опасность игнорирования последствий прошлых катастроф — и он тоже не был услышан и понят стремительно меняющимся миром. Понтифик-философ, понтифик-богослов нашел в себе силы освободить Престол Святого Петра для того, кто более твердо проведет корабль Церкви через море повседневности, а сам тихо живет в маленькой обители, как хранитель мудрости и знаний, которые еще надеется передать людям. Нам остались его книги и его слова, обращенные к нам.

И афоризм американского поэта, философа, мыслителя и пастора Ральфа Уолдо Эмерсона: «В сущности, никакой истории нет; есть только биографии…»

 

* * *

Бенедикт ХV был одним из первых организаторов сбора помощи и держал под контролем поступление помощи в разоренную Первой мировой и Гражданской войной Россию.

В 2004 г. Москве, в Большом Левшинском пер., перед зданием Российского Международного Красного Креста установлен памятник Фритьофу Нансену работы скульптора В.Цигаля. Бенедикт XV заслужил не меньше прав на памятник от России, но его имя у нас почти неизвестно. И множество россиян даже не знают, что в далеких 1921-1922  годах их бабушки и дедушки были спасены от голодной смерти благодаря помощи римского первосвященника и миротворца Бенедикта XV.

 

 

Список литературы:

Fond Mariano Cardinal Rampolla del Tindaro; Главный городской архив Палермо , Сицилия.

Scott J. M. Fridtjof Nansen — Sheridan, Oregon: Heron Books, 1971.

Reynolds E. E. Nansen — Harmondsworth , UK: Regnum Books, 1949.

Archidioecesis Salisburgensis. Liberia: Fond of Johannes Baptist Katschthaler. 1903.

Franklin Delano Roosevelt A Resoucer Guide Libraru of Congress

Яковлев Н.Н. Франклин Рузвельтчеловек и политик», Международные отношения, М.,1969 г.

Лортц Йозеф. История Церкви, т.2. М.: Изд-во «Христианская Россия», 2000.

Архиепископ Аверкий (Таушев) Пятидесятилетие преставления Святейшего Патриарха Тихона (1925–1975)Jordanville, 1976 г.

Протоиерей А.И.Введенский. Церковь Патриарха Тихона. 1923.

Хвостов В.М. Глава 13. Дипломатия в годы Первой мировой войны; История дипломатии под редакцией В.П.Потемкина.

Бэзил Лиддел Гарт 1914. Правда о Первой мировой. М.,Эксмо, 2009 г.

Поляков В.А. Голод в Поволжье, 1919–1925гг.: происхождение, особенности, последствия. Волюфад.2007 г.

Белокопытов В.И. Лихолетье (Из истории борьбы с голодом в Поволжье 1921-1923 гг.). Казань, 1976 г.

Gallet G. Le Papa Benoit XV et la guerre .P. 1921.

Hayward F. Un pape meconnu Benoit XV. P. 1955.

Benedetto XV e la pace / A cura di G Rumi. 1990.

Migliori G. Benedetto XV. Mil. 1955.

Peters W. H. The life of Benedict XV. Milwaukee.1959.

Pollard J. F. The Unknown Pope Benedict XV (1914-1922) and the Pursuit of Peace. L. 1999.

Enchiridion delle encicliche. Bologna. 1998. Vol. 4.

Дойчер И. Троцкий. В 3-х томах. М.: Центрполиграф, 2006 г.

Венгер Антуан. Рим и Москва: 1900-1950 гг. М.: Русский путь.2000 г., Французское издание 1987 г.

Й.Ратцингер. Церковь, экуменизм и политика: новые очерки о экклезиологии. 1987г.

Й.Ратцингер. Поворотная точка для Европы? 1991 г.

Й Ратцингер. Много религий, один завет. Израиль, церковь и мир. 1997 г.

Й.Ратцингер. Истина и толерантность: христианская вера и мировые религии. 2003 г.

Й.Ратцингер. Христианство и кризис культуры. 2005 г.

Ю.Хабермас. Демократия. Разум. Нравственность. М.: Наука, 1992 г.

Ю.Хабермас. Между натурализмом и религией. Философские стать. М.: Весь мир, 2011 г.

Ю.Хабермас. Урок истории? Международные чтения по теории, истории и философии культуры. С-Пб.: 1997 г. Вып.2 стр.256-362.

Ю.Хабермас. Зверство и гуманность. Война на границе права и морали. Логос.1999 г. №5(15).

 

 

Примечания

2    Ультрамонтанство (от лат. ultra montes — за горами, то есть за Альпами, в Риме) религиозно-политическое направление в католицизме, сторонники которого отстаивают идею неограниченной верховной власти римского папы и его право вмешиваться в светские дела любого государства.

3    Franklin Delano Roosevelt. A. Resouser. Guide Libraru of Congress. Fond F. D. Roosevelt. 1885.

4    Из выступления Льва XIII перед кардиналами в 1880 году.

5    Ссылка на знаменитую фразу О.Бисмарка: «Если в Европе начнется война, то она начнется из-за какой-нибудь глупости на Балканах» (Ludvwig Reiners. Bismarcks Aufstied. C. H. Beck; Munchen, 1995, с. 355.

6    (Gallet. G. Le Papa Benoit XV et la Guerra, p. 1921. P. 34-35).

7    Книга И.Р. Григулевича «Папство, век двадцатый», настолько отвечает пропагандистским запросам, что ее даже трудно назвать исторической. Немногим лучше, и книга М.М.Шейнмана «Ватикан и католицизм в конце XIX — начале XX века» и «История папства» С.Г. Лозинского. Но сегодня, за неимением другой литературы на русском языке по этой теме, уже упомянутые книги активно цитируются, а значит — дело советского Агитпропа живет. Относительно недавно появились интересные и серьезные публикации о Бенедикте XV Е.В.Калиниченко и Н.Н.Паташинской. Но попробуем отойти от штампа, и познакомиться с Бенедиктом XV.

8    Barbara W. Tuchman. The guns of august. 1962. copyright renewed 1990; by Dr. Lester Tuchman // Издание на русском языке. М.: Астрель, 2012, с. 412-413.

9    Дюкас Э.,Хофман Б. Альберт Эйнштейн как человек // Вопросы философии. М.: 1991, с.143-144.

10  Теплицын В.Л. Возвращение домой . К истории русских военнопленных Первой мировой войны. М., 2011, с. 14.

11  Небольшое отступление: 17.08.1941 г. НКИД СССР обратился с нотой к Швеции с просьбой донести до сведения Германии, что СССР признает Гаагскую конвенцию 1907 г. о содержании военнопленных и готов ее выполнять на взаимных условиях. Ответа не последовало. Ту самую конвенцию подписанные статьи, которой нарушил Николай II . 27.04.1942г. была нота НКИД СССР о присоединении СССР к Гаагской конвенции лишь de facto.

12  Christoph E Palmer. Thomas Schnabel — Matthias Erzberger 1875–1921. Patriot und Visionar. Stuttgart, 2006, p. 127.

13  Антуан Венгер. Рим и Москва: 1900–1950 гг.». М.: Русский путь. Французское издание 1987 г.

14  Там же.

15  Из речи президента В.Вильсона о вступлении США в Первую мировую войну от 06.04.1917 г.

16  Первая мировая война потрясла М. Равеля, и он ничего не писал до 1925 г. Его первым произведением после восьми лет молчания стала сюита «Гробница Куперена», которую он посвятил друзьям, погибшим на войне. Импрессионизм в музыке М.Равеля исчерпал себя, уступив эмоциональному началу, изменившему стиль произведений композитора. Впоследствии сам Равель определил эту тенденцию в своем творчестве как «лаконизм, до предела».

17  Porche F. Paul Valery et la poesie pure. P., 1926, p. 23.

18  Arhive Tisza Istvan in Austrian War Arhive in Vienna // F 8 (1912) p 123-124.

19  Austrian War Arhive in Vienna // Fond Franz Ferdinand von Osterreich Este// 1914г. Переписка эрцгерцога Франца-Фердинада с министром финансов Австро-Венгрии Артуром Шпицмюллером.

 

© Текст: Наталия Зазулина

 

 

Папа Бенедикт XV Первой мировой войны и стремление к миру

Папа Бенедикт XV был архиепископом Болоньи, Италия, в июне 1914 года, когда выстрелами из пистолета сербского националиста в Сараево были убиты австрийский эрцгерцог Франц Фердинанд и его жена Софи. По всему миру.

20 августа 1914 года, когда Первой мировой войне исполнился меньше месяца, папа Пий X умер, а 3 сентября 1914 года Бенедикт был избран папой, всего через четыре месяца после того, как был назначен кардиналом. Коронован 11 сентября.6 декабря 1914 года он обладал дипломатическим опытом, которого желал конклав. Первые четыре года папства Бенедикта, длившегося семь с половиной лет, были поглощены его в конечном итоге безуспешными попытками остановить войну, которую он осудил как «самоубийство цивилизованной Европы».

Родившийся Джакомо делла Кьеза в Генуе в 1854 году, шестой ребенок в древней, но бедной патрицианской семье, Бенедикт был рукоположен в 1878 году, провел большую часть своей жизни на дипломатической службе Ватикана и стал заместителем государственного секретаря в 1901 году.В 1907 году он стал архиепископом Болоньи.

Как архиепископ, делла Кьеза говорил о потребности церкви в нейтралитете и содействии миру и облегчению страданий, но его роль миротворца и примирителя натолкнулась на несколько препятствий, существовавших до войны. Конфликт («римский вопрос») между итальянским государством и церковью, существовавший с 1870 года, не был разрешен. Холодность между Ватиканом и Россией проистекала из напряженности с православной церковью, в то время как объединение Германии в 1870 году сделало ее доминирующей протестантской державой в Европе за счет католической Австрии и, таким образом, уменьшило влияние Святого Престола.

Немецкая «Kulturkampf», среди прочего, запретила религиозные ордена, отозвала государственные субсидии у церкви, удалила религиозных учителей из школ, заключила в тюрьму духовенство, а когда обучение священников вернулось к государству, половина семинарий закрылась.

Во Франции церковь лишилась собственности после отделения церкви от государства в 1905 году.

В ноябре 1914 года Бенедикт опубликовал первую из своих 12 энциклиок, Ad Beatissimi Apostolorum .По его словам, величайшие и богатейшие страны «хорошо вооружены самым ужасным оружием, изобретенным современной военной наукой, и они стремятся уничтожить друг друга с изощренным ужасом».

Он продолжал: «Нет предела разрушениям и резне; день ото дня земля залита недавно пролитой кровью и покрыта телами раненых и убитых».

Пренебрежение заповедями и практикой христианской мудрости, особенно в отношении любви и сострадания, было источником зла, и Бенедикт повторил призыв Христа: «Я даю вам новую заповедь: любите друг друга.«Национализм, расизм и классовые конфликты Бенедикт осуждал как характеристики эпохи. Он видел истоки войны в« презрении к власти, несправедливости в отношениях между классами, достижении материальных благ, превращенных в единственный объект человеческой деятельности ». и безудержное стремление к независимости ».

7 декабря 1914 года Бенедикт умолял воюющие державы заключить рождественское перемирие, прося, чтобы «пушки замолчали, по крайней мере, в ту ночь, когда пели ангелы», чтобы позволить переговоры о благородном мире.Официально призыв был проигнорирован, но на некоторых участках Западного фронта имели место неофициальные, случайные и несанкционированные перемирие.

Бенедикт должен был тщательно уравновесить: верующие существовали в большом количестве — иногда в большинстве — среди воюющих стран, и он должен был избегать отчуждения какой-либо из них. Сделать это означало бы сократить кругозор во вселенской церкви. Это было непростой задачей, когда, например, итальянская иерархия решительно поддержала войну и сделала патриотические заявления, заставив итальянцев-католиков сплотиться под флагом.

Но и папа верил в действие. Он открыл офис в Ватикане для воссоединения военнопленных с их семьями и пытался убедить нейтральную Швейцарию принять любых комбатантов, страдающих туберкулезом. Хотя банковский счет Ватикана был нездоровым, он потратил 82 миллиона лир на оказание помощи.

В июле 1915 года Бенедикт опубликовал апостольское увещевание «Народам, находящимся в состоянии войны, и их правителям». Это ознаменовало переход к активной дипломатии, кульминацией которого через два года стал план из семи пунктов, или, как его скромно называли, мирная нота, представленная воюющим сторонам в августе 1917 года.Бенедикт объяснил, что его нейтралитет «соответствовал тому, кто является общим отцом и одинаково любит всех своих детей».

Нота о мире содержала многие предложения увещевания 1915 года. Он основывался на мире, связанном с правосудием, а не на военном завоевании, требовании прекращения военных действий, сокращении вооружений, гарантированной свободе на море, международном арбитраже и восстановлении независимости Бельгии и гарантировании «против какой бы то ни было силы.«

Все стороны должны отказаться от претензий о компенсации (которые впоследствии оказались столь пагубной частью Версальского договора), сказал Бенедикт. Но поскольку большая часть ущерба в таких местах, как Бельгия и Франция, была нанесена Германией, союзники считали, что эта идея фактически выгодна их главному врагу. Только Великобритания не возражала категорически против этой ноты и была готова изучить возможности. Первоначальный интерес Германии был утрачен, когда крах России сделал победу союзников более вероятной.Президент Франции Жорж Клемансо увидел в предложениях свидетельство того, что Ватикан настроен против Франции. (Духовенство даже упомянуло «Папа Бош».)

Президент США Вудро Вильсон заявил, что мир невозможен, и рассматривал предложения как не более чем возврат к довоенным договоренностям без решения ситуации, которая привела к войне. Однако в январе 1918 года он закрепил многие идеи Бенедикта в своих «Четырнадцати пунктах» по формированию послевоенного мира.

Через пятнадцать месяцев после мирной ноты Бенедикту не было места в Версале, поскольку секретный договор союзников в 1915 году (по инициативе Италии, поскольку римский вопрос оставался нерешенным) согласился с исключением Ватикана.

В своей энциклике Quod Iam Diu , опубликованной 1 декабря 1918 года, через три недели после перемирия, Бенедикт призвал всех католиков молиться за мир и тех, кто предпринимает мирные переговоры. Однако он указал, что истинный мир еще не наступил, а были приостановлены только боевые действия, резня и разрушения.

Но Бенедикт был одним из первых, кто осознал недостатки мира. Он считал Версальский договор «мстительным». Его энциклика 1920 года Pacem, Dei Munus Pulcherrimum стремилась к международному примирению.Ни мирный договор, ни Лига Наций, из которой также был исключен Святой Престол, не основывались на христианских принципах.

Бенедикт понял, что хаос и драматические перемены, возникшие из пепла разрушенной Европы — падение империй, создание новых государств, захват России коммунизмом — сделали необходимым закрепить за собой место церкви. Он стремился к хорошим отношениям между церковью и государством в новом мире, возникшем в результате конфликта — его последнее распоряжение в 1921 году выражало необходимость конкордатов с новыми властями.Префект Ватиканской библиотеки Ахилле Ратти, впоследствии Папа Пий XI, отправился в качестве апостольского гостя в Польшу и Литву, а Эухенио Пачелли, позже Папа Пий XII, в качестве нунция в Германию.

Когда Бенедикт взошел на папский престол, было 14 нунций; когда он умер, их было 27. Он преодолел разрыв 16-летней давности с Францией, назначив чрезвычайного посла, и отношения еще больше укрепились благодаря канонизации Жанны д’Арк в 1920 году.

Полагая, что русская революция может быть возможностью для воссоединения с восточными церквями, в 1917 году он основал Конгрегацию восточных церквей, а в 1920 году Папский восточный институт.

Бенедикт был известен как «папа миссионеров», и задолго до того, как это стало нормой, он призывал миссионерские общества поощрять формирование местного духовенства и стремиться к благополучию тех, с кем они работали, а не к империалистическим интересам народа. страны, из которых прибыли миссионеры.

В декабре 1919 года Бенедикт поддержал Фонд помощи детям, основанный восемью месяцами ранее для борьбы с голодом детей в Германии и бывшей Австро-Венгрии.Бенедикт объявил 28 декабря Днем святых невиновных, когда можно будет собирать коллекции.

При Пии X дипломатия Ватикана пришла в упадок, что неудивительно, учитывая плохие отношения Ватикана с Францией, Германией, итальянским государством и другими странами. Однако Бенедикт при содействии своего государственного секретаря кардинала Пьетро Гаспарри возродил его, и вместе с прекращением изоляции Святого Престола они создали основу для международной работы и репутации преемников Бенедикта.

Работая для международного согласия после войны, Бенедикт доказал, что он примиритель в своей стране и церкви.Он одобрил создание Католической народной партии, тем самым отменив декрет Пия IX 1868 года Non ускоренный , который запрещал итальянцам голосовать или баллотироваться на выборах (указ был изменен Пием X). Бенедикт поощрял их вступать в профсоюзы и разрешал главам католических государств с официальными визитами посещать Квиринальский дворец, когда-то бывшую резиденцией папы, но к тому времени официальную резиденцию короля.

За два года до неожиданной смерти Бенедикта от пневмонии в 1922 году в возрасте 67 лет турки-мусульмане установили ему статую в Стамбуле в память о «великом папе мировой трагедии»…. благодетель всех людей, независимо от национальности или вероисповедания. «После его смерти на итальянских правительственных зданиях приспущены флаги по случаю смерти папы с момента основания Королевства Италии.

Бенедикт был назван «папой мира». В названии биографии Джона Ф. Полларда он назван «неизвестным папой». В год столетия начала Первой мировой войны будут вспоминать миллионы погибших, обсуждаться падение династий и размышлять о последствиях конфликта.Это должно быть время, когда героические усилия Бенедикта найдут истинную оценку.

[Терри Филпот, британский журналист, автор и редактор 19 книг.]

инструментов Бенедикта для мира | Сестры Доброго Самаритянина

Основная идея четвертой главы Правило Святого Бенедикта заключается в том, что мир в больших масштабах должен начаться в наших сердцах и в нашей собственной жизни, — говорит сестра Маргарет Мэлоун.

BY Маргарет Мэлоун SGS

Без сомнения, мы все согласимся, что война — это безумие, как однажды сказал Папа Франциск.Мы все стремимся к миру не только на мировой арене, но и на местном уровне, и лично. Мы часто задаем вопрос: что мы можем сделать, чтобы быть миротворцами на всех уровнях нашей жизни?

Во всем Правиле Св. Бенедикта много говорится о теме мира, но четвертая глава — «Инструменты для добрых дел» особенно актуальна для этой темы. Бенедикт перечисляет 74 инструмента для использования в нашей жизни. Хотя эта глава является общей главой, относящейся к различным аспектам обучения Евангелию, многие из коротких утверждений содержат моменты, которые, если бы они были реализованы, привели бы к миру на всех уровнях.Самый главный вывод, который я извлекаю из этой главы, заключается в том, что мир в больших масштабах должен начаться в наших сердцах и в нашей собственной жизни.

Интересно использование слова инструменты . Роуэн Уильямс, бывший архиепископ Кентерберийский, комментируя эту главу Правила , отмечает, что, когда мы используем инструменты любого рода — например, рабочие инструменты, малярную кисть, смычок музыкального инструмента — сам инструмент становится это почти часть нас благодаря постоянному использованию, своего рода продолжению руки.В конце концов, мы настолько привыкли к этому инструменту, что нам даже не нужно думать о том, как им пользоваться. Но это требует много пользы и долгой практики.

Первый из инструментов — это любовь. Любовь — основа всех усилий по достижению мира, и четвертая глава начинается с того, что Бенедикт напоминает нам об этом ключевом учении Евангелия. «Прежде всего люби Господа, Бога твоего, всем сердцем, всей душой и всей своей силой, и люби ближнего своего, как самого себя». Архиепископ Оскар Ромеро, убитый в Сан-Сальвадоре в 1980 году из-за его работы во имя мира и справедливости, однажды четко связал любовь и мир, когда сказал: «Если бы была любовь к ближнему, не было бы терроризма, репрессий, эгоизма, ничего. такого неравенства в обществе, никаких похищений, никаких преступлений.Любовь подводит итог закона; не только это, это придает христианское значение всем человеческим отношениям ».

Миротворчество начинается, когда мы действуем в любви. Не желая говорить в общих чертах, Бенедикт также продолжает говорить о конкретных способах наших действий, если мы хотим принести мир на все уровни нашей жизни. Начнем с уважения к другим. Он говорит, что если мы ставим любовь Христа превыше всего, мы будем действовать соответственно, потому что мы видим Христа в другом. Мы не отвернемся, когда кому-то нужна наша любовь. Мы не будем действовать в гневе, даже если временами не можем не чувствовать гнев.У нас может быть причина обижаться, но мы не должны питать эту обиду. Если мы это сделаем, в наших сердцах никогда не будет мира.

Мир также создается или разрушается тем, как мы используем слова. Мы не должны лукавить и никогда не приветствовать мир пустыми звуками. Культура критики и жалоб, плохих слов о других также может быть разрушительной для мирных отношений. Зависть, ненависть, ссоры и высокомерие действуют точно так же. Наши слова могут быть такими инструментами разделения. Бенедикт так хорошо знает, что мы действительно можем убить друг друга одним словом.Нам нужно контролировать свои мысли и охранять свои слова. Все это кажется таким простым, но на практике мы знаем, что такие, казалось бы, простые вещи могут способствовать миру или полностью его разрушить.

Бенедикт продолжает напоминать нам, что мы находим мир в Боге, который находится в основе всего этого. Мы должны уповать только на Бога. Мы рассчитываем на молитву о помощи, чтобы найти этот мир в наших сердцах и преодолеть все, что мы делаем для его уничтожения. Именно Бог помогает нам приносить мир другим, сохранять мир там, где есть разделение и антагонизм.

Конец четвертой главы Правило ведет к трудной области прощения. Отец Дэниел О’Лири, известный духовный писатель, однажды сказал, что прощение так же важно, как дыхание. Если мы не дышим, мы умираем. Если мы не прощаем, мы умираем по-другому. Бенедикт советует нам помириться до захода солнца, если у нас есть спор с кем-то, и хотя это может быть невозможно в случае очень сильных ран, когда требуется больше времени, это, безусловно, хороший совет, если это можно сделать. .По крайней мере, мы всегда можем воспользоваться другим его советом. Он говорит, что мы должны молиться за наших врагов из любви ко Христу. Прежде всего, мы всегда можем сделать то, что предлагает последний инструмент, семьдесят четвертый. «И, наконец, никогда не теряйте надежды на милость Божью». То, что мы не можем сделать, сделает Бог.

Краткое окончание главы подводит нас к тому моменту, с которого мы начали это размышление. Это инструменты духовного ремесла. Над ними нужно работать непрерывно и верно, чтобы они стали частью нас.Это инструменты, которые каждый из нас может использовать в своей обычной жизни.

Мы только что вспомнили ужасную трагедию нападения на Всемирный торговый центр 11 сентября 17 лет назад. Сейчас, когда приближается Международный день мира 21 сентября, возможно, мы сможем подумать и немного поработать над советом святого Бенедикта о мире на личном уровне, полагая, что если мы это сделаем, мы внесем свой вклад в мир на местном уровне, внутри Церкви, народов и мира.

Разбитый мир: усилия Бенедикта XV по достижению мира во время Первой мировой войны

В этом году исполняется столетие одной из величайших бедствий, которые когда-либо постигло человечество, — Первой мировой войны. Это не только стоило жизни более 16 миллионам человек; он также подготовил почву для других конфликтов и еще большей бойни в последующие десятилетия. Фактически, его наследие страха, ненависти, мести и недоверия продолжает влиять на текущие дела. Одним голосом, призывающим к миру против барабанной дроби войны, был Папа Бенедикт XV, который служил Папой с 1914 по 1922 год.Хотя его предупреждения игнорировались в его время, они все еще бросают нам вызов сегодня.

Накануне войны положение папства было шатким. Когда Королевство Италия оккупировало Папскую область, кульминацией которой стал захват Рима в 1870 году, папа перестал быть независимым суверенным правителем. Оказав символическое сопротивление итальянской артиллерии, прорвавшей стены Аврелиана, Папа Пий IX приказал своей маленькой армии сдаться и сказал присутствующим дипломатам: «С этого момента я пленник короля Виктора Эммануила.”

После итальянской оккупации Рима только 16 стран имели дипломатические отношения со Святым Престолом. Социалистическая партия Италии и другие радикалы угрожали той небольшой власти, которую папа все еще сохранял в Риме, и Святой Престол был занят, пытаясь сохранить свою позицию, не говоря уже о влиянии на мировые события. Таков был политический статус папы, когда в Сараево убили эрцгерцога Франца Фердинанда. Папа Пий X умер 20 августа 1914 года, и, когда Европа мобилизовалась на войну, кардиналы собрались, чтобы избрать нового Папу.

Война разделила конклав. Кардинал Феликс фон Хартманн, немец, приветствовал бельгийского кардинала Дезире Мерсье, сказав: «Я надеюсь, что мы не будем говорить о войне».

«И я надеюсь, что мы не будем говорить о мире», — резко ответил Мерсье. Ясно, что миротворец был нужен, и не только на геополитическом фронте. Церковь тоже нуждалась в исцелении. По словам Джона Полларда, в его биографии Бенедикта XV, Неизвестный Папа, горькие и болезненные последствия крестового похода антимодернистов, папской программы, направленной на сокращение «эксцессов» Просвещения и Французской революции, касались кардиналы.Он пишет, что «наряду с международным расколом, в конклаве возникла глубокая трещина по вопросу модернизма».

3 сентября кардинал Джакомо делла Кьеза, архиепископ Болоньи, был избран и принял имя Бенедикт XV. Он определенно обладал необходимыми полномочиями, проработав в папском дипломатическом корпусе с 1882 по 1907 год, дослужившись до должности заместителя государственного секретаря. Было также известно, что он был противником продолжающейся охоты на ведьм против богословов, возглавляемой крайними антимодернистами.Бенедикт, не теряя времени, осудил войну, издав апостольское увещевание «Ubi Primum» через пять дней после своего избрания. Переполненный ужасом, увидев большую часть Европы «красной от христианской крови», он призвал воюющие стороны положить конец тому, что, по его мнению, было самоубийством цивилизованной Европы.

Нейтральное присутствие

С самого начала папа отказывался принимать чью-то сторону. 16 октября 1914 года Бенедикт ответил на письмо кардинала Луи Люсона, архиепископа Реймса, с сожалением о разрушениях, нанесенных его собору.Бенедикт сказал, что он разделяет глубокую боль, которую испытывают жители Реймса из-за немецкой оккупации. Бенедикт, однако, не позволил этой боли вызвать в нем гнев и заставить упустить из виду высшую цель — уменьшить страдания. Двумя днями позже, 18 октября, он написал благодарственное письмо кардиналу Феликсу фон Хартманну, архиепископу Кельна, за его усилия, направленные на то, чтобы убедить кайзера Германии Вильгельма II предложить лучшее обращение с захваченным французским духовенством, которое было военнопленным. Он воспользовался возможностью, чтобы добиться лучшего обращения, «без исключения религии или национальности», со всеми заключенными, содержащимися в Германии, особенно с больными и ранеными.

Когда его ранние призывы к сдержанности остались без внимания, Бенедикт 1 ноября 1914 года выпустил энциклику «Ad Beatissimi Apostolorum» («Призыв к миру»). Провозгласив себя общим отцом всех, он осудил беспрецедентную бойню: «The комбатанты — величайшие и богатейшие нации земли; Что же тогда удивительного, если, хорошо вооруженные самым ужасным оружием, изобретенным современной военной наукой, они стремятся уничтожить друг друга с изощренным ужасом ». Бенедикт не выдвинул никаких конкретных мирных предложений; вместо этого он подчеркнул, что существуют другие средства, с помощью которых страны могут добиваться решения своих проблем.Их следует «испытать честно и с доброй волей, а при этом пусть оружие будет отложено».

Бенедикт также использовал свою первую энциклику, чтобы способствовать миру в церкви. Подтвердив осуждение модернизма его предшественником, он призвал положить конец преследованию интеллектуалов: «Есть место для различных мнений… пусть каждый свободно отстаивает свое мнение, но пусть это будет делаться с должной умеренностью». Он настаивал на том, что никто не должен прикреплять к оппоненту «клеймо неверности вере».Бенедикт не хотел разделения церкви на партии, считая, что фракционность противоречит самой природе католицизма. Одной из таких групп, пропагандирующих фракционность, была Sodalitium Pianum, которая использовала недобросовестные методы, такие как просмотр частной почты, для разоблачения подозреваемых модернистов. Бенедикт XV выступил против их методов до и после того, как стал папой, и подавил группу в 1921 году.

На западном фронте 7 декабря 1914 года были предприняты новые мирные усилия, когда Бенедикт призвал к рождественскому перемирию, «чтобы пушки могли упасть по крайней мере, в ту ночь, когда пели ангелы.И снова власть имущие отказались от прекращения огня. Но Бенедикт нашел в окопах родственных душ. Наперекор военным властям, солдаты сами договорились о местных рождественских перемириях. Мужчины на передовой развешивают украшения, пели гимны взад и вперед на нейтральной полосе, укладывали жертв насилия, обменивались подарками и, как сообщается, даже играли в товарищеский футбол. К сожалению, в ходе войны такому несанкционированному братству помешали вновь разразиться.

Союзники потребовали, чтобы Бенедикт осудил предполагаемые немецкие зверства в Бельгии. Они также указали на разграбление Лувена и сожжение его университетской библиотеки как на свидетельство уникального варварства немцев. В ответ Святейший Престол на эти требования указал, что он также получает жалобы на поведение союзников, например на суммарную казнь безоружных членов экипажа на борту сданной немецкой подводной лодки британскими солдатами во время инцидента в Баралонге в 1915 году. Бенедикт воздерживался от осуждения, которое можно было использовать для защиты дела одной стороны и оправдания ведения войны до тех пор, пока она не добьется полной победы над ненавистным врагом.Бенедикт, скорее, просто хотел прекратить боевые действия, а сам мир олицетворял победу. К сожалению, лучшим доказательством подлинного нейтралитета Бенедикта было то, что он был осужден союзниками как немецкий папа и центральные державы как французский папа.

Бенедикт также стремился сохранить нейтралитет Италии. Итальянское правительство, однако, заключило договор с союзниками по Лондонскому договору, чтобы вступить в конфликт в апреле 1915 года. Италия желала территории, населенной итальянцами, находившейся под контролем Австрии, а также немецких колоний в Африке и на Ближнем Востоке.Бенедикт пытался быть посредником между Италией и Австро-Венгрией, призывая императора Франца Иосифа пойти на территориальные уступки. Переговоры продолжались до объявления Италией войны 23 мая 1915 года. В конце концов, Италия получила немногим больше, чем добивался Бенедикт путем переговоров, ценой 650 000 итальянских военнослужащих. Что касается Святого Престола, вступление Италии в войну ослабило и без того ограниченную дипломатическую позицию Бенедикта. Посольства Австрии и Германии покинули Рим. В связи с принятием военных мер почта Святого Престола, а также L’Osservatore Romano и иезуитский журнал La Civilità Cattolica подверглись итальянской цензуре.

Забота о страданиях

Бенедикт, не в силах остановить войну, упорно трудился, чтобы ограничить страдания. Особую озабоченность вызывает физическое и духовное благополучие заключенных. Он приказал епископам, имеющим лагеря для заключенных в своих епархиях, назначить духовенство, знающее язык заключенных, для служения им и помощи в общении с их семьями. Различные нунции воюющих стран также посещали лагеря для военнопленных, чтобы сообщить об оборудовании и обращении с заключенными.

4 января 1915 года Бенедикт призвал воюющие страны освободить интернированных мирных жителей. Он поручил кардиналу Хартманну выступить посредником с немецкими властями от имени бельгийских и французских гражданских лиц. Вскоре было освобождено более 3 000 бельгийцев и 20 000 французов. Позже в том же году Святейший Престол учредил Opera dei Prigionieri для оказания помощи заключенным и их семьям в общении. К концу войны он обработал около 600 000 единиц корреспонденции, включая письма, запросы о пропавших без вести и призывы репатриировать больных заключенных.

Бенедикт очень беспокоился о немощных заключенных, многие из которых заразились туберкулезом еще во влажных окопах. Бенедикт настаивал на обмене заключенными-инвалидами или, по крайней мере, их переводе в более благоприятный климат. Не обладая суверенитетом, Святой Престол обратился к нейтральной Швейцарии в качестве партнера. Для координации этих усилий были отправлены специальные посланники. К январю 1917 года помощь в Швейцарии получили 26 000 военнопленных и 3 000 заключенных из числа гражданского населения.

Деньги были собраны для помощи жертвам из числа гражданского населения, живущим на завоеванных территориях Бельгии, Франции, Люксембурга, Польши, Сербии, Черногории и Литвы.Бенедикт также предоставил книги, чтобы помочь восстановить сожженную библиотеку Лувена. Еще одной серьезной проблемой были дети. В октябре 1916 года Бенедикт обратился к католикам в Соединенных Штатах с просьбой помочь накормить бельгийскую молодежь. В дополнение к своему личному взносу в размере 2000 долларов он попросил кардинала Джеймса Гиббонса, архиепископа Балтимора, призвать своих братьев-епископов убедить своих католических школьников пожертвовать свою лепту, чтобы помочь своим младшим братьям и сестрам в Бельгии.

Шанс на мир

В 1917 году появилась возможность для мира.Матиас Эрцбергер, видный член Центристской католической партии Германии, выступал за мирное урегулирование, и канцлер Теобальд фон Бетманн-Хольвег казался восприимчивым. Немецкая инициатива была ключевой. Германия оккупировала территорию Бельгии и Франции, и без уступок Германии у союзников было мало шансов принять участие в мирной конференции. Бенедикт послал архиепископа Эухенио Пачелли, будущего Папы Пия XII, исследовать дипломатические возможности.

В июле Пачелли несколько раз беседовал с канцлером Бетманном-Хольвегом и кайзером, пытаясь оценить открытость Германии в вопросах ограничения вооружений, международных судов, независимости Бельгии и других территориальных вопросов, таких как конкурирующие претензии на Эльзас-Лотарингию.Эрцбергер выступил в рейхстаге с речью о мире, за которой 19 июля последовала резолюция в поддержку мира путем переговоров, принятая с 212 по 126.

На основе этих позитивных событий Бенедикт издал свою Ноту мира от 1 августа 1917 года. Он начал с перечисления своего нейтралитета и беспристрастности, узаконив свой призыв к конференции, чтобы положить конец войне и установить «справедливый и прочный мир». Бенедикт предложил пять пунктов в качестве основы для обсуждения: сокращение вооружений, обязательный арбитраж споров, свобода морей, разрешение территориальных споров и самоопределение народов.По последнему пункту он обратился, в частности, к Армении и Польше. Бенедикт понимал, что тема территориальных споров будет одной из самых сложных. Но он считал, что при сохранении всех жизней и экономии денег за счет сокращения расходов на вооружения «есть основания надеяться, что, учитывая огромные преимущества прочного мира с разоружением, конфликтующие стороны изучат их на примирительной основе. границы разума.»

Союзники отклонили призыв Бенедикта к мирной конференции.Это было разочаровывающим, но не таким шокирующим, как отказ Германии. Немецкое движение за мир вызвало решительный ответ немецких вооруженных сил, что привело к вынужденной отставке канцлера Бетманн-Хольвег. Обе стороны по-прежнему стремились к полной победе, и призыв Бенедикта к мирным переговорам был снова отклонен. Что касается войны, она продолжалась больше года, пока не погибли сотни тысяч человек, а Германия окончательно не рухнула. Надежды Бенедикта на участие в мирной конференции были подорваны секретным пунктом Лондонского договора, который позволял Италии запрещать участие папы в будущих поселениях.

Заключенный Версальский мирный договор был своего рода мстительным, навязанным миром, которого боялся Бенедикт. В 1915 году, в первую годовщину войны, Бенедикт предупреждал, что полная победа — это иллюзия. Даже если бы противник был полностью разбит, его поражение только посеяло бы семена будущей войны: «Народы не умирают; униженные и угнетенные, они раздражаются под наложенным на них игом… передавая из поколения в поколение печальное наследие ненависти и мести ». Эти слова оказались пророческими, поскольку несправедливость Версаля разжигала ненависть, которая привела к Второй мировой войне.

Бенедикту удалось восстановить мир ближе к дому. Война продемонстрировала Святому Престолу и Королевству Италия, что римский вопрос должен быть окончательно решен. В своей энциклике «Pacem Dei Munus Pulcherrimum» («О мире и христианском примирении», 1920 г.) он ослабил запрет, наложенный его предшественниками на посещение Рима католическими монархами и главами государств.

Наследие Бенедикта

Бенедикт XV умер в 1922 году в возрасте 67 лет. Хотя его время на посту папы было недолгим, его влияние проявляется в следующих двух понтификатах.Обладая даром проницательных способностей к руководству, Бенедикт назначил Ахилле Ратти, префекта Ватиканской библиотеки, на трудное положение нунция возрожденной Польши. Работа Ратти там принесла ему известность, которая привела к его избранию преемником Бенедикта. В качестве Папы Пия XI он продолжил усилия Бенедикта по улучшению отношений Святого Престола с Италией, кульминацией которых стало подписание Латеранского договора, который создал Ватикан-город-государство и восстановил суверенитет и независимость папства в 1929 году.Бенедикт также способствовал карьере Эухенио Пачелли, будущего Пия XII, которому он доверил важную должность нунция Баварии и ключевую роль в попытке созвать мирную конференцию в 1917 году. Его опыт в Германии показал, что Пачелли столкнулся с проблемами, с которыми столкнулись немецкие католики, и повлиял на его действия во Второй мировой войне. В этом конфликте он последовал предыдущему примеру Бенедикта о сохранении нейтралитета и сосредоточении внимания на гуманитарной помощи.

Со времен Версаля мир все еще ищет справедливого и прочного мира.Сохраняющаяся ненависть и несправедливость Первой мировой войны привели ко Второй мировой войне, которая, в свою очередь, сменилась холодной войной. Этот конфликт разделил страны мира на западные и восточные блоки и привел к насилию в Латинской Америке, Африке и Азии. Сегодня насилие продолжает терзать территории бывших Австро-Венгерской и Османской империй. Сараево, ставшее свидетелем начала Первой мировой войны в 1914 году, снова раздиралось этнической ненавистью в 1990-х годах во время боснийской войны.Многочисленные конфликты на Ближнем Востоке происходят, по крайней мере частично, из решений, принятых победившими союзниками по разделу Османской империи.

В энциклике, опубликованной в 1920 году после Версаля, Бенедикт XV призвал христиан отказаться от мести, «отказаться от ненависти и простить преступления». Спустя столетие его призыв к миру был поддержан Папой Франциском, который в своем призвании 1 сентября 2013 года провести день молитвы и покаяния за мир на Ближнем Востоке заявил: «Никогда не применялось насилие. мир по его следам.Война порождает войну, насилие порождает насилие ».

Папа Бенедикт XV и забытая кампания по прекращению Первой мировой войны

Столетие назад, во время кровавой бойни Первой мировой войны, прозвучал громкий призыв к миру во всем мире. Папа Бенедикт XV датировал свою «Ноту мира» 1 августа 1917 года, и она стала самым известным эпизодом о папе, несправедливо забытом сегодня. Документ, опубликованный на французском и итальянском языках, чтобы отразить языки церковной дипломатии начала 20 века, был распространен среди правительств воюющих держав.Усилия Бенедикта были одной из самых конкретных попыток войны положить конец боевым действиям, но позже они были омрачены «Четырнадцатью пунктами» президента Вудро Вильсона. Вильсон использовал идеи из Папской записки о мире от августа 1917 года, хотя президент не хотел признавать это.

Тем более, что война продолжалась, некоторые могут посчитать Папскую мирную записку 1917 года провалом, подчеркнув предполагаемую слабость религии в эпоху жестокой realpolitik . Однако «Нота мира» была идеалистической, но практической попыткой сделать мир лучше, и она отсрочила успех.Это был ключевой символ папства Бенедикта: окруженный войной, он стремился к миру для мирового сообщества. Оставшись в тени при жизни, он, тем не менее, преподал уроки народам мира и политикам тогда и сейчас.

Папство Бенедикта XV длилось с 1914 года до его смерти в 1922 году, во время новых ужасов современной войны. Церковь стремилась приспособиться к миру отравляющих газов, воздушных бомбардировок и неограниченной подводной войны. Тем не менее, Папа Бенедикт XV остается «неизвестным папой», по словам его англоязычного биографа, кембриджского историка Джона Полларда.

Папа Бенедикт XV (фото CNS)

Почему Папа Бенедикт XV настолько малоизвестен? Помимо его маргинализации со стороны ведущих политиков его эпохи, отчасти ответ должен заключаться в том, что его мир существовал до изобретения радио и телевидения, которые могли охватить глобальную аудиторию. Кроме того, сдержанная, непритязательная манера поведения Бенедикта, казалось бы, не соответствовала огромным личностям современных пап, включая Пия XI и Пия XII, сформированных их борьбой с коммунизмом и фашизмом, а также двух новых канонизированных пап, Иоанна XXIII и Иоанна Павла II. кто адаптировал церковь к новым реалиям глобализированной политики.

Джакомо делла Кьеза был избран Папой Бенедиктом XV в сентябре 1914 года, когда Первая мировая война только начиналась, а католическая Европа была одной из многих зон разлома. Сильно католические страны, такие как Франция, Бельгия и Италия, боролись со своими единоверцами в Австро-Венгрии и Германии. (Католики составляли ключевое меньшинство в Германской империи, примерно 36 процентов населения в 1914 году.) Осознавая реалии политической ситуации, Бенедикт осуждал войну как «бесполезную бойню» и «самоубийство цивилизованной Европы».

На начальных этапах Великой войны Бенедикт призвал воюющие державы положить конец конфликту, особенно в своей первой энциклике «Ad Beatissimi», опубликованной 1 ноября 1914 года, но государственные деятели проигнорировали его просьбы. Основная причина заключалась в том, что каждая сторона считала Бенедикта агентом, оказывающим поддержку врагу. Не обращая внимания на обе враждующие стороны и впервые со времен античности де-территориализированный, Святой Престол занял двусмысленную дипломатическую позицию, которая, по иронии судьбы, позволила Бенедикту направить церковь к более гуманитарным интересам, выходящим за рамки политики национальных государств.

Более реакционный папа, такой как его предшественники — Пий IX и св. Пий X — мог бы повернуть назад и вовнутрь, вынашивая недовольство как продолжающийся «узник Ватикана» в отношении конфискации Папской области во время Италии объединение в 19 веке. Такой папа мог бы возмущаться предполагаемыми грехами современности, объяснять, что силы заслуживают своей ужасной участи, и отказываться вмешиваться. Вместо этого Бенедикт попытался положить конец страданиям, потянувшись наружу и глядя вперед.Его участие в гуманитарном кризисе того времени было образцом прогрессивного лидерства.

Папа Бенедикт XV пытался положить конец страданиям, обращаясь вовне и глядя вперед.

Многие призывали к прекращению Великой войны, но «Нота мира» Бенедикта была примечательна своей попыткой вовлечь обе стороны в ряд практических вопросов, которые существенно продвинули бы дело мира. В архивах Ватикана можно увидеть несколько черновиков записки, в том числе некоторые, написанные почерком Папы, что свидетельствует о значительной тщательности при составлении документа.

Нота мира преследовала шесть основных целей: 1) одновременное взаимное сокращение вооружений; 2) международный арбитраж; 3) «истинная свобода и общность морей»; 4) взаимный отказ от военных компенсаций; 5) взаимная эвакуация и восстановление всех оккупированных территорий; 6) рассмотрение спорных территориальных претензий «в духе примирения».

Стремление Бенедикта к миру находило отклик у большинства населения мира, но реакция лидеров великих держав не была восторженной.Последние два пункта, касающиеся территории, выдвинули на первый план основные причины провала Ноты мира 1917 года, поскольку противоборствующие стороны отказались сдвинуться с места. В Ноте мира прямо упоминаются территории Бельгии, северной Франции, немецких колоний, Италии и Австрии. Однако немецкое высшее командование, находящееся под властью военной диктатуры Пауля фон Гинденбурга и Эриха Людендорфа, отказалось отдать территорию в Бельгии. Как символический центр агрессии Германии, Бельгия была ключевым моральным камнем преткновения. Франция и Великобритания не рассматривали мирные планы до того, как немецкие солдаты ушли из Бельгии и Франции.

Соединенные Штаты вступили в войну в апреле 1917 года, и президент Вильсон становился доминирующим голосом новой моральной силы в мировом порядке. Он не потерпел бы вызова своему руководству со стороны Папы Бенедикта. Вильсон выступил против мирных предложений Папы, утверждая, что нынешним правителям Германии нельзя доверять. Тем не менее, всего несколько месяцев спустя в своих знаменитых «Четырнадцати пунктах от января 1918 года» Вильсон включил большую часть содержания «Ноты мира» Бенедикта. Когда немецкое военное руководство осознало, что оно проиграло войну, центральные державы попытались положить конец конфликту, приняв перемирие на условиях Четырнадцати пунктов Вильсона.Позже многие в Германии сетовали на то, что окончательный Версальский договор стал суровым результатом дипломатии наживки и подмены. Тем не менее Бенедикт сыграл отсроченную роль в достижении перемирия в ноябре 1918 года.

В свои знаменитые «Четырнадцать пунктов от января 1918 года» Вудро Вильсон включил большую часть содержания ноты Бенедикта о мире.

Великие державы встретились в Париже в 1919 году, чтобы заключить мир и договориться о принятии побежденных держав обратно в сообщество наций.В итоге они спланировали новый мировой порядок, который вызвал недовольство, достигшее высшей точки в еще более разрушительной Второй мировой войне.

Записка Бенедикта о мире предвидела некоторые из этих трудностей, рассматривая проблемы исторической государственности как вперед, так и назад. В записке упоминается непосредственная территориальная и политическая причина войны — балканские государства, но без уточнения, какие государства имел в виду Бенедикт и где проходят эти границы. Подчеркивая происходящие трагедии 20-го века, в Ноте мира также упоминается Армения и «благородные исторические традиции и страдания» Польского королевства.Бенедикт лично лоббировал османского султана Мехмеда V, пытаясь остановить разворачивающийся геноцид армян. Во время и после войны Бенедикт XV также выступал от имени голодающих детей в Центрально-Восточной Европе.

В отличие от государственных деятелей, которым пришлось устанавливать новые государственные границы в Париже в 1919 году, Бенедикт наслаждался моральной роскошью — не отвечать за политические решения. Папа хотел быть на Парижской мирной конференции. Однако в секретном Лондонском договоре 1915 года Италия, поскольку «римский вопрос» все еще оставался деликатным политическим вопросом, запретила союзникам рассматривать вопрос о папстве в таких переговорах.Святой Престол также будет исключен из Лиги Наций, предшественницы Организации Объединенных Наций.

Это было замаскированным благословением. Бенедикт избежал неразрешимых дилемм демаркации политических границ, которые вызвали ожесточенную вражду, приведшую к этнической чистке и геноциду во Второй мировой войне. В решающие моменты во время и после Первой мировой войны, лишенный территории и вне политических союзов, Бенедикт сосредоточил церковь на гуманитарных проблемах по всему миру, открыто призывая людей помогать друг другу, выходя за рамки принадлежности к нации или религии.

Несмотря на очевидные неудачи его мирных инициатив на уровне высокой дипломатии, действия Бенедикта шли в ногу с его идеалами. Его гуманизм распространялся на тех, кто больше всего пострадал от войны: вдов, сирот, перемещенных лиц, беженцев и военнопленных. В 1915 году он основал Opera dei Prigionieri (Офис заключенных) , , который имел офисы в Ватикане под эгидой государственного секретаря и стал ключевым направлением внешней политики Ватикана. Офис помогал людям находить информацию о своих близких в то время, когда каналы связи были затруднены.

Бенедикт чуть не обанкротил ликвидность Ватикана, отдав 82 миллиона лир людям, отчаянно нуждавшимся.

Что касается расходов на служение своему гуманизму, Бенедикт был щедрым до расточительства. Во время лишений во время войны, когда во всем мире не хватало денег, Бенедикт чуть не обанкротил ликвидность Ватикана, раздав 82 миллиона лир людям, которые отчаянно в этом нуждались. В архивах Ватикана выделяется диапазон откликов со всего мира: письма от бедных людей, находящихся в тяжелом положении, а также от влиятельных организаций, стремящихся реформировать мир.Его неутомимая деятельность позволила установить практические связи с неправительственными организациями, такими как Красный Крест и Фонд помощи детям. Его пример вдохновил отдельных активистов, таких как Марк Сангньер, который испытал ужасы войны и пытался наладить транснациональные узы солидарности между бывшими врагами.

Стремление Бенедикта к миру привело к созданию многоуровневой модели взаимодействия с ведущими политиками, а также усилий на низовом уровне. Не ограничиваясь католическими кругами, его косвенное влияние будет распространяться на Лигу Наций, а также на мыслителей, которые позже станут важными политиками, ответственными за христианско-демократические партии Европы после 1945 года.В его апостольском письме 1919 года «Максимум иллюзий» о глобальных миссиях приводился довод в пользу равной руководящей роли для местного духовенства, указывая путь к действительно глобальной церкви.

Нельзя чрезмерно романтизировать Бенедикта XV или некритически описывать его влияние на современный мир. Например, Кодекс канонического права был завершен в 1917 году во время правления Бенедикта и просуществовал до 1983 года; он централизовал иерархические структуры власти и укрепил линии власти внутри церкви. В некотором смысле аполитичный гуманизм Бенедикта был кратковременным моментом, который вскоре испарился после его смерти — определенно к 1929 году, когда Ватикан заключил Латеранский договор с фашистской Италией Бенито Муссолини.Столкнувшись с нарастающими угрозами коммунизма и нацизма в межвоенный период, лидеры католической церкви заключили союзы с авторитарными державами и, как некоторые сказали бы, расправились с дьяволом.

Религиозный мир, который населял Папа Бенедикт XV, требует дальнейшего исторического изучения. Очевидный провал его «Записки о мире» от августа 1917 года лишь подчеркивает, что гуманитарное миротворчество выходит далеко за рамки дипломатии высокого уровня. Это непрерывный процесс, происходящий во всем мире среди масс людей.Во многих ключевых отношениях этот процесс ускорился во время Первой мировой войны. Миру необходимо более тщательное изучение идеалов и ощутимых эффектов религиозных институтов, чтобы понять, как современная война влияет на сердца, умы и тела обычных людей.

Папство Бенедикта XV было ярким примером гуманитарной защиты как выше, так и ниже беспорядочного, необходимого уровня высокой дипломатии. В наше время, когда политики требуют быстрого высказывания (или твита), истинное лидерство вдохновляет личным смирением и самоотверженностью служить самым глубоким экзистенциальным потребностям других.

Как писал Папа Бенедикт XV, в Первой мировой войне было много «бесполезной бойни», и эта точка зрения доминирует в современных репортажах о войне и конфликтах. Но столкнувшись с этим, казалось бы, бесконечным циклом яркого насилия и ожесточенной политики, нельзя терять надежду. Вместо того, чтобы зацикливаться на кажущихся бессмысленным бедствиях, можно обратиться к множеству людей, которые помогают своим собратьям, пытаясь исправить положение. Есть бесчисленное множество нерассказанных историй о человеческой порядочности за кулисами.

Борьба за глобальный мир продолжается.

Папа Бенедикт издает мирный план: 1 августа 1917 г.

Этот текст взят из нашей книги Свет народам II: Создание современного мира .

Папа Бенедикт XV, хотя и не входил в число воюющих держав, получил копию мирной ноты, направленной кайзером Вильгельмом союзникам в декабре 1916 года. Несмотря на ее высокомерный тон и тот факт, что союзные правительства ее отвергли, Нота о мире kaiser воодушевила папу.Он начал продвигать свой собственный план прекращения войны.

Папа Бенедикт XV

Поскольку Германия первой стала искать мира, Бенедикт сказал своему нунцию в Баварии, архиепископу Эудженио Пачелли, чтобы он почувствовал стремление немецкого правительства к миру. В июне 1917 года Пачелли встретился с канцлером Германии Бетманном-Хольвегом.

Обсуждая военные цели Германии, Бетманн-Хольвег сказал, что он может согласиться с четырьмя пунктами мира:

1. Все страны ограничивают свои вооружения;

2.создать международные суды для рассмотрения споров между

противоборствующими сторонами;

3. Восстановить независимость Бельгии; и что

4. Германия и Франция приходят к мирному урегулированию через Эльзас-Лотарингию.

Канцлер Теобольд фон Бетманн-Хольвейг

Сам кайзер Вильгельм одобрил четыре пункта, изложенных в плане Бетманн-Хольвег, и разрешил ему представить мирное решение в Рейхстага Германии . Но генералы Гинденбург и Людендорф не были довольны ни Бетманном-Хольвегом, ни его мирным предложением, и они использовали свое влияние, чтобы заставить канцлера уйти в отставку.Неохотно Вильгельм принял отставку Бетманн-Хольвега и назначил канцлером Георга Михаэлиса, фаворита генералов.

Но, хотя он был другом генералов, канцлер Михаэлис сказал Пачелли, что он принял четыре пункта в качестве основы для мирных переговоров. По настоянию Михаэлиса в июле Рейхстаг утвердил постановление по пунктам. С этой радостной новостью Папа Бенедикт в начале августа разослал враждующим правительствам запечатанные конверты с документом, который он давно готовил — папским предложением о прекращении войны и установлении постоянного мира в Европе.

Как и его предыдущие призывы к миру, мирное предложение Папы Бенедикта от 1 августа 1917 года было основано на его убеждении, что воюющие державы должны стремиться к «миру без победы». Предложение, разделенное на семь заголовков или «пунктов», предлагало реалистичный план мира, основанный на духе прощения, а также на верховенстве международного права.

«Семь пунктов» можно резюмировать следующим образом:

1. Отношения между странами должны регулироваться справедливостью, а не

«материальной силой оружия» — войной.

2. Страны должны сократить свои вооружения.

3. Вместо того, чтобы полагаться на армии и войну в разрешении споров, нации должны создать

международную организацию, способную разрешать международные разногласия

и полномочия обеспечивать выполнение своих указов.

4. Все нации должны пользоваться «истинной свободой и общими правами на море».

5. Воюющие страны не должны требовать выплат («компенсаций») друг от друга

за ущерб и издержки войны.Продолжать «такую ​​бойню» только «по

экономическим причинам, — сказал Папа, — было бы немыслимо».

6. Каждая сторона должна эвакуировать иностранные территории, оккупированные во время войны. Германия

должна эвакуировать Бельгию и Францию, а взамен союзники должны вернуть Германии

ее иностранные колонии.

7. Если разные страны претендуют на одну и ту же территорию (например, Австрия и Италия,

Германия и Франция), они должны обсудить будущее спорной территории в

в свете справедливости.Они особенно должны учитывать то, чего желают жители территории

, а также «общее благосостояние» всех наций.

Ответ союзников на «Семь пунктов» был разочаровывающим. Британский посол сказал папе, что до тех пор, пока Центральные державы не пообещали уйти из Бельгии и не гарантируют, что они не вызовут новую войну, британцы не могут вступать с ними в мирные переговоры. Франция не ответила папе; И Италия тоже — и в этом нет ничего удивительного; ибо в секретном Лондонском договоре они и Великобритания согласились исключить Папу из мирных переговоров.

Роберт Лансинг

Что касается Соединенных Штатов, госсекретарь Роберт Лансинг дал президенту Вильсону ответ в длинном письме от 27 августа 1917 года. «Цель войны, — говорилось в письме Лансинга, — состоит в том, чтобы освободить свободные народы страны». мир »от« безответственного правительства ». . . тайно планировал доминировать над миром ». После лекции папе об идеалах американского народа в письме говорилось, что Соединенные Штаты не будут «принимать слова нынешних правителей Германии как гарантию чего-либо, что должно выстоять», если оно не представляет «волю и цель народа». Немцы.Лансинг выразил сомнение президента Вильсона в том, что мирный план Папы действительно может сработать.

Реакция центральных властей была более удовлетворительной. Император Карл полностью поддержал план папы. Болгария выразила свою верность папе. Даже османский султан писал, что его «глубоко тронули возвышенные мысли Его Святейшества».

Ключом к миру, однако, была Германия. Хотя кайзер Вильгельм, казалось, принял мирные предложения Папы, ответ канцлера Михаэлиса был разочаровывающим, поскольку в нем не упоминалась Бельгия.22 сентября архиепископ Пачелли напомнил Михаэлису, что без обсуждения будущего Бельгии не будет мира. Два дня спустя Михаэлис написал Пачелли, что правительство Германии поддерживает мирные усилия Папы и что Бельгия должна быть первым пунктом, обсуждаемым на мирных переговорах. Однако переговоры дальше не пошли.

Мирные усилия папы Бенедикта, как и императора Карла, не смогли остановить войну.

Музыка умирающей цивилизации

La Rondine («Ласточка»), одно из наименее исполняемых произведений итальянского композитора Джакомо Пуччини, премьера которого состоялась в Монте-Карло в марте 1917 года.Хотя его второй акт напоминает сцену улиц и кафе в более раннем романе Пуччини La Boheme , он не разделяет юношеского буйства последнего. В La Rondine чувствуется что-то от недуга переросшей цивилизации — цивилизации, которая разрушалась в окопах Первой мировой войны. Здесь мы представляем квартет из сцены кафе из второго акта La Rondine .

Папа Бенедикт XV | Международная энциклопедия Первой мировой войны (WW1)

Введение ↑

Кардинал Джакомо Делла Кьеза (1854-1922) был избран папой, взяв имя Бенедикт XV, через несколько недель после начала Первой мировой войны, 3 сентября 1914 года.Хотя он был архиепископом Болонского в центральной Италии в течение шести с половиной лет до своего избрания, его ранняя церковная карьера была связана с папской дипломатией, сначала в папском посольстве в Мадриде в 1883–1887 годах, а затем в Секретариате Ватикана. В штате, где он стал заместителем кардинального секретаря в 1901 году. Этот опыт сыграл важную роль в его избрании: конклав, который его избрал, был глубоко затронут началом войны. Для присутствующих кардиналов было критически важно, чтобы Делла Кьеза не имела особых связей ни с одной из противоборствующих групп, но, с другой стороны, обладала тонкими познаниями в европейской дипломатии.

Первое крупное публичное заявление Бенедикта, энциклическое письмо Ad Beatissimi от ноября 1914 года, призывает воюющие стороны сесть за стол переговоров. Это и его первая дипломатическая инициатива — призыв к рождественскому перемирию — потерпели неудачу. Британцы были самым противником перемирия. Хотя Бенедикт и его государственный секретарь кардинал Пьетро Гаспарри (1852-1934) продолжали закулисные попытки посредничества между воюющими державами, их мирная дипломатия не увенчалась успехом.В самом деле, несмотря на энергичные попытки избежать продолжения конфликта, в мае 1915 года Италия вмешалась в войну на стороне Антанты. В 1916 году итальянское правительство потребовало, чтобы посольства центральных держав при Святом Престоле покинули Рим. Это вмешательство создало трудности для дипломатии Ватикана. Более того, в качестве условия своего присоединения к Антанте Италия настаивала на том, чтобы Великобритания, Франция и Россия выступили против участия Святого Престола в любой последующей мирной конференции.

Мирная дипломатия и гуманитарные усилия Бенедикта во время войны были мотивированы глубоким отвращением к «бесполезной бойне», как он описал ее в своей Мирной записке 1917 года. Он был возмущен новыми методами ведения войны: ужасами войны. позиционная война, торпедирование пассажирских и торговых судов, воздушные бомбардировки и обстрелы гражданского населения. Католики с обеих сторон использовали теорию «справедливой войны», чтобы оправдать свое участие в конфликте, но Бенедикт в своих энцикликах предположил, что никакую войну, в том числе тотальную, нельзя считать справедливой.

Программа Ватикана по гуманитарной помощи ↑

Мирная дипломатия Бенедикта сопровождалась его усилиями по оказанию гуманитарной помощи. В декабре 1914 года он начал ряд папских благотворительных работ, которые до некоторой степени были сопоставимы с работой Международного Красного Креста. Основное внимание уделялось военнопленным, но в него входили и мирные жители. К концу войны «Управление по делам заключенных» Ватикана обработало 600 000 писем, включая 170 000 запросов о пропавших без вести, 40 000 обращений за помощью в репатриации больных и тяжело раненых военнопленных и пересылке 50 000 писем заключенным и их семьям.Ватикан организовал доставку продуктовых посылок и других товаров в лагеря для военнопленных, а также для больных и раненых военнопленных и гражданских лиц, которые выздоравливали в больницах или санаториях нейтральной Швейцарии.

Терпеливая дипломатия была необходима, чтобы обойти препятствия, воздвигнутые противоборствующими державами, в первую очередь итальянским правительством, которое проявило особое отсутствие сочувствия и заботы о своих соотечественниках, взятых в плен австрийцами. [1] Убедить власти разрешить проход папских конвоев с продовольствием было еще труднее.Ватикан участвовал в кормлении голодающих детей в Бельгии в 1916 году, большого числа людей в Литве и Черногории в 1916/1917 годах и русских беженцев в 1916 году, а также в оказании продовольственной помощи в Польше в 1916 году, Сирии и Ливане с 1916 по 1923 год. Бенедикт особенно заботился о детях и после войны продолжал призывать деньги для голодающих детей в Центральной Европе. Как справедливо заметил Реджи Нортон, он может считаться одним из основателей фонда «Спасите детей».

Папская записка о мире

, август 1917 г. ↑

Бенедикт предпринял свою самую смелую попытку остановить войну с Мирной нотой от августа 1917 года. Уже осенью 1916 года международные группы, включая католических парламентариев и представителей социалистических партий Европы, настаивали на мире, и ходили слухи о секрете масонский конгресс в поисках выхода из войны. К лету 1917 года враждующие державы также показали признаки истощения.Царизм рухнул в России в феврале / марте, подтвердив опасения Бенедикта относительно внутренних последствий войны. Австро-Венгрия также приближалась к истощению. Более того, во французской армии произошло несколько мятежей после провала весеннего наступления Робера Нивеля (1856-1924). Наиболее многообещающим было принятие постановления Рейхстага в пользу «мира без аннексии» в июле 1917 года. Еще до «мирного решения» Бенедикт послал монсеньора Эухенио Пачелли (впоследствии Папу Пия XII (1876–1958)) в качестве нунция. в Германию, чтобы узнать мнение.Он был хорошо принят в военных и правительственных кругах и считал, что немцы готовы серьезно вести переговоры, даже по таким сложным вопросам, как эвакуация и реституция Бельгии.

Итак, 1 августа, в третью годовщину начала войны, Ватикан отправил ноту мира главам воюющих держав, предложив семь ключевых предложений в качестве практической основы для мирных переговоров:

  1. Восстановление моральной силы международного права
  2. Взаимное разоружение
  3. Международный арбитраж споров
  4. Свобода морей
  5. Взаимный отказ от военных репараций
  6. Эвакуация и восстановление оккупированных территорий, и
  7. Примирительные переговоры соперничающих территориальных претензий.

Ответ противоборствующих сторон был отрицательным; ни одна из сторон не считала, что настал момент для мирной инициативы. Немцы, несмотря на их вежливый ответ, чувствовали, что они находятся в выигрышной серии после провала наступления на них русского генерала Алексея Алексеевича Брусилова (1853-1926), и после отказа Германии Австро-Венгрия могла только уступить. Что наиболее важно, президент Вудро Вильсон (1856-1924) холодно и критически отнесся к этому вопросу, что имело решающее значение для обеспечения провала мирных предложений Бенедикта, поскольку к настоящему времени другие державы Антанты все больше зависели от американского вклада в военные усилия.

Бенедикт был горько разочарован неудачей Ноты мира и реакцией общественности на нее. Во Франции его называли « le pape boche », в преимущественно протестантской Германии его долгое время считали « Der französische Papst », а в Италии — некоторые из наиболее ярко выраженных националистических элементов во главе с неким Бенито Муссолини (1883 г.) -1945) обвинил его в распространении пораженчества.

Заключение ↑

Результаты войны за Святой Престол были неоднозначными.Ватиканская мирная дипломатия потерпела неудачу, и надежды Бенедикта на место на мирной конференции не оправдались. С другой стороны, его тщательно поддерживаемая политика нейтралитета гарантировала отсутствие раскола или раскола в европейском католицизме, а усилия Ватикана по оказанию гуманитарной помощи значительно повысили моральный статус Святого Престола. Наиболее поразительным было то, что влияние Ватиканской дипломатии было значительно расширено: в 1914 году Ватикан имел дипломатические отношения всего с четырнадцатью государствами.После 1918 года это число увеличилось вдвое и включало все европейские великие державы, кроме Советского Союза.


Джон Поллард, Кембриджский университет

Редактор раздела: Эммануэль Кронье

Бенедикт XV: забытый папа мира

Это четвертый из серии статей, посвященных 12 последним папам Церкви и их следам, оставленным на Церкви. Сериал выходил каждый месяц на протяжении 2018 года.

«Здесь есть католики?» Учитывая обстановку — апостольский дворец Ватикана — вопрос был более чем немного бестактным. Об этом сказал Вудро Вильсон в конце первой в истории встречи президента США с папой — в данном случае Бенедиктом XV. Их встреча 4 января 1919 года произошла, когда Вильсон направлялся в Версаль, Франция, на злополучную мирную конференцию после Первой мировой войны.

В конце аудиенции Папа Бенедикт сказал, что даст свое благословение.Уилсон, пресвитерианин, который не слишком любил католическую церковь, выглядел неуверенно. Папа заверил его, что благословение будет как для католиков, так и для некатоликов. Затем президент повернулся к своему окружению и сказал католикам выйти вперед и получить благословение. Как он наверняка знал, среди них был и его верный личный секретарь, американец ирландского происхождения Джозеф Тумалти.

Как и было обещано, Бенедикт благословил группу. Католики преклонили колени. Уилсон остался стоять, склонив голову.

О чем эти два очень непохожих человека, Вудро Вильсон и Бенедикт XV, говорили перед благословением? Очевидно, мир.Каждый был автором мирных предложений. Союзники Бенедикта были уволены победившими союзниками, посчитав это слишком благоприятным для Германии. Уилсон намеревался реализовать свой план из 14 пунктов в Версале. Но, как оказалось, другие отказались от него в пользу карательного урегулирования, которое озлобило немцев и подготовило почву для еще более смертоносной войны всего два десятилетия спустя.

Справедливо это или нет, но историки возлагают большую часть вины за фиаско в Версале на возвышенную ошибку Вильсона.Что касается Папы Бенедикта, он очень хотел быть представленным там, но антиклерикальные правительства Франции и Италии не имели ничего из этого. Для Церкви это могло быть замаскированным благословением. По крайней мере, никто не мог винить Папу за катастрофический мир, которого не было.

Путь дипломатии

Бенедикт XV часто называют неизвестным папой. Он заслуживает лучшего. Возглавляя Церковь в критический момент мировой истории, он отреагировал на монументальные человеческие страдания от так называемой войны за прекращение всех войн с заметным умом и состраданием, в то время как его дипломатия, хотя и безуспешная, ознаменовала возвращение Святого Престола в серьезные мировые дела после столетия исключения.

Джакомо делла Кьеза родился в Пегли, Италия, 21 ноября 1854 года в знатной, но далеко не богатой семье. Его рождение было преждевременным, и ребенок рос маленького роста и часто имел слабое здоровье. Его отец, юрист, хотел, чтобы его сын последовал за ним в профессии юриста, поэтому он послушно изучал право в Университете Генуи, получив в 1875 году докторскую степень по гражданскому праву. Но затем предпочтения молодого человека взяли верх, и он поступил в семинарию. , учится в Риме и получает докторскую степень по теологии и каноническому праву.

Рукоположенный в священники в 1878 году, он обучался для папского дипломатического корпуса в «Академии» — Академии благородных духовных лиц, где учились будущие дипломаты Ватикана. Там он привлек внимание архиепископа Мариано Рамполлы, который, став папским нунцием в Испании, выбрал молодого человека своим секретарем.

В 1887 году Рамполла был назначен кардиналом и государственным секретарем, и делла Кьеза вернулся с ним в Рим, в конечном итоге став заместителем министра. Он продолжал занимать эту должность при папе св.Преемник Пия X и Рамполлы, кардинал Рафаэль Мерри дель Валь, до 1907 года, когда папа назвал его архиепископом Болоньи, Италия — продвижение по службе было продиктовано, по крайней мере частично, желанием выгнать его из Рима. Хотя Болонью традиционно возглавлял кардинал, внутренняя политика Ватикана отложила его повышение до этого ранга до 1914 года.

Пий X умер всего три месяца спустя, 20 августа. Как это часто бывает на папских выборах, кардиналы на последующем конклаве хотели перемен и, в разгар войны, обратились к кардиналу делла Кьеза, опытному дипломату, который, как известно, имел расходился с политикой предыдущего понтификата.

Каноническое право, миссии, война

Хотя Первая мировая война и ее непосредственные последствия доминировали в понтификате Бенедикта XV, он нашел время, чтобы заняться другими проблемами. В целом он продолжил антимодернистскую линию своего предшественника, но с заметно меньшей строгостью. (Одним из его открытий после того, как он стал папой, было то, что крестоносцы-антимодернисты держали досье даже на него.) Он обнародовал первый Кодекс канонического права, подготовка которого была начата Пием X. Он предпринял шаги для улучшения церкви. -государственные отношения во Франции и Италии.

А 30 ноября 1919 года он опубликовал энциклику Maximum Illud, в которой изложил дальновидную политику миссионерской работы. Высоко оценивая рвение иностранных миссионеров, папа напомнил ответственным за миссии о важности формирования местного духовенства.

«Следовательно, везде, где есть местное духовенство, достаточное по численности и обучению… там миссионерская работа должна считаться завершенной», — писал он. Энциклика предостерегала миссионеров от связывания своих усилий с имперскими амбициями своих стран.По этим стандартам, заметил папа, некоторые отчеты о миссионерской работе были «очень болезненными для чтения».

Но прежде всего была важна война.

Первая мировая война началась в 1914 году, и ожидалось, что она продлится недолго. Религиозные лидеры решительно поддерживали военные авантюры своих стран. Четыре года спустя, когда конфликт, наконец, подошел к концу, около 10 миллионов солдат и моряков погибли и многие были ранены. Спустя некоторое время после боя Уинстон Черчилль рассказал об этом так:

«Ни народы, ни правители не подводили черту ни к одному делу, которое, по их мнению, могло помочь им победить.Германия, отпустив ад, хорошо держалась в авангарде террора, но за ней шаг за шагом следовали отчаявшиеся и в конечном итоге мстительные нации, на которые она напала. … Пытки и каннибализм были единственными приемами, которые цивилизованные, научные христианские государства смогли себе отказать: и польза от них была сомнительна ».

Бенедикт XV выступил против войны с самого начала. Его первая энциклика и другие последующие призывали к миру. Столкнувшись с критикой со стороны всех сторон конфликта, папа отказался принять чью-либо сторону — политика, которую яростно возмущали комбатанты, считавшие себя правыми.Вместо этого Святой Престол старался облегчить страдания. Его усилия включали создание специального офиса для сбора информации о военнопленных и ее передачи их семьям, организацию выздоровления около 26000 раненых и больных в Швейцарии, потратив 82 миллиона лир — огромная сумма в то время, которая серьезно обременяла финансы Ватикана. — о гуманитарной помощи и лоббировании воюющих правительств от имени мира.

Папа Бенедикт проявил заметную дальновидность при назначении двух будущих пап на важные послевоенные дипломатические посты — префекта Ватиканской библиотеки, архиепископа Ахилле Ратти, как легата Польши, и архиепископа Эудженио Пачелли из Государственного секретариата Ватикана как нунция в Мюнхене, и вскоре , в новой немецкой республике.Архиепископ Ратти должен был стать Пием XI, сменив Бенедикта XV. Архиепископ Пачелли стал преемником Пия XI как Пия XII.

«Мужественный пророк»

И, конечно же, папский мирный план. Его элементы включали: значительное сокращение вооружений; арбитраж для разрешения споров; свобода морей; никаких возмещений, за исключением особых случаев; восстановление территориальной целостности Бельгии и возвращение других оккупированных территорий, включая немецкие колонии; мирное урегулирование территориальных конфликтов; и восстановление независимости Польши, Армении и балканских государств.

Эти шаги, по словам Папы, были необходимы, чтобы остановить войну, которая к тому времени превратилась в «бесполезную бойню», и предотвратить «повторение таких конфликтов». Некоторые из 14 пунктов мирного плана Вудро Вильсона, казалось, отражали подобное мышление. Но консенсус союзников в Версале был трагически другим: соглашение, предусматривающее суровые репарации, которые нанесут вред Германии.

Обращаясь к национальным лидерам в конце своего мирного предложения, Папа Бенедикт сказал им: «От ваших решений зависят отдых и радость бесчисленных семей, жизнь тысяч молодых людей, короче говоря, счастье народов, чье благополучие — поскольку это ваша первоочередная обязанность — добывать.«Соглашение, которое на самом деле составили эти лидеры, было официально аннулировано немецким диктатором Адольфом Гитлером 16 марта 1935 года.

Среди бедствий, последовавших за Великой войной, была всемирная эпидемия гриппа, в результате которой многие миллионы людей умерли (по оценкам, от 20 миллионов до 100 миллионов). Бенедикт XV заразился этой болезнью и умер 22 января 1922 года от последующей пневмонии.

В то время как Бенедикт XV был в значительной степени забыт до конца 20-го века, в 2005 году новоизбранный Папа Бенедикт XVI удостоил похвалы своего тезки.Объясняя выбор своего царственного имени на своей первой общей аудиенции, он сказал, что Бенедикт XV «был отважным и подлинным пророком мира и отважно стремился, прежде всего, предотвратить трагедию войны, а затем ограничить ее пагубные последствия».

Разное

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Семейный блог Ирины Поляковой Semyablog.ru® 2019. При использовании материалов сайта укажите, пожалуйста, прямую ссылку на источник.Карта сайта